Отель

Кевин и Рико уже были в номере отеля. Тусклый оранжевый свет от ламп заполнял всю спальную комнату. К их общему удивлению там стояла лишь одна большая двуспальная кровать. Рико это не смутило, он просто отправился в душ. А вот Кевин трясся. Это его ошибка? Или рецепшена? Что же ему будет за это? Он даже не хотел представлять. Панорамные окна, длинной от потолка до пола открывали прекрасный вид на вечерний город. Именно это и помогло Кевину отвлечься. Через пару минут его спокойствие вновь ушло на нет, сзади него стоял Рико, в одном лишь халате. Он звал его уже третий раз и был явно недоволен. Заметив, что Кевин очнулся из своих грёз, Рико хищно улыбнулся и повалил его на кровать, сжав шею рукой, так, что сам Кевин не мог дышать. Парень с испугом смотрел в его карие глаза своими зелёными и жалко пытался сделать вдох. Рико закрыл его рот в поцелуе. Это было не нежно. Это было грубо и мучительно, теперь то Кевин уж точно не мог дышать. Через пару минут у него закружилась голова. Только тогда Рико отпустил Кевина, давая ему сделать жадный вдох, от которого парень сразу же закашлялся. Лёгкие обожгло, а на глаза проступили слёзы. — Кевин-Кевин. Ай-ай-ай. Ты же знаешь, что плохие мальчики должны быть наказаны. - слащаво протянул он и продолжил: - Я звал тебя 3 гребанных раза, почти сорвал голос. А ты стоял.. и тупо пялился в окно.. О чем же таком ты думал? От этого голоса у Кевина по спине пробежали мурашки. И не те приятные, о которых пишут в книгах, описывая оргазм, а мурашки ужаса. Кажется, у него даже волосы встали дыбом. ... Кевин снова погряз в свои мысли. Он не помнил как Рико снял с него одежду, как разминал его, ласкал. Он очнулся когда его член резко и болезненно вошёл в него. Из уст Кевина вырвался болезненный вскрик. Рико ещё и прозорватив не одел. Это было ещё больнее. Кевин схватился за простыни, пытаясь убежать, отстраниться, исчезнуть, но Рико тут же его придуших. Горло жгло от каждого срывающего вдоха. Вхгляд плыл. Грань между приятным и болезненным стерлась, а разум помутнился. Дальше Кевин опять ничего не помнил.