Раз - и очарование.

Киркорова словно током прошибло. Ничего подобного от бывшей жены, на защиту которой становился много раз после ее отъезда, он не ожидал. Да, слышал, что вышло какое-то интервью, но никак не предполагал, что Алла в лоб назовет вполне счастливые годы - а это, на минуточку, одиннадцать лет - всего лишь рекламой и "акцией поддержки другу". Кому и что обещала, казалось, когда-то бывшая примадонна уже и сама запуталась, а ее интервью искрилось нестыковками и псевдоразоблачениями. Впрочем, Филиппа интересовал лишь один конкретный отрывок, который почему-то на людях - а не заведя куда-то в закуточек, чтобы никто не видел - настойчиво под нос ему совала Собчак. Автор телеграм-канала "Кровавая барыня" словно пыталась считать по мимике Киркорова эту реакцию - словно гиена, прельщенная запахом крови - едва лишь уловила в глазах Филиппа оттенок печали, глубокого разочарования и даже боли, еще настойчивее протянула ему телефон: - На-на, держи, а то щас смартфон упадет! - отдала ему в руки, - Звук погромче сделать? Прибавим! - нажала всего одну кнопку, и теперь откровения Аллы Пугачевой слышал не только Фил, но и близстоящие журналисты. Не упустив возможности на фактически пустом месте соорудить сенсацию, двое папарацци подошли к Филиппу: - Филипп, а вот как Вы реагируете на слова Вашей жены? - спросил молодой парень в клетчатой рубашке. - Да-да, ведь Алла Пугачева назвала Ваш с ней брак всего лишь пиар-акцией! Вы с ней дурили страну Бог знает, сколько лет! Как будете оправдываться? - Так-так, коллеги, - Собчак подозрительно быстро сменила тактику и, убрав смартфон, обратилась к журналистам. Она и сама журналист, потому ее попытка - это не защита, а способ единолично впитать сенсацию от первоисточника, и лишь потому она ревниво огораживала Киркорова от глупых вопросов, - У нас не пресс-конференция, а Ваши вопросы бестактны. - Да нет, почему, - вмешался вдруг Фил, чем удивил и Собчак, и всех присутствующих. Лепс нахмурился, искоса поглядывая то на Ксению, то на папарацци, а Бузова чисто рефлекторно встала рядом с Филиппом, словно пытаясь оказать другу моральную поддержку, - я отвечу. Это вполне ожидаемый вопрос после интервью многоуважаемой Аллы Борисовны. Странно только, что вы, - окинул взглядом толпу репортеров, снисходительно улыбнувшись, - так быстро среагировали и подлетели, но что ж... - Так что Вы ответите? - не вытерпел один из репортеров. - Я благодарен этой женщине, мой венчанной супруге, за одиннадцать лет счастья. Ничего менять я бы, конечно, не стал. И желаю ей только всего самого наилучшего. - в этот момент Собчак ухмыльнулась, и Бузова, не сдержавшись, бросила на нее краткий, но полный негодования взгляд, - Но мы собрались здесь по другому поводу - как известно, у Марго Овсянниковой презентация песни... Филипп ловко соскользнул с малоприятной темы, дав вполне четкий ответ. Журналисты, которые помнили все прошлые скандалы с розовой кофточкой, были уверены, что поп-король сейчас будет рвать и метать, наговорит разных эпитетов, приправит нецензурщиной, и они снова станут чуть ли не крылатыми фразами. Но Фил держался молодцом. "Помудрел" (Собчак). Незаметно для окружающих прошли полтора часа презентации, Марго охотно раздавала интервью и зачем-то кривлялась на фотосессии. Филипп, стараясь не подавать виду, лишь иногда слегка улыбался, словно показывая вовлеченность в происходящее, хотя мысли его были далеко. "Как она могла? Как язык повернулся? Пиар... Слово-то какое жестокое... То, в чем нас обвиняли после женитьбы и отчего мы так рьяно вдвоем отбивались, теперь, оказывается, едва ли не слоган всей семейной жизни... Пи-ар... Два слога, перечеркивающие вообще все отношения... Что ж, Алла... Раз для тебя наша женитьба, венчание в Иерусалиме, шесть попыток стать родителями общего ребенка всего лишь пиар, то... Бог тебе судья. Я все равно благодарен за все, что было." (Филипп) - Ты как, Филь, нормально? - чей-то знакомый женский голос вывел Киркорова из раздумий, - Не обижайся на Ксюшу, она порой ведет себя... Не очень правильно. - Филипп обернулся и, заметив перед собой Олю Бузову, натянул улыбку: - Да о чем ты? Все хорошо. Ксюша тут ни при чем. О словах Аллы я бы так и так узнал. - Ты сердишься на П... - на миг запнулась Оля, - На Аллу Борисовну? - тут же поправила себя она и сразу заметила, как Филипп удивленно вскинул бровью. - На что сердиться? Она сказала, что хотела. - Знаешь, Филипп, когда людям нечего терять в отношениях, напоследок можно сказать то, что долго терпел. Может, тебе стоит позвонить Алле? Поговорить? - Не стоит, Оля. И без разговора все итак понятно. - Если ты проглотишь подобное, то все будут считать ее слова за прописную истину! Как можно не реагировать? - Оле вовсе не все равно на Фила, она считала его близким другом, и потому ей трудно скрыть негодование. Еще большее изумление вызывало у женщины нежелание Киркорова причинить боль Алле в ответ. - Да пусть думают, что хотят! Свои мозги другим не вставишь. А правду... Мы с ней и знаем, и помним ту самую истину - как все было на самом деле. Так что... - Смотри сам, друг. Знай, что я всегда тебя поддержу, - наскоро обняв Киркорова, Оля ушла. Покопавшись в контактах своего смартфона, Филипп открыл мессенджер и набрал адресату сообщение: - Что ж ты, сука, делаешь? - большой палец правой руки так и навис над кнопкой "отправить"...