Нарисуй мне море

На проезжей части, поодаль массивного грузовика, находилось неподвижное тело Эдварда.«Н-нет…Не…этого не может быть».Полу-лис ринулся к жителю морского царства, хромая на правую ногу и самостоятельно пробираясь сквозь образовавшуюся компанию существ, окруживших русала.Алая жидкость окрашивала левую сторону передней части головы.Эдвард не двигался.Его грудная клетка не поднималась, оставаясь в неподвижном состоянии, а цвет кожи сменился на смертельно белый, просвечивая каждую вену, расположенную в теле. —Н-нет…не может быть.этого не может быть, этого просто не может быть…—быстро бормотал себе под нос лис, садясь рядом с бездыханным телом. Неприятная боль отдавалась частой пульсацией к её источнику.Однако, она была абсолютно ничтожной по сравнению с более серьёзной и важной проблемой.Никогда ранее за всю свою жизнь, Микелио не сталкивался с подобными казусами.Все выученные в учебном заведении своде необходимых действий при авариях вмиг забылись.Страх, боль, тревога, отчаинье и паника овладевшие телом сливались воедино в более сильную эмоцию истерии. —Надо, надо как-нибудь помочь…надо помочь ему.Остановить кровь надо. Художник аккуратно приподнял голову Эдварда, уложенную на колени лиса, надевшегося, что это действительно окажет необходимый эффект.Все кисти рук были испачканны в алой крови, пуще усугубляя ситуацию.«Что делать? Что делать? Что делать дальше? Как мне быть?»Микелио хотел было позвонить в службу скорой медицинской помощи, однако воспоминание о не человеческом происхождении моментально отставило это действие.Тогда, Микелио вспомнил об отце, став дрожащими пальцами кистей рук искать необходимый номер мобильного.Даже кисти рук подводили хозяина тела, испачкавшего сенсорный экран в чужой крови.Долгие гудки звучали как ровокое предзнаменование.«Давай, давай, давай, возьми пожалуйста трубку!»После третьего гудка, Микелио услышал громкие звуки играющей музыки, спокойный, расслабленный голос отца и какие-то невнятные голоса окружения, передаваемые мобильным гаджетом. —Пап! Пап! Приезжай скорее! Пожалуйста как можно быстрее.Я…я у светофора как к нашему дому идти.Срочно! —кричал лис в трубку гаджета дрожавшим от бессилия голосом. Без лишних вопросов, отец согласился, закончив короткий разговор.Каждая секунда быстротечного времени была особенно драгоценной.Страх навсегда потерять лучшего друга, способного превратиться в морскую пену провоцировал холодные слëзы, расфокусировавшие взгляд.Громкий вой сирены скорой помощи, мчавшейся к необходимому адресу сопровождался гневными криками водителя грузовика, сдерживаемого несколькими личностями.Спустя непродолжительное количество времени, появился отец.Его стеклянный взгляд очей, быстро сменился тотальным удивлением с большим количеством генерирующихся в черепной коробке вопросов. —П-пап, пожалуйста, я молю тебя помоги мне.Помоги Эдварду.Я.я…я не хочу чтобы он умирал, пожалуйста пап. —Помоги мне его поднять.Его…его надо отнести к дикому пляжу, пожалуйста пап. —Хорошо.—единственное, что сказал отец, подойдя ближе. Аккуратно встав с грязного асфальта, Микелио лишь только растерянно взирал на отца, пытаясь как-либо помочь, тем самый усугубляя не менее плачевную ситуацию.Тело Эдварда было тяжёлым, но отец смог поднять его, крепко держа на руках.Желая направиться в сторону дикого пляжа, толпа наблюдающих остановила их. —Вы куда?! Сейчас скорая уже подъезжает. Микелио хотел было вступить в разговор, разьясняя дрожащим и заплетающимся голосом о правильности собственных действий, однако Берд был быстрее, резвее и серьёзнее. —А как же мой автомобиль?! Кто будет платить компенсацию?! Вы просто хотите сбежать, а?! —громко возмущался водитель —Я знаю что я делаю, не мешайте. «Нет…нет, нет, вы что, совсем не понимаете?! Ему нельзя туда! Ему нельзя в больницу! Пожалуйста, хватит уже!» —Вы что, с ума сошли?! Он…он же так умрёт! Я не пущу вас! —Эй, ты меня вообще слышишь или нет?! Я к тебе обращаюсь рыжее чмо! Толпа существ лишь сильнее возмущалась о неправильности сумасшедших поступков, лишëнных необходимой рациональности, однако незаметно вмешавшаяся компания каких-то парней акцентировала всë внимание на себя, позволяя этим двоим скрыться из опасной локации. Достигнув территории дикого пляжа, Микелио торопливо следовал впереди, ведя отца вглубь пляжа.Берд остановился возле холодных вод, ласкающих мокрый песок.Микелио без единого колебания вступил в спокойные воды моря.Сухие кросовки стали быстро намокать, под властью другой стихии, но временные неудобства не волновали юного полу-лиса, в отличии от отца, не вступившего за сыном. —Пап, пожалуйста давай.Нам осталось немного, ещё чуть-чуть иначе он может умереть.—более ровным голосом, с нотками строгости проговорил художник, взирая полной надежды взглядом на главного лиса. Микелио потарапливал отца, используя твëрдую уверенность в правильности его поступка, тем самым вынуждая Бёрда зайти дальше, вплоть до уровня колен и аккуратно опустить Эдварда к воде.Яркое свечение озарило всю территорию пляжа на короткий промежуток времени, ослепляя обоих существ.Эдвард исчез из рук отца.Приятное чувства счастья от спасения близкого друга конкурировало с тревожными опасениями о кончине жителя морского царства, побуждая самостоятельно развеить тяжёлые думы, но…даже рациональная часть разума строго твердила о глупости данных деяний, заставляя остановиться и тешить самого себя более позитивными мыслями.Вот только, они не желали быть услышанными хозяином тела, сконцентрировавшего внимание на противоположном. Крупно вздрогнув от холода, пробирающегося по всему телу, двое полу-лисов покинули холодные воды, остановившись на песчаном пляже.«Надеюсь, с ним всë будет хорошо.И он жив.»—со скорбью подумал художник, молчаливо взирая вдаль спокойного моря и тусклый полумесяц криво отражающийся на водной глади.Солоноватые слëзы аккупировали глаза полу-лиса, размывая картину мира, пока мерзкий ком снова застрял в горле.Микелио хотелось громко кричать от переполняющей боли утраты, но оглушительный крик застенчиво оставался внутри, разрушая внутреннюю гармонию хрупкой души.Тотальная тишина с умиротворяющим шумом волн была приятным собеседником для Микелио. Лис медленно развернулся к отцу, мимолетно пробежавшись взглядом по лицу главы семейства, укрытого мрачными оттенками ночи.Слëзы отступили, позволяя снова лицезреть этот жестокий мир, а вот противный ком в горле остался, не позволяя произнести ни единого слова.Медленным шагом подойдя ближе, художник крепко обнял отца за талию и громко разрыдался.Впервые за долгое время, Микелио снова показал свою слабость перед отцом, искренне плакав навзрыд.Солоноватые слëзы впитывались в одежду главы семейства, отдающей еле-уловимыми нотками лаванды, скрывающихся за стойкими ароматами женского парфюма и алкоголя.Лаванда…именно эти нотки приятного запаха, вызвали ассоциацию с постоянно улыбающимся Эдвардом, готовым изучить опасный внешний мир.Лисьи уши расстроенно поникли в разные стороны.Правая кисть руки отца стала медленно поглаживать художника по левому плечу, словно утешая, но от этого лис лишь сильнее заплакал, крепче сжимая отца в собственных объятиях, будто боясь повторения недавних действий. —Я…я не хотел такого.Я не хочу чтобы он умер.Я не хочу чтобы он…он умер по моей вине.—тихо бубнил он в чужую одежду. Микелио плавно отстранился от одежды отца, снова заглядывая в чужие глаза.Заложенный противной слизью нос, не позволял сделать ни единого вздоха, отчего пришлось воспользоваться ртом, втягивая холодный воздух ночного города.Лис неловко вытер обеими кистями рук влажные дорожки слëз, шумно шмыгая носом.Морской ветер, приятно обдувал кожу лица, играясь с локонами волос.«Теперь ему придётся все рассказать.».Лис отошёл от отца на пару шагов назад, искренне извинившись за столь неподобающее поведение с испорченной одеждой.Но Бëрд лишь только мягко улыбнулся, пытаясь утешить сына различными словами.Микелио ясно понимал о большом количестве любопытных вопросов, сдерживаемых главой семейства, однако прямолинейно поведать ответ на каждый из них, он явно не мог.Полу-лис был рад и опечален одновременно, из-за того что его самый близкий родственник, не озвучивал весь интересующий ряд вопросов, словно…словно он уже знал ответы на свои вопросы. —Ты…да уж, вот это ночка выдалась. —Ну да…—с нервным смешком выдал лис Они помолчали пару минут, слушая тихий шум спокойных вод.Микелио по прежнему шмыгал носом, направив свой взгляд вдаль горизонта. —А…что там произошло? Ты как сам? Где-то поранился? —Он…я не хочу чтобы он умирал.Господи, пускай он пожалуйста выживет, пожалуйста, пожалуйста…—тихо, практически шёпотом говорил Микелио «Если.если, нет, я даже думать об этом не хочу.Я…я просто этого не переживу.» —Н.нет, не совсем.Со мной всë более-менее нормально… —Это я виноват.Это я во всём виноват.Я даже рядом с ним сейчас не могу быть.—продолжал говорить лис, пока солоноватые слëзы снова подступили к глазам, размывая взгляд. —Ну-ну, не правда, что там такого же произошло? Отец осторожно приобнял лиса за плечи, утешительно гладив по левому предплечью.Теперь, Микелио сдерживал новый порыв солоноватой жидкости, устремляя свой взгляд к небесам.Наступившая тишина, помогла сосредоточиться на своём организме.Уставшем, истощенном и изранненом организме.Слабая боль пульсацией отдавалась возле правой ступни, а холод промокших кроссовок только сейчас стал ощутим для художника.Лис хотел было рассказать всю последовательность хронологий событий, однако Микелио сам не знал всей последовательности последних событий.При едином воспоминании недавнего происшествия, мерзкий ком в горле лишь увеличивался, не позволяя даже вздохнуть. —Я…я не могу.Я не могу тебе об этом сейчас рассказать, прости.—опустив корпус головы вниз, тихо проговорил лис. —Ничего, пошли лучше домой. Вместе, они медленно покинули дикий пляж Лиаласа, направившись к тёплому и уютному дому.Больше, они не проронили ни единого слова, сохраняя необходимое молчание.По достижению безопасной территории, Микелио устало разулся и ушёл в свою комнату.Сняв испачканную одежду, оставленную лежать на холодном полу и положив мобильный гаджет на прикроватную тумбу, Микелио плюхнулся в постель, сразу уснув…