Таёжный роман или Бог оставляет за собой право отмщения

      -Блин, Мирон, ну нахуя мы тащим такой огромный с собой-то, - причитал Слава, забирая с ленты выдачи багажа чемодан, явно выделяющийся среди других своими размерами, - мы же всего на десять дней едем.       -Это мой любимый! Я без него не могу никуда поехать, у меня по-настоящему пиздатый чемодан и он всегда со мной!       -Конечно, куда ж ты без этого чемодана!       -И без тебя тоже!       -Я обошёлся тебе дешевле! Работаю за еду и секс!       -Я, кстати, многие годы экономил и ты работал только за еду!       -Настоящий еврей, что тут скажешь!       Мирон резко остановился:       -А, может, тебе и, правда, поднять зарплату, Слав? Почему ты никогда об этом не заговариваешь?       -Можешь даже повысить меня до генерального директора, например, и все скажут, что я строю карьеру через постель.       -Какого ещё генерального директора, ну тебя!       -О! Мирон, - Слава быстро, насколько позволял чемодан, подошёл к киоску «Сибирские подарки», - смотри какая шапка, давай тебе возьмём, а!       Слава показал девушке за прилавком на меховую ушанку и, натянул её на подошедшего Мирона:       -Ну красота же! Миро, посмотри как тебе идёт, они оба гляделись в зеркало, которое девушка любезно держала в руках на нужной высоте.       В Питере, к сожалению, они так ничего и не купили на голову Мирону – от кепок он отказался, жалуясь «Нет уж, знаешь, как мне не идут кепки!», а что-то из меха смотреть в ветряном, но всё-таки тёплом декабре в Питере при минус пяти показалось глупо. Зато когда пилот объявил при посадке в Томске, что за окном минус двадцать восемь, выходить из здания аэропорта Богашёво в капюшоне оказалось плохой, ну очень плохой идеей.       -В ней вы точно не замерзнете у нас! Вы ведь, наверное, из столицы, не привыкли к холодам, - щебетала милая блондинка, желая понравиться мужчинам, - она очень очень тёплая, но при этом лёгкая, Вам будет комфортно!       -И сколько она стоит?       -Девяносто тысяч.       -Чегоо?, - Мирон округлил и без того огромные глаза.       -Это же соболь! Сибирское золото!       -Нет, зачем мне шапка на две недели за сотку?! Не! В конце концов, не замерзну пока дойду до машины!, - и он, сняв шапку и отдав её разочарованной продавщице, отошёл от киоска.       Пока ждали такси, Слава убежал, сославшись, что ему надо в туалет, а то не дотерпит до отеля и через 6 минут вернулся с той самой шапкой из "сибирского золота" .       -Слав, ты совсем что-ли с ума сошёл?       -Теперь у тебя не только чемодан за шестьсот евро, но и шапка за девятьсот!, - он настолько широко и счастливо улыбался, что было ощущение, что это ему сделали подарок, а не наоборот, - Будем твою драгоценную голову держать в тепле – ведь твои мозги - национальное достояние!       Приехав в отель и приняв душ, засобирались поесть и по достопримечательностям, несмотря на мороз, чуть сжалившийся к обеду и милостиво поднявшийся до минус двадцати четырёх. Они специально прилетели днём раньше, чтобы посмотреть город, в которым были первый и, возможно, последний раз в жизни – трансфер их должен был забрать только завтра.       Мирон выбрал аутентичный и пафосный ресторан – «Строганина-бар», как всегда, уговорив напарника немного отступить от своего вегетарианства. Они заказали самые оригинальные блюда – «Похлёбку охотника» с дичью,  пельмени с олениной, подкопченную стерлядь, салат «Утиная охота» с лесными грибами. А после дегустации настоек «Сибирская тайга», «Четыре богатыря», «Пихта» и «Брачные игры в лесу», (на последнем настоял Слава, но делая официанту заказ, засмущался), Мирона потянуло на философию, зацепившуюся за салат:       -А вот меня всегда раздражал Зилов , он же просто пустой, абсолютно пустой, ни черта за душой! Обличительный пафос какой-то! Да он же опереточный злодей! Много говорит, но ему нечего сказать!       -Ну Мирон, в том и фокус, что за этой кажущейся со стороны пустой жизнью, человек ищет себя, страдает, любит.       -Да он только себя любит!       -Ой, да кто бы говорил, а! Это у тебя мысли только о себе, ты никого вокруг не замечаешь и ничего не хочешь знать о чувствах других людей!       -Ты, видимо, меня совсем не знаешь! Я тоже живой и тоже иногда чувствую чувства!, - Мирон смешно задрал подбородок, как обычно делал, когда очень хотел настоять на своём.       -О! Мирон Яныч, у тебя уже язык заплетается от этих сибирских ебейших настоек! Ну-ка пойдём-ка на улицу, проветримся, поищем Антон Палыча глазами пьяного мужика, лежащего в канаве и не читавшего «Каштанку» .       Этот непарадный памятник Чехову был одним из пунктов к обязательному посещению. Далее где-то перебежками, где-то на такси и перемежая достопримечательности глинтвейном или обжигающе-горячим кофе, два любознательных детектива посетили чинную экскурсию в старейшей библиотеке Сибири Томского университета, где Мирон был единственным активным участником из небольшой туристической группы и с азартом задавал вопросы интеллигентнейшой женщине-библиотекарю, явно покорив её своим интеллектом и начитанностью. Настолько, что в завершении прогулки по пыльным, тихим залам, она презентовала Мирону книгу «Томск в 17 веке» аж 1911 года издания. Он пытался отнекиваться, ссылаясь, что это ценная и дорогая книга, но очарованная женщина всё-таки вручила небольшой том, объяснив, что книга её собственная и ей будет приятно, если такой интересующийся и умный мужчина погрузится в историю её родного города и оставит о Томске более доброжелательные впечатления, чем Чехов .       -Ну Усов ему задорно отомстил, - улыбнулся Мирон и Слава увидел как глаза в общем-то ещё молодой, хотя и явно увядающей в этом книжном лабиринте, женщины, засветились ещё большим восхищением и постарался побыстрее увести Мирона осматривать памятники «Щас спою», тапочкам, любовнику (ох и нетривиальная фантазия у томичей!), а также церкви и соборы.       Уже по глубокой темноте, а зимой в Сибири смеркается очень рано, путешественники вернулись в свой отель Xander. Уставший Мирон, отказавшийся от ужина и откровенно зевавший уже в такси, едва ступивши в номер, завалился на кровать размера king-size, даже не раздевшись. Слава же, чувствуя себя здесь самым ответственным и дисциплинированным, растолкал Мирона, помог ему снять верхнюю одежду и уговорил дойти до душа. Тот ворчал и жаловался, что хочет спать, а Слава придерживал его, аккуратно поливая тёплой водой их вдвоём, благо душевая кабина номера люкс позволяла там свободно разместиться двум мужикам. Прикрепив лейку душа над ними, Слава начал мягко массировать плечи Мирона, приговаривая:       -Мой Миро совсем утомился от этих странных сибирских туристических объектов! Заледенел на томском ветру! А ещё выматывающий джетлаг!       Продолжая свой нежный массаж, он начал гнусавить песенку, которую в детстве напевала ему мама, когда хотела успокоить перевозбудившегося от дневных впечатлений Славика: -«Крошка Вилли-Винки ходит и глядит Кто не снял ботинки, кто ещё не спит. Стукнет вдруг в окошко или дунет в дверь, Вилли-Винки крошка лечь велит в постель»       Мирон совсем размяк и почти повис на Славе, пробормотав:       -Ты мой заботливый рыцарь!       -Я никогда не слышал, чтобы рыцари были заботливыми, но для тебя я готов быть кем захочешь!       Он прислонил Мирона к стене душевой, убедился, что тот держится на ногах и опустился на колени. Мирон, уже почти не разлипавший глаза, распахнул их от интенсивных ощущений, почувствовав сжимающие губы на члене, быстрые движения языка, и горячий рот. Он глубоко вздохнул, замер и поднял лицо, подставляя его под тёплые струи душа. Когда Мирон, спустя короткое время,  положил руку Славе на затылок и, толкнувшись, признался «Я долго не выдержу», он тут же почувствовал расслабившееся горло партнёра, зажмурил глаза и растворился в ярком оргазме. Слава уверенно подхватил совсем отяжелевшего Мирона, обтёр мягким банным полотенцем и увёл на кровать, позволив тому моментально отключиться.       Утром они неспешно собрались, позавтракали и вышли на улицу, ожидая машину, которая должна была довезти их уже до места сбора группы – таёжного посёлка Троицкого.       Мирон, туша сигарету в уличной пепельнице и увидев своё отражение в стеклянной стене отеля, ухмыльнулся:       -Слав, я стою посреди Томска в дурацкой шапке как Laibach, жду какой-то car, который увезёт нас в глухую тайгу, как я попал в эту точку?       -Тебе не нравится?, - Слава снял варежку и подтянул замок повыше на пуховике Мирона.       -Может, ну на хер и глухую деревню и охотничий дом и всю эту затею? Давай останемся здесь, в отеле да отдохнём, мне понравилось, круто же!       -Так, Мирон, ты просто никогда не был в нормальном таком настоящем лесу, тебя впечатлит, обещаю! А минет я тебе и посреди тайги могу делать каждый вечер!       Устроившись в машине, они узнали у водителя Кости время в пути – около четырёх часов, и включили в наушниках аудиокнигу «Мышеловка» Агаты Кристи – ироничный выбор Славы. Через два часа семнадцать минут он шепнул Мирону:       -Знай, что если нас занесёт посреди тайги и начнутся убийства, то убийца – точно полицейский!, - Слава забавлялся.       -А можно мне отдохнуть от убийств, я ещё от Романовых не отошёл!       -Конечно, не отошёл, ведь и дня не проходит, чтобы Антонина тебе не написала!       Мирон хотел ответить, но машина остановилась и шофёр предложил перекусить в придорожном кафе. Пассажиры решили отказаться от этой идеи, опасаясь за свои желудки, и купили только кофе. Но когда Костя, решив сэкономить время и не задерживаться в кафе, развернув в машине свёрток в беляшами, от которых ещё шёл горячий пар и разносился аромат по всему салону, протянул их Мирону и Славе, те, не выдержав испытание голодом, с удовольствием слопали по два сочных, жирных, масляных беляша! Костя только улыбался, поглядывая на них в зеркало заднего вида.       После еды, глаза начали закрываться и проснулись они уже от того, что машина подпрыгивала от ухабов просёлочной дороги.       -Мы уже совсем близко, - сообщил Костя, - минут тридцать и я передам вас Владимиру! Вам повезло – он самый опытный гид, уже давно водит такие группы. Знает в тайге каждую сосну, каждый кедр! Вовка, правда, молчаливый и немного замкнутый, но надёжный как швейцарский банк! Можете с ним ничего не бояться, просто отдыхать и наслаждаться настоящей дикой природой!       В Троицком, на крыльцо дома, к которому подвёз шофёр Костя, Мирона и Славу встретил молодой мужчина, который выдал сразу необходимый объём вводной информации:       -Добро пожаловать! Я ваш гид, меня зовут Володя! Собралось уже пять человек, с вами – семь, ждём ещё трёх и выезжаем, мы с Костей отвезём вас на двух снегоходах – добираться до места примерно два с половиной часа. Как раз успеем до темноты. В первый вечер познакомимся за ужином, я всё расскажу и дальше уже релакс. В доме всё предусмотрено, всё оборудовано, вас ждёт отличный отдых! А пока приглашаю на обед.