Граница раздора.

— Чего хочет студия? — Студия хочет, чтобы ты прекратил свои отношения с… — Шрек замолчал, и окружающим стало ясно, что он не может произнести это вслух. — Ты должен прекратить свои отношения с ледяной принцессой. — С Ледяной принцессой? — спросил Джек, глядя на него как на идиота. — Кто? — Ну, это та, с кем ты встречаешься, — сказал Шрек, стараясь избегать этого слова. — Во-первых, почему ты не можешь просто сказать «Эльза», а во-вторых, почему я должен разрывать с ней отношения? — спросил Джек. — Джек, послушай. По голосу Шрека было ясно, что он неопытный родитель, когда дело доходит до объяснений. Он делал это впервые и не был уверен, что справится с этим. — Нет, это ты послушай меня, большой зеленый парень, — Джек поднялся физически и морально, начав разговаривать с ним на равных. — Именно твой мультфильм учит нас быть самими собой и ценить истинную красоту, не верить в стереотипы. Почему я должен отказываться от своего счастья из-за… — Да потому что мы все умрем! — закричал огр. — Что? — спросил Джек, и было ясно, что он больше не будет саркастичным или напористым. Шреку было трудно говорить, но он сказал: — Если вы поженитесь, Dreamworks и Disney начнут ужасную войну, которая уничтожит нас всех. Он боялся за своих детей, чьи тела еще не успели стать взрослыми. В этот сложный момент своей жизни Шрек заслужил сочувствие Джека, и он его получил. — А есть ли способ решить это мирным путем? — спросил Джек. — К сожалению, нет. — Шрек, просто скажи: это невозможно, — поправил его Осёл. — Невозможно? — Да, мой друг, это невозможно, — сказал лучший друг Шрека. — Эти студии ненавидят друг друга, и они никому не позволят ненавидеть их. — Но это же чепуха, — уверенно заявил Джек. — Нет, Джек, это не чепуха, — сказал Шрек. — Мультшкам могут делать все, что угодно, когда их выпуск закончится, — уверенно сказал он. — Ты прав, но есть одна вещь, которую ты не можешь делать, — уверенно сказал ишак. — Я никого не спрашивал, — уверенно заявил Джек, направляясь к двери. — Подожди! — крикнул Шрек, хватая его за плечи. — Что ты делаешь? — Джек попытался высвободиться. — Отпусти меня! — Я никуда тебя не отпущу, пока ты не ответишь: готов ли ты пожертвовать мной и моими детьми ради счастья? — Чего? — выражение лица Джека говорило больше, чем его слова. Это было типичное выражение лица для мужчин в голливудских фильмах, которые не ожидали таких слов или действий от других. В этой ситуации Джека удивила серьезность Шрека. — О чем ты говоришь? — с интересом спросил Джек. — Мои дети еще маленькие, — ответил он. — Все мы, персонажи Dreamworks, могли бы просто умереть. Это был первый раз, когда с Джеком разговаривали серьезно, на равных, а не как взрослый с ребенком, который должен их выслушать. Это было необычное и интригующее чувство для Джека. — Ты готов вырыть нам могилы ради своей любви? — спросил Шрек, мысленно надавив на него. Впервые в своей жизни Джек почувствовал себя серьезным и зрелым. Он знал, что должен взять на себя ответственность и понимать, что каждое решение имеет последствия, но впервые он осознал, что его личное счастье может привести к несчастью. — Я не знаю, что сказать, — печально признался Джек. — Я не хочу, чтобы вы умирали, но я тоже люблю Эльзу. Шрек отпустил плечи Джека и опустился перед ним на колени. Шрек хотел что-то сказать, но у него заплетался язык. — Джек, я знаю, тебе нелегко, но поверь мне, это к лучшему, — сказал Шрек, понимая, что его слова прозвучали плохо. — Да, я понимаю, — согласился Джек. — Кроме того, чего я ожидал, когда влюбился в нее? — Джек, — внезапно сказал Шрек, полностью собравшись с мыслями. — Ты любишь Эльзу? Джек ответил прямо: — Да, я люблю ее. — Ну, Джек, обычно, когда мужчина любит женщину, он делает все, что в его силах, чтобы сделать ее счастливой: дарит ей цветы, шоколад и обещает, что завтрашний день его не волнует. Но ты другой, ты особенный парень, и если ты действительно любишь Эльзу, ты должен рассказать ей об опасностях ваших отношений. — Ты так думаешь? — Конечно, Джек. В этот момент, по законам жанра, появилась странная искра, белая, как снег, и от нее подул сильный ветер. Эта странная искра начала расширяться и превращаться в занавес, который сложили. — Что это такое? — спросила раздраженная Фиона.