Нарисуй мне море

Как оказалось кабинка общественного туалета не является благоприятным местом для акта интимной близости.Узкое пространство, отсутствие должной опоры и крайне плохая шумоизоляция абсолютно не располагали для подобного рода занятий, но кажется для этой пары существ понятие удобства и комфорта не являлись главными показателями. Динамичное звучание новой композиции глухо доносилось до уборного помещения, не взирая на уровень громкости и близкое расположение с танцевальной площадкой.Однако этот фактор был крайне безразличен для юного представителя социального мира, сосредоточившегося на окружающих звуках.Скрип открывающейся кабинки, разговоры неизвестных личностей или попадающие в момент открытия главной двери уборного помещения звуки постоянно обрабатывались в трудоголичном разуме, ну или пытались обрабатываться сквозь нарастающую призму соблазна и роковой страсти.Хозяин тела отчётливо понимал о категорическом нарушении сформировавшихся устоев нормы, но осознанно продолжал следовать за искушающим риском, придерживаясь твёрдого понятия:"здесь и сейчас».Преисполненое чувство любви к другой личности оказалось сильнее сухих и банальных предупреждений разума.Сладостное чувство страсти, порождающее выброс мельчайшей дозы дофамина, тесно переплеталось с искушающей похотью, создавая какую-то безумную комбинацию из нетерпеливого желания и стремления к повышению порока рисков.К тому же как вообще можно отказать этим прелестным серым очам, пленивших сердце художника? Как вообще можно отказаться от интимной близости с таким возлюбленным? Для Микелио это казалось абсолютно невозможным явлением. Опираясь обеими руками на гладкую стену кабинки, юный представитель внешнего мира расставил стопы на ширине плеч, элегантно выгибая ровный стан.Чувство неловкости, стыда и смущения смешались воедино, создавая единое ощущение дискомфорта от происходящих событий.А ведь такие изощрённые места Микелио уже наблюдал в видеоработах пикантного характера.Однако простой просмотр не сравнится с реальными впечатлениями.Шальные мысли об обнаружении пугали, заполоняя черепную коробку самыми изощрёнными пессимистичными исходами, но сладостные нотки приятного риска побуждали к продолжению.Трепетно дожидаясь заветных действий, Микелио быстро оглянулся назад, кротко осмотрев личность русала, будто убеждаясь о его нахождении в тесном помещении.«Какой стыд.Это.я точно это делаю?»—неустанно повторял лис.Гладкие пальцы мягко прикоснулись к ягодицам возлюбленного, проводясь по всей окружности и жадно сжимаясь в объятиях сильных ладоней.Микелио сдержанно промычал, плотно сжимая губы в тонкую линию.«Самоконтроль.Нужно сохранять трезвость ума».Крепкие объятия прекратились.Правая кисти опустилась к кольцу мышц, став нежно массировать несколькими пальцами этот участок тела, пока другая ладонь оставалась на ягодице.Вздрогнув, маленькие мурашки не покидали эпителия лиса, ставшего прикусывать внутреннюю часть нижней губы, дабы сдержать звуки удовольствия.Шумные вздохи с глубоким поднятием грудной клетки стали отличной, но малоэффективной заменой, от которой у Микелио начиналось головокружение с повышением температуры тела.Сильная пульсация отдавалась к кольцу мышц, порождая нетерпеливость с желанием скорейшего проникновения.Естественная телесная жидкость выполняла роль лубриканта, от холода которого Микелио недовольно промычал.«Почему так долго? Я…я сейчас умру от нетерпения»—недовольно высказывался тот, внезапно напрягшись от появившихся звуков чужих голосов, беседующих между собой о каких-то личностях.Сдерживаться от назревающих стонов оказалось крайне проблематично.Гладкие подушечки пальцев ласкающие главный ареол мышц и нежно проникающие внутрь, вторгаясь в мягкую плоть вызывали слишком бурную реакцию. Художник бессознательно приподнялся на переднюю часть стоп.В это же мгновение, юнец почувствовал как затвердевшая головка пениса стала утыкаться в расслабленное отверстие, слабо проникая внутрь кольца мышц.Микелио сильнее прикусил нижнюю губу и совсем тихо промычал, выдыхая горячий воздух.Сильная пульсация учащенно отзывалась в нижней части тела, позволяя полностью ощущать как твёрдый пенис проникал в горячую плоть.«Не могу.я не могу так.»Стопы снова стали дрожать, пока из крепко сжатой ротовой полости вырвался тихий, сдавленный стон удовольствия.«Боже, как же стыдно, я надеюсь этого никто не слышал?»Сгорая от стыда, внутренний жар стал овладевать верхней частью тела юнца, окрашивая бледные щеки в пунцовый цвет.Не останавливаясь, Эдвард полностью проник внутрь, чувствуя как лис крепко сжимал его изнутри, не позволяя совершить ни единого телодвижения. По истечению нескольких минут Эдвард начал совершать медленные телодвижения.Лис сильнее изгибал спину, позволяя партнёру проникнуть глубже.От каждого нового толчка, удерживаемые изнутри стоны сильнее пытались высвободиться наружу, а твёрдое понятие самоконтроля растворялось в захлынувшей феерии чувств.В один из таких моментов, Эдвард плотно зажал уста лиса свободной ладонью, слабо прикусывающейся партнёром.Столь необычная интимная близость продолжалась до тех пор, пока обжигающая страсть не начала медленно потухать, а тело юного представителя этого мира заполнило семя партнёра. «Ну я же просил не внутрь! Арг, Эдвард, ты такой…дурак.Да ещё и выпивший! Нет, больше я не буду заниматься этим в таких местах!»—разозлённо фыркнул лис.Кажется, эта интимная близость не оправдала надуманных ожиданий.Эта тесная, неудобные кабинка, плохая звукоизоляция, длительное напряжение мышц и постоянный самоконтроль не одаряло Микелио желанным удовольствием.Ощущение дискомфорта сопровождалось на протяжении всего процеса интимной близости, лишь сильнее усугубляя неприятное впечатление.Этот искушающий своей запретностью риск, оказался неоправдан.Постоянное замирание при появлении других существ, вместе с противным эхо, увеличивающего громкость всех звуков постепенно начинало раздражать представителя этого мира, накрапывая слабое желание к скорейшему окончанию всего процесса. Густая телесная жидкость полностью заполонила нижнюю часть тела, одаряя теплом и ощущением заполнености.Твёрдый член начинал обмякать, что отчётливо чувствовалось любовной пасии.Эдвард бесшумно отстранился, облокотившись на другую стенку кабинки, пока Микелио пал на пол, придерживаясь белого унитаза.Тяжёлая слабость овладела ступнями, не позволяя совершить ни единого движения.Напряжённые мышцы слабо дрожали от слишком длительного пребывания в непривычной позе.Мурашки заполонили весь эпителий, а учащëнная пульсация отдавалась к нескольким участкам тела, осведомляя об источниках слабой боли.Шумное дыхание с глубокими вздохами не прекращались, пытаясь привести организм в состояние спокойствия за кротчайшие сроки.Однако…кажется в этой ситуации это попросту невозможно сделать.Вихрь страстных чувств быстро испарился, заменяясь прильнувшей неловкостью и смущением, занявших лидерские позиции.Странное головокружение и ощущение подташнивания лишь усугубляли состояние лиса, облакотившегося головой о крышку унитаза.«Нет…больше такого не будет.Я больше не буду таким заниматься.»—уверял самого себя лис.Внезапно появившееся возбуждение исчезло также быстро, как и появилось.«И как…на ногах то он ещё держится, хотя нет, пусть стоит, нам же ещё домой идти».Осознавая весь долгий путь к дикому пляжу, отяжеляющимся плохим состоянием обоих партнёров, сердце предложило воспользоваться услугами частных предпринимателей и благополучно покинуть это заведение за минимальный отрезок времени, но разум был иного мнения, напоминая о приближающейся учёбе и важности финансов перед началом долгого учебного года. Даже выстраиваемый в черепной коробке маршрут казался слишком тяжёлым и долгим, однако хозяин тела оставался непоколебим, приводя нелепые аргументы о пользе ходьбы особенно в ночное время суток.«Я щас посижу чуток и…пойдём.»—подумал лис прикрыв веки.Приятное чувство расслабленности стало разливаться по всему телу.«Стоп, а если на нас уже кто-то пожаловался? Типо кабинка так долго занята и сейчас пойдут проверять? Это.это же ведь может быть такое, да? По-любому кто-то это уже заметил, а если нас ещё и слышно было? Блин, надо быстрее отсюда уходить!»—проговаривал внутренний голос, побуждая к появлению тревоги и страха уличения за непристойным занятием.Однако, Микелио абсолютно не чувствовал их появления, продолжая быть в расслабленном состоянии, граничащим с безразличием.По истечению десяти минут, незаметно покинувший жизни обоих существ, художник с тяжелым вздохом принялся вставать с пола, попутно пытаясь восстановить первоначальный вид яркого стиля.Белëсая жидкость красовалась на одной из стен кабинки, медленно стекая вниз, пока несколько капель, присутствующих на холодном полу уже осведомляли о произошедших непотребствах.Следы своих грязных потребностей пришлось устранить.Неловкость сильнее овладевала организмом художника, сковывая каждое движение и одаряя неуверенностью.Взглянув на молчаливого Эдварда, его расслабленное, но довольное выражение лица также указывало о пробирающейся усталости.«Вроде бы всë, а то.пошли уже быстрее, иначе точно нажалуются.Мы и так здесь слишком долго находимся.Быстрее!»—подначивал внутренний голос. Окинув тесную кабинку оценивающим взглядом на наличие случайно оставленных непотребств, Микелио схватил одну из кистей Эдварда и повëл того к выходу из уборного помещения.Бросив взгляд ввысь, к потолку, Микелио убедился в отсутствии камер видеонаблюдения, выдохнув с расслабленнием.Динамичная музыка продолжала громко играть на всю территорию ночного клуба.Яркий источник искусственного света сменился полумраком к которому теперь придётся ещё некоторое время приспосабливаться.После длительного нахождения в уборном помещении, эти динамичные композиции казались слишком громкими.Чувство дискомфорта стало сильнее, повелевая быстрее покинуть это заведение, но спокойно повинующийся действиям Микелио русал вдруг остановился, став исполнять нелепые движения.Большинство существ покинули это заведение, но внушительное количество личностей продолжало выплёскивать накопленную энергию. —Давай ещё потанцуем, а? —весело прикрикнул Эдвард. Вот только Микелио было абсолютно не до веселья.Желание скорейшего посещения уютной квартиры оказалось слишком велико.Наверное, социальная батарея близилась к истощению или…внезапная интимная близость оказала слишком негативное влияние. —Нет.—твëрдым и уверенным голосом проговорил лис. Юнец попытался ухватить Эдварда за запястье, дабы продолжить движение, но тот резво перехватил руку лиса, исполнив лёгкое бальное движение.Головокружение и ощущение подташнивания усугубились.Казалось, будто стопы отказывались выполнять повеления хозяина тела, подкашиваясь. —Ну давай, Мик, здесь же так весело. Холодный пот пробрал всë тело.Микелио прислонил правую кисть к губам, во избежании извержения содержимого желудка.«Я.я не могу уже.Мне так плохо».Противная горечь, напомнившая вкус апельсина, появилась в устах.«Надо быстрее дойти до дома». —Я сказал нет! Мы идём домой, ясно? —в приказном тоне, громко фыркнул Микелио, перехватывая ладонь русала. —Эх, ну вот, а мне так хотелось ещё немного побыть в этом обществе.Они такие классные и дружелюбные и. —Хватит уже болтать! Замолчи, а то проблем только можешь создать.—в идентичном стиле, продолжал говорить Микелио. Наконец, они покинули территорию ночного клуба, направившись к дикому пляжу маленького городка.Ночной воздух приятно освежал.Вдохнув полной грудью и шумно выдохнул, противное головокружение быстро исчезло, заменяясь малыми просветами ясности.Прохладный ветерок после знойного дня являлся идеальным компенсатором.Правда, теперь Микелио ощущал холод, провоцирующий слабую дрожь во всём теле.В полной тишине, двое возлюбленных продолжали путь, пока разум Микелио посещала приятная мысль о красоте столь родного города Лиалас, приображающегося с наступлением ночи.