Судьба отца, выбор сына

      Утро встретило Карлайла не просто сухостью во рту и тяжестью в голове, а глубокой, почти физической усталостью, которая проникала в каждую клетку, словно следствие не только ночи, но чего-то большего—чего-то неуловимо неправильного. Он потянулся, разминая затёкшие мышцы, пытаясь вернуть себе ясность мыслей, но остаточный запах алкоголя и женских духов мешал этому—навязчиво напоминал о произошедшем. Адриана. Он выдохнул, лениво повёл взглядом по комнате, ожидая увидеть её фигуру, её силуэт, её оставленный след. Но ничего. Простыни были смяты, но холодны. На подушке не осталось ни пряди её волос, ни слабого отпечатка её присутствия. Воздух в комнате был свежим, будто ночной хаос уже развеялся, уступив место утренней пустоте. Она ушла. Сбежала. И хотя это осознание пришло к нему постепенно, без резкого удара, оно всё же было неприятным. Не в том смысле, что он испытывал боль или обиду — нет, не это. Это было что-то другое, что-то глубже. Ощущение, что всё было слишком просто. Слишком легко. Словно вся эта ночь должна была не оставить следов, кроме случайной тяжести в голове, развеявшись, как дым, как иллюзия. Он провёл рукой по лицу, убирая остаточную сонливость, прежде чем встать с кровати. Комната встретила его тёмными стенами, мягким светом, тишиной. Окно было открыто, занавески слегка колыхались на утреннем ветерке, делая воздух прохладным, почти ледяным. Он прошёлся, взгляд лениво скользил по обстановке, будто он искал что-то—нечто неуловимое, нечто, что должно было объяснить утреннее чувство пустоты. Заглянул в ванную — пусто. Её нет. Она оставила его здесь, среди ночи, которой больше не было. Без записки, без прощания, без объяснения. Осознание не приносило гнева. Оно приносило понимание. Она использовала его. И это не вызывало возмущения, потому что он сам это позволил. Эта ночь была именно такой, какой должна была быть — одноразовой. Прожитой. Забытой. Но почему тогда внутри что-то не отпускало? Почему было ощущение, будто он потерял больше, чем просто случайную встречу? Он вышел в коридор. Клуб уже стих, ночное веселье уступило место утренней тишине. Несколько людей сидели у барной стойки, официант лениво протирал бокалы, музыка звучала значительно тише, чем ночью. Ему не хотелось здесь задерживаться— не было причин. Подойдя к стойке администратора, он достал кошелёк, бросил купюры на стойку, не вникая в сумму. — За комнату, — мужчина кивнул, деньги исчезли в кассе, а Карлайл направился к выходу. На улице воздух был свежим, ясным, с лёгким холодком, но не морозным. Город уже жил своей жизнью—люди двигались быстрее, машины сновали по улицам, кафе открывали двери, выпуская на улицы аромат кофе и свежей выпечки. Это было знакомо, привычно, логично. Всё, что ему сейчас было нужно. Логика. Порядок. Привычные ритуалы. Он достал телефон. 9:00 утра. Ехать домой. Срочно. Пока никто не решил, что с ним что-то случилось. Сев в машину, он глубоко вздохнул, пальцы сжали руль чуть крепче, чем обычно. На секунду задержал дыхание, прежде чем нажать на газ. Машина мягко сдвинулась с места, увозя его прочь от этой ночи, от её запаха, от её прикосновения, от её отсутствия. Но что-то всё же осталось. Неуловимое ощущение, что он не просто прожил ночь.

***

      Карлайл вошёл в дом, неслышно прикрыв за собой дверь. В доме было тихо, как будто ночь ещё держала его в своих объятиях, не позволяя утру полностью разогнать тени. Он прошёл через холл, его шаги мягко отдавались в пространстве, и чувствовал — воздух был другой. Свежий, домашний, пропитанный теплом, но в нём не было той свободы, той раскрепощённости, которую давала ночь. Каждый предмет в доме находился на своём месте — идеально ровные книжные полки, приглушённый свет настенных ламп, полы без единой соринки. Всё было таким, как всегда, но он был другим. Он двинулся дальше, мимо гостиной, туда, где в воздухе ещё витал слабый запах кофе, смешанный с запахом страниц. Он не ошибся — Элис. Она сидела на кухне, её тонкие пальцы перебирали страницы книги, а тёмные завитки волос падали на плечи, укрывая часть лица. На столе лежала чашка с остатками напитка, а лампа мягко освещала угол комнаты, создавая уютную картину. И всё бы оставалось таким же, если бы не его появление. Как только Карлайл ступил внутрь, Элис почувствовала это. Она подняла взгляд, её серые глаза изучили его. — Пап, где ты был? — голос был ровным, спокойным, но в нём чувствовалось лёгкое ожидание, намёк на любопытство, словно она уже знала, что ответ будет не из тех, что можно просто отмахнуться. Карлайл ничего не сказал. Он медленно снял пальто, потянулся к спинке стула и, не спеша, повесил ткань так, чтобы она висела ровно. Затем он прошёл ближе, опустился на стул, выдохнул и закрыл лицо ладонями. Тишина заполнила пространство между ними. А Элис только наблюдала. — Ты молчишь. Значит, история интересная. — Карлайл не ответил сразу. Он провёл пальцами по волосам, задержался на затылке, прежде чем выдохнуть. — Мне нужно было отвлечься, — она продолжала изучать его. — Отвлечься? Карлайл медленно убрал ладони от лица, откинулся назад, вытянул руки перед собой, глядя на свои пальцы, словно искал в них ответы. — Я устал, Элис. Всё слишком долго держится на мне, слишком много всего… — он провёл рукой по лицу. — Эсми ушла, семья, ответственность, вся эта ситуация… иногда кажется, что я держусь уже слишком долго, а внутри пустота. Элис убрала книгу в сторону, она не говорила ничего сразу. Она просто встала и подошла к нему, мягко положив ладонь ему на плечо. Её пальцы чуть сжались, передавая поддержку. — Я понимаю, пап. — Карлайл тихо вздохнул. Но Элис, конечно же, не собиралась отпускать тему. Она склонилась чуть ниже, её глаза засветились хитрым блеском, и губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Но скажи мне… кто она? — Карлайл усмехнулся, его губы дрогнули в слабой, усталой улыбке. — Адриана. — Адриана, да? — Элис вновь села рядом, её внимание теперь было полностью приковано к нему. — И какая она? — Карлайл молча смотрел перед собой, вглядываясь в пустоту, но её образ всё равно всплывал перед глазами. — Смелая. Остроумная. Она видит людей насквозь, но не пытается их менять. Просто принимает их такими, какие они есть, красивая, милая, умная. Так которую ищу я. Элис наблюдала. Она видела изменение — то, как голос отца стал мягче, как взгляд стал задумчивее. Она знала, она поняла. Её губы медленно растянулись в лёгкой ухмылке, и она легко похлопала его по плечу. — Пап, ты влюбился. Карлайл резко посмотрел на неё, словно эти слова ударили сильнее, чем он ожидал. А Элис уже встала, ухмыляясь, уходя в коридор, оставляя его одного с этой мыслью. Карлайл сидел на кухне, прислонившись локтями к столу, его пальцы лениво переплетались, а мысли всё ещё блуждали где-то вдалеке, далеко за стенами этого дома. Адриана. Имя звучало в сознании, но он старался не задерживаться на нём, старался заглушить воспоминания, словно ночь могла раствориться, если просто не думать о ней. Но дом не давал ему времени на это. Сначала послышались лёгкие шаги. Потом двери скрипнули, голоса начали наполнять кухню — не сразу громко, но постепенно. Эдвард и Белла вошли первыми, их разговор был негромким, но оживлённым, они что-то обсуждали, то и дело пересекая взгляды, как будто только что закончили свой ночной диалог и переносили его в утро. Розали появилась следующей, волосы рассыпались по плечам, взгляд был слегка усталый, но она сразу заняла привычное место — к плите. Она не спрашивала, кто хочет есть, просто знала. Вампиры могли обойтись без еды, но всё же привычки оставались. Эммет зашёл, как всегда слишком громко, слишком уверенно, сразу двинулся к Карлайлу и без церемоний потрепал его по плечу. — Пап, что с тобой? — Карлайл вздрогнул, но быстро собрался. — Ничего, Эммет. Всё в порядке, — он замотал головой, сгладил напряжение, заставил себя выпрямиться. Он улыбнулся, вставая, легко сбрасывая с себя напряжение и возвращая на лицо то выражение, которое было привычным — уверенное, спокойное, без лишних эмоций. — Просто много думал, вот и всё. — Розали молча перевела взгляд на него, но ничего не сказала. Белла, заметив это, пожала плечами, подходя к плите, начала помогать. — Делаем завтрак для Чарли, как всегда? — Розали кивнула. — Ему нужна нормальная еда. Мы можем жить без неё, но он не может. — Карлайл наблюдал за этим процессом, за тем, как рутина плавно вплеталась в их утро, скрывая все остаточные эмоции, всю напряжённость, что ещё витала в его голове. И всё бы осталось таким, если бы не неожиданный глухой стук снаружи. Звук был резкий, короткий, словно что-то упало, но не раскололось, а просто ударилось о землю. Эдвард напрягся, его взгляд метнулся к двери. Белла остановила движение, ложка в её руке замерла над кастрюлей. Розали хмуро сжала губы, быстро обменялась взглядами с Эмметом. Карлайл, до этого погружённый в себя, выпрямился, но его выражение оставалось спокойным. — Что-то упало? — Эммет двинулся к окну, отодвинул занавески и прищурился. — Я не вижу ничего странного… но тут явно кто-то был. — Элис, до этого незаметная, появилась в дверном проёме, её любопытный взгляд пробежался по семье. — Что случилось? Почему вы смотрите так, будто ждёте конца света? — Мы услышали звук снаружи, — Эдвард произнёс ровно, но в его голосе было что-то напряжённое. Чарли в это время вошёл на кухню, зевая и потирая шею. Он провёл рукой по волосам и удивлённо уставился на всех. — Что за вид, будто у вас целая военная операция? — Белла шагнула к нему, мягко улыбаясь. — Ничего такого, пап. Просто странный шум. — Карлайл, наблюдая за этим обменом, глубоко вдохнул и, наконец, поднялся из-за стола, как будто приняв решение. — Ладно, если это не что-то серьёзное, давайте спокойно продолжим утро. Розали, не нуждаясь в дополнительных объяснениях, вернулась к плите. Белла последовала её примеру. Рутина снова начала собираться в целостность. Эммет, всё ещё наблюдая за улицей, наконец отступил от окна, потянулся и бросил взгляд на Карлайла. — Ты выглядишь, будто слишком много думаешь, пап. — Карлайл усмехнулся, но его улыбка была чуть натянутой. — Я просто устал, Эммет. Всё в порядке, — но Элис, всё ещё наблюдая за ним, прищурилась. — Может, всё же расскажешь, почему ты так странно ведёшь себя с утра? — Карлайл сделал вид, что не услышал, и повернулся к кофе, наливая себе кружку. Но рутина, как всегда, не оставляла времени на размышления. Чарли, наконец, сел за стол, раскрыл газету и, сдвинув брови, пробежался глазами по заголовкам. — Это уже начинает надоедать, — пробормотал он. Белла слегка наклонилась, пытаясь увидеть, о чём речь. — Что случилось? Чарли постучал пальцем по тексту. — Опять странные пропажи. Люди исчезают, но никто не может объяснить, как. Эдвард резко напрягся. Розали остановила движение. Карлайл осторожно поставил чашку на стол, чувствуя, как атмосфера в комнате снова изменилась. Элис, скрестив руки, наклонилась ближе. — И это уже не первый случай, да? — Чарли кивнул. — Третий за месяц, — тишина повисла между ними. Эммет, который всё это время стоял чуть в стороне, наконец вздохнул. — Что-то говорит мне, что утро не будет обычным. — Карлайл, уже не скрывая напряжения, медленно кивнул. — Да, Эммет. Кажется, ты прав.

***

      Тусклые лучи солнца пробирались сквозь плотные облака, наполняя улицы бледным золотистым светом. Влажный воздух пропитывал город, оседая на листьях деревьев и крыши машин. Карлайл, Эдвард, Эммет и Чарли шли по узким тропкам между домами, их шаги были уверенными, но наполненными напряжением. Чарли крепко прижимал к себе папку с записями, раз за разом перелистывая страницы, как будто надеялся, что среди них найдётся нечто, что вдруг расставит всё по местам. — Этот парень работал до позднего вечера. Последний раз его видели, когда он выходил из мастерской, — сказал он, не отрывая взгляда от бумаги. Карлайл, задумчиво изучая зарисовку, сделанную по рассказам очевидцев, слегка прищурился. — Что говорят свидетели? Чарли скривился, его пальцы нервно постучали по папке. — Вот тут всё странно. Один утверждает, что видел, как он шёл к машине, но вдруг его силуэт будто… исказился. Как будто воздух вокруг него начал дрожать. Эммет усмехнулся, но в его голосе звучало напряжение. — Ты хочешь сказать он испарился? — Чарли медленно покачал головой. — Нет. Просто исчез. Будто кто-то взял нож и вырезал его из реальности. Эдвард сжал челюсть, его взгляд быстро метнулся к Карлайлу. Тот всё ещё молча изучал карту исчезновений, водя пальцем по отмеченным местам. — И таких случаев уже три? — Да, три за последний месяц, — Чарли выдохнул, крепче сжимая бумаги. Карлайл внезапно остановился, его палец замер на карте. — Все пропавшие были в движении. Никто не исчез дома, никто не исчез в закрытом пространстве. Эммет нахмурился, скрестив руки на груди. — Ты думаешь, это не случайность? — Карлайл поднял на него взгляд. — Я думаю, что это может быть кем-то контролируемо. Они добрались до автомастерской — небольшого кирпичного здания с облупившейся вывеской. Карлайл глубоко вдохнул, наблюдая за местом, пытаясь уловить что-то… странное. Чарли вытащил записную книжку и начал делать быстрые заметки. — Этот парень работал здесь шесть лет. Никогда не попадал в неприятности, не был связан с криминалом. Карлайл внимательно посмотрел вокруг, впитывая атмосферу. — Нет ощущения хаоса. Никто не выглядывает в страхе, нет тишины, как бывает после шока. Если бы его похитили, это было бы не так спокойно. Эдвард медленно обошёл здание, его шаги были почти бесшумными. — Я не чувствую здесь ничего необычного. — Эммет прислонился к стене, наблюдая за улицей. — Значит, нам нужно искать что-то другое. — Чарли нахмурился, захлопнув записную книжку. — Я не могу просто сказать людям, что они исчезают без следа. Мне нужно что-то весомое. Карлайл провёл пальцами по подбородку, задумавшись. — Тогда идём глубже, — Эдвард кивнул. — Нам стоит поговорить с семьями пропавших, — Эммет выдохнул, качнув головой. — Если кто-то их преследовал, семьи могут знать детали, которые упустили полиция и свидетели. Чарли молча кивнул, вновь раскрыв бумаги. — Один из пропавших жил совсем рядом. Можно попробовать поговорить с его родными. — Карлайл кивнул. — Хорошо. Тогда двигаемся дальше. Они пошли по пустынной улице, вокруг было тихо, даже слишком. Утро ещё не успело прогнать ощущение тревожности, оно всё ещё тянулась за ними, пропитывая воздух чем-то напряжённым, неразгаданным.