Температура твоего присутствия.

Эпиграф: «Ее смех был лучшим саундтреком к моей жизни. Сейчас в ней только тишина и помехи.» Илья вел свой Maserati Ghibli сквозь утренний трафик с грацией хищной рыбы, скользящей в мутной воде. Для него город был не архитектурой и людьми, а набором переменных: красные сигналы светофоров, которые нужно просчитать, медлительные «чайники» в левом ряду, которых нужно обойти, короткие временные окна для маневра. Он не ехал — он оптимизировал траекторию. Так же, как и в бизнесе. Так же, как и в жизни. Подземный паркинг издательства встретил его гулким эхом и запахом холодного бетона. Его место — номер 7, счастливое число, забронированное лично Патриархом — было свободно. Но взгляд Ильи, словно магнит, притянулся к другому. Место номер 13. Табличка с именем «Кошкина А.И.» висела на нем, как вызов. Как красная тряпка. Он усмехнулся сам себе. Это было глупо. Мелко. Совершенно нерационально с точки зрения логистики. Но дьявол, как известно, не в логистике, а в деталях. И сегодня дьявол внутри него требовал мелкой, но изящной пакости. Не задумываясь, он плавно завел блестящий темно-серый бок своего автомобиля точно между белых линий тринадцатого места. Вышел. Захлопнул дверь. Звук разнесся по пустому паркингу, как выстрел. Он поправил манжеты своего идеального костюма, бросил последний взгляд на табличку с ее фамилией и, не оборачиваясь, пошел к лифту. Он уже представлял ее лицо. Идеальные брови, изогнутые в праведном гневе. Губы, сжатые в тонкую, яростную линию. Весь этот тщательно выстроенный фасад ледяной королевы, трескающийся от такой банальной вещи, как занятое парковочное место. Поднявшись в свой кабинет на 25-м этаже, он не сел за стол. Он налил себе американо и встал у окна, которое выходило как раз на въезд в паркинг. Представление должно было начаться с минуты на минуту. И он не хотел его пропустить. Это была его личная маленькая «мыльная опера». Он даже купил на нее билет в первом ряду. Через пять минут ее белый Mercedes, похожий на кусок рафинада на колесах, хищно въехал на парковку. Замедлился у своего места. Замер. Илья видел, как машина постояла секунд десять — он почти физически ощущал, как за рулем нарастает градус холодного бешенства. Затем «Мерседес» медленно, почти демонстративно, проехал дальше, ища другое место. Илья ждал. Он знал ее. Она не станет звонить и скандалить со службой безопасности. Это ниже ее достоинства. Ее месть будет более изощренной. Но первая реакция… первая, неподдельная… Он услышал его, даже сквозь тройной стеклопакет. Ее кабинет был двумя этажами ниже, но звук был таким чистым и неожиданным, что Илья вздрогнул. Это был смех. Не веселый и не радостный. Глухой, немного хрипловатый, бархатный смех, полный презрения и… азарта. Он почти видел, как она стоит у своего окна, смотрит на его машину на своем месте и смеется. Смеется над его детской выходкой, над его наглостью, над этой нелепой игрой, в которую они играют. И в этот момент Илья понял простую вещь. Вся его жизнь была наполнена шумом. Звонки телефонов, приносящие новости о сделках. Гудение биржевых сводок. Аплодисменты на совещаниях. Пустая болтовня женщин на приемах. Все это были помехи. Белый шум, фон, который он научился игнорировать. А ее смех… Он прорезал этот шум, как скальпель. Он был настоящим. Живым. В нем была музыка — дикая, непредсказуемая, опасная. И Илья с внезапной, ошеломляющей ясностью осознал, что этот звук — единственный саундтрек, который он хотел бы слышать в своей жизни. Он отошел от окна и сел за компьютер. Адреналин от маленькой победы приятно гудел в крови. Он открыл почту и набрал ее адрес. Тема: Парковочное место Номер 13. Сообщение: »Анжела, доброе утро. Приношу свои глубочайшие. Надеюсь, твоему коню нашлось другое стойло. И.В.» Он нажал «Отправить» и откинулся в кресле. Тик-так. Он забросил наживку. Теперь ход за ней. И он будет ждать ее ответа, чего бы это ему ни стоило. Потому что без этой музыки его мир снова превратится в тишину и помехи. А этого Волк с Уолл-стрит позволить себе не мог.