Монолог фармацевта/Записки аптекаря

Маомао узнала о кончине принца, когда за вечерней трапезой раздавали черные траурные пояса. Женщины носили их в течение семи дней, чтобы продемонстрировать свою скорбь. Но больше всего недовольства вызвало объявление о том, что мясные блюда, и без того скудные, на время будут полностью исключены. Служанки питались два раза в день, в основном кашей и супом, иногда они получали немного овощей. Этого было достаточно для маленькой Маомао, но многие женщины считали эти блюда недостаточно сытными. Среди низшего класса прислуги было много таких женщин. Некоторые происходили из семей фермеров, другие были городскими девушками, и, хотя это было редкостью, некоторые из них были дочерями чиновников. Дети чиновников могли рассчитывать на чуть большее уважение, но даже в этом случае работа, которую поручали женщине, зависела от ее собственных достижений. Девушка, которая не умела ни читать, ни писать, конечно, не могла рассчитывать на то, что у нее будут собственные покои. Быть супругой – это тоже работа. За которую ты так же получаешь вознаграждение. «Думаю, в конце концов, это меня не касается» Маомао знала, что убило маленького принца. Это было из-за того, что супруга Лихуа и ее служанки щедро покрывали лицо белой пудрой. Эта пудра была такой дорогой, что обычные девушки не могли рассчитывать на то, чтобы воспользоваться ею хоть раз в жизни. Однако у нескольких более состоятельных дам в борделе он был. Некоторые из них за одну ночь зарабатывали больше, чем фермер за всю свою жизнь, и могли позволить себе косметику. Другие получали пудру в качестве дорогого подарка. Женщины покрывали себя белилами с лица до шеи, и она разъедала их тела. Некоторые умирали от этого яда. Отец Маомао предупреждал их, чтобы они перестали ею пользоваться, но они игнорировали его. Маомао, помогавшая отцу в лекарском деле, собственными глазами видела, как несколько куртизанок чахли и умирали от этой пудры. Они противопоставляли свою жизнь своей красоте и в конце концов потеряли и то и другое. Вот почему Маомао отломила пару подходящих веток, нацарапала краткое послание каждой супруге и оставила их у окон. Она не особо ожидала, что они прислушаются к предупреждению служанки, которая не смогла даже раздобыть бумагу и кисть. После того, как закончился траур и черные пояса исчезли, до нее начали доходить слухи о супруге Гёкуё. Люди говорили, что после смерти принца император в горе нашел утешение в Гёкуё и его оставшейся в живых дочери. Но к супруге Лихуа, которая так же, как и он, потеряла своего ребенка, он больше не заходил. Как это было удобно для него. Маомао осушила свою тарелку супа, в который сегодня добавили лишь маленький кусочек рыбы, затем вымыла посуду и отправилась выполнять сегодняшние поручения. - Тебя вызывают. Маомао несла корзину с бельем, когда ее остановил евнух и велел ей явиться в кабинет старшей служанки. Управление служанок было одним из трех основных подразделений во внутреннем дворце и включало в себя женщин-служанок самого низкого ранга. Двумя другими управлениями были Министерство внутренних дел, которое занималось супругами, и департамент домашней прислуги, к которому были прикреплены евнухи. «Что ей могло понадобиться от меня?» - недоумевала Маомао. Евнух разговаривал и с другими служанками, находившимися поблизости. Что бы ни происходило, это касалось не только Маомао. Должно быть, им нужны еще руки для какой-то работы по дому, решила она. Она поставила корзину возле нужной комнаты, а затем последовала за евнухом. Здание управления находилось по другую сторону от главных ворот, одних из четырех, отделявших заднюю часть дворца от внешнего мира. Когда император навещал своих дам, он проходил через этот вход. Несмотря на то, что Маомао была здесь по официальному вызову, она чувствовала себя неуютно. Хотя убранство было несколько тусклым по сравнению со штаб-квартирой Министерства внутренних дел, расположенной по соседству, оно все же было заметно более роскошным, чем резиденции наложниц среднего звена. Перила были украшены искусной резьбой, а по алым колоннам взбирались ярко раскрашенные драконы. Когда Маомао впустили внутрь она слегка разочарованно вздохнула. Внутри помещение было не таким роскошным, как она ожидала. Единственной мебелью в комнате был большой письменный стол. Кроме нее, здесь присутствовало еще около десяти служанок, и они, казалось, были охвачены тревогой, предвкушением и странным возбуждением. - Хорошо, спасибо. Остальные могут идти, - сказал евнух. А? Маомао чувствовала себя неловко, когда ее так выделяли. Ее одну вывели в соседнюю комнату, а остальные женщины вышли, подозрительно косясь на нее. Даже для кабинета высокопоставленного чиновника это было слишком большое помещение. Заинтригованная Маомао огляделась по сторонам, после чего заметила, что все служанки в комнате смотрят в одном направлении. В углу, не привлекая внимания, сидела женщина в сопровождении евнуха, а неподалеку от нее - еще одна, чуть постарше. Маомао вспомнила, что женщина средних лет была старшей служанкой, но надменного вида леди была ей не знакома. Хм? Теперь она обратила внимание, что плечи у этого человека были довольно широкими для женщины, а одежда – слишком простой. Волосы сверху были убраны назад и перехвачены лентой, а остальные ниспадали каскадом. Это мужчина? Он одарил служанок улыбкой, мягкой и нежной, как у небесной нимфы. Даже старшая служанка покраснела, как девочка. Внезапно Маомао поняла, почему у всех вспыхнули щеки. Это, должно быть, был тот самый невероятно красивый евнух, о котором она так много слышала. У него были тонкие шелковистые волосы, ниспадающие каскадом за спину, миндалевидные изящные глаза и брови, напоминающие ветви ивы. Небесная нимфа на картине не смогла бы соперничать с ним в красоте. «Какая расточительность», - подумала Маомао, даже не покраснев. Все мужчины во внутреннем дворце были евнухами, лишенными способности к размножению. Теперь у них не было органа для зачатия детей. Насколько великолепным было бы потомство этого человека, остается только догадываться. Как раз в тот момент, когда Маомао подумала (с немалой долей дерзости), что такая почти нечеловеческая красота может привлечь внимание даже Его Величества, евнух плавным движением встал. Он подошел к столу, взял кисть и начал писать, демонстрируя изящные движения запястья. Затем с улыбкой, сладкой, как амброзия, он показал свою работу женщинам. Маомао замерла. «Ты там, с веснушками», - гласила надпись, - «Ты остаешься здесь.» По крайней мере, в этом и заключалась суть надписи. Красивый мужчина, должно быть, заметил реакцию Маомао, потому что одарил ее своей самой нежной улыбкой. Он  свернул лист и дважды хлопнул в ладоши. - На сегодня мы закончили. Вы все можете разойтись по своим комнатам. Женщины, часто и разочарованно оглядываясь через плечо, вышли из комнаты. Они никогда не узнают, что было написано прекрасной нимфой. Маомао смотрела им вслед, и через мгновение ей пришло в голову, что все они были миниатюрными женщинами с ярко выраженными веснушками. Но они не обратили внимания на надпись, а это, должно быть, означало, что они не умели читать. Сообщение было адресовано не только Маомао. Она собралась выйти из комнаты вместе с остальными, но почувствовала, как чья-то твердая рука легла ей на плечо. Охваченная страхом и дрожью, она обернулась и увидела перед собой почти ослепительную улыбку мужчины-нимфы. - Нет, нет, - сказал он, - я хочу, чтобы ты осталась. Эта улыбка — такая смелая, такая светлая — не давала ни малейшего шанса на отказ.