Логистика удел сильных

Территория складского комплекса встретила двух мужчин слепящим холодным светом ламп. При въезде на промзону, Рокэ машинально отметил у себя в голове время, когда они проехали главные ворота — 9:47. Рядом со складом в ряд выстроились грузовики с логотипом их компании. Металлические бока этих гигантов на колесах сверкали под лучами осеннего солнца. — Нам нужно проверить температурные датчики в каждом контейнере, — сказал Рокэ, перебирая в руках бумаги, которые он до этого прикрепил к планшету. Его голос прозвучал неестественно громко, отражаясь гулким эхом от стен склада. Ричард лишь молча кивнул и сделал шаг ближе. Слишком близко. Между ними оставалось не более тридцати сантиметров. Рокэ с такого расстояния мог даже почувствовать запах одеколона мужчины, который он тогда ощутил в кабинете начальства — древесный, с непонятной ноткой горечи. — Начнем с восточной части, — прошептал Окделл. Его горячее дыхание опалило ухо Алвы. Они шли вдоль ровного ряда контейнеров. Звук их шагов гулким эхом отражался от металлических стен склада, а потом терялся под высоким потолком. Первым по списку был контейнер №2245-Q, поэтому Рокэ остановился рядом. По документам этот контейнер предназначался для отправки в клинику Шарите, Берлин. У Алвы похолодели руки, когда он дрожащими пальцами вводил код безопасности на электронном замке. — Ты дрожишь, — заметил Ричард. Уже не на «Вы», а «ты». Какая резкая смена обращений. Его тяжелая рука легла на плечо Рокэ, чуть сжимая. Даже сквозь одежду можно было почувствовать тепло. — Просто холодно, — соврал Алва, отстраняясь под предлогом проверки термометра. Цифры на дисплее вызывали у него тошноту: +4°C вместо требуемых +2°C. Всего лишь два градуса, но для термочувствительных ферментов это могло быть критично. После такого Рокэ лихорадочно стал проверять остальные контейнеры их фирмы — №2246-Q и №2247-Q. И каждый раз его встречали +4°C на термометре. Мужчина повернулся в сторону начальника, чтобы сообщить о проблеме, но замер. Ричард стоял у открытого контейнера №2245-Q. В руках у него была ампула в какой-то прозрачной жидкостью. Его лицо в белом свете ламп выглядело еще бледнее обычного, каким-то осунувшимся и болезненным. — Ты ведь понимаешь, что перепутал условия хранения? — Тихо спросил Окделл. — Они едут не в Берлин, а в Берн. Клиника нуждается в этих препаратах под другим кодом. С каждым словом начальства Рокэ чувствовал, как постепенно земля уходит из-под ног. Он переводил взгляд с накладных на ампулу в руках Ричарда и пытался понять, как мог совершить такую ошибку. Такое было возможно, если бы на месте Алвы находился новичок, совсем еще зеленый и невнимательный. Но нет же, здесь был Рокэ Алва, сотрудник с многолетним опытом работы. — Я… Я не видел дополнения к контракту, — пробормотал он и замолчал. Рокэ больше нечего было сказать. Он не пытался как-то оправдаться, всего лишь признавал вину за все последующие проблемы компании. А еще ему было стыдно: перед начальством, перед самим собой и перед младшим братом. Если Алву уволят, то это будет совершенно оправданный поступок. Из мыслей его вывело резкое движение в стороне. Ричард положил ампулу на место и с грохотом захлопнул дверцу контейнера. - Поехали, — бросил он через плечо, уже направляясь к выходу с промзоны. Арендованная машин, на которой они приехали, стояла у служебного входа. Солнце уже стояло в зените и нагрело собой не только землю, но и салон автомобиля. Садясь на пассажирское сиденье, Рокэ вдруг осознал, что совершенно не помнит, как они прошли обратно через всю промзону. В его памяти сохранились только обрывки: зеленый свет аварийного выхода, скрип ботинок по залитому бетонному полу и спина Окделла в трех шагах впереди. Мотор Ричард завел не сразу. Он положил руки на руль и с силой сжал его, что костяшки побелели. На такое бесчинство кожаное покрытие руля недовольно заскрипело под пальцами водителя. Сделав глубокий вдох и выдох, пытаясь успокоить нервы, Окделл все же повернулся в сторону Рокэ. Тот сидел молча, даже практически не дыша, и старался слиться с креслом либо по цвету лица, либо вообще полностью. - Завтра в восемь утра груз должен быть в Берне, — сказал Ричард слишком спокойным голос, практически мертвым. - Если он опоздает хотя бы на час, контракт будет расторгнут. Про штрафы за нарушение я вообще молчу. Это значит, что.… Окделл не продолжил фразу, завел двигатель и машина тронулась в сторону города. Рокэ закрыл глаза. Он прекрасно знал, что это значит, особенно в его ситуации. Своей невнимательностью, или что бы это ни было, он лишал своего младшего брата страховки. Он собственными руками лишил себя возможности выплачивать кредит за квартиру. В голове эхом раздался печальный голос Жюля, который не переставая шептал слова извинений.

***

Пейзажи города мелькали за окном, когда они с вокзала ехали в сторону офиса. Рокэ посмотрел на часы на приборной панели - 13:24. Что ж, до конца рабочего дня у них оставалось всего лишь каких-то четыре с половиной часа. Это времени было катастрофически мало для того, чтобы придумать и найти решение возникшей проблемы. Когда они остановились на одном из светофоров, Ричард вдруг повернулся к мужчине с серьезным выражением на лице. Рокэ был уверен, что ему не понравится услышанное. - У меня есть один вариант... - начал Окделл, но светофор загорелся зеленым и он снова обратил свое внимание на дорогу. Алва почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он точно знал, о каком таком "варианте" говорил его начальник. Месяцы неловких взглядов, случайных и не очень прикосновений, приглашения на кофе или ужин... Весьма говорящие сами за себя "варианты". Дальнейшая дорога до офиса прошла в тишине.