Признайся себе, что ты все таки струстил

Солнечные лучи били слишком ярко — сквозь плотные шторы они всё равно пробивались внутрь, разливаясь золотым светом по номеру. Воздух был тёплый, сухой и чуть пах парфюмом и морем. Стася открыла глаза первой. Голова приятно кружилась от усталости и сна. Рядом — Егор, обнажённый лежащий на животе, с рукой, небрежно перекинутой через её талию. Волосы растрепаны, дыхание ровное, будто он наконец выспался впервые за несколько дней. Телефон показывал 13:47 и через чур подозрительное количество уведомлений с соц сетей,который в данную минуту даже не хотелось открывать.Поэтому откинув айфон куда подальше Стася медленно выбралась из-под его руки, надела его белую рубашку на своё голое тело и прошла к панорамным окнам. Город снизу кипел жизнью — машины, яхты, жара, люди в белых одеждах. Она открыла штору шире, впуская свет, и почти сразу за спиной услышала сонный, хриплый голос: — М-м… зачем солнце так рано? — Так уже почти два, — усмехнулась она, оборачиваясь. — Доброе утро. Егор прищурился, потянулся и сел, проведя рукой по волосам. — Доброе… или уже день. Господи, мы же легли под утро. —Не жалуйся, — сказала она, наливая себе воду. —Ты сам не хотел отпускать меня. —Потому что хотел тебя до потери пульса, — хмыкнул он. — Ну что, теперь кофе и душ? — Кофе, душ и, может, еда. Я умираю с голоду. Он поднялся, подошёл к ней ближе и обнял сзади. — Я позвоню на ресепшен , пусть принесут завтрак. — В три дня? — она приподняла брови. — Для нас это завтрак, — ответил он, целуя её в висок. Они ели, шутили, обсуждали вчерашний концерт Басты и как публика взорвалась, когда они вышли на сцену. Стася смеялась, вспоминая, как Ксюша, с камерой в руках, почти танцевала в проходе, пытаясь снять всё идеально.Они ели не торопясь, наслаждаясь редким спокойствием. Егор лениво размешивал кофе, а Стася, поджав под себя ноги, щёлкала ложечкой по краю стакана, глядя куда-то за окно. Вечер. В номере пахло свежим кофе и чем-то сладким — Ксюша принесла десерты из кафе внизу, «чтобы заедать стресс». Они с Димой устроились на диване, Егор с Стасей сидели на ковре у низкого столика. На экране телевизора вполголоса играла музыка, но никто не слушал — все говорили одновременно. — Ну что, звёзды,вам, кажется, обеспечен ближайший шквал новостей.Видели, что творится в сети? — первой заговорила Ксюша, с бокалом в руке. — Я открыла телеграм — и там буквально “Stasya и Егор Крид вместе?”,“Стася и Крид снова общаются ?” во всех форматах! Видео с концерта, сторис с фанатских страниц, твои фотографии с Васей… Я даже нашла TikTok, где кто-то разложил ваши взгляды по кадрам!Ааа,еще есть видео где вы стоите в зале и кто-то с випки наверно снял как Егор обнимает тебя за талию. Стася закатила глаза, откинувшись на стену. — Ага. Я уже сегодня с утра пожалела, что вообще открыла интернет. Дима усмехнулся: — Ну, зато хайп бесплатный. PR-отдел доволен? — Они в панике, — хмыкнула она. — Алина уже трижды пыталась дозвониться, но я не брала. Знаю я эти разговоры. “Что мы будем делать с этим инфоповодом?”, “Как это отразится на твоем образе?”… Егор протянул руку, чуть касаясь её пальцев: — Ну, а что ты сама хочешь делать? Стася задумалась. На секунду в комнате повисла пауза, и только музыка тихо играла на фоне. — Хочу, — наконец произнесла она, — ничего не отрицать, но и не подливать масла в огонь. Ксюша с интересом подалась вперёд: — Как это? Стася подняла глаза, и в её взгляде мелькнула та самая уверенность, за которую её всегда любили. — Ксю, ты ведь снимала тогда на фотик? И зал, и нас за кулисами, и всё то, что после? — Конечно. У меня много материала. — Вот. Мы сделаем короткое видео. Просто красивый монтаж под музыку: фрагменты сцены, публика, смех, аплодисменты. И подпись — “Быть частью вечера с такими артистами — уже счастье. Спасибо за эмоции, Дубай.” Егор усмехнулся, глядя на неё. — То есть ты хочешь всё обернуть в “творческое сотрудничество”? — Ага. Пусть думают, что мы просто пересеклись. Кто захочет — поймёт. Кто не захочет — придумает своё. Дима щёлкнул пальцами: — Вот это уровень пиара! Без пресс-релизов, без слов. Ксюша рассмеялась: — Это типичная Стася . Сделать из любой ситуации клип. Часы на тумбочке показывали почти час ночи. Они всё ещё сидели в номере — Стася в чёрной футболке и свободных шортах, Егор рядом, чуть откинувшись на спинку дивана, Дима растянулся в кресле, листая телефон, а Ксюша с ноутбуком уже двадцать минут что-то вырезала и монтировала, прищурившись в экран, как хирург за операцией. На столике стояли открытые бутылки вина, тарелка с остатками пиццы и разбросанные провода от зарядок. Смех, перебивающий музыку, и лёгкий уют, в котором уже никто не думал о том, что они — известные люди. — Ксю, — Стася опёрлась на стол, заглядывая через плечо сестры, — ты хоть ешь что-то, кроме монтажа? — Молчи, — отмахнулась Ксюша, не отрываясь от экрана. — У меня сейчас идеальный переход. Вот тут Стася поворачивается к залу, свет падает прямо в объектив, и потом — бах! — кадр, как Баста вас объявляет. Готовься, будет бомба. — Только без лишнего романтизма, ладно? — усмехнулся Егор, отпивая вино. — А то фанаты подумают, что ты нарочно добавляешь свечения вокруг нас. Ксюша хмыкнула. — Слушай, я добавлю столько свечения, сколько нужно, чтобы видео залетело в тренды. Все засмеялись. Стася потянулась за бокалом: — Нет, без шуток, Ксю, сделай это просто — не как тизер романа века, а как приятный пост после концерта. — Так я так и делаю. — Ксюша повернула экран к ним. — Вот смотри: зал, аплодисменты, потом вас объявляют, дальше — несколько секунд, как вы поёте с Васей. Без слов, просто эмоции. И подпись: “Дубай, ты был прекрасен. Спасибо за вечер, полный музыки и тепла.” Стася улыбнулась. — Идеально. Егор посмотрел на видео чуть внимательнее. — А вот этот кадр оставь, — он показал пальцем, где Стася смеётся, а за кулисами мелькает он сам. — Он живой. Просто момент. Ксюша кивнула. — Вот поэтому я и люблю работать с вами. Даже когда не нужно, вы всё равно делаете контент. — Ну, мы такие, — протянула Стася, улыбнувшись и глядя на Егора.  Утро в Дубае начиналось слишком спокойно — как будто само не знало, что готовится стать фоном для очередной волны новостей. Стася проснулась рано, около девяти. Егор ещё спал — уткнувшись лицом в подушку, с растрёпанными волосами и дыханием, которое звучало ровно и спокойно. Она потянулась, тихо встала, чтобы не разбудить его, и прошла на балкон. Город был под ней — стеклянный, залитый солнцем, будто идеальная декорация к новой главе жизни. Вчера вечером они с сестрой и Димой долго выбирали момент публикации — решили, что утро идеально. Стася открыла Instagram, выбрала видео — то самое, что смонтировала Ксюша: кусочек аплодисментов, Васин голос, объявляющий её и Егора, потом кадр, как они стоят на сцене рядом, поют песню ребят ,а потом играют в акустике «Сансару», а в зале тысячи огней. “Дубай, спасибо за ночь, полную музыки, тепла и настоящих эмоций. @bastaakanoggano @egorkreed — за этот экспромт, который стал моментом.Иногда самые красивые истории рождаются случайно 🫰🏻❤️” Поставила геолокацию — Dubai, UAE — и нажала опубликовать. Экран мигнул, и через секунду пост уже был в ленте. Она сделала глоток кофе и усмехнулась — всё. Просто пост. Но через полчаса уведомления посыпались, как капли дождя на стекло.Комментарии под видео множились с каждой секундой. С момента, как Стася выложила пост, прошло всего несколько часов, а интернет уже гудел, как улей.Фанаты резали видео с концерта, пересматривали каждый взгляд, каждое касание, подписывали: «Посмотрите, как он на неё смотрит!», «Дружба-дружбой, но искры-то видно!» Она читала всё это с лёгкой усмешкой, не зная, смеяться или устать.Для всех вокруг они с Егором всегда были просто друзьями.Просто коллегами. Два артиста, которым “удобно вместе”. А что было на самом деле, знали только они. — Ксю, — позвала она из спальни, стягивая резинку с волос, — пошли на пляж? Хочу нормальные фото на закате.  — В купальнике? — спросила Ксюша, выглядывая из ванной.—Тогда одень свой красный купальник,он уж очень секси. Они спустились по дорожке отеля — босиком, с плетёными сумками и лёгким смехом, который растворялся в тёплом воздухе. Море встречало их мягкими волнами, а закат будто специально подбирал идеальный свет для фото — персиковый, золотой, почти нереальный. — Ну что, гений контента, — сказала Стася, улыбаясь, — твой выход. Закат опускался ниже, свет делался мягче. Стася повернулась спиной к морю, волосы развевались на ветру, кожа сияла в лучах уходящего солнца. Стася поправила тонкие лямки красного бикини и обернулась к Ксюше через плечо. — Сделай пару кадров, — сказала она, чуть улыбнувшись. — Хочу, чтобы на них было не про тело, а про смысл. Ксюша знала, что Стася имела в виду.На правой ягодице, под мягким светом заката, виднелась татуировка — «no risk — no story».Фраза, знакомая только близким, — маленькое напоминание о том, как она живёт. Ксюша сделала пару снимков. Никакой позы — просто ветер, свет, и девушка, стоящая у воды, будто символ своего же кредо. — Это оно, — тихо сказала Ксюша, просматривая кадр. — Пусть будет, — кивнула Стася. — Пусть знают, что каждая история — это риск. Она не уточнила, о какой истории речь. О песнях, о сцене, или, может, о нём — о человеке, имя которого она теперь произносила все чаще,но который когда-то причинил душевную боль. Ксюша сделала последний кадр — именно тот, в котором всё было просто: свобода, спокойствие, немного грусти. Воздух в номере пах солью и солнцем. Они только что вернулись с пляжа — кожа чуть тёплая от песка, волосы пахнут морем, а глаза всё ещё ловят отблески уходящего дня. Стася, не говоря ни слова, направилась в душ. Из ванной доносился шум воды и тихое пение — что-то из старых хитов, вполголоса, как привычка, от которой она никогда не отказывается. Ксюша тем временем устроилась с ноутбуком на кровати. На экране — десятки кадров с вечерней фотосессии: закат, тёплое небо, волны и Стася в красном купальнике, играющая с лямками, смеющаяся, задумчивая, глядящая куда-то в сторону. Ксюша двигала ползунки, ловя баланс между естественным и “вкусным” светом, убирала лишние тени, подгоняла цвет кожи под золотой тон заката. Она улыбалась — получалось красиво, даже слишком. Через пару минут Стася вышла из душа, закутавшись в белое полотенце. Капли воды блестели на ключицах, волосы ещё влажные.Она села на край кровати, уткнулась лицом в подушку и блаженно выдохнула: — Я могла бы жить в душе. — Ну, или хотя бы в этих фото, — усмехнулась Ксюша, поворачивая ноутбук к сестре. — Смотри, почти закончила. Стася приподнялась на локтях, взглянула на экран — и на губах появилась та самая, её фирменная улыбка, когда ей реально нравится результат. — Боже… какие цвета. — она протянула руку, листая кадры. — Вот это… и это… и это в сторис точно уйдёт. Ксюша скинулa фото ей на телефон. Пока файлы грузились, Стася лениво легла на кровать рядом, вытянув ноги и прикрыв глаза. — Ну всё, выбирай. Я своё дело сделала, — сказала Ксюша, захлопывая ноутбук. Стася пролистала кадры.Первое, что бросилось в глаза — тот самый снимок, где закатное солнце едва касается линии горизонта, а на фоне видно часть её тела, лёгкий изгиб бедра ,сочная ягодица и тонкая надпись “no risk — no story”. Без пошлости— просто эстетика.Живая, уверенная, настоящая. — Это — отдельным постом, — тихо сказала она, словно приняла решение. — Без подписи. Пусть говорят. Ксюша фыркнула: — А ты знаешь, что они будут говорить. — Конечно, знаю. Но я же не могу вечно быть “примерной девочкой с голосом”, — ухмыльнулась Стася. Вторая публикация — подборка фото на фоне заката:в полный рост, с развевающимися волосами, с лёгким движением руки, будто она ловит солнце. Она нажала “Опубликовать”, перевернула телефон экраном вниз и устало растянулась на кровати. На экране телефона мигнуло уведомление — лайки, комментарии, сторис с отметками уже сыпались лавиной. Ксюша встала, потянулась, глядя на сестру: — Ладно, я пойду душ приму. А ты тут, звезда, готовься ловить внимание интернета. Стася прищурилась, глядя на потолок, и тихо сказала: — Я уже к нему привыкла. Стася, уже переодевшись в легкий халат, развалилась на кровати, лениво листая ленту и комментарии под своим свежим постом. — Ну что, довольна? — спросила Ксюша, заглянув в комнату. — Интернет уже горит. — Ага, — усмехнулась Стася, — половина пишет “богиня”, вторая — “кто фотографировал, дайте ему премию”,а третья пишет “ну фотограф явно Крид”. Ксюша засмеялась, подошла ближе и уселась рядом. — Надо было подписать “снято сестрой, той самой, кто терпит все твои позы и 50 дублей”. — Можешь выложить сторис с закулисьем, — протянула Стася, — пусть знают, кто тут гений композиции.Кстати,как обстоят дела с Димкой? Ксюша усмехнулась и покраснела. — Мы просто общаемся. — “Просто общаемся” — это когда ты не улыбаешься каждый раз, как на телефоне всплывает уведомление, — заметила Стася, глядя с сестринской теплотой. — Я ж вижу. — А ты лучше расскажи, — отшутилась Ксюша, — кто там тебе лайкнул фото. Я видела, кстати. Один лайк… особенный. Телефон Стаси как раз завибрировал. На экране — сообщение от Егора. Он прислал скрин её фото, именно того — с видом на татуировку no risk — no story. Егор:Флирт с искрой и характером. Опасная публикация.За такую дерзость — срочно зову на свидание.Через час.  Стася чуть прикусила губу, улыбаясь. Ксюша моментально всё поняла — по взгляду, по блеску в глазах. — Он? — Он, — коротко ответила Стася, пряча улыбку в кружку сока. Стася:Через час так через час. Только без сюрпризов. Егор:Только ты,кофе и крутая тачка. Стася отложила телефон и вздохнула, глядя в зеркало. — Ну что, “no risk — no story”, да? — Вот именно, — подмигнула Ксюша. — Иди, твоя история ждёт за углом в соседнем отеле.