Солнце в объятиях луны

Когда Гермиона разлепила веки и, всё ещё сонная, лежа в постели, гладила мурлыкающего Живоглота, она мысленно проклинала Блейза Забини и его чёртовы огнешоты. Хвала Мерлину, сегодня воскресенье, и нет необходимости идти на занятия. Гермиона потянулась, чувствуя, как её мышцы приятно растягиваются, и начала искать в сумке зелье Антипохмельникс, оно ни раз выручало её после лишнего бокала сливочного пива. Отыскав его в глубине сумочки, Гермиона с облегчением выдохнула и залпом осушила склянку. Почувствовав, как зелье начинает действовать, она облегченно выдохнула. Первым делом выйдя из спальни, она спустилась в гостиную проверить Малфоя, но его там уже не было. Она прислушалась у двери в ванную, надеясь, что его там нет. Было тихо. С облегчением Гермиона отправилась в душ, высушила волосы, и собрала непослушные локоны в пучок. Смотря в зеркало, Гермиона впервые решила воспользоваться заклинанием, которому её когда-то обучила Джинни. — На случай, когда захочешь быть особенно красивой, можно воспользоваться заклинанием красоты. — И что оно делает? — Гермиона относилась к заклинаниям такого рода с некоторым скептицизмом. — Ничего особенного. Просто не придётся наносить макияж, ведь магия всё сделает за тебя. Она выровняет тон кожи, уберёт прыщики, сделает густыми ресницы, подчеркнёт глаза и губы. — И всё? — В смысле, "и всё", Гермиона? Да любая магла мечтала бы пользоваться таким заклинанием. Давай я покажу, как оно действует, — Джинни подняла палочку и направила её на лицо Гермионы. — Пулкриоса! Из палочки Джинни появилось мягкое кремовое свечение, и Гермиона почувствовала лёгкое покалывание на лице. Джинни с гордой улыбкой поднесла к её лицу зеркало, и Гермиона ахнула от изумления. — Джинни, это… — Гермиона не могла оторвать взгляд от своего отражения, ощупывая щёки. — Это великолепно. Кто тебя этому научил? — её глаза светились интересом. — А как ты думаешь? Конечно же Флегма, — Джинни сделала смешную гримасу, изображая Флёр Делакур. — Я думала, вы поладили. Ты продолжаешь её так называть? — Это по привычке, — Джинни махнула рукой. — Ты очень красивая, Гермиона. — Благодаря тебе, Джин. — Совсем нет. Это заклинание усиливает естественную красоту человека, подчёркивая самые привлекательные черты. Так что я ничего такого не сделала, это твоя естественная красота, — Джинни подмигнула. Произнеся заклинание Гермиона улыбнулась отражению в зеркале, и отправилась на завтрак, думая о том, что сегодняшний день окажется особенным и ей удастся поговорить Малфоем, хотя он, вероятно, не вспомнит вчерашний вечер.

***

У озера было спокойно. Гермиона радовалась, что сюда почти не приходили ученики, и могла считать это место своим. Здесь было тихо и умиротворенно, она чувствовала себя свободной. В этом уголке мира казалось, что всё хорошо, будто Волан-де-Морта не существовало, не было предвестий войны — только тишина, она и озеро. Гермиона сидела на упавшем дубе, который стал для неё лавочкой, и долго смотрела на воду. Мысли, накопившиеся за дни учёбы, вспыхивали в её голове, порождая новые вопросы. С каких пор Джинни дружит со слизеринцами? Почему они стали такими добрыми? Ведь ещё недавно, казалось, они гнобили всех вокруг, особенно гриффиндорцев. Будто и не было этих пяти лет вражды между факультетами. «Интересно, в курсе ли Гарри и Рон?» — подумала она. Переехав в башню, она всё реже встречала своих друзей, только на завтраках и на уроках. «Почему в Хогвартсе запрещены мобильники? Было бы удобно создать чат с друзьями и выяснить всё». В этот момент она наслаждалась одиночеством. Только она, озеро и… Драко? Стоп, что? Гермиона заметила боковым зрением силуэт с платиновыми волосами и вздрогнула от неожиданности. — А говорят, гриффиндорцы смелые, — Драко ухмыльнулся, бросив камешек в озеро. — Что ты здесь делаешь? — нахмурилась Гермиона. — Хотел спросить то же самое. Я всегда здесь, с третьего курса. — В прошлом году я была здесь почти каждый день, но ни разу тебя не видела, — Гермиона вздёрнула нос. — Потому что в прошлом году у меня не было времени, Грейнджер. — Неужели в этом году есть? Ты уже два раза не выполнил условия нашего договора по студенческому старостату. Ты не дежурил на прошлой неделе в четверг, и не прочитал лекцию первокурсникам о… — она не успела договорить. — Слушай, я не за нотациями сюда пришёл. Если есть претензии, выслушаю позже, — Драко ответил резко, что немного обидело Гермиону. Он ведь собирался меняться, или нет? — Не хочешь поговорить о вчерашнем? — начала она. — Я вчера всё сказал. — То есть ты даже не будешь отказываться от своих слов? — Гермиона была удивлена. — Нет. Гермиона поняла, что он поставил точку в разговоре и не намерен продолжать диалог. Несколько минут она смотрела в озеро, пока не наткнулась на его отражение. Драко смотрел прямо на неё через воду. Его глаза были такие… грустные. Руки спрятаны в карманах мантии, волосы немного взлохмачены, и взгляд устремлен на неё. Что же значил этот взгляд? Или это всё она додумывает в своей дурацкой голове? Не сказав больше ни слова, Гермиона поднялась с дерева и тихо ушла. Ей показалось, что Драко вздохнул. Но, возможно, ей это только показалось.

***

Гермиона направилась к башне Гриффиндора, решив наконец-то обсудить всё с друзьями. Её уже утомило додумывать в голове бесконечные мысли и вопросы. Подойдя к картине Полной Дамы, Гермиона произнесла пароль: — Мимбулус мимблетония. — Пароль неправильный, — ответила Полная Дама. — Как неправильный? Вы ведь помните меня! Я староста, пустите меня внутрь! — Сначала пароль! Гермиона начала кипеть от гнева, когда тут же за её спиной раздался знакомый, ехидный голос: — Что, не пускают? — это был Забини. — Зачем ты здесь? — нахмурилась Гермиона. — Банановые оладьи, — Блейз широко улыбнулся, когда картина начала открывать ему проход. Гермиона была шокирована. Какой-то слизеринец, Блейз мать его Забини, знал пароль, чтобы пройти в башню Гриффиндора, а она — нет. Какого чёрта? — Я к Джинни, идём? — Блейз вполоборота посмотрел на Гермиону, но та стояла, как вкопанная, поражённая, словно попала в параллельную реальность. Войдя в гостиную, Гермиона увидела Джинни, приветствующую Блейза поцелуем в щёку. «Чёрт возьми, что здесь происходит?» — вертелось у неё в голове. Гермиона заметила у камина Гарри и Рона, которые махнули Блейзу и продолжили играть в волшебные шахматы. В этот момент она почувствовала себя невидимкой. — Ну наконец-то ты пришла нас навестить, я уже соскучилась, — Джинни крепко обняла Гермиону, но её руки остались без движения. — Что-то не так? — Джинни нахмурилась. — Не хочешь объяснить? — Гермиона сузила глаза. — Я всё расскажу, обещаю, но не сейчас. Давай когда будем наедине? — Джиневра Уизли, я не намерена ждать. Я хочу узнать, что происходит именно сейчас, — Гермиона начала повышать голос, звуча всё более грозно. Джинни приблизилась к уху Гермионы и прошептала: — Видимо, не тебе одной суждено разделить свою любовь со слизеринцем, — её глаза горели, а на лице расцвела улыбка. Гермиона потеряла дар речи, не в силах ответить подруге. Джинни чмокнула её в щеку и поспешила уйти с Блейзом. Простояв ещё минуту в оцепенении, Гермиона яростно направилась к Рону и Гарри. — И какого чёрта тут происходит? — Ты о чём? — Рон и Гарри ответили почти хором. — О том, что Джинни только что ушла куда-то с Забини, о том, что какой-то слизеринец знает пароль от нашей башни Гриффиндора, а я, являясь гриффиндоркой и старостой, даже не знаю пароля! — она пыхтела от ярости, и многие гриффиндорцы оглядывались на неё. Симус, услышав разговор, решил вмешаться: — Так пароль недавно поменяли, Гермиона. — Не лезь, Финниган! — Гермиона была крайне злой, её сводило с ума ощущение, что от неё всё скрывают. — Да я сам не мог поверить, мы всего лишь неделю назад узнали, что Джинни начала близко общаться с Забини. Естественно, я долго возмущался, но, поговорив с Блейзом, понял, что он неплохой парень. Гарри меня поддержал, да, Гарри? — Рон кивнул на Поттера. — Да, он не плохой, Гермиона. Многие слизеринцы оказались неплохими ребятами и девушками, — Гарри смутился на последних словах. — Не ты ли защищала Малфоя и говорила, что всех нужно жалеть? — начал Рон. — Вот мы и воспользовались твоим напутствием. В чём проблема? — Проблем нет, просто я… мне… — голос Гермионы задрожал. Ей стало грустно и обидно. Она действительно ощущала себя оторванной от друзей. Ей было больно, что они не додумались хоть раз навестить её на новом месте, хотя она очень ждала. И несправедливость того, что она узнаёт обо всём последней, накатывала слёзы на глаза. Собравшись с силами, Гермиона проговорила: — Мне просто вас не хватает, и я соскучилась, — и она расплакалась. Рон и Гарри бросили свои шахматы и крепко обняли Гермиону. Они стояли в обнимку минуту, и многие гриффиндорцы улюлюкали им в поддержку. Затем ребята устроились на диване и продолжили болтать. Гарри рассказал о достижениях Рона в квиддиче и напомнил Гермионе, чтобы она обязательно пришла поболеть за Гриффиндор в среду. Рон с радостью сообщил, что его мама прислала письмо и ждёт Гермиону на зимние каникулы. Гермиона прослезилась. Ей было так тепло, здесь, в родной гостиной Гриффиндора, с её родными людьми. Ей этого очень не хватало, она по этому соскучилась. Хотелось запомнить этот момент и остаться в нём навсегда. Ночь в Хогвартсе углублялась, обволакивая замок спокойствием и тишиной. Гермиона, Рон и Гарри продолжали сидеть на уютном диване в гостиной Гриффиндора, когда дверь резко отворилась и в комнату вошла Джинни. Её глаза блестели, щеки пылали, а на её лице сияла заразительная улыбка. — Джинни, — Гермиона поднялась с дивана, нежно обняв подругу. — Ну наконец-то ты пришла! Ты обещала рассказать мне всё. Джинни кивнула, её глаза светились от счастья. Они обе сели на любимый Гермионин диванчик у окна, из которого открывался вид на ночное небо. Гарри и Рон тактично удалились, оставив девушек наедине. — Начну с самого начала, — прошептала Джинни, её голос был полон волнения. — Ты наверняка удивилась тому что Блейз знает пароль, так вот, он узнал его когда провожал меня в прошлый раз. Гермиона подняла брови, её глаза расширились от любопытства. — Это было одно из самых нежных и романтичных свиданий в моей жизни, — продолжала Джинни. — Мы гуляли по замку, разговаривали, смеялись… Затем он наклонился и… — …и что? — нетерпеливо спросила Гермиона. — Наклонился и поцеловал меня. Это был наш первый поцелуй, — Джинни покраснела, но её глаза искрились от радости и волнения. — Я думаю, что начинаю влюбляться. Гермиона внимательно слушала, её сердце наполнялось радостью за подругу. — С тех пор мы начали проводить все больше времени вместе, — продолжала Джинни. — Однажды Блейз пригласил меня на вечеринку слизеринцев в хижине, и за мной увязался Гарри и Рон. Я немного нервничала, ведь ты знаешь, как там бывает… Подруга кивнула, понимая, о чем идёт речь. — Но это оказалось невероятно весело! Мы смеялись, танцевали, общались с другими слизеринцами. Ты не поверишь, но Гарри флиртовал с Паркинсон! Я не поверила своим глазам! Гермиона не могла сдержать улыбку, представляя себе эту странную картину. — Паркинсон? Пэнси Паркинсон? — переспросила Гермиона, стараясь уложить эту информацию у себя в голове. — Да, именно она! Они мило болтали, шутили, и мне кажется, между ними есть какие-то искорки. Может, в Хогвартсе настанет эра торжества дружбы между разными факультетами? — Джинни мечтательно посмотрела в окно, но её улыбка быстро вернулась. — Это всё так неожиданно… Мне нужно время переварить эту информацию — Гермиона обняла подругу, чувствуя, как радость и волнение переполняют её сердце. — У меня тоже к тебе есть несколько вопросов, — начала Джинни, подвигаясь ближе. — Что там у тебя с Теодором Ноттом? Почему он и Малфой дрались? Блейз мне ничего не рассказывает. Гермиона почувствовала, как её сердце стало биться немного быстрее. Она отвела взгляд, замыкаясь в своих мыслях. — Тео… и Малфой… Спорили. О чём-то важном, как я поняла, но Теодор мне ничего не сказал, как обычно пытался отшутиться — начала она неуверенно. Джинни вытянулась вперёд, выискивая в глазах Гермионы правду. — Ставлю сто галленов что из-за тебя, Гермиона! Я же заметила, как этот хорёк пялился на тебя за завтраком. Чёрт возьми, это было прямо на виду у всех! — Джинни сделала рискованное уточнение, ухмыляясь. Гермиона покачала головой, стараясь собрать воедино все запутанные чувства и мысли. — Не знаю, что с ним не так. Может, он просто привык всех осматривать с высока. — попыталась отшутиться Гермиона. — Но с Теодором… я сама до конца не понимаю. Джинни подняла брови, её любопытство стало еще более явным. — Слушай, Теодор — неплохой вариант для тебя, Гермиона. Он спокойный, умный… И, чёрт побери, вы, кажется, отлично подходите друг другу, вспомни, что тебе нагадала Трелони. Гермиона почувствовала, как её сердце снова забилось быстрее. — Ты имеешь в виду… меня и… змей? Джинни кивнула, её улыбка стала ещё шире. — Именно. И ведь это может быть совсем не про кого-то конкретного, но одно ясно: этот загадочный слизеринец станет важной частью твоей жизни. И, как ни крути, Нотт или даже Малфой под это пророчество вполне попадают. Гермиона вздохнула, чувствуя, как в голове роятся тысячи мыслей и предположений. — Джинни, с чего ты взяла, что "змея" вообще имеет отношение к Слизерину? Да и я вообще не верю ни единому слову, что нагадала Трелони! — запротестовала Гермиона. — Ну неужели ты до сих пор не врубилась? Тут же всё ясно! Она сказала тебе про любовь, про "змею" и про какое-то там пророчество. Ну какие, спрашивается, ещё могут быть "змеи", если не слизеринцы, Гермиона? Я думала, ты умнее, — поддразнила её Джинни, заливаясь смехом. — Я не верю её словам, и даже думать не хочу о том, что могу влюбиться в слизеринца! — щёки Гермионы предательски запылали. — Да ладно тебе, я ведь тоже обычно ко всему этому отношусь скептически. Но почему-то именно сейчас, глядя на тебя, — Джинни вдруг начала сиять, словно стала ещё ярче, — почему-то сейчас я верю как никогда! Ну и что там у вас в итоге с Ноттом? Рассказывай! — С одной стороны, я уважаю Тео. И мне кажется, он… заслуживает шанс, что ли. Но Малфой… это уже совсем другая история. С ним всё гораздо сложнее. Джинни подняла руку, словно просила её остановиться. — Гермиона, слушай своё сердце. Если тебе будет лучше с Теодором, тогда иди за ним. Но не забывай: люди меняются. Иногда даже те, кого мы считали нашими врагами, могут оказаться нашими союзниками. Гермиона кивнула, обдумывая услышанное. Она улыбнулась, чувствуя, что в этот момент, среди подруги и тепла гостиной Гриффиндора, она могла на мгновение забыть о своих сложных переживаниях и просто насладиться компанией тех, кто значит для неё весь мир. — Спасибо, за поддержку Джинни, — тихо произнесла Гермиона. — Это ведь моя работа, правда? — усмехнулась Джинни, широко улыбаясь своей подруге. Смех снова заполнил гостиную, разгоняя последние тени сомнений и оставляя только искреннюю дружбу и тепло.

***

Когда вечерние разговоры в Гриффиндорской гостиной подошли к концу, Гермиона почувствовала, что пора возвращаться в башню старост.  После полуночи, когда замок погружался в сон, Гермиона решила выбрать обходной путь, чтобы не попасть на глаза Филчу и не услышать очередную нотацию от него или профессора МакГонагалл. Узкие коридоры и тихие углы замка утопали в полумраке, лишь луна временами освещала её путь своими холодными лучами. Она прошла по заброшенной лестнице, миновала старые гобелены и, наконец, добралась до башни старост. Войдя внутрь, она увидела Теодора Нотта и Драко Малфоя, стоящих друг напротив друга на противоположных концах комнаты. В их взглядах и позах явно читалась напряжённость и враждебность. — Гермиона! — воскликнул Теодор, стараясь, чтобы его голос звучал спокойнее. — Пойдем, поговорим наедине. Однако Драко резко выступил вперед, обрывая его попытку. — Нет, она останется, — его голос прозвучал настойчиво, почти приказным тоном. Гермиона оказалась в центре этой напряженной сцены, её взгляд метался от Тео к Драко и обратно. Все её инстинкты кричали о том, что что-то серьёзное происходит. — О чём, чёрт возьми, вы спорите? — спросила она, стараясь сохранять спокойствие. Драко сузил глаза, его лицо выражало смесь гнева и скрытых чувств. — Мы не спорим, Грейнджер, — злобно прошипел он. — Просто иди спать. Теодор шагнул вперед, пытаясь игнорировать провокацию. — Всё в порядке, я пришёл что бы с тобой поговорить, но как оказалось тебя тут не было. Гермиона озадаченно приподняла бровь, чувствуя, как её замешательство нарастает. Драко вздохнул, его побелевшие кулаки выдавали напряжение. — Этот идиот, — он кивнул в сторону Теодора, — считает, что может спокойно забрать тебя из башни ночью. Но он не понимает, что ты староста, и наоборот должна показывать хороший пример ученикам, а не шляться по ночам. Гермиона уставилась на Тео, который стоял, не отводя взгляда. — А какое твоё дело Драко?, — заметила Гермиона. — Ты забыла что я тоже староста? — ехидно спросил блондин. — Хочешь, минус 300 очков Гриффиндору ? Я с удовольствием их сниму с твоего факультета. — Ты рехнулся? Никто не снимает такое количество очков с факультетов! , — Вспыхнула Гермиона. — Это раньше никто не снимал, а в этом году староста я, поэтому если хочешь проверить, можешь идти куда хочешь! — Глаза Драко блеснули, и на лице образовался оскал в виде его улыбки. — Ты невыносим, Малфой! — Оу, а совсем недавно ты называла меня по имени, многое изменилось Грейнджер?, — Драко сузил глаза и бросил пронзительный взгляд на девушку. Теодор пристально посмотрел на Драко, а затем на Гермиону. — Просто пойдём отсюда, —Тео протянул руку Гермионе. Гермиона будто снова оказалась в своём сне, и ей снова предстоял выбор.