A Reflection on Fire//Отражение в огне

      Прибыв в общежитие, Натаниэль разочарованно уставился в спину уходящего брата. Абрам, в компании Дэн, Элисон и Рене прошел в комнату девушек, после чего туда вошли и Мэтт с Сетом. Причем последний не потрудился сильно пихнуть застрявшего в коридоре Натаниэля плечом.       Почему брат старательно игнорирует его? Ведь в Эверморе они всегда были рядом. К тому же, не стоит забывать, что Нат рискнул слишком многим, увозя близнеца в Пальметто. За те полгода, что Абрам провел с Лисами, он не написал ни одного сообщения. Натаниэль не сомневался, что у того есть и телефон, и его номер, но осознание больно ударило под дых. Все то время, пока Веснински старательно получал наказания за двоих в гнезде, связь с ним поддерживал только Эндрю.       Вратарь объявился спустя месяц нахождения Абрама в Лисьей норе и со стабильной регулярностью начал сообщать что-то нем: будь то походы к командному психологу, или травмы на тренировках, поездки на матчи и даже ссоры с Кевином, которые, по словам того же Эндрю, перебудили всю общагу. Пару раз Миньярд даже делился каким-то мнением на ту или иную ситуацию, связанную с поведением близнеца Веснински. Периодически, он пропадал и не писал ничего, а после возвращался в чат вновь и присылал стандартный отчет о том, что Абрам, например, прошел медосмотр.       Натаниэль был безмерно благодарен ему за это. Не известно, делал ли это Эндрю из собственного интереса или как-то прознал о том, что Абрам не выходит на связь. Важно то, что он не забывал о том, что у нового защитника Лисов есть человек, которому не плевать на него.       Нат развернулся и быстро пошел к лестнице. Никакого желания разбираться с братом сейчас у него не было, как не хотелось и торчать в комнате в компании Кевина и остальных. Взгляд Натаниэля приковался к табличке «Выход на крышу. Только для персонала». По непонятным причинам он решил дернуть дверь. Она поддалась. Видимо, безопасность студентов-суицидников в кампусе занимала последнее место в списке важных вещей, потому никто не запирал вход. Выйдя на крышу Лисьей норы, Веснински глубоко вздохнул и закрыл глаза, наслаждаясь количеством кислорода.       После стольких лет в Эверморе, где комнаты располагались исключительно в подвальном помещении, любой выход на улицу для Натаниэля сопровождался глубоким дыханием. Ему было важно запустить в свои легкие столько кислорода, сколько они могут уместить. Чистый летний воздух приятно щекотал где-то в груди и Веснински не заметил, как улыбнулся.       Раскрыв глаза, он повернул голову вправо и удивленно уставился на спину человека, сидящего на самом краю. Эндрю Миньярд, а это определенно был он, сидел поджав ноги к груди и обхватив их одной рукой. Второй рукой он придерживал сигарету. Она еще не горела, видимо, парень оказался здесь ненамного раньше Натаниэля.       Веснински подошел ближе и указал пальцем рядом с плиткой, на которой восседал Миньярд. — Позволишь? — тихо проговорил он. Вратарь поднял на него безразличный взгляд и махнул рукой с сигаретой, мол, делай что хочешь.       Нат бесстрашно опустился рядом и свесил ноги с крыши, впиваясь взглядом в ясное вечернее небо. Эндрю, сидящий рядом, щелкнул зажигалкой и воздух сразу же изменился, принимая примеси никотина. Разговаривать не хотелось ровно так же, как и находится в этой угнетающей тишине. Где-то вдалеке раздался сигнал автомобиля, а после громкая словесная перепалка. Видимо, спортсмены кампуса, по очереди заезжавшие в общежитие, не поделили въезд. — Почему ты писал мне все это время? — неожиданно для самого себя произнес Натаниэль, но сразу же осекся, когда Эндрю кинул на него безразличный взгляд.       Было непонятно, то ли парень не хочет отвечать, то ли, наоборот, размышляет над вопросом. Прошло, по меньшей мере, около трех минут, когда Миньярд наконец открыл рот и заговорил. — Ты вытащил его оттуда. — меланхолично произнес Эндрю и спустя пару десятков секунд добавил. — Можешь считать это благодарностью. — За что тебе меня благодарить? — нахмурился Натаниэль, корпусом разворачиваясь к Миньярду, который поджег уже вторую сигарету.       Эндрю тоже обернулся, буравя взглядом собеседника. Он изучающе посмотрел на его лицо, при этом не выдавая никаких других эмоций, кроме мимолетной искры интереса. Веснински ровно смотрел ему в глаза, не показывая страха или волнения перед таким вниманием. Непонятно, что разглядел в нем Миньярд, но он издал странный звук, похожий на усмешку, причем губы его не дрогнули, после чего кинул недокуренную сигарету вниз и встал. Он поспешно отряхнул свои черные спортивные штаны и направился к двери, ведущей обратно, на лестницу.       Натаниэль недолго посмотрел ему в след. Эндрю Миньярд определенно был интересной персоной, учитывая, что он смог уклониться от лап Рико, заставить Ваймака взять в команду Абрама и писать все эти сообщения. Что им движило, и что в голове у вратаря — понять невозможно. Он безусловно имеет в команде какой-то вес, да и Кевин вроде как за него держится. Тоже по непонятным причинам. Именно эти, на первый взгляд, странные и во многом невероятные вещи, и делали Миньярда интересным.       Но сейчас перед лицом Веснински стояли другие важные вопросы, повлиять на которые он, к сожалению, пока не в силах. Ваймак явится в федерацию Экси только через пару дней. Можно догадаться, что на следующий день тренеру вновь придется там объявиться в компании двух братьев Веснински, чтобы доказать, что он не свихнулся. Дальше, скорее всего будут какие-то журналисты. По крайней мере Натаниэль надеется на это, ведь история для прессы уже давно заготовлена в его голове и дожидается своего часа. Единственное, о чем в данный момент стоило волноваться Натаниэлю, так о том, чтобы поскорее оправиться от нанесенных травм и раздобыть одежду, потому что сумка с его вещами благополучно сохранилась в комнате Эвермора. Парень взглянул на часы на руке — подарок матери на одиннадцатилетие — до закрытия магазинов оставалось еще около полутора часов, а значит он вполне мог поехать за покупками, не переживая о большом количестве лишних глаз.       Веснински спустился с крыши тем же путем и сразу же двинулся в комнату, в которую вошел брат. Нужно было предупредить его, чтобы Абрам не высовывался из общаги, иначе всей их конспирации придет конец. Возле двери Натаниэль глубоко вздохнул, постучался для приличия и сразу же дернул ручку.       На диванчике располагались трое — брат, Элисон и Дэн. Рене сидела на подоконнике и пила что-то из белой кружки. Сет и Мэтт расположились на полу полулежа. Вероятно, все они болтали, пока нарушитель их покоя не ворвался в комнату, поэтому сейчас шесть человек удивленно уставились на него. — Когда входишь в чужую комнату, нужно дожидаться разрешения войти. — высокомерно произнесла Элисон и оглядела глазами всех присутствующих. — Не заметно, что тебя кто-то приглашал.       Натаниэль пропустил злые слова мимо ушей. Его мало беспокоил тот факт, что он прервал чей-то, вероятно, бессмысленный рассказ. Вряд ли старшекурсники, сидя за закрытыми дверьми, обсуждают что-то кроме банальных сплетен. — Можно тебя на минутку? — спокойно произнес Веснински, глядя прямо на брата, который в сторону двери не повел даже ухом. Абрам так же сидел и смотрел в какую-то точку на тумбе под телевизором. Вероятно, пару секунд назад в той области находились глаза Бойда.       Игнорировать пытливые взгляды старшекурсников было сложно, но достаточно увлекательно. — Мы заняты. Вали в свою комнату. — сказал Сет и уже порывался встать, когда Натаниэль перевел на него взгляд. — Меня еще нигде не поселили. — все так же спокойно говорил нападающий. — Но в целом, это не важно. — он вновь кинул взгляд на брата, понял, что тот не собирается на него смотреть, и перед тем как выйти из комнаты произнес. — Меня пару часов не будет. Постарайся не попадаться никому на глаза.       Веснински резко захлопнул дверь и прижался спиной к стене напротив, стараясь подавить сковавшие его эмоции отчаяния от безразличия близнеца. Через пару секунд он услышал щелчок замка. Видимо, Гордон все-таки поднял свою задницу с пола и решил запереть дверь. Неприятно.       Мысли и вопросы навязчиво лезли в голову. Он здесь уже три дня, а с Абрамом так и не получилось поговорить. Закрадывалось подозрение, что брат просто-напросто избегает его. Только вот причин для этого не было. — Бред какой-то. — себе под нос произнес Веснински и пошел в сторону своего временного пристанища.       Открыв дверь, он сначала подумал, что в комнате проводили не то обыск, не то погром. Вещи были разбросаны по разным углам. Чьи-то яркие тряпки, книги, какие-то баночки: все это валялось в ужасном состоянии. Шестеренки в голове закрутились, а грудь сковала мгновенно охватившая паника. За ним не могли прийти так скоро… — Ваймак распорядился, чтобы в нашу комнату поставили третью кровать. — уведомил его Кевин, подошедший слева. От неожиданности Нат дернулся. — Ты теперь будешь со мной и Ники. — Он храпит? — тихо поинтересовался Веснински не потому, что ему было интересно, а для того, чтобы скрыть панический страх на своем лице. Никакой угрозы не было. Разбросанные вещи — признак уборки или переезда. — Да. — тяжело выдохнул Кевин. — И эти шмотки тоже его. Пришлось сделать перестановку. Кстати, по всем правилам приличия, на второй ярус положено лезть тебе. — Дэй наставил на него указательный палец, как бы призывая не возражать. Нат рассеянно кивнул и сказал: — Смотайся со мной до торгового центра. Надо вещей прикупить. — А Абрам? — Нам нельзя пока показываться вместе. Я не хочу ехать один — хотел сказать Натаниэль, но не смог.       Кевин был для Веснински хорошим другом, который так или иначе может помочь отвлечься от навязчивых мыслей и страхов. Нат не скажет этого в слух, но расстроится, если Дэй откажет ему сейчас.       В новой комнате Натаниэля что-то упало, а после Ники громко начал ругаться на немецком. Веснински не особо хотелось пополнять свой словарный запас такими выражениями, поэтому взял с тумбочки ключи от машины и, схватив друга за рукав, вышел из комнаты.       До магазина доехали молча. Удивительная проницаемость Кевина к душевному состоянию Натаниэля всегда поражала. Сейчас даже гадать не надо было о том, что могло его выдать. С одной стороны Дэй точно заметил, что близнецы Веснински, которые в Эверморе не отлипали друг от друга, удивительно долго не контактируют. К тому же тот погром в комнате, вызвавший на лице друга бледную гримасу, скорее всего, тоже не остался без внимания Кевина. Именно по этим причинам он не говорил и не включал музыку в чужой машине, хотя раньше определенно обладал такой привычкой. Он просто находился рядом.       Краем глаза Натаниэль видел, что друг отправил кому-то сообщение. Первой мыслью была надежда на то, что он сообщал Абраму о том, что они поехали в торговый центр вместе, но заметив на дисплее емкое «Миньярд» все мысли отпали. Спрашивать о том, почему Кевин ставит вратаря в известие об их небольшой поездке, не хотелось, да и не имело смысла. Отчего-то казалось, что Дэй все равно не сможет дать вразумительный ответ.       С покупками тоже обошлись с феноменальной скоростью. Нат просто скидал в руки кучу шмоток подходящего размера и без примерки направился на кассу. На обратном пути Кевин все-таки не смог сдержаться, поэтому заговорил на безопасную для всех тему. Об экси. — Я знаю, что Ваймак просил тебя не комментировать происходящее на тренировке, но я бы все-таки выслушал твое мнение о них. — Я бы не судил по первой тренировке после перерыва. — пожал плечами Веснински. — Но Ники определенно не хватает скорости. Он выдыхается даже на разминке. Элисон слишком часто отвлекается, да и с меткостью у нее проблемы. Сет… — Это пиздец. — Да. — кивнул Натаниэль. — У него вроде как есть все данные, но я пока не понимаю, что конкретно с ним не так. Большую часть тренировки он с кем-то ругался, поэтому я мало что могу о нем сказать. — Он вообще не слушает советов. — Если ты даешь их в своей привычной манере, то и его можно понять. Но с таким уровнем игры как у Гордона, я бы вообще не выпускал его на поле. Многовато сил он тратит на перепалки. — перед глазами сразу поплыли картинки того, как Сет отбрасывает клюшку в бок и кидается в сторону Кевина. — Он на игре как вообще? — Так же. — прыснул Кевин. Но смешок этот был отнюдь не веселым. — Абрам сказал, что пытается сплотить команду. — нахмурившись произнес Натаниэль, поворачивая на парковку к Лисьей Башне. — Как он делает это? Кевин недолго помолчал, разглядывая уже давно ставшее темным небо. — Я не знаю на что Дэн его надоумила. — тихо произнес он. — Мы общаемся с твоим братом исключительно об экси. Пока тебя не было, я пару раз интересовался у него… ну, понимаешь, спрашивал о тебе, о… — смотревший до этого в окно Кевин, перевел взгляд на друга, когда машина остановилась. — Я спрашивал о том, что произошло с ним в гнезде. — практически шепотом произнес он. — Об Ичиро. — поспешно Кевин добавил. — Абрам не ответил мне ни на один вопрос. Понимаешь, я не лезу в дела команды, но очевидные вещи замечаю. — Что ты имеешь ввиду? — нахмурился Веснински. — Эндрю предлагал ему свою защиту. — тихо сказал Дэй. — Защиту? — переспросил Нат, не до конца уверенный, что расслышал все правильно. — Что это значит? — Ну, Эндрю заключает сделку. И его частью долга перед этой сделкой становится что-то вроде защиты. — Кевин теперь тоже нахмурился, как будто понял, что сформулировал все совершенно не так как нужно. — Короче, у нас с ним такая сделка. И я знаю, что он предложил ее и Абраму, но тот, вроде, отказался. Я считаю, что ты должен об этом знать. У него был вариант либо примкнуть к старшекурсникам, либо к нам. — К вам — это к кому? — К тем, кого Эндрю защищает. — Кевин понял, какой вопрос последует дальше, поэтому преждевременно на него ответил, не дав Натаниэлю раскрыть рта. — Ко мне, Аарону и Ники. Это по крайней мере все, что я знаю. — он вновь не дал Веснински заговорить. — Сейчас от него можно услышать мало слов, если ты собираешься спросить его об этом. Эндрю больше не такой разговорчивый, каким был, когда его пытались завербовать в Вороны. — Он больше не на препаратах. — осенило Натаниэля. А ведь точно, он знал, что Миньярд принимает какие-то лекарства, которые напрочь меняют его состояние. Этой информацией его наградил Рико пару лет назад. Но сейчас и тогда, когда Нат привез Абрама, Эндрю Миньярд был более чем спокоен и безразличен, а значит отсюда и следуют соответствующие выводы. — Да. — кивнул Кевин. — Я рассказываю тебе об этом, потому что не знаю как мы будем уживаться вместе. Аарон и Ники часть его настоящей семьи, меня он привязал к себе сам. — Я понял. — Натаниэль не понял, что ему делать со всей этой информацией, но решил прервать словесный поток Кевина.       Уже перед сном, в своей кровати на втором ярусе, Веснински начал размышлять. Эндрю предлагал сделку Абраму, но брат отказался. Почему? Неужели он был настолько уверен в Натаниэле, что решил не окружать себя дополнительной защитой в виде широкоплечего вратаря? Это звучит хоть и обнадеживающе, но глупо, ведь отъезд Веснински из Эвермора был внезапным и Абрам просто-напросто не мог знать о том, приедет брат в Пальметто или нет.       Но, что, если он отказался из-за своей части сделки? Сделка — это ведь соглашение в двустороннем порядке. Значит Абрам должен был на что-то пойти, что-то сделать для Миньярда, чтобы тот стал его защищать. Вдруг это «что-то» было тем, на что Абрам никак не мог пойти. Что-то ужасное и противоречащее его принципам? Натаниэль не спросил Кевина о части сделки самого Дэя, поэтому сейчас остается только прикидывать в голове, о чем может просить Миньярд со своей измученной лекарствами психикой.       С другой стороны. А что если Абрам согласился на сделку? Может, Кевин просто не в курсе. Сам же упомянул, что общается с защитником только об игре. Этот вариант был достаточно разумным, иначе зачем Эндрю писал сообщения Натаниэлю? Может он не давал Абраму самому выходить на связь? Или, наоборот, может с целью какого-нибудь прикрытия сам Абрам попросил Миньярда писать брату?       Нужно обязательно спросить об этом близнеца. Единственной проблемой было только то, что пока что они могут общаться без осторожности только в пределах стадиона. В общаге же такой возможности не предоставлялось из-за снующих туда-сюда студентов, которым пока не положено знать их тайну.       Остается надеяться, что на завтрашней тренировке Абрам сможет уделить брату пару минут своего времени в отсутствии окружавших его старшекурсников. В любом другом случае Натаниэль сможет найти способ вывести Абрама на разговор. Он не сможет избегать своего близнеца вечно.