Нарисуй мне море

Равнодушно взирая на быстросменяемый пейзаж, Микелио перестал волноваться о конечном пункте назначения.Нахождение в неизвестной машине, движущейся в неизвестном направлении под руководством незнакомцев совершенно не пугало его.Самый бесценный объект-своя собственная жизнь, перестала быть элементом важности.Всë, что окружает или окружало художника кануло в небытие, став частью пустой серости.Длительная учёба в школе, трудоёмкие старания в написании постеров, а также личная жизнь теперь являлась частью бессмысленного мусора, который необходимо выкинуть в ближайшее время.Филосовские изречения мимолетно посетили черепную коробку художника, возвращая к безответному вопросу о смысле жизни.Нет.Ему сейчас не хотелось думать.Ему сейчас вовсе не хотелось абсолютно ничего… Ожидая свою собственную кончину, лелея различные способы гибели и мысленно прощаясь с каждым своим знакомым, Микелио плавно прикрыл веки.Мягкая усталость, как тëплое молоко разливалось по всему телу.Сконцентрировавшись на частой пульсации, лис попытался освободить свой разум, оставляя черепную коробку пустой.Остаточный холод терплился в области ступней.Эта гнетущая тишина была настолько приятной, что любое случайно брошенное слово, могло за просто испортить эту хрупкую идиллию тишины.«Я…я так устал.»—ленно подумал он, позволяя слабости завладеть всем телом… По окончанию пути, певучий голос Герцога разбудил Микелио от крепкого сна.Резкая боль в области носа моментально напомнила о себе при попытке обыкновенного вздоха.Кажется, он даже почувствовал запах запечëнной крови, пока новая алая жидкость медленно достигла кончика носа. —Выходи.Мы приехали.—мягко проговорил Герцог. Прикрываясь испачканным рукавом рубашки, художник покорно покинул салон машины.Мгновенная слабость окатила всë его тело.Мимолëтные мушки появились перед глазами, погружая весь окружающий мир в темноту.Мягкая усталость пристроилась рядом, порождая стойкое желание к скорейшему отдыху на своей мягкой и тёплой постели.Холодный ветер дружелюбно поприветствовал его.Микелио крупно вздрогнул, покрываясь маленькими мурашками, заполонивших весь эпителий.Тёплая зимняя куртка оказалась на плечах засмотревшегося на окружающий вид лиса. —Спасибо…—скромно поблагодарил он, придерживая одной рукой край накинутой одëжки. Таинственная машина тихо покинула обоих существ. —Ну чтож, добро пожаловать в нашу резиденцию имени Герцога.Прошу, давай пройдём поскорее внутрь, здесь ужасно холодно.—разводя руками в обе стороны, с нотками нетерпеливой гордости сообщил Герцог, следуя впереди гостя. «Резиденция имени Герцога» выглядела вполне…обыкновенно.Типичный американский дом в гностическом исполнении.Наверное, все интересные особенности скрывались под одеялом белоснежного снега.Чёрные фонарные столбы, освещающие тусклым светом окружающую территорию расположились по обе стороны очищенной от наледи и излишнего снега дорожки.«На улице уже так стемнело.Вау.Мы что, так долго были в пути?»—заинтересованно спрашивал самого себя лис, медленно ступая за Герцогом.«Это что получается, весь дом его?! Откуда такие деньги то у обыкновенного одинадцатиклассника? Вряд с обедов накопил».Зимняя стужа снова осторожно овладевала телом юнца, распространяя свои объятия вплоть до самых костей.Чудовищная усталость не позволяла быстро передвигаться.Казалось, словно Микелио находился во сне, где необходимо убегать от злодея.Единственное желание долгосрочного отдыха в тотальной тишине не покидало черепной коробки лиса.Он снова начал дрожать. Герцог открыл парадную дверь, пропуская Микелио внутрь.Приятное тепло быстро накрыло тело юнца, изгоняя природную стужу.Остановившись у входной двери, карие очи окинули беглым взглядом окружающую территорию.Большая гостиная с современным телевизором по центру, длинными диванами и разбросанными детскими игрушками-первое, что увидел лис.Деревянная лестница, ведущая на второй этаж и…множество существ разных возрастов, не спускающих долгого взгляда с гостя. —Я дома~—спокойным голоском пропел он, снимая зимнюю обувь. Резкий приступил страха обдал художника фантомным ощущением холода, пробирающегося к нижней части спины.«Кто это? Кто они? Куда ты меня привёл?»—вновь стали возникать любопытные вопросы в черепной коробке.Бросив беглый взгляд на макушку Герцога, в попытке отыскать необходимые ответы, его очи вернулись к таинственный незнакомцам.Каждый… Во взглядах каждого индивидуума виднелось яростное презрение, скрываемое за маской равнодушия или хладнокровности.Эти взгляды Микелио точно знал."Чужак!"—мнимо кричал каждый их взгляд, следивший за телодвижениями творческой личности.Горячее сердце пропустило несколько громких ударов. —Таак~, а теперь куртку.Давай свою, я повешу на вешалку.—с абсолютным спокойствием проговаривал каждое своё действие Герцог. Сняв свою, а после чужую куртку, он повесил их на рядом расположившиеся вешалки.Тревожная паника клокотала вместе с участившимся пульсом.«Конец, мне точно конец!»—верещала она, предоставляя хозяину тела массу предложений по спасению из опасного места.Лисьи уши испуганно спрятались в локонах волос, страшась показываться наружу. —Ну и кого ты привёл? —угрюмо фыркнул один из компании. —Это Микелио.Тот самый про которого я рассказывал.—с идентичным спокойствием сказал Герцог. —О, тот лис, значит у него есть ушки, я хочу потрогать его ушки! —Элизабет хватит! Прекрати уже. —Зачем ты привёл в дом чужака? —Потому что он больной и хочет всех нас истребить —Но он же лис! Я таких ещё не видела отпусти! —Рей, хватит уже. —Говорят, эти лисы очень опасные и заразные! Хочешь себе подцепить чего? —Серьёзно?! А что он тогда здесь делает? —Я просто привёл его познакомиться со всеми нами. —Зачем?! Ты совсем больной?! В этой веренице громкий споров, перекликающихся голосов, образующую единый ком громкого гамма Микелио упустил важный фрагмент повествования.Карие очи постоянно перемешались от одной личности к другой, пока черепная коробка распухала от большого количества новой информации.Частая пульсация только усилилась, порождая странный набор симптомов.Внутренний жар сменялся зимним холодом, пока зона подмышек полностью покрылась отвратительным потом.Головная боль приобрела безконтрольную власть, пока хозяин тела перестал чувствовать собственных ног.«Я щас…»—не успел договорить он, погрузившись в безграничную пустоту…