Беспорядок после тебя

Изабелла

      Полгода. Ровно столько прошло с того момента, как моя жизнь разделилась на до и после. Полгода как я перестала засыпать без помощи снотворных. Полгода как его имя стало нарицательным.       Та первая ночь после похищения была последней, когда я сама смогла уснуть больше чем на два часа. С тех пор он преследовал меня по пятам в моих снах. Иногда мне казалось, что из темноты в дальнем углу комнаты на меня смотрят его глаза. Я не выключала свет в комнате ночью, и чтобы хоть как-то отвлечься от подступающей к горлу тревожности, читала книги. Очень много книг. Моё хобби стало моим спасением — способом сбежать от реальности.       Конечно, родители отложили моё поступление в колледж на следующий год, посчитав, что за это время моя боль утихнет. Хотя даже папа до сих пор холодно относился к дяде Луке. После того случая они сильно поссорились, и даже тётя Ария не разговаривала со своим мужем долгое время.       После того, как Каморра объявила нам войну, вся наша семья погрузилась в хаос и темноту. Я никогда не видела дядю Луку таким подавленным. Одна радостная новость скрашивала и без того ужасные дела: у Марселлы и Меддокса будет ребёнок. Недавно они объявили об этом её родителям на семейном ужине, а потом она поделилась этой радостной новостью с нами. Конечно, тётя Ария была вне себя от радости, а папа иногда называл дядю Луку дедушкой, что ещё больше его раздражало.       Я видела, как папа разрывался между ненавистью и привычной добротой по отношении к своему брату. Сколько я себя помнила, они с дядей Лукой всегда дорожили дружбой и родством, а теперь уже полгода он не был у нас в гостях, только тётя Ария и кузены приходили пообщаться с мамой и папой. Конечно, они узнали о нападении от нас, мама рассказала об этом Арии буквально на следующее утро, и та была очень зла на своего мужа.       Я не знала, кого винить в этой ситуации, мне не нравился такой разлад в нашей семье, и единственный человек, которого мне правда хочется всей душой винить в произошедшем, живёт далеко за пределами Нью-Йорка. И даже при таком раскладе Алессио Фальконе умудрялся портить мою жизнь. Он бесконечно преследовал меня во снах, а шрам от его ножа начинал болеть от малейшего воспоминания о нём.       Мой психолог, к которому я стала ходить после того, как мама застукала меня без сна несколько ночей подряд, говорила, что это психосоматика. Миссис Гранди была женой одного из солдат Фамильи и часто ходила в мамину студию на йогу, а до того, как вышла замуж, получила образование психолога в Йельском университете.       С момента похищения Флавио и Валерио старались всегда быть рядом со мной. Они пытались отвлечь меня, и именно благодаря им я стала выходить из дома несколько месяцев назад.       С тех пор папа не доверял нашу с мамой охрану посторонним и старался быть рядом или просил кого-то из близких сопровождать нас, когда уходил на работу.       — Я так больше не могу! — раздражённо воскликнула мама, заходя на кухню, минуя гостиную.       Я оторвалась от книги, в которой уже несколько раз перечитывала одну и ту же строчку, пытаясь сосредоточиться.       — Джианна, ты прекрасно знаешь, почему я отдалился от них, — запротестовал папа, идя вслед за ней через всю комнату на кухню.       — Да, но это ваши с ним дела. Не мои. Это мои же племянники и моя сестра, которая, между прочим, на нашей стороне, — ответила мама, вскинув подбородок, как она любила делать.       Видимо, родителей не особо заботило то, что я стала свидетельницей их ссоры, если это можно так назвать.       — Джианна, это дело принципа.       — У меня тоже они есть. Маттео, как ты не понимаешь, это произошло бы и без Луки, — тяжело вздохнула мама.       — Но он, блять, ничего не сделал, чтобы это прекратить. И пальцем не пошевелил, — вскипел папа, и его лицо исказилось от гнева. Он всё ещё не мог простить дядю Луку, даже когда мама уже давно отошла от произошедшего.       — Мы снова начинаем старую ссору, дорогой, — теперь мягче сказала она.       — Ты не понимаешь. Каждый раз, когда я забываю о прошлом, у меня перед глазами появляется испуганное лицо нашей дочери. Это ранит глубже любого ножа.       На кухне повисло молчание, и я медленно поднялась с дивана и пошла на кухню.       — Мам, пап? — осторожно спросила я, выглянув из-за двери.       — Иза, детка, — тут же ответила мама и коротко обняла меня. — Как ты смотришь на то, чтобы поехать развеяться в Хемптон с твоими тётями и кузенами, пока папа занят рабочими делами?       — Я только за, — просто ответила я.       — Иза, ты уверена? — настороженно спросил папа, приблизившись ко мне. — Я переживаю за твоё состояние. Миссис Гранди рассказывала о твоём прогрессе в психотерапии, но я хочу узнать это от тебя.       — Всё правда хорошо, — заверила его я, даже если на самом деле это было не так. Я видела, как папа переживал, и мне не хотелось давать ему лишних поводов для волнения. — Я давно не виделась с мальчиками, и Мисси Гранди сказала, что мне показаны прогулки на свежем воздухе. Я буду в порядке, пап.       В ответ папа коротко поцеловал меня в макушку.       — Я отвезу вас завтра с мамой и тётей Арией, обрадуй Валерио с Флавио отпуском, пока твой дядя не послал их на очередное задание. Может, Меддокс с Марселлой тоже присоединятся к вам.       — Сомневаюсь, что Меддокс теперь куда-то её опустит, — покачала головой мама.       — Ты же знаешь, как женщины Витиелло умеют уговаривать, правда, Орешек? — усмехнулся папа, вызывая на моём лице улыбку. Это прозвище было со мной, сколько я себя помню, и в отличие от многих других, оно меня не раздражало.       — Пойду собирать вещи, — сказала я и быстрым шагом пошла в свою комнату, набирая сообщение в наш с Валерио и Флавио общий чат.

***

      На следующий день папа, как и обещал, отвёз нас в Хемптон. Была середина весны, и погода обещала быть тёплой на ближайшую неделю.       — Ты это видишь? — ухмыльнувшись, спросил Флавио, обращаясь к Валерио, который сидел на бортике бассейна.       — Что? — выгнул бровь кузен.       — Восьмое чудо света.       — Ты про то, что дядя выпустил свою принцессу из замка или наш первый выходной за два месяца? — усмехнулся Валерио.       — И то, и то, брат, — сказал Флавио и похлопал того по плечу.       — Я вообще-то здесь, — фыркнула я, откладывая книгу. Я снова и снова возвращалась к ней, как к тихой гавани, где всё знакомо до мелочей.       — Вообще-то мы назвали тебя чудом, дорогая сестрёнка, — улыбнулся Валерио и спрыгнул с бортика в бассейн.       — Не обращай на них внимание, — улыбнулась Инесса и продолжила читать журнал, пока мама занималась йогой на траве рядом. — На их языке это называется комплимент.       — Как остроумно, — хмыкнул Флавио, проходя мимо сестры, и она показала ему язык в ответ.       Я пожала плечами и всё же решила присоединиться к Флавио, который уселся на бортике бассейна и задумчиво болтал ногами, пока Валерио включал джакузи в углу.       — Как Сара? — осторожно спросила я у кузена.       — Она снова закрылась, когда мы подумали, что всё позади, — покачал головой Флавио и ногой стукнул по воде, что совершенно не вязалось с его спокойным выражением лица. — Максимус пытается, как и мы все, но достучаться до неё с каждым разом труднее.       — Понимаю, — кивнула я, вспоминая собственных демонов, которые настигали меня под покровом ночи. — Никто не заслуживает того, что случилось.       — Сначала дочь Капо, а потом обе его племянницы. Это грёбаные крестики нолики. — раздражённо пробормотал Флавио.       — Мы всегда будем под прицелом, давно пора было с этим смириться, — вздохнула я.       — Нет, — твёрдо сказал кузен. — Наш долг защищать своих родных, а не подставлять под дуло пистолета. Если бы я мог что-то сделать в тот раз…       — Но ты не можешь исправить прошлое, — перебила его я. — Остаётся только спасать настоящее, как говорит Миссис Гранди.       — Кстати, как твои занятия с психологом? Тебе становится легче? — склонив голову, спросил Флавио. Возможно, ему действительно было проще съехать с темы, которая его ранила. Хотя за моё состояние он переживал не меньше, чем за Сару.       — Да… Но он снова и снова настигает меня во снах, — вздохнула я. — Я снова чувствую себя беспомощной. Может, вообще проще не закрывать глаза, чтобы не погружаться во тьму? Я не знаю, как с этим бороться, Флавио, — я положила голову на плечо кузену и посмотрела на океан вдалеке.       — Изи, если бы могли, мы бы защищали тебя в твоих снах, — сказал Флавио и обнял меня за плечо, а затем бросил взгляд на Валерио, который оторвался от джакузи и подплыл к нам.       — Да, — сказал он. — Principessa, мы отомстим ему за каждую твою бессонную ночь, — и я им поверила.       Поездка в Хемптон действительно пошла всем на пользу, по крайней мере, так говорила мама. Мои синяки под глазами стали менее заметными, а иногда я ночевала в комнате Флавио или Валерио. Они старались наверстать упущенное и проводили много времени со мной. На несколько дней приехала тётя Лили, чтобы побыть с нами и своими сёстрами, затем забрала Инессу, потому что каникулы в её школе подошли к концу.       Моя комната в Хемптоне была островком спасения. Она не пропиталась плохими воспоминаниями, а только напоминала о времени, проведённом с семьёй. Иногда мама и тётя Ария выбирались на пляж, оставляя нас одних дома. Они пострадали не меньше меня и им тоже нужно было время вместе. За эти полгода тётя Ария много раз разрывалась между нами и своей семьёй. Я не представляла, как ей было тяжело, но видела то, как она наслаждалась этой поездкой. Один раз она хотела попросить Марселлу поговорить со мной о случившемся, но я отказалась. Кузина полюбила человека, который похитил её и сейчас ждала от него ребёнка. Это разные вещи. Я не могла представить, что когда-то перестану ненавидеть его.       Я могла пережить боль, кошмары, панику, но только не то, что случилось после этого: разлад в моей семье, в котором была и его вина.       Я сделала фотографию, лёжа на шезлонге около бассейна в тонкой накидке и соломенной шляпе. Недолго думая, открыла свою страницу в Инстаграм, на которой уже давно ничего не публиковала. Не сказать, что я была фанаткой социальных сетей, но иногда выкладывала фотографии с отдыха или из Нью Йорка. Я выбрала свежую фотографию из галереи: на ней была видна часть моего лица и волосы, которые только высохли после бассейна. Затем наложила фильтр, перекрывающий слишком яркий свет и подписала: «Mon Repos», с французского: «Мой покой».       В телефоне сразу же посыпались уведомления о реакциях и комментариях, в первую очередь от семьи. У меня был открытый профиль, но общественность, интересующаяся фамилией Витиелло, не знала о нём. Как минимум потому, что я нигде не афишировала своё имя и большинство фотографий были старыми или из разряда эстетики.       Я листала комментарии, пока не наткнулась на один от незнакомого отправителя. «Покой бывает только на том свете. Ты слишком красива, чтобы этого желать», — гласила надпись. Я не знала, как её воспринимать. Это было похоже на… комплимент? Так или иначе ответ Валерио, который очевидно, был в где-то в доме, не заставил себя долго ждать: «Я могу обеспечить тебе покой, поверь». Он не мог в открытую угрожать кому-то, но это было похоже на то.       — Что это за хрен? — послышался из-за спины голос Флавио. Он поднял свой телефон, как будто я не знала, о чём шла речь.       — Я не знаю, — я пожала плечами. — Ты думаешь, он мне угрожал?       — Я не знаю, чего он хочет, но явно этого не получит, — сказал он и присел на шезлонг рядом со мной.       — Это просто комментарий, Флавио, — улыбнулась я.       — Я уже ничему не доверяю, Иза, — покачал головой кузен. — Я всё ещё чувствую свою вину. Чёрт, мы всегда рядом с тобой, но даже при таком раскладе это случилось. В своё время мы упустили Сару, теперь — ты. Я боюсь… чёрт, нет, — рыкнул он, и я поняла, что речь об Инессе. Её характер был слишком пылким, и Флавио, как и вся его семья, боялись, что однажды это выйдет всем боком.       — Эй, ты не виноват, — я мягко коснулась его плеча, выражая поддержку. — И с Инессой ничего не случится. Я знаю тебя и дядю Ромеро. Вы защитите её.       Флавио молча положил руку на мою и глубоко вздохнул. Когда-то ему придётся принять факт, что не всё в этом мире зависит от него. Обстоятельства… Им никто не подвластен. Кто как ни член мафии должен это понимать.       После ужина и йоги с мамой в саду, я лежала на кровати в своей комнате и решила зайти в профиль этого анонима из комментариев. Как и ожидалось, он был закрыт. Фотография профиля была тёмной и со спины, а вместо имени были написаны две буквы курсивом: AF. Эти инициалы. По моей коже пробежали мурашки. Это могло быть совпадением, другим именем и фамилией, но что если… нет?       Стоило мне подумать об этом человеке, как мне в директ пришёл запрос на переписку.

AF: я не хотел сказать ничего плохого. Ты действительно очень красивая и умная девушка раз знаешь французский.

      Его действительно задел этот спор? Или он просто хотел прояснить ситуацию?

Me: я не говорила что-то против комментария, ответила на него не я.

AF: я рад, что ты не обиделась. À bientôt.

      До скорой встречи? Что он имеет ввиду? Это… намёк?

Me: скорой встречи?

AF: на просторах сети. Или ты думала о том, чтобы встретиться лично?

Me: нет. Это исключено.

AF: как пожелаешь. Уверен, твои глаза в разы прекраснее на солнце, как и твои веснушки.

      Веснушки? Они же ушли с моего лица пару месяцев назад, когда были холода. Откуда он… Волосы! Точно. У всех рыжих должны быть веснушки. Чёртовы стереотипы!

Me: аu revoir, AF.

AF: зови меня Алекс.

Me: прощай, Алекс.

AF: ты не назвала своё имя, прекрасная незнакомка.

      Да что ему нужно? Я не собираюсь говорить ему… Хотя, стоп. Имя, значит. Я ничего не потеряю, если назову его, даже если совру.

Me: Белла.

      Я не нашла ничего оригинальнее, кроме сокращения от моего имени, которым никто не пользовался. С детства все называли меня Изой или Изабеллой, но ни разу Беллой.

                  AF: красивое имя. Видел у тебя фотографию книги «Убить пересмешника». Читаешь?

Me: иногда. Почти добралась до концовки.

AF: потом попробуй прочитать «Пойди поставь сторожа». Должно быть интересно.

Me: даёшь гарантию?)

AF: стопроцентную.

Дай угадаю, «Над пропастью во Ржи» тоже в твоём списке книг?

Me: американская классика. Какой догадливый. Для человека с закрытым профилем даже слишком.

AF: он закрыт? Я даже не видел этого.

      Я усмехнулась, не поверив в эту отмазку. Быстро взглянув на часы, обнаружила, что они уже перемахнули далеко за полночь. В доме царила непривычная тишина, и только звук приставки Валерио из комнаты напротив, давал понять, что я здесь не одна.

Me: я пошла спать.

      Соврала, не представляя другого способа закончить диалог. Ответ не заставил себя долго ждать.

AF: спокойной ночи, Белла. Надеюсь, продолжим обсуждение завтра, у меня есть пара мыслей о Селинджере.

      Неизвестный тут же вышел из сети, как будто и вправду пошёл спать. Что это вообще было? Он казался мне подозрительным, как и все незнакомцы, которые меня окружали. Но с другой стороны это просто общение. Оно ещё не повредило никому, тем более, когда я представилась другим именем.       Я снова зашла на его профиль, и в этот раз он оказался открыт. Это из-за меня? Я пролистала ленту фотографий вниз: мотоциклы, ночные здания, и надпись Голливуд из Лос-Анджелеса, боксёрский ринг. И ни одной фотографии, где хоть каплю видно лицо. Разве только одна фотография со спины в кожаной куртке. Она была чёрно-белой, и на ней безошибочно выделялись светлые волосы. Алекс смотрел куда-то вдаль, засунув руки в карманы и демонстрируя свою широкую спину с надписью «Змей» на куртке. Логотип банды или просто такой дизайн? Этого я не могла узнать. Похоже, не одна я скрываюсь от посторонних.       Я откинулась на подушки и посмотрела в потолок. Теперь к моей бессоннице прибавилась ещё одна вещь: этот незнакомец. И почему у меня было чувство, как будто я давно его видела? Кто же ты такой, Алекс?

Алессио

      Полгода. Ровно столько я потратил, пытаясь найти хоть что-то об Изабелле Витиелло, но она как будто провалилась сквозь землю после выпуска из школы. Ни одной заметки в прессе, ни одного чёртового папарацци. Блять.       По какой-то причине я не мог забыть эти голубые глаза и рыжие волосы. Она вонзалась в мою память, как болючая заноза, каждый раз искушая и напоминая о моём самом большом грехе. Я старался забыть, напиться и отправиться в очередной кровавый трип с братьями, но ничего из этого не помогало.       Я лежал и разглядывал фотографии со случайно попавшей в мои руки страницы какой-то девушки. Сплошная эстетика. Как же фальшиво.       Но тут мой взгляд привлекла последняя фотография. «Опубликовано 5 минут назад». Рыжие волосы безошибочно выделялись, занимая половину кадра, а из-за них можно было разглядеть незначительные черты лица, включая… Блять. Голубые глаза. Чёртовы омуты, в которых теряешься, как в бермудском треугольнике. Нет, мне показалось, это точно. По крайней мере, так я себе говорил, когда раз за разом увеличивал изображение, пытаясь разглядеть девушку на нём. Это не может быть она. Да и имя совершенно другое.       Но всё же, я решился написать комментарий, как это обычно делал когда искал девушку, с которой хотел переспать. Я не знаю, кто она, но если после этого я вытрахаю её из памяти, то даже заплачу ей за это.       Ну привет, прекрасная незнакомка.