Признайся себе, что ты все таки струстил

Комната всё ещё дышала ночью — тяжёлые шторы чуть пропускали солнечные лучи, и те ложились на кровать длинными золотыми полосами. Стася лежала, уткнувшись носом в подушку, чувствуя тепло рядом. Тот особый покой, что бывает только утром, когда мир ещё не успел напомнить о себе. — Доброе утро, — прошептал он. Голос у него был хриплый, ещё сонный, но в нём было что-то тёплое, почти домашнее.Стася повернулась к нему, пряча лицо в подушку, и рассмеялась. — Сколько времени? — Не знаю, — ответил он. — Рано. Или поздно. Уже неважно. Она потянулась за одеялом,укрывая им  своё обнажённое тело , и на секунду закрыла глаза снова.И в этом коротком мгновении ей стало ясно: именно такие утра запоминаются. Когда не спешишь. Когда просто есть он, ты и мягкий свет, который ложится на простыни. Егор чуть наклонился ближе, убрал прядь волос с её лица, и в этой тишине им обоим стало хорошо — просто быть рядом, без суеты, без слов. Егор лениво провёл рукой по её плечу, по линии руки, и тихо сказал: — Ещё немного поваляемся? — А мы вообще куда-то торопимся? — сонно улыбнулась она. Он усмехнулся, стал на колени и начал опускаться ниже. — Кажется, нет.—Сказал он,а его руки медленно но уверенно начали двигаться от лопаток девушки к её ягодицам. Они просто лежали, не разговаривая. Дышали в одном ритме, слушали город за окном, который жил своей жизнью — далёкой, не касающейся их. Иногда он касался её волос, иногда она прижималась ближе, чтобы снова почувствовать это знакомое, чуть нереальное чувство — будто всё, что было сложным и непонятным, вдруг стало простым. — Не верится, что через два дня всё это закончится, — тихо сказала Стася. — Почему закончится? — спросил Егор, глядя в потолок. — Мы просто вернёмся домой. — В Москву, — повторила она, будто пробуя слово на вкус. Он чуть усмехнулся. — Ну, а где бы ты ни была — там и дом. Стася повернулась на бок, глядя на него. — Опасно так говорить. Можно поверить. — Вот и поверь, — ответил он, не открывая глаз. Она снова улыбнулась — уже по-настоящему, с той самой теплотой, что остаётся после долгого пути, когда наконец понимаешь: ты пришёл туда, куда нужно. После ленивого утра и долгих разговоров под простынёй, Егор и Стася всё-таки выбрались из номера ближе к обеду. Солнце уже стояло высоко, а город за окном переливался стеклом и песком — как будто весь мир был сделан из света. Ксюша с Димой ждали их у бассейна. Ксюша, в очках и белом сарафане, как будто сошла с обложки журнала — только вот глаза выдавали лёгкое волнение. Стася сразу это заметила, едва они с Егором подошли. — Вы как-то… слишком подозрительно вовремя сюда пришли, — протянула Стася, глядя на сестру.— Неужели просто отдыхаете? — Ага, просто, — протянул Егор, улыбнувшись. — Дим, ты чего такой довольный? — Да солнце, воздух, море, — отмахнулся тот, но Ксюша при этом чуть отвернулась, чтобы скрыть улыбку. Стася едва заметно толкнула сестру локтем, шепнув: — Кажется, кое-кто у нас влюбился. — Замолчи, — прошипела Ксюша, но уголки губ всё равно дрогнули. Они провели день вместе — плавали, болтали, ели фрукты прямо из корзины, а потом отправились гулять вдоль набережной. Ветер развевал волосы, солнце садилось медленно, растягивая время. Дима всё чаще ловил взгляд Ксюши, помогал ей под руку, когда она оступалась, и она уже не отстранялась, как раньше. Егор с улыбкой наблюдал за ними и шепнул Стасе: — По-моему, твоя сестра скоро станет не такой уж и одинокой. — Главное, чтобы не разбили ей сердце, — ответила Стася. — Думаешь, она из тех, кто позволит? — спросил он. — Нет, — усмехнулась она. — Мы с ней в этом похожи. Солнце уже клонилось к закату, когда девушки вернулись в свой номер — просторный, с панорамными окнами и видом на сверкающий город. Внутри пахло морской солью и духами Стаси. Она сразу направилась в душ, а Ксюша плюхнулась на огромную кровать, раскинув руки и ноги, как человек, который наконец выдохнул. Из ванной доносился шум воды, а на туалетном столике лежал телефон Стаси — экран мигал уведомлениями. Одно из них Ксюша успела заметить: имя Егора. Она ухмыльнулась. Когда Стася вышла из ванной, обернутая полотенцем, с мокрыми, ещё не расчёсанными волосами, Ксюша уже сидела с ноутбуком на коленях, просматривая их фото с предыдущего дня. — Ну что, — начала она с хитрецой, не поднимая взгляда, — как прошёл вечер? — Какой именно? — спросила Стася, вытирая волосы. — Не прикидывайся. С Феррари и сияющими глазами, — Ксюша повернулась к ней, улыбаясь. — Фото вообще огонь. Пол Инсты кипит, если ты не заметила. — Я видела, — усмехнулась Стася, доставая из чемодана белое платье-комбинацию. — Пускай кипит, у людей жизнь будет повеселее. — Значит, хорошо провела ночь? — с прищуром спросила Ксюша. Стася посмотрела на сестру поверх плеча и, чуть улыбнувшись, ответила: — Скажем так, я не жалуюсь. — Вот и не надо, — засмеялась Ксюша. — Но, слушай, вы там с ним реально… серьёзно, да? Стася застегнула платье, подошла к зеркалу, нанесла немного хайлайтера на скулы. — Не знаю, Ксю. Всё вроде просто, а внутри — будто что-то снова включили. Как будто я опять дышу. Ксюша посмотрела на неё внимательно, с тем самым выражением, где и радость, и забота вперемешку. — Только не забывай, что ты — не девочка, которую можно обидеть и уйти. Если уж он появился снова, пусть теперь старается. — Я это прекрасно понимаю, — тихо ответила Стася, натягивая босоножки. Телефон на столе снова загорелся — сообщение от Егора: «Сколько времени тебе нужно чтобы не спеша собраться?» «40 минут и буду готова.»