Счастливого кинктября

В первую встречу дольше всего Локи смотрит на голубую подводку. Со стороны могло показаться, что вглядывается в глаза, но Грандмастер смотрит на Локи тогда в упор, и видит что его взгляд смещён едва-едва ниже. — Что-то, м, интересное? — мурлычет он, пробегаясь пальцами по острой коленке, и Локи наконец отмирает. — Ничего. Простите, Грандмастер, я просто задумался. Грандмастер видит как Локи обкусывает губы, когда думает что Грандмастер от него отвернулся. * Они в первый раз занимаются сексом, и Локи тянется пальцами к цветным линиям на лице Грандмастера, и очаровательно сводит брови. — Как оно только держится? — на выдохе бормочет он, и Грандмастер перехватывает его пальцы губами, и пытается поймать взгляд. — Держится что, сладкий? — Ничего, — спешно отвечает Локи. — Я. Поцелуйте меня. Грандмастер, конечно, целует без лишних вопросов, и крепче хватает его под бёдра, и всё же скулы у Локи расходятся оттенком лилового до. * Идеальный способ оторвать Локи от книг, или магии, или чего угодно ещё — начать при нём наносить макияж. Грандмастер это быстро усваивает. Локи следит за тонкими линиями кистей и движениями пуховок издали. Часто с другого угла комнат и в отражениях зеркала, но — следит, как голодный за сервировкой стола. Локи дышит чаще, когда Грандмастер наносит цветные тени. Приоткрывает рот, когда он добавляет шиммерного блеска лицу. Сглатывает, стоит Грандмастеру нанести помаду. — Ты мог бы, знаешь. Присоединиться, Ло-ло, — говорит Грандмастер беззаботно, прекрасно зная, что для Локи это сплошное поддразнивание. — Мы могли бы, м, накрасить тебя. Или ты мог бы поиграть, знаешь, ну, с моим лицом. — Нет, — отвечает Локи, с трудом растягивая слова. Редко когда его маску контроля можно заставить трескаться, но пудре и румянам он проигрывает всегда. — Ничего. Не нужно. Грандмастер позволяет себе удовольствие перебирать баночки, и от их стука Локи идёт мелкой-мелкой дрожью. — Я могу, м, нанести что-то… — нарочито медленно напевает он. — О. Эта тушь — краска для ресниц, понимаешь? — в общем, эта тушь, ну, так красиво течёт. От пота, например. Или слёз. Тебе, ну, понравится, если я? — Нет, — поспешно, слишком поспешно, почти на грани вскрика отзывается Локи, судорожно закусывая щёки. — Вернее, не знаю, Грандмастер. Мне всё равно. — И ты точно не хочешь… — Нет. От отказа, кажется, в Грандмастере расцветает сама душа — или что там могло от неё остаться за миллионы миллионов лет. Он медленно погружает щеточку в средство, и видит в зеркало, как Локи лихорадочно прикрывает пах и сводит колени.