Детство Эталонов

Их синхронизация по расписанию держалась на трёх китах: ежевечерний текстовый отчёт Стэнли, воскресный десятиминутный звонок и священная уверенность, что их мир из двух человек остаётся неизменным, несмотря на расстояние. Но чужие жизни имеют обыкновение врываться без спроса. Личные сообщения: Капитан – Проф Капитан: (21:45) Зачёт по тактике завалил. Мэллоу орал, что у меня «тактическое мышление улитки». Чёрт, а я ведь всё по твоим схемам делал. Проф:(21:46) Невозможно. Мои схемы безупречны. Вероятно, твой сержант не способен оценить нестандартный подход. Слепое следование уставу —признак ограниченного интеллекта. Капитан:(21:47) Спасибо, что защищаешь мою честь, боевой товарищ. Как твой «Хаббл»? Всё ещё скучно? Проф:(21:48) Смена задачи. Помогаю коллеге, Рейчел, с калибровкой лазерного альтиметра для нового марсохода. Задача тривиальна, но её болтовня отнимает 34% моей вычислительной мощности. Капитан:(21:49) Рейчел? Это та, с рыжими волосами и кружкой про синтаксические ошибки? Проф:(21:50) Да. Она компетентный инженер, но её социальная активность превышает все разумные нормы. Стэнли отложил телефон. «Рейчел». Он представил её: весёлую, умную, с рыжими волосами. Ту, которая понимает его работу, которая рядом, в одной лаборатории, пока он тут ползает по грязи. Ту, которая может за день показать, где лучший кофе. Глупая, едкая ревность кольнула его под рёбра. В это же время Ксено, отложив телефон, вертелся в кресле, глядя на экран с данными. Его пальцы сами вывели в поисковике: «Тактическая подготовка кадетов. Курс начальный». Он пролистал несколько сухих PDF-файлов с наставлениями. «Применение обходных манёвров». «Оценка местности». Всё было до примитивного просто. Почему же Стэнли, с его острым, нелинейным умом, не мог с этим справиться? Может, его отвлекал тот самый Майк со своими анекдотами? Или... что-то ещё? Неделю спустя Стэнли, измождённый после ночных учений, провалился в сон, не успев отправить вечерний репортаж. Он проспал будильник, подъём и завтрак. Его вытолкали на построение сонным, с трясущимися руками. Весь день он чувствовал себя разбитым, и только к вечеру, улучив момент, сунул руку в карман за телефоном. Одно пропущенное сообщение. Проф: (22:01) Капитан. Отчёт. Коротко. Сухо. Без смайликов, без намёка на их обычный, полуироничный тон. Стэнли вздохнул. Нужно было ответить, объяснить. Капитан: (19:15) Прости, Проф. Вчера были ночные учения. Вырубился. Всё ок, жив-здоров. Ответа не было. Час. Два. Стэнли проверял телефон каждые пять минут, чувствуя, как нарастает странная, детская паника. Он злился на себя — за эту панику, за эту зависимость от трёх строчек текста. Но главным образом он злился на Ксено. «Ну не ответил и не ответил, занят, у него там своя, важная жизнь, с Рейчел и марсоходами». Только глубокой ночью, когда Стэнли уже почти смирился с молчанием, телефон наконец вибрировал. Проф: (01:22) Ночные учения — это нарушение стандартного цикла сна и отдыха, утверждённого для новобранцев. Это снижает общую боеготовность на 40% в последующие 24 часа. Это халатность. Глупость. Стэнли прочёл сообщение. И перечитал. В этих сухих, выверенных фразах не было ни капли тепла. Но он знал Ксено. Знал, что за этим стояло. Это не была констатация факта. Это была ярость. Ярость учёного, столкнувшегося с иррациональной, опасной системой, которую он не мог контролировать. Ярость друга, который провёл полдня в тихом бешенстве, представляя, что Стэнли могло что-то случиться. Он хотел написать что-то тёплое. Что-то вроде «Скучал?». Но не смог. Вместо этого он ответил так, как говорил бы их «Проф». Капитан: (01:23) Согласен. Полная халатность. Но я выжил. Отчёт: учения прошли. Задание выполнено. Противник (Мэллоу) условно нейтрализован. На том конце, в своей стерильной комнате в Хьюстоне, Ксено прочёл сообщение. Уголки его губ дрогнули. Он откинулся на спинку кресла, смотря на звёзды за окном. Он не видел созвездий. Он видел схему — длинный коридор, спящего Стэнли и сержанта Мэллоу, чьи некомпетентные приказы нарушали хрупкий баланс его вселенной. «Нерационально, — подумал он, глядя на тёмный экран. — Эта... эмоция. Она требует слишком много ресурсов». Но он не мог её отключить. Так же, как не мог отключить потребность дышать. А в комнате Стэнли Майк, проснувшись от света экрана, пробурчал: — Опять твой кибер-бойфренд не спит? Скажи ему, что некоторые люди тут пытаются выживать. Стэнли не ответил. Он просто выключил телефон и уткнулся лицом в подушку, чувствуя, как по щеке скатывается одна-единственная, идиотская, предательская слеза. Не от усталости. А от того, что тот, кто был его продолжением, вдруг оказался так далеко, что даже гнев их стал звучать как набор бездушных терминов. И эти призраки — Рейчел, Майк, Мэллоу, марсоходы и ночные учения — уже стояли за спиной у каждого, шепча, что их общий мир раскалывается на два чужих.