«Символ Кхаматан. The symbol of Khamathan»

Прам провёл ладонью по лицу, слушая рассказ Джираван, и нервно выдохнул сквозь стиснутые зубы: — Чёрт побери… Мы втянулись в такую, простите, задницу, что моя голова не варит… — он отшатнулся, сплюнул на землю и выругался ещё громче, сорвавшись почти на крик. — Всё к чертям собачьим! Но, сделав несколько шагов, он остановился и присел рядом с Корном, положил руку ему на плечо и уже тише, добавил: — Как бы страшно ни было, я тебя не брошу. Понял? Буду рядом до конца, какой бы он ни оказался. Он попытался улыбнуться, но губа восполенная не дала ему это нормально сделать, и Прам болезненно поморщился. Затем, переводя дух, поднял глаза на Джираван и, чтобы хоть немного разрядить напряжение, буркнул: — Скажите честно, вы что, встроили в Корна трекер? — он кивнул на друга. — Или к его сумке GPS прицепили? Джираван едва заметно усмехнулась, но ответила серьёзно: — Никакого трек-чипа, — мягко повторила Джираван, обернувшись к Малике, словно возвращала разговор к прошлым воспоминаниям. — Понимаете, Пон — хоть и больше не муж Малики — но он навсегда вплетен в её ауру. Две души, пережившие одну воронку горя, остаются сшитыми тонкой золотистой нитью. Она не рвётся, пока обе души ходят под одним небом. Она шагнула ближе к Малике, и голос стал чуть ниже, почти завораживающим: — После первых видений о Тхат Намаре, я увидела мерцающий клубок судеб. Неправильный знак Кхаматан, раскрывшийся портал, Хан с печатью джинна на сердце — всё это сходилось в одну светящуюся жилку. И она тянулась к Малике. Значит, именно через неё можно повернуть ход событий. Но одной силы было мало. Нужна была чистая искра. Джираван провела пальцами по воздуху, будто снимая невидимую пелену: — Мы с Маликой взяли доску уиджи, вышли к границе сумерек и позвали Нами. Мы заключили с ней договор: её душа идёт к отцу, чтобы укрепить его, а мы — хранители двери — защищаем её до последнего. И Нами согласилась. С тех пор она стала стражем Пона и довела дело до конца. Она помогла своему отцу. Она посмотрела на Корна, и в её чёрных глазах вспыхнул огонёк. — И ты связан с Поном не меньше, чем Малика. Твоя ниточка — другого цвета, но сплетена в тот же узел судьбы. Ты — эмпат, Корн. Чистый и сильный. Ты не лечишь тела, но своей силой чувств исцеляешь души. Именно твоя любовь давала Пону силы выбраться из тьмы, когда он ещё не знал, чем обернётся для него эта сделка. Благодаря всем этим связям — твоей, Малики, детской нити Нами, такой мощной ауре Хана, — я почувствовала твой след, Корн. Он тянулся, словно раскалённая жила, на запад, к дому вашего друга. По нему мы и пришли. Малика, просто кивнула и добавила: — Мы следовали за этим ощущением Джираван. А когда были уже поблизости, Джираван увидела видение: тёмная машина на ночной дороге, внутри Корн, и дым. — Мы быстро спрятали свой автомобиль в перелеске, и принялись ждать. — Мы тогда бросили дымовую гранату на дорогу, — тихо сказала она, будто оправдываясь. — Просто, чтобы вынудить их затормозить. Машина рванула в сторону, почти врезалась в столб… А дальше — электрошокер. Мы вырубили их сразу, без лишнего шума. Корн молча кивнул, ещё не до конца осознавая, насколько близко всё было к настоящей катастрофе. Джираван посмотрела на Малику и добавила, уже с лёгкой улыбкой: — Я же говорила, что пригодится. Малика кивнула, вспомнив, как пару дней назад они готовились к этой вылазке. Тогда, перед самым отъездом, Джираван достала старую сумку и протянула ей небольшую цилиндрическую гранату. — Возьми. Это ещё со старого склада. Скоро она нам может пригодится. Когда придёт время — не сомневайся. Бросай. И вот, время пришло. И всё сработало. Малика улыбнулась, собрала аптечку и вернула её на место. — Остальное ты видел сам, — добавила Джираван. — Мы успели, потому что след Тхат Намары светится для меня, как линия, по которой следует идти. Но чем дольше он остаётся без тела, тем слабее этот след. Времени мало. Хотя уже ясно где всё будет происходить, в каком доме. Главное чтобы Тхат Намара не сбежал в другое место, в котором я уже не смогу его достать и он сделает свой черный обряд. Прам тяжело выдохнул, покачал головой, снова глянул на Корна и стиснул его плечо крепче. — Ну, хватит чудес на сегодня. Скажите, что нам делать — и мы все будем это делать, — пробормотал он. — Хотя бы попробуем склонить чашу весов обратно. Пока Джираван говорила — ровно и спокойно. Прам сидел рядом с Корном, прислонившись к стене. Он аккуратно проверил повязку на боку, сделал глубокий вдох и достал телефон. Его пальцы быстро скользнули по экрану, нажимая на контакт с пометкой "Капитан Понгпат". Он кратко написал: “Понгпат, подтверждаю: культ настоящий. Это не просто мистика. Они пытались похитить Корна, Тон друг Корна мёрт. Где твой человек которого ты обещал прислать, Вирапон? Пон и его семья в опасности. Срочно нужна помощь. Можешь перезвонить?” Ответ пришёл почти сразу. Через минуту раздался звонок. Прам посмотрел на экран и коротко сказал: — Это капитан Понгпат. Я ему доверяю, как и Корн. Он нам помогал уже. Прам взглянул на Корна. Тот кивнул в ответ, подтверждая его слова. Затем Прам повернулся к Малике и Джираван, жестом попросив тишины, и поднёс телефон к уху. Несколько секунд он говорил негромко, называя кто находится рядом с ним, упомянул, что Корн с ним, что тот жив и относительно в порядке, но ситуация крайне запутанная. Он также упомянул, что пострадал Тон — друг Пона и Корна. После этого Прам включил громкую связь, чтобы остальные могли слышать. Из телефона раздался спокойный, но хрипловатый голос с ноткой усталости: — Говорит капитан Понгпат. Всем добрый вечер. Я в курсе, где вы сейчас находитесь. Через две-три минуты к вам подъедет мой человек. Его зовут Вирапон. Он из нашей внутренней группы. Скажете — он отвезёт вас, куда нужно. Не беспокойтесь, лишних вопросов задавать не станет. Надёжный. И если возникнет опасность — умеет обращаться с оружием и сможет защитить вас. Понгпат сделал паузу, словно собираясь с мыслями. Затем продолжил: — Что касается дома номер шесть на Сои Тха Кхай. Там действительно было найдено тело Им Чайяпхон. Судебные техники и криминалисты подтвердили это. По крови, по структуре ДНК, по личным вещам. Но тело… оно в ужасающем состоянии. Повреждены запястья на обеих руках, плюс есть прокол в области сердца, к тому же тело полностью обескровлено. Ни одного следа крови. Словно её высушили. Причина смерти — колото-резаное проникающее ранение грудной клетки с повреждением сердца и массивной кровопотерей. Корн и Прам обменялись тревожным взглядом. Всё совпадало с тем, что они уже знали. Прам сделал шаг вперёд и, чуть приглушив голос, спросил: — А в саду, возле клумбы… вы нашли то, о чём мы говорили? Что-то закопанное? — Да, — подтвердил капитан. — Это действительно собака бабушки Им. Пёс по кличке Дао-Дин. На ошейнике сохранился брелок с именем. Кроме того, в одной из передних лап был чип, по которому удалось подтвердить личность. Судя по состоянию останков и поверхностной ямке, бабушка сама его похоронила. Умер он за несколько дней до неё, не позже. Всё говорит о том, что сначала погиб пёс, а потом уже она. Но даже это… не объясняет, почему всё тело бабушки оказалось лишено крови. Мы не нашли следов проникновения в дом. Возможно она сама открыла дверь тем, кто это с ней сделал. Капитан Понгпат отвлекся, что-то кому-то передал и продолжил дальше, его голос стал более напряжённым и хрипловатым: — Кстати камеры на соседней дороге, возле перекрёстка… я просмотрел их бегло. На одном из участков зафиксировано несколько фигур. Женщины. Двигаются как-то странно — дёргано, будто марионетки. И… их очертания… неясные. Смазаны, как будто у камер сбилась четкость и резкость. Он сделал паузу, будто выжидая реакцию. — Там были и мужчины. Один… один из них, возможно, был Пон. Я не могу утверждать наверняка. Лицо частично закрыто, качество съёмки не идеальное. Корн напрягся, сердце болезненно сжалось. Джираван тихо выдохнула, едва заметно кивнув, словно это подтверждало её опасения. Понгпат добавил: — Но самое странное — камера в момент, когда они проходили перекрёсток, словно «провисла». Кадры стали рваться, звук исчез. Будто кто-то или что-то мешало технике… или пыталось скрыть следы. Он замолчал, и в наступившей тишине в голосе капитана прозвучало нечто иное — не просто усталость, а внутренняя тревога: — Я в полиции двадцать семь лет. Такое не забывается. Я видел многое. Но нечто подобное — впервые. Скажу честно: я верю вам. Всё, что вы рассказывали мне и то, что я уже увидел лично… про культ, про символ, про исчезновения, эта ужасная смерть бабушки — это не совпадения. Это чёртовы сатанисты. Или кто похуже. Я с вами и всё, что смогу сделать — сделаю. Только скажите, что именно требуется. Прам кивнул, хотя капитан его не видел, и перевёл взгляд на Джираван и Малику. — У нас есть план. Но и враг у нас не из этого мира. Его не поймаешь с поличным и незакуёшь в наручники. Прам выдохнул, провёл рукой по лицу и, прежде чем закончить разговор, добавил: — Есть ещё один момент, капитан. По адресу, откуда нас сейчас заберёт ваш человек — Тон, муж Майи напал на нас. С ножом. Он был… не в себе. Пытался убить меня, и Корна. Я защищался. Всё произошло очень быстро. Сейчас он мёртв. Его тело в доме. Мы не стали его трогать. На другом конце линии повисла пауза, а затем голос Понгпата снова зазвучал, хрипло, но уверенно: — Принято. Всё понял. Я высылаю группу на место. Пусть осмотрят дом и зафиксируют всё. Специалисты будут на месте в течение часа. Главное — покиньте зону происшествия, как только подъедет Вирапон. Не надо, чтобы вас там видели лишние люди. Официально это будет оформлено как самооборона. Я улажу. С показаниями разберёмся позже, как всё немного утихнет. Он снова коротко выдохнул, словно сбрасывая напряжение: — И давайте держитесь там. Всё, что нужно — передавайте через Вирапона. Сил вам. И… спасибо за честность. Прам кивнул, закончил звонок и медленно убрал телефон в карман. Он снова посмотрел на Корна и тихо добавил: — Теперь у нас есть план, супер ведьма и полиция на подхвате… Осталось только одно — не дать этому тварюге добраться до души Хана и переселиться в него. Времени совсем впритык. А ещё спасти твоего мужа, Майю и её ребёнка, дел невпроворот. В тишине ночи вдруг послышался гул приближающегося автомобиля. Все четверо — Корн, Прам, Малика и Джираван — насторожились. Фары вынырнули из-за поворота, скользнули по стенам и остановились перед домом. Из машины вышел мужчина среднего роста, крепкого телосложения, в чёрной полицейской форме. На груди поблескивал значок, на поясе висел табельный пистолет, поверх формы — бронежилет. Его короткие тёмные волосы были аккуратно уложены, лицо обрамляла ухоженная бородка. Очки с тонкой металлической оправой добавляли ему сосредоточенности. Он быстро оглядел всех присутствующих, остановил взгляд на Праме и сказал: — Сержант Вирапон Ниттхая. Прибыл по поручению капитана Понгпата. Все по очереди представились — Прам первым, затем Корн, Малика и наконец Джираван, кивнув коротко, сдержанно. Вирапон чуть нахмурился, быстро сопоставляя лица и имена с тем, что уже знал. — Капитан сообщил, что в доме найдено тело мужчины. По предварительным данным, это Тон, муж некой Майи. Моё задание — забрать вас отсюда в безопасное место или куда вы мне скажете. Официально — я вас не видел. Все молча согласились. Напряжение не спадало, но в голосе Вирапона звучала твёрдая уверенность, дающая ощущение, что теперь будет легче. — Первым делом нужно убрать машину от дома, чтобы не привлекала внимание. Быстро и без шума. Вирапон, осмотрев двор и внимательно посмотрев на обе машины, обратился к Праму: — Твою машину нужно убрать. Оставлять её здесь нельзя — когда сюда приедут следователи, она сразу привлечёт внимание. Отгони её в сторону парка, там сейчас тихо. А вот вторую — ту, на которой приехали похитители, — наоборот, трогать не нужно. Пусть остаётся на месте. Это будет уликой. Когда наши приедут, они найдут её у дома, где лежит тело. Это поможет связать нападение, похищение и убийство в одно дело. Всё станет частью единой версии. Плюс данные от капитана, помогут всё это скрепить и объединить в нужном направлении. Прам кивнул и быстро сел за руль своего автомобиля. Он без слов понимал, что нужно делать. Машина мягко выехала на дорогу и исчезла за поворотом, свернув в сторону парковой зоны. Вирапон тем временем вернулся к своей полицейской машине. Он сел за руль, а к нему присоединились Малика, Джираван и Корн. Корн помог Джираван устроиться на заднем сиденье, затем сел рядом, а Малика — на переднее пассажирское место. Всё происходило быстро, но спокойно, без паники. Пока Прам шёл от парка, торопясь на встречу с машиной, он на ходу достал телефон и позвонил няне своего сына. Был уже поздний вечер, почти ночь, но женщина ответила сразу. Её голос звучал спокойно и уверенно. Она подтвердила, что Гун давно спит, он хорошо поел и вёл себя спокойно, никаких тревог. Сама она собиралась остаться на ночь и уже подготовила себе постель в комнате для гостей. Прам выдохнул с облегчением, поблагодарил её и коротко сказал, что вернётся как только сможет. Через пару минут, уже выехав из переулка, автомобиль остановился на обочине. Там, в свете фар, их уже ждал Прам — он шёл быстрым шагом от парка. Малика открыла дверь, и он молча сел внутрь, бросив короткий взгляд на Джираван и Корна. Никто ничего не говорил. Но в этом молчании чувствовалась решимость. Было ясно: теперь они — команда. И впереди их ждало то, что не прощает ошибок. Машина неспешно ехала по пустынной улице, колёса мягко катились по асфальту, отражая в себе блики редких фонарей. Джираван вдруг наклонилась вперёд и легонько коснулась плеча Малики, её голос стал хриплым, будто сдерживающим что-то изнутри: — Остановите, пожалуйста. Здесь. Сейчас будет… видение. Вирапон, сидящий за рулём, мельком взглянул на неё через зеркало. Его взгляд задержался на её лице — тёмная кожа, узоры татуировок, янтарный отблеск в глазах. Он почти что скривился от непонимания, но ничего не сказал. Просто кивнул и мягко затормозил. Машина остановилась у обочины. Джираван открыла дверь и, не дожидаясь вопросов, вышла в ночной воздух. Тишина была удручающей. Она быстрым, почти бесшумным шагом подошла к ближайшему дереву. Обошла его, положила ладони на шершавый ствол, как будто обнимала, а затем подняла лицо к небу. Над ней раскинулось бархатное чёрное небо, где звёзды дрожали, будто боялись смотреть вниз. Откуда-то из глубины её сознания пошёл резонанс — едва ощутимое гудение, словно нить между мирами натянулась и запела. В её зрачках отразился мерцающий свет — началось. Вспышка. Боль. Внутренний толчок. Видение ворвалось в неё не как мысль, а как поток света и теней. Она увидела, как Тхат Намара вырывается из тела Пона — густая тьма, клубящаяся, как чёрный дым. Он теперь внутри женщины. Джираван узнала её, она уже видела её в своих видениях. И тело этой женщины не принимало джинна, оно трещало, и быстро разрушалось изнутри. Оно не выдерживало силу джинна. Ему было тесно, мучительно — но он держался, потому что выбора не было. Следом пришло другое видение. Она увидела Ханыля, связанного, почти без сознания, его губы дрожали, а глаза были затуманены. Где-то рядом мать с маленькой девочкой на руках, обе без сознания, уложенные, как куклы, у алтаря. Над ними склонились женщины в красных повязках и узорчатых одеждах, каждая — как жрица или палач. В их руках были светильники, и они начинали подготовку. Джираван чувствовала, как пульсирующая волна зла усиливается и сгущается. В последней вспышке ей явился соседний дом — там, где сейчас оставались полицейские. Их сознание мутнело, глаза стекленели. Тхат Намара и его жрицы собирались пустить ритуальный импульс, своего рода волну-подавление, чтобы временно “выключить” всех чужих. Ни один офицер не должен был помешать переселению. Всё было рассчитано. Всё готово. И времени у Джираван и её спутников почти не осталось. Джираван открыла глаза. Лоб её был влажным от испарины, дыхание прерывистым, но стойким. Она ещё несколько секунд стояла, прижимаясь к дереву, будто черпая из него последние силы. Затем повернулась и быстрым, уверенным шагом направилась обратно к машине. Малика, видя её состояние, уже тянулась к бутылке. Она знала: после каждого видения Джираван нужно восстановить силы, в первую очередь — водой. Когда та села внутрь, Малика молча протянула бутылку. Джираван сделала несколько больших глотков, зажмурилась, выдохнула. И заговорила. — Они уже начали. Всё будет происходить в подвале дома на Сои Тха Кхай 8. В доме Пона. Там, где всё началось. Они собираются провести обряд переселения… прямо сейчас. Все жрицы уже там. Майя и её дочка — без сознания. Хан связан. Он в центре ритуала. Её голос дрожал, но не от страха — от спешки, от необходимости действовать немедленно. Она обернулась к Вирапону: — Свяжитесь с капитаном. Срочно. Скажите ему, что всем в доме бабушки Им — на Сои Тха Кхай 6 — сейчас грозит опасность. Очень серьёзная. Попросите под любым предлогом вывести оттуда всех его людей. Как можно скорее. Если они останутся, их просто “отключат”. Они не поймут, что происходит, пока не станет слишком поздно. Вирапон уже доставал рацию. Джираван повернулась к остальным, глаза её сверкали: — Нам нужно попасть в дом бабушки Им. Немедленно, — твёрдо произнесла Джираван, прижимая руку к груди, туда, где под одеждой тёпло пульсировал отзеркаленный символ Кхаматан. — Это единственное место, где мы можем провести наш ритуал. Если мы не успеем до кульминации обряда… мы потеряем Хана. И шанс что-либо изменить. Все молчали, пока вдруг Малика не нахмурилась и хлопнула себя по лбу: — Чёрт… Атрибуты. Мы забыли ритуальные чемоданы. Джираван закрыла глаза на секунду, сжав губы. Было видно, что это её злит — не столько забывчивость, сколько потерянное время. Она кивнула, выдохнув: — Да… без них мы ничего не сделаем. — Где ваша квартира? — спросил Вирапон, выруливая на более широкую улицу. — Насколько далеко? — Район Банг Пхо, вблизи старого рынка, — ответила Джираван. Вирапон сверился с навигатором и быстро рассчитал: — Минут пятнадцать, если без пробок. Быстро заберём и вернёмся — не больше получаса. Малика повернулась к Джираван: — Я знаю, где всё лежит. Всё уже собрано? — Да, — подтвердила та. — Два ритуальных чемодана, возле алтаря. Просто захвати их и не открывай. Она резко обернулась к Вирапону, лицо её снова стало жёстким: — Но меня везти туда не нужно. Отвези меня как можно ближе к дому на Сои Тха Кхай 8. Я попробую замедлить Тхат Намару. Сейчас он готовится к переселению, но тело ещё не готово принять его. Да и он находится в теле в котором не может полностью пользоваться своей силой. Если я правильно всё сделаю то выиграю для вас минут пятнадцать, может, двадцать. Этого может хватить. — А ты справишься одна? — спросила Малика с тревогой. — Не впервой, — слабо усмехнулась Джираван. — И пока полицейские не покинут дом бабушки Им, мы всё равно не можем начинать. Так что пока я отвлекаю его — ты привози всё, что нужно. А ты Вирапон поторопи своего капитана, чтобы тот убрал из дома людей. И возвращайся поскорее. Второго шанса у нас скорее всего не будет.