Враг в Отражении

      Ночь давно поглотила всё живое в тропиках и их округе. Слышались местами звуки ночных хищников, что выискивали жертв, то и дело прерывали тишь шелесты от бегущих компсогнатов и шагов. Создатели. Те, кто некогда воссоздал этот мир из мёртвых. Они, облачённые в тёмные плотные одежды, несли в руках своих массивные пушки, приборы, где вечно что-то мелькало, и отвагу — единственное, что сделало решающий шаг в их выборе. Ночь скрывала их от глаз друг друга, но жёлтые глаза видели каждого. — Есть поправки? — раздался голос одного из них. — Нельзя сказать. С последнего раза сигнал так и не возобновился. Он будто неисправен, — идущий неподалёку от него сверился с картой на планшете, где мелькала одна-единственная точка: «In-DR-AV», — Может, чип сломан или вырван? — Надо проверить. Много ещё остаётся? — Метров 500 до последней локации, скоро дойдём. Но если особь не там, то дальше придётся идти, возможно, вслепую.       Вдруг раздался приглушённый, далёкий рык. Он стих вскоре, окончив последовательность нескольких низких задиристых звуков из глотки некого существа. Группа настороженно переглянулась, и кто-то из неё попытался всматриваться в глубь леса. Но даже ПНВ показывал лишь ночные безжизненные джунгли. — Особь там, — прошептал энергично один из людей, направляя всех туда, — Это их звуки. — Осторожней, — притормозил остальных другой, — Они не настолько далеко.       В повисшей тишине вновь разнёсся далёкий рёв, краткий и звонковатый. — Уходит, — раздался среди группы шик, и люди, напрягшись, двинулись спешно в сторону цели. — Маячок появился? — Нет, сигнал отсутствует. Дистанция достаточная, видать про него можно забыть.       Качнув безвыходно головой, наёмник продолжил путь. Люди шли сплочённо, пушки в готовности направлялись во все стороны.       Листва сгущала тьму над головами, а рявканья, низкие и глубокие, продолжали то и дело вспыхивать где-то за деревьями. Расстояние до него то сокращалось, то опять отдалялось, словно играючи. — Что-то не так… — раздался негромкий шёпот одного из наёмников, — Зачем она подаёт так много звуков.? — Может, сигнал опасности для второй особи? — Не слышно ответа… звуки голоса одинаковы, это одно и то же существо. Она продолжает уходить. — Почуяла нас. — Мы бы не напугали такую махину. И тем более не спровоцировали бы на выдачу её местоположения. — Ты думаешь, что… — Не знаю…       Раздался последний гортанный рёв, и группа замерла. Всего десяток метров разделял их от источника звука по ту сторону густых зарослей. Ветви медленно расступились под натиском их рук, обнажив уступ. Неспешно вышагивая, группа вышла и оглядела десятиметровый обрыв за уступом. А сам уступ пустовал. Люди пристально осматривали оставшийся позади лес, примятую траву. — Эй.! — шикнул один из них, видя мелькнувшее среди деревьев движение. Одно-единственное, оно больше не повторилось. Может, показалось?       Планшет бесполезно показывал всё ту же карту с исчезнувшим сигналом. А деревья вдруг всколыхнулись. Листва зашумела под натиском поднимающейся туши, от которой из тьмы донеслись низкие гортанные ворчания. Пушки вскинулись в напряжении, и на землю, потряхивая массивной головой, ступила лапой Рекси. Гнущиеся ветви обнажили шагнувшее тело, ещё окутанное полусном, когда люди начали постепенно отступать назад. Раздался нарастающий треск пушек. И затем округу покрыл разрушительный рёв тирана.       Раптор мчался меж деревьями, дальше от нарастающего позади шума. Тьма быстро скрыла его, кажется, никто даже не увидел. Зато он сам разглядел за то время все силуэты.       И вот он выскочил ловко из гущи прямо на поляну. Ту самую. Там, на её окраинах, всё ещё виднелись обломки некогда целых сфер, а среди травы проявлялись следы хищницы. Самец остановился, осматривая один из следов, и принюхался. Лапы сами повели его по следам, а нос подсказывал близость. Пробежав по незримой тропинке, он вновь притормозил. Совсем рядом. Он не мог заметить даже силуэта, но ощущал его присутствие где-то. — Я выполнил свою часть, — прорычал раптор. В тишине что-то тихо протрещало в ответ. Листва вокруг зашевелилась, зашумела. Чёрные отблески в просветах зашевелились. И наконец стали видны очертания сидящей фигуры, повёрнутой к нему спиной. — Молодец? — раздался размеренный и низкий голос меж ветвями, — Что ещё ты хочешь услышать? — Я бы мог помочь тебе и в других делах.       Индоминус стихла, а морда её слегка дёрнулась в сторону голоса собеседника, но окончательно так и не повернулась. Тот сглотнул едва слышимо скопившийся в горле комок. — Ты? — её голос вновь встрепенул его, — В чём твоя польза, Потеря? Маленький. Клыки… ощутимы? Хаха! — на морде хищницы стала растягиваться неестественно широкая улыбка, обнажающая все десятки кривых клыков. Из пасти несколько секунд вырывался пучками смех, но раптор не отступил назад. — Я уже раз оказался тебе нужен. Не случится второго?       Массивная туша перед ним в одно движение, тяжёлое, но быстрое, повернулась к нему и спустила голову на уровень зелёной морды. Красный глаз, отливающий гранатовым оттенком, пристально смотрел на него и словно изучал. — Повторения не будет.       Самец не отходил. Его лапы твёрдо стояли на земле. — Ты вернулся, — вдруг задумалась та, едва слышно рыча, — Глупый, Потеря. — Потому что я готов продолжать, — раздался ответ. — У тебя есть. Такие же низшие существа. Маленькие. Долгие. — Я здесь один…       Дыхание вновь опалило его морду примесью мерзких запахов. Взгляд пристально изучал каждое его шевеление, чешуйку. В напряжении смотрел самец на замершие в десятке сантиметрах от него клыки, покрытые чернью и застывшими, побагровевшими каплями крови. Всё сильнее колотилось его сердце, и всё ближе оказывалась зловонная морда. — Ты жив. Будешь. Но если ты мне понадобишься… ты должен оказаться рядом.       Раптор шагнул назад и кратко кивнул. Он будет, если понадобится. — Я найду везде, — прокурлыкал он уверенно, со всей серьёзности и без капли страха глядя в глаза Смерти.       Небо начинало окрашиваться в розовые тона рассвета, зажигался на горизонте яркий круг. Свет ещё не достиг краёв пещеры, но время всё равно будило Дельту. Чешуйками она ощущала тепло вокруг себя, странное для столь раннего утра. Хвост Чарли прижимал её к тому. Глаза открывались нехотя, но шумное дыхание возле неё заставило самку проснуться. Он был рядом. Глядя ещё неосознанно на него, Дельта склоняла медленно голову то в одну сторону, то в другую. Даже сквозь полусон она видела слабую, изредка вздрагивающую улыбку на его морде. Многие воспоминания пронеслись перед глазами, а такой мягкой, искренней улыбки у Чарли она не видела давно. Плавно выдохнув, зелёная осторожно потёрлась мордочкой о шею самца, когда тот вдруг подвинул морду и заурчал. Тут же Дельта подняла голову и перевела взгляд на него. Тот придвинул лапу ближе к морде и потёрся об неё, жмурясь сильнее. Мышцы его странно ныли после ночи, но существу рядом тепло отдавалось с довольствием. Пока окутанный белой пеленой кривой глаз пытался разомкнуть веки, что по краям не смыкались даже в зажмуренном виде, Дельта чуток нагнулась и осторожно ткнула носом его шею, осторожно будя его. — Эй, Чарли, — тихонько муркнула она ему на ухо, — Доброе утро.       Самец ощутил, как та бегло лизнула его щёку и расплылся в довольной улыбке, спокойно вздохнув. Дельта почувствовала, как он сильнее прижал её к себе хвостом и слегка поёрзал, подобрал дрогнувшие задние лапы ближе к бокам. Она с неопределённой улыбкой вздохнула и слегка сжалась. — Нет. Я не хочу просыпаться, тот сон… слишком хороший… — едва слышно прокурыкал Чарли и закрыл лапой глаза, отгораживаясь от солнечного света, — В реальности я никто, отвержен так прямо, а во сне… у меня всё… дом, ты…       Дельта с лёгкой улыбкой качнула головой и своим хвостом провела бегло по его. — Во сне или в реальности, но я рядом. Не знаю, так ли, как хотел бы ты… Но всё равно ты самый родной для меня, даже больше, чем Эхо и Блю. Ты всегда был со мной, помогал, даже приносил мясо, когда охота была неудачной… Я… — шептала Дельта в попытке найти слова. Чарли же слушал всё сказанное. Он уже приоткрыл глаза и смотрел на неё, и смотрел он вновь тем глазом, что был испещрён когтем гибрида. Дельта едва ли перестала замечать этот жуткий изъян, словно того и не существовало. Было важнее то, что скрывал этот шрам и глаза самца. А глаза его были полны надежды и доверия к ней, он верил каждому её слову. Вперемешку с этим просвечивался и страх. Словно он боялся, что всё то, что слышит сейчас от неё, окажется подлой ложью, предательством. Она уже не раз чувствовала, что подобные мысли мучили его, но в этот раз всё казалось куда страшнее.       Стоило Чарли попытаться что-то сказать, как на пороге пещеры возникло два силуэта. Освещённые лучами рассвета, они ступили на каменистую почву и остановились. — Проснулись? — спросила Блю, и Дельта сразу подняла голову. — Вы давно вернулись? — зелёная приподнялась и встряхнулась, пока Эхо всё оглядывала их обоих. — Достаточно. Вы передохнули? Чарли, как твоя адаптация?       Чарли поднялся тяжелее. Он бросил взгляд на Блю и наконец ответил: — Всё в процессе. Считай, заново всё познаю. А к глазу привык. — Отлично. Позже сходим на охоту, так что будь готов. — …посмотрим. — Видно тебе будет, значит, — ухмыльнулась Эхо сама себе, проходя мимо рапторов глубже в укрытие. Чарли проводил её ярым взглядом, и Дельта поспешила перекрыть ему обзор собой. — Дельта, — альфа повернулась к той, — Ты тоже пойдёшь с нами. Затем нам надо обследовать территорию на наличие следов Индоминус. Чарли, ты тоже нам понадобишься, так что будь готов. Особенно будет хорошо, если сможешь отвести в то место, где ты встретился с ней. — Обещать не буду, — Чарли, едва дослушав Блю, встал и направился к выходу из пещеры. — Ты куда? — Вспоминать. И готовиться, — он кратко обернулся к серой, а затем переступил порог. — Я помогу, — двинулась за ним Дельта. Блю проводила их неопределённым взглядом, но промолчала. — Я уже утомлён от них… — глухо прошипел Чарли, стоило им отойти достаточно далеко. — Блю же хочет удостовериться, что с тобой всё нормально, — задумалась Дельта, — Вот и уточняет…       Но ответа не последовало. В тишине Чарли вдруг остановился и вскинул голову вверх, в сторону вершины скалы. Рыжие же глаза смотрели поочерёдно то на него, то на вершину, не понимая взгляда чернополосого. А тот вдруг пригнулся, напружинив задние лапы. Несколько секунд хищник смотрел на один из небольших выступов, пока его хвост злостно вертелся позади него, а затем его лапы мощным прыжком подкинули его прямиком на желаемый булыжник. Там он выпрямился и крепче вцепился в выступ когтями на задних лапах. Миг — и он вновь прыгнул, ещё выше, ловко ухватившись когтями за следующие выступы. И так всего в несколько прыжков Чарли достиг достаточно широкого выступа, что располагался посреди между землёй и вершиной. Дельта же смотрела вслед ему и переминалась с лапы на лапу. — Иди сюда! — рявкнул Чарли, свисая голову. — Прямо наверх? На скалу? — Да, залезай! — Это не дерево… чёрт… — та сглотнула, но вновь раздался голос самца: — Попробуй!       Дельта неуверенно подошла к скале и подняла голову. Там, наверху, зелёный раптор ожидающе смотрел на неё. Она приготовилась и ловко запрыгнула на скалу, ухватившись лапами за небольшой выступ. Когти вцепились в камни. Она чуть подтянулась и глянула наверх, быстро оттолкнулась и схватилась за следующий. Хвост мешал ей, тянул её тело вниз, размахивая для баланса. И вот Дельта ещё раз подпрыгнула, зацепилась за последний выступ и подтянулась, царапая когтями камни. Вот и Чарли шагнул ближе. Самка уже заползла туда и лежала, пытаясь отдышаться. Этот подъём отнял у неё немало сил, и теперь ей надо было восполнить их. — Как ты только залез сюда… — прорычала Дельта, тяжело дыша и даже не вставая. — Очень просто, уже даже гораздо легче, чем раньше, скоро тоже привыкнешь. — ответил тот и с улыбкой прилёг рядом. Дельта устало положила голову на землю и прикрыла глаза, сделав глубокий вдох. — Устала?.. — тихонько прокурлыкал Чарли, потеревшись тёплой мордочкой о её щёку. Та чуть приоткрыла оранжевые глаза и посмотрела на него. — Немного. Но кое-что хочу спросить… — Я тоже хочу. Начну?       Та задумчиво помолчала, но через несколько секунд уверенно кивнула. И Чарли хмыкнул. — Там, в пещере, ты не договорила. Хотя и вчера ты оборвала «разговор»… Ты так много высказала о том, что я важен тебе… и вдруг твои слова оборвались, хотя ты… вроде как, хотела продолжить. Не буду из тебя выпытывать и просто спрошу, — его голова склонилась ближе к Дельте, — Ты ведь… всё же неравнодушна ко мне, так?       Вздрогнув мигом, та замялась и отклонила голову в сторону с неопределённой кривоватой усмешкой: — Что.? Нет, я… пфха-ха… нет, послушай, это… — Дельта, — рявкнув, раптор вновь сдвинул морду к ней и вжался лапами в предплечья той, — Ответь честно. Сейчас же.       Дельта с чуть приоткрытой пастью старалась избегать взгляда, но тот упорно сверлил её, не уставая. — Ответишь на мой вопрос — получишь ответ, — наконец сказала она, и Чарли в негодовании склонил голову набок: — Нечестно так, Дель. — Но отвечу я после тебя честно. — А если нет? — самец пристально следил за её взглядом. Та же хмыкнула и пожала плечами: — Не знаю… но такого варианта не будет.       Самец вновь склонил голову, но уже на другой бок, и окинул многообещающим взглядом самку с лап до мордочки. А затем усмехнулся и кивнул: — Хорошо. Я слушаю твой вопрос. — Ты… ты же больше так не уйдёшь? — И это весь вопрос? — Да… я волновалась. И думала… что не увижу тебя больше… — с этими словами она отвела взгляд и прикрыла глаза. Многие воспоминания сразу всплыли в голове, она вновь увидела те пустые виды, что предстали её глазам за последние дни. А Чарли осторожно ткнул её носом и тихонько муркнул, после чего нежно потёрся о неё головой. — Всё хорошо, я больше не уйду… — негромко муркнул он и прикрыл глаза, прижавшись мордочкой к её голове. Тепло прошлось по всему телу, Дельта невольно улыбнулась и подвинулась ближе к нему, прижалась всем телом. Сердце в её груди забилось сильнее, даже Чарли это почувствовал, от чего на его морде появилась улыбка. Он осторожно лизнул щёку самки и обнял хвостом, показывая всё, что чувствует в душе. Дельта приподняла голову и посмотрела в глаза того, такие уставшие после всего, что он пережил, но такие счастливые, как никогда раньше. Эта родная мордочка всегда была рядом с ней, и уже так давно она хотела прижаться к ней, обнять и не отпускать никогда, тем более теперь.       И вдруг, прервав нераздавшийся вопрос Чарли, откуда-то из-под расщелин в подножии скалы вынырнул компсогнат. Раптор встрепенулся и свесил голову вниз, а вслед за ним — и Дельта. — О… опять он… — рыкнула она негромко. — «Он»? — одноглазый глянул косо на неё, — Кто «он»? — Это… один из компсогнатов, которых я в тот день поймала… тех убила, а он сбежал… — Хах… сбежал? Так просто?       Глаза зелёной бросили беглый взгляд на самца, и та несколько секунд что-то обдумывала, вспоминая свои же слова. — Ну не просто… — прорычала она задумчиво, — Их было не так мало, чтобы я за всеми могла уследить. Убила всё равно достаточно… — Достаточно? Сколько же? — Семерых. — Хорошо считаешь видимо. — Есть такое, — кивнула слабо та, не сводя с Чарли всё того же взгляда. Пока компсогнат скрылся в зарослях, раптор повернул голову к самке. В его глазах та увидела решимость в ожидании ответа на уже заданный вопрос. — Мы немного отвлеклись, — проговорил он мягко. От его голоса Дельта тихо выдохнула, не в силах набраться уверенности. Но вдруг внизу раздался вновь шум. На этот раз это оказались Блю и Эхо. — Чарли! — рявкнула альфа, оглядываясь вокруг, когда её взгляд зацепился наконец за лежащего на уступе брата, — Идём, нам пора! — Я ещё не готов. — Я уже всё решила и подготовила. Нам пора. Мы все идём. — Так идите без меня. — Чарли, ты меня слышал? — А ты меня? — Слышала. Ты свалил из-за своей трусости туда, повыше, думаешь, что не достану там? Ты настолько меня боишься? — растянулась Блю в насмешливой ухмылке. — Ты начинаешь мне надоедать… Мы же никак не могли хотеть свалить от надоевших сестёр! Не выставляй себя грозой всей стаи, — огрызнулся самец, и альфа склонила голову набок. — Ты чем-то недоволен? — стиснула она клыки и прищурилась. И на это лапы самца напряглись, поднимая его тяжёлое тело. Взгляд Дельты напряжённо метался между двумя рапторами, а Чарли же спрыгнул вдруг на уступ ниже. Затем ещё ниже. — Хотела, чтоб спустился — я спускаюсь. Последний прыжок раптора на землю поднял небольшое облако пыли, что рассеялось от нескольких его шагов. Блю уже обходила его, нацеливая мысленно когти на его шею. А брат же ухмыльнулся и сделал шаг навстречу: — Что-то многое ты о себе возомнила, даже выпускать не хочешь из поля зрения. Чего боишься? Сначала надо подумать: а сама из себя что представляешь?       Шаги Блю становились всё напряжённей, лапы переносили её дальше в готовности напасть. Чарли же повторял за ней, двигаясь по незримому кругу и продолжая: — А ничего. Альфа ты только от того, что сама так решила. Спроси у стаи, у сестёр, и сразу бы твоя кандидатура откинулась.       В груди Блю все слова отдавались жаром злости, вгоняя её в невольную тряску. На морде брата же сверкал азарт и насмешливые мысли. — Ты даже не достойна этого места, ты же самая мелкая. С каких пор девчушкам положено такое место? — Выродок… ты сам выбрал такой путь. Ты не скроешь свой страх…       И следующим движением Блю кинулась на Чарли. Сцепившись, оба тела кубарем прокатились мимо отскочившей Эхо. Лапы альфы рвали того когтями, что вцепились самцу в бока и драли до самых рёбер, а тот яро рычал и срывал постоянно когти задних лап с боков Блю, не находя момента зацепить их крепче. Боль терзала его вновь и вновь, но вместо неё ощущалась лишь тяжесть ударов спины о землю.       Наконец мир вокруг перестал вертеться, и Блю, оказавшись поверх брата, впилась когтями в его шею и придавила его всем телом. Тепло, что ощущалось от него, превращалось в яростный жар, а из горла того выплёскивался дикий грубый рык. Он пытался извернуть шею и схватить пастью серые лапы, пока альфа устрашающе рычала прямо перед его мордой и не давала подняться. Её тело давило всё большей тяжестью, как вдруг рывком Чарли обхватил пастью шею Блю и отвёл голову в сторону, с силой толкнул задней лапой по её животу. Лапы той подкосило, и в тот момент самец скинул её с себя, а сам, наваливаясь одновременно на неё, стал подниматься. Голова Блю склонялась всё ниже под натиском клыков, что вонзались в её шею, мягкую и холодную. На чешуе стала проступать кровь. Из пасти той доносилось хриплое порыкивание, которое лишь горячило Чарли. Он опускал шею той всё ближе к земле, когда одним движением та вдруг извернулась и вырвалась из клыков брата. Лапы одним выпадом унесли её от соперника, и она резко сжала в челюстях полосато-зелёный хвост, что взвился возле неё. Из глотки самца раздался болевой рёв, и он вмиг развернулся, вырвав хвост из пасти Блю. Кровь брызнула из разорванной шкуры, обрывки чешуи повисли на конце. — Доигрался, Чарли, — прорычала хрипло Блю. Самец же сделал выпад в её сторону, заставив её дёрнуться в другую, и тут же заскочил за неё. Секунда — и самка ощутила, как в её загривок впились вновь его клыки. Большие, острые. Всем своим множеством они вонзались всё глубже в её шкуру, пока его лапы прижимали упавшее её тело к земле. Лишь на несколько секунд, отдавая всю силу когтям и лапам, его морда отстранилась от её шеи и приблизилась к уху. — Здесь больше нет Чарли, — глухо прорычал раптор ей на ухо, — Не надо звать меня именем немощи. Я теперь Грин.       Под взглядами Эхо и Дельты он давил лапами сильнее, подключив одну из задних. Блю стала вдавливаться в землю, самец же сильнее стиснул клыки и стал медленно сворачивать голову самки вбок. Та забилась и забарахталась лапами, из её горла доносились хриплые звуки. Внутри её шеи что-то негромко и неспеша хрустело, но брат не останавливался. Его тело вжималось в её спину, та импульсивно ёрзала под ним, а холодная чешуя всё нагревалась от разгорячённого живота ящера. Медленно всё наливалось кровью. Язык упирался в покрытую кровавыми брызгами шкуру, то мягко, то твёрдо вжимаясь в неё, сжатую десятками его клыков.       И вдруг его тело столкнула Дельта, подскочив сбоку. Резкий и хриплый вдох Блю вперемешку с кашлем сопроводил её поднятие, и серая отшатнулась дальше, в сторону сестры. От клыков Чарли же на её шее осталось множество ран, истекающих кровью. — Что ты делаешь?! — рявкнула Дельта в морду Чарли. Словно будучи на месте Блю, она тяжело дышала, а круглые глаза в шоке смотрели прямо на его зелёную морду. — Она уже сама просится, — ответил тот. — Но… — пыталась вставить Дельта, но Грин покачал головой и перебил её. — Дельта, ты не понимаешь… Ты слышишь её мысли? Её пожелания стае? Я хочу нам лучшей жизни. Это давно следовало сделать, а кто, кроме меня? Она уже настолько привыкла к вашему бессловию, что не терпит любую отсебятину. — Э, Чар, ну и словечки! — раздался выкрик Эхо позади. Та стояла возле Блю, а альфа, стиснув клыки, холодно зашипела в её сторону. Чарли же обернулся на обеих и качнул кратко головой: — И как я уже сказал, здесь больше нет Чарли. Для всех я Грин. — Грин.? — переспросила в недоумении Дельта. — Грин.       Дельта опустила голову и краем глаза посмотрела на Блю. Та потихоньку затихала, чуть качаясь и облокачиваясь изредка на сестру. Она коснулась лапой своей шеи, и кровь осталась на серых пальцах. Альфа осмотрела свои пальцы с тёплой влагой на них и повернулась к Грину. Холодный взгляд скользнул с него, она развернулась и пошла, чуть качая головой. Она ещё некоторое время невнятно что-то шипела. а затем к ней подскочила Дельта: — Блю, ты в порядке.?       Альфа лишь бросила на неё ледяной взгляд, что продлился секунду. В ответ на вопрос она повернулась к Эхо: — Идём, — полухриплым голосом проговорила Блю, — Нам пора.       Эхо, хмыкнув, пробежалась взглядом по зелёным и скакнула следом за альфой. И Дельта вновь осталась наедине с их братом, пока те два силуэта терялись в зарослях леса. Эхо всё вертелась по пути вокруг серой, а та отстранённо брела и что-то изредка рычала. А затем они исчезли из виду. Зелёный раптор, с каменным выражением морды смотревший им вслед, наконец глянул на Дельту. Взгляд той всё ещё был устремлён на бледные очертания, но всё же она негромко прорычала: — Ты же мог убить… — С тобой я так никогда не сделаю, а с ней это было нужно. Может, пыл поубавит. — Она разве много его проявляла… — Видишь, ты даже не замечаешь. Это плохая привычка. Я за эти дни отвык, и меру я знаю, остановился бы и так вовремя… — он слабо улыбнулся и осторожно прижался к её щеке, прикрыв глаза и негромко мурча от удовольствия. — Ты не останавливался… — Был близок, ты опередила всего на пару секунд. Мог бы я разве желать смерти Блю? Она хоть и заноза… но всё ещё она Блю. — А ты уже не Чарли.       Грин смолк и косо глянул на Дельту. Та не поднимала на него глаз, а кончик хвоста единственный дёргался и бил слабо по земле. — Я просто больше понял. — Это было красивое имя. И тебе оно тоже… нравилось… — Когда-то, в детстве… Но сейчас оно ассоциируется у меня с моей же слабостью. Мне неприятно это, Дельт, пойми. — Грин — странное имя. Почему именно оно.? — Отражает суть. Как у Блю. То же самое. И как и у… — Меня? — Нет. — Эхо? — Верно. Она как тень всё бегает за ней. Не эхо ли? — Пф… может… — Вот. А ты… у тебя одной имя, как и «Чарли», не отражает суть. Почему именно такое? Оно даёт много вопросов. Нестандартное, если так удобно. — Не задумывалась, — призналась самка, в лёгком замешательстве продолжая стучать хвостом по земле, — Оно отражает суть, но не имеет принятого всеми… смысла. Но всё же… Своё имя ты не сможешь сменить. Как ни назови, а останешься собой.       Собой. Грин хмыкнул неслышимо, и на морде его всего на миг мелькнули кончики клыков в усмешке. В чём-то он всё же согласен был, как ни назови его — всё равно кем-то другим он не станет. Кем был — тем остался. А вот стая — не факт. Кем была Блю и кем станет? Он уже показал, кем является, а смирение той придёт едва ли скоро. — Интересно быть на твоём месте, — раздался после долгого пути голос Блю. Скалы уже давно не было видно, ненавистный зелёный цвет мелькал только деревьями. — О, мои чувства задеты, — Эхо раскаянно прокурлыкала, продолжая резво вышагивать возле бредущей сестры. — Это не был конец, не думай. Его прервали. — Я так и думала, знала, ты победишь, — кивала и кивала Эхо. А затем добавила, — …в следующий раз.       И вновь Блю одарила её стеклянным пылающим взглядом: — У тебя всё ещё есть свободная щека, Эхо. — Пхаха! Так я не саркастирую! Я знаю! Братец полетел, но приземлится обратно рано или ну как-то поздно. — Приземлится. Он ещё мал, вот и рвётся на неизвестное. Его слабость использовать не нужно. — М, ну знаешь, не особо как-то и мал. Вымахал хорошо, выглядит старее тебя.       На это Блю ничего не ответила. Хоть она и слышала посмеивающийся рык Эхо, внимание было приковано к земле. Голова её невольно была опущена ниже, а стекающие по шее струйки крови наконец засохли. — Плевать, и плевать, где он. Если Индоминус где-то здесь, нужно быть наготове, хочет он этого или нет, или готов он к этому или нет. — Она не должна нас тронуть, Блюх. Мы микро-микро, прям никто. — Мы не имели с ней толком дела, мы не знаем. За это время многое могло измениться. И я не помню, чтобы она проявляла стремление помочь нам. — Ну-у… — Эхо смолкла, призадумавшись и вспоминая последние годы жизни на воле. Но ничего из того, что приходило ей в голову, не послужило бы аргументом для альфы. — Именно, — согласилась с её молчанием серая. Она продолжала идти дальше, пока лес окутывал её с каждым шагом всё большим и большим количеством лиан. Вглядываясь в путь перед собой, она даже не сразу заметила, как сестра осталась позади. Деревья сгущали листву, а искомый запах, столь малознакомый, никак не проявлялся. Ещё немного поводя мордой по воздуху, она прислушалась, и в голову вдруг отдалась тишина вокруг. Не улавливая возле себя шагов, Блю огляделась по сторонам и остановилась. В зелени скрыть силуэт Эхо не смогло даже расстояние: она стояла в десятке метрах позади, на краю усеянного деревьями склона, и смотрела куда-то в его дно. Отстранённо, молчаливо. Блю шагнула в сторону той: — Эхо?       Но та не ответила. Её голова тянулась слегка туда, выдавая спрятанное внутри любопытство и, кажется, даже тревогу. Её вид встрепенул Блю, и она вновь шагнула в сторону сестры. И та от донёсшегося шелеста подняла взгляд на незримый за деревьями горизонт. Блю замерла, и голова Эхо наконец повернулась к ней. Они смотрели друг на друга на расстоянии, каждая пыталась прочесть мысли другой. — Ты что-то нашла? — спросила вдруг Эхо сквозь затянутую тишину. — Нет, что у тебя? — Твоя гордость, — качнула та головой в сторону подножия склона. Клыки альфы с силой стиснулись, и она одним движением развернулась и двинулась прочь. Больше не было никакого рычания, шипения, она упорно и молча шла дальше, неважно, куда. А следом за ней тенью юркнула и сестра, бросив последний взгляд на заросли склона, что опутывали вросшие в землю останки.