Крылья бабочки

      После короткого стука Хуа Чэн тихо открыл дверь кабинета. Врач нахмурился и клацнул по мыши. — Извините. — бросил он и повернулся к Се Ляню. — Мне нужно срочно отлучиться, сможешь сам добраться домой?       Мужчина кивнул. — Конечно. Все в порядке? — Раздам пару оплеух и будет в порядке.       Се Лянь прыснул от смеха и прикрыл лицо рукой. Врач прокашлялся, прерывая обмен любезностями.        Он втопил педаль газа на полную, городские пейзажи размылись в неровные линии. Хуа Чэн знал, что проблемы вскоре начнутся, но не ожидал, что так скоро. Похоже, Цзюнь У решил избавится от них как можно быстрее. Колеса завизжали при торможении.       Пальцы застучали по цифровой панели, вводя комбинацию. Двери лифта бесшумно открылись. Даже если бы в автомастерской были еще люди, они бы ничего не услышали. — Надеюсь, у тебя была веская причина выдернуть меня. — Хуа Чэн залетел в кабинет, не утруждая себя приветствиями.       Хэ Сюань фыркнул, сложив руки на груди. — Извини, что забочусь о нашем бизнесе. Мне ведь одному это нужно. — Ближе к делу. — бросил Хуа Чэн, развалившись на черном диване. — Ли оказался крысой.       Мужчина поджал губы, спокойно произнес: — Он мне никогда не нравился. — Тебе никто не нравится. Но он был полезен.       Одни против Цзюнь У они выстоять не смогут, но положение их сейчас крайне незавидно. Первое предательство было лишь вопросом времени. А дальше их станет только больше. — Идеи? — Есть одна. — сказал Хэ Сюань. — Бросай своего наркошу и займись делами уже. Ну, откопаешь ты что-то, урод легко все замнет.       Хуа Чэн был не согласен. Так уж вышло, что один из них предпочитал сосредотачиваться на очевидных проблемах и действовать, исходя из них, а второй видел потенциал в вещах, что на первый взгляд казались несущественными. — Психиатры записывают сеансы? — Без понятия, не попадал к ним. Ты вообще слышал, что я сказал?       Хуа Чэн кивнул. — Что не ходил к психиатрам… Придется начать.       Хэ Сюань опустился на диван напротив, осуждающе глядя на своего напарника. — В холодильнике есть сэндвичи, не надо на меня так смотреть. — сказал Хуа Чэн, заложив руки за голову. — На кой хрен тебе записи? Цзюнь У ходит к мозгоправу? — Се Лянь ходит.       Хэ Сюань сложил руки и презрительно прищурился. Было мало людей, способных вывести его из себя, но Хуа Чэн неизменно возглавлял этот список. — Что дает еще меньше причин устраивать взлом с проникновением и кражу личных данных. Пэй Мин нас от всего не отмажет. — Поэтому все должно быть чисто. И займешься этим ты. — Я?! — протянул напарник. — Приведи хоть один довод, почему я должен этим заниматься?       Хуа Чэн не стал медлить, сразу надавил на больное. На долг. — Спишу десять процентов.       Хэ Сюань насупился, но долго держаться не вышло. — Двадцать, и я возьму парней навестить Ли. — О втором мог не просить. Бери Ичжэня и Цяньцю. — Молодняк… — Хэ Сюань скрипнул зубами. — Думаешь, справятся? — Пусть учатся. А я пока займусь остальным.       Если сейчас ничего не предпринять, оставшиеся союзники вскоре перебегут на другую сторону.       Стоял уже поздний вечер, голова раскалывалась надвое от пляшущих строк документов. Он отложил последний и зарылся рукой в волосы.       Хуа Чэн уже не единожды пожалел, что сам не отправился за записями, Хэ Сюань справлялся с бумажной волокитой гораздо лучше него.       Экран телефона засветился. Пришло сообщение от Се Ляня.       Привет. Ты не занят сейчас?       Мужчине пришлось сфокусировать зрение, чтобы буквы не рябило в уставших глазах. Подумав, ответил:       Только что закончил с работой. А что?       Ответ пришел сразу. Хотели фильм с другом посмотреть, но у него планы поменялись. А я уже пиццу заказал, один не съем.       Вечер с фильмом, пиццей и человеком, которого он использует в корыстных целях. Можно ли придумать сочетание лучше?       Сейчас он был готов на все, только бы выползти из своего кабинета.       Буду через двадцать минут.       Наверное, стоило отказаться от этой затеи. Хуа Чэн, вопреки мнению большинства, бесчувственной мразью не был. Как бы он сильно не желал добраться до Цзюнь У, так использовать человека без мук совести он не мог. Возможно, Хэ Сюань в чем-то и прав. — Сань Лан! Извини, что так внезапно… Ты, наверное, очень устал.       «Очень» ещё слабо сказано, Хуа Чэн мог запросто сойти за жнеца смерти в своем нынешнем виде. — Пустяки. Мне нужно отвлечься и поесть. — Ох, ну, это можно устроить, садись.       Се Лянь ловко нарезал пиццу и разлил сок по стаканам. Он двигался так легко и изящно, что Хуа Чэн не сразу смог отвести взгляд. — Извини ещё раз, что оставил тебя в клинике. — Ничего страшного. — беззаботно ответил мужчина. — Серьезных проблем же нет?       Сложнее сказать, есть ли несерьёзные проблемы. — Просто некоторые люди хуже заноз в заднице. — честно ответил Хуа Чэн.       Се Лянь рассмеялся и активно закивал головой. — И не поспоришь… Все готово, только… — он немного замялся. — Возможно, ты не захочешь смотреть этот фильм.       Хуа Чэн вопросительно выгнул бровь. — А что с этим не так? — Ты не знаешь «Ешь, молись, люби»? — Я редко смотрю кино.       Се Лянь поставил коробки с пиццей на ковер и уселся рядом, скрестив ноги. — Что же… Тогда я должен стать твоими проводником.       Хуа Чэн шутливо поклонился. — Слушаюсь и повинуюсь, гуру. Открой мне все тайны кинематографа.       Хуа Чэн ничего не ожидал от этого фильма, тем более, когда понял, что это романтика. Но чем дальше закручивался сюжет, тем больше он проникался к героям. В какой-то момент он обернулся и увидел, как Се Лянь внимательно следит за происходящем, на подсвеченном экраном лице отразились искренние переживания. Мужчина как бы случайно соприкоснулся с ним руками. Се Лянь, возможно, неосознанно, пододвинул пальцы ещё ближе.       Фильм вскоре закончился, как и пицца, как и причины оставаться здесь. Но никто с места так и не сдвинулся. — Спасибо, что приехал. — вдруг сказал Се Лянь. — Не хотел сегодня быть один. — Ты можешь сказать, если что-то тревожит… Я не специалист, но помогу, чем смогу.       Се Лянь устало опёрся спиной и диван. Синяки под глазами в скудном освещении казались ещё больше. — Да все как обычно. Заставляют душу выворачивать, прошлое вспоминать… Будто от этого должно стать легче.       Хуа Чэн не сразу подобрал слова. Не хотелось отвечать банальностью. — Согласен. Пошли бы они все нахер. — осознав, как грубо это прозвучало, поспешил исправиться: — Извини.       Се Лянь приподнял уголки губ. — Не нужно, хорошо сказано… Хотел бы я тоже послать всех, куда подальше. — Сперва пошли того, кто бесит больше всего. Должно полегчать.       Мужчина поник, глядя пустыми глазами в стену. Было невозможно понять, о чем тот думает. — Даже если я его пошлю… Ему все сойдёт с рук. — Похоже, он полный урод. — сказал Хуа Чэн, пытаясь казаться расслабленным, но сам держал ухо востро. — Я ненавижу его. — до этого спокойный и теплый голос обратился глыбой льда.       Воцарилась тишина. Се Лянь посмотрел прямо ему в глаза, все так же холодно процедил: — Он уничтожил мою жизнь… И ему ничего за это не было…       Было сложно скрывать дрожь в руках. Он наверняка говорит о Цзюнь У! — Знаешь… Я думаю, что вскоре жизнь сильно покарает того сукиного сына. — если жизнь не справится, то Хуа Чэн не спасует.       Се Лянь хмыкнул, но не стал ничего отвечать.       Как только пришо сообщение от Хэ Сюаня, Хуа Чэн засобирался. — Спасибо за вечер, я хорошо провел время. — Взаимно. — Се Лянь улыбнулся. — Извини, что я под конец расклеялся.       Хуа Чэн серьезно произнес: — Всегда пиши, если что-то не так или нужна помощь. — Ты достаточно участливый для того, кто просто отрабатывает штраф. — А я ответственный. — сострил Хуа Чэн. — Особенно, если дело касается штрафов. — Сказал человек, который сел пьяным за руль. — в ответ сострил Се Лянь. — Но я больше так не буду!

***

— Держи. — Хэ Сюань протянул флэшку. — Еле успел, там записей дохера. Приятного прослушивания. — Трудностей не возникло?       Хэ Сюань проворчал: — Есть одна. Напарник — идиот. Не задавай тупых вопросов, я бы сразу сказал о таком. — Спасибо. — Ага.       До дома осталось пара кварталов, как он заметил в зеркале нечто странное. Один и тот же байк ехал за ним ещё с главной улицы.       Он свернул в первый поворот и незнакомец за ним. И снова. — Дерьмо…       Хуа Чэн сбавил скорость и посмотрел в зеркало. Там никого не было.       Уже успела развиться паранойя?       Мужчина вставил флэшку в разъем. Хэ Сюань не соврал, файлов оказалось немало. Недолго думая, Хуа Чэн кликнул на первую.       Из динамиков раздался пустой голос врача. — Се Лянь, когда вы впервые употребили? — Мне было пятнадцать…