Нарисуй мне море

Покинув территорию квартиры, Микелио быстрым шагом направился к выходу из подъезда, создавая громкий шум от частых передвижений по каменной лестнице.Ожидать поднятия лифта, а после его спуска на первый этаж показалось особенно долгим занятием, способным отобрать важные частицы драгоценного времени.Именно поэтому Микелио предпочёл спуск по каменной лестнице, аккуратно наступая на каждую ступень во избежании возможности получения новых травм. Чувство взволнованности за лучшего друга, побуждали к возникновению разнообразных мыслей пессимистичного уклона.Разум, уже подготавливал своего хозяина к неизбежным событиям, способным оказаться частью реальности, но юный художник по прежнему цеплялся за хрупкие надежды о положительном исходе импульсивного конфликта.«Я не верю.Нет, я не хочу в это верить.Пожалуйста не уплывай! Пожалуйста, подумай, что это всë сказано сгоряча.Я.я не хотел этого.» — повторял житель внешнего мира.Тревога, начинала хитро подкрадываться к лидерским позициям, желая заполучить управление всем телом.Покинув жилое здание, чередуя быстрый шаг с лёгким бегом, Микелио направился к Дикому пляжу, остановившись на знаменательном светофоре.«Ты думаешь, после твоих слов он останется здесь?»—хладной интонацией спросил голос разума.«Зачем ты так быстро бежишь к нему, если только недавно утверждал, что он не является твоим другом? Зачем так стараться для существа, которое предало тебя? Он же ведь тебе даже не друг, так какой смысл твоих усилий?»—продолжал надавливать разум.Туманное смятение, тонко прокралось к хрупкой душе.«Нет! Нет…он…он мне…друг.Друг? Разве тот кто ошибся является другом? Он даже не спросил можно ли рассказывать о твоих тайнах и уже рассказал.Откуда ты можешь знать, что он не продолжит докладывать всë отцу за твоей спиной?». Полный уверенности с размеренным произношением каждого слова голос разума, тотально разрушал по маленьким кусочкам твëрдую уверенность в жителе иного мира.Тихий звуковой сигнал сообщил о смене цвета, позволяя Микелио перейти участок дороги.Следуя за представителем полу-гепарда с забавным пятнистым хвостом, медленно передвигающегося из стороны в сторону, Микелио продолжал диалог с разумом.«Эдвард не такой! Он не будет так делать! Откуда ты знаешь? Почему ты в нём так уверен? Что он такого сделал, чтобы заслужить такое твоё доверие?».Подросток сильно нахмурился, образуя глубокую горизонтальную линию между бровей.Взгляд стал суровей, а ощущение покинутости поселилось в зияющей пустоте, заполняя малую часть.Злость на собственный разум, пытающийся убедить в иной позиции, одолевала творческую личность, крепко сжавшего оба кулака.Его походка оставалась быстрой, но нотки злости были заметны невооружённым взглядом.Сердце чаще забилось от неожиданной физической нагрузки, но это было временным явлением, поэтому Микелио продолжал наступление.«Я знаю, нет я просто чувствую это.То что ты чувствуешь легко может быть обманном, иллюзией, не существующей реальностью! Он мог свободно водить тебя за нос и добившись своего, просто уплыть.Но даже если так, то какой ему смысл было всë это время быть со мной рядом?! Он не мог так правдоподобно симулировать эмоции.».Тревога лишь возрастала, обращаясь в панический страх.Микелио пугала перспектива правдоподобности высказываний разума.Он хотел снова увидеть Эдварда.Снова потрогать его крепкое тело.Снова услышать этот бархатный голос.Снова почувствовать слабый аромат лаванды, а главное снова увидеть эту блистательную улыбку.Микелио снова хотел встретится с Эдвардом!«Или мог? Он живёт намного дольше тебя и ты думаешь, что он не научился отыгрывать эмоции? Нет, Эдвард не такой! Эдвард не будет так поступать! Почему? Ты боишься, что снова останешься один, вот поэтому всячески отрицаешь возможностей этого, не так ли? Боишься, что не найдешь родственную душу.Ты боишься, что тебе снова бросят и цепляешься за любую возможность быть с ним рядом».Страх резко возрос, напоминая начавшуюся истерию.Разум ловко запутывал хозяина тела, соединяя несовместимые чувства.Сомнения смешивались с сожалениями.Микелио замедлился.Вопросы о необходимости достижения этого места на короткий период овладели черепной коробкой художника.Однако он упëрто продолжил свой путь. «Нет, нет, прекрати, хватит уже! Я просто люблю его! Я люблю его и хочу быть рядом.Но разве это не болезнь? Какую пользу ты принесешь обществу? А что если о вашем союзе узнают посторонние, что тогда? Ты не сможешь быть полезным и не сможешь продолжать род.Да плевать! Я просто хочу быть рядом с ним! Плевать на общество.Я хочу быть рядом с ним и пусть он сам мне скажет это в лицо и тогда я сам буду решать свою дальнейшую судьбу!»—с ярким чувством преисполненной гордости окончил длительную беседу Микелио.Голос разума стих, горько приняв поражение. Достигнув дикого пляжа, Микелио бегло осмотрелся, намереваясь найти необходимую личность.Морской ветер сурово приветствовал постоянного обитателя, поднимая спокойные волны и растрëпывая волосы лиса.Прозрачное море громко бушевало, будто бы возмущаясь.Находится здесь было небезопасно. —Эдвард! —громко крикнул Микелио. —Эдвард, я здесь! Пожалуйста ответь мне! Вырывающийся из горла крик, не мог осилить шумные волны, эффектно разбивающиеся об острые скалы.Микелио упëрто продолжал кличать Эдварда.Продолжал до тех пор, пока горло не одолело болезненным спазмом.«Вот видишь? Теперь ты сам убедился в моих словах.Ты опоздал.Он уже уплыл.Ты сам всë разрушил.»—хладной интонацией вещал голос разума.Неизвестная горечь незаметно подкралась к горлу, создавая противный привкус в устах.Невидимый ком, отдающий частой пульсацией, лишь усугубил положение, не позволяя Микелио вдохнуть.Стойкое ощущение сдавливающейся у горла петли провоцировало тревожную панику с появляющимся желанием к продолжению жизни.«Это ты.Ты виноват.Это твоя вина.»—зацикленно повторялись высказывания в черепной коробке.Ощущение потерянности, утраты важной частицы чего-то тёплого и особенного острым ножом вонзилось в горячее сердце.Отчаинье завладело Микелио, молча взирающего на бушевавшее море.Обернувшись назад, возле подножия скалы, художник увидел оставленный комплект одежды.«Эдвард…нет…пожалуйста, вернись ко мне…»—взмаливал он.Еле-заметный кадык быстро задрожал, подбородок сморщился, как иссохший изюм.Ступни отяжелели.Микелио направился медленным шагом к комплекту одежды.«Это моя вина…я.я в этом виноват.»Горькое чувство сожаления заботливо укрыло творческую личность.Ясный взгляд становился мутнее, благодаря одолевшей пелене слëз.Кончик носа неприятно защипало.Остановившись у подножия скалы, художник тихо сел рядом, поджимая согнутые в колени ступни к ягодицам.Бережно взяв комплект чужого белья, он слабо прислонил его к своему лицу. К великому сожалению, приятный аромат лаванды не успел пропитаться в ткань данной одежды, заменяясь запахом стирального порошка.Густая тьма, с вкраплениями мельчайших светящихся частиц, сменилась яркими фрагментами незабываемых воспоминаний, тесно связанных с личностью Эдварда.Зажигательные танцы, смешные прозвища, экскурсия по городу и множество других интересных событий, наслаивались друг на друга, создавая калейдоскоп из тёплых воспоминаний.Вот только вместе с тёплыми чувствами, появлялась мнимая боль и отвращение к самому себе за столь агрессивное поведение.Громкие возмущения моря в совокупности с сильными порывами ветра, словно пытающегося приласкать пригорюнившегося постояльца, успокаивали.Просидев неопределённое количество времени, Микелио открыл глаза и отстранился от комплекта одежды, поднимая корпус головы вверх.Перед его взором предстало нечто, поглощëнное наступившей тьмой. Тёмный силуэт протянул правую кисть руки к подростку, намереваясь коснутся его.Поддавшись инстинктивному страху перед опасностью, Микелио попытался отползти назад, но твëрдая каменная поверхность не позволяла свершиться этому, отчего тот лишь ударился затылком.Полу-лис испугался, прижимая лисьи уши к локонам волос.Пытаясь рассмотреть тёмную личность, мимолётные нотки надежды озарили его.Быть может, это последний шанс? —Э-Эдвард?! Это ты? —испуганно произнес он, вжавшись в скалу. —Прости, прости, я не хотел тебя напугать.Я, думал ты уснул и… Этот голос… Этот голос точно принадлежал Эдварду! Мгновенное облегчение распостранилось приятной усладой по всему телу, отзываясь лишь тупой болью в области затылка.Микелио резво поднялся на ноги и крепко обнял жителя морского царства за талию.Его тело оказалось холодным и мокрым.Слишком холодным, отчего разница температур наверняка была особо заметной. —Спасибо…спасибо.—шепотом повторял он дрожащим голосом. —Прости, прости меня, я…я не хотел тебя вообще обидеть.Я не думал что говорил.Это моя вина.—быстро протароторил Микелио —Твои…вчерашние слова меня и в правду немного задели. —Прости, прости, я.я правда не хотел чтобы всë произошло так.Просто…просто у меня всë так накопилось и…вырвалось на тебя. Лисьи уши виновато опустились вниз, показывая искрение эмоций лиса. —Ничего.Со мной тоже иногда такое случается.Это я перед тобой виноват и это я начал весь этот конфликт. Бархатный голос Эдварда, был абсолютно спокойным.Ни единой запинки, ни единого колыхания не было слышно в ровном темборе.Эдвард самостоятельно отстранился от Микелио, отошёл на пару шагов назад и полностью опустился вниз, преклоняя голову и обе кисти руки к рассыпчатому песку. —Прости меня Микелио.Я не думал, что так может произойти.Я честно не знал, что об этом нельзя рассказывать.В моём мире иные правила, поэтому я слепо подумал, что у вас действуют такие же. Подросток опешал.Такой жест извинений был для него слишком чудок, поэтому первые мгновения времени он неподвижно взирал с удивлением, а любые слова покинули черепную коробку, оставляя её совершенно пустой. —Я чувствую, что я виноват перед тобой, прости меня если это возможно.Я понял свою ошибку и впредь обещаю никому ничего не рассказывать без определëнного разрешения. Появившееся чувство смущение одолело малой территорией щëк, побуждая к возникновению тёплой улыбки, расположившейся на пухлых губах.Микелио было приятно осознавать важность своего бытия.Однако, беспокоства о лучшем друге вернули хозяина тела к реальности.Микелио поспешно подошёл к Эдварду, аккуратно хватая его за правую кисть руки. —Т-ты чего?! А, ну поднимайся быстрее.Песок же ведь холодный, ещё…ещё заболеешь так. При помощи художника, Эдвард поднялся в сидячее положение.Взгляд Эдварда был полностью направлен к личности художника, не отводясь ни на мгновение. —Прости меня, Микелио.—виноватой интонацией, тихо говорил Эдвард —Да прощаю, прощаю, только вставай уже с песка. —Спасибо.Спасибо большое.Я больше не подведу тебя! По повелению творческой личности, Эдвард поднялся с колен.Теперь вся его передняя часть тела, была частично покрыта частицами песка. —Вообще, я очень скучал по нашему общению.Мне нравится проводить время с тобой.Рядом с тобой я чувствую себя совершенно по другому. —Да…я тоже.—признался Микелио. Неловкое молчание одолело разговором обоих существ, уничтожая любые возможности к его продолжению.Микелио быстро прокручивал в памяти большое количество возможных тем для продолжения диалога, однако они не соответствовали узким познаниям Эдварда о внешнем мире.Морской ветер усиливался, шаловливо проникая под верхнюю одежду юнца.Микелио вздохнул.Маленькие мурашки, самостоятельно распространились по территории локтей, поднимая маленькие волоски. —Ты случаем, не замерз? —неловко поинтересовался полу-лис —Ну… Если только слегка. —Тогда одевайся скорей, не хотелось бы, чтобы ты простудился или заболел. —Ага.