Право выбора

      — Аид… — говорить было тяжело. Тяжело было даже думать. Мысли будто исчезли, и Зелина с трудом выговорила его имя, — что… что ты сделал?       — У тебя был оргазм, — Аид не мог не улыбнуться. Зелина чертовски прекрасна. И он чертовски благодарен судьбе, что ему позволено это лицезреть. И не только лицезреть. — Это логическое завершение секса, взаимное удовольствие.       — Каждый раз?       — Можно даже больше, чем раз, — прошептал ей на ухо Аид.       Зелина снова застонала, сжимая бёдра. Горячие импульсы внизу живота утихали медленно, все ещё отдавая приятным покалываем в мышцах. Он мог только догадываться, что она чувствует, его удовольствие было слишком быстрым и простым по сравнению с её. Но это не значит, что он не может наслаждаться этим вместе с ней. Аид прижался губами к шее Зелины, чувствуя как быстро колотится её сердце. Лёгкие ласки продлили негу, пока она довольно жмурилась и тяжело дышала.       — Тебе понравилось? — робко спросила Зелина. Аид взял всю инициативу на себя, и она не смогла заставить себя что-либо делать.       — Конечно, с тобой не может не понравиться. Но гораздо более важный вопрос, понравилось ли тебе? — Аид всматривался в её лицо, ища скрытые эмоции.       — Да, — выдохнула она, — это был лучший секс в моей жизни.       — Неужели твой «муж» совсем не доставлял тебе удовольствия? — Аид обнял Зелину, набросив её на плечи покрывало. Он уже догадался, что сравнивать ей особо не с чем, но хотел прояснить ситуацию до конца.       — Так не муж он мне, — отмахнулась она, но тон выдал её недовольство. Ею пренебрегли, опять.       — И всё же, — настоял он.       — Да и она не Реджина, — Зелина старалась, чтобы это прозвучало равнодушно, однако Аид распознал горечь в её голосе.       Она всё ещё сравнивала себя с сестрой, всё ещё не видела своей ценности. Аид ужасно хотел это изменить, вытащить из оков сожалений о прошлом и ненависти к себе. Она так прекрасна, она достойна лучшего. И у неё всё это будет.       От переизбытка противоречивых чувств Зелина вдруг заплакала. Сперва это были одинокие слезинки в уголках глаз, и она попыталась их незаметно убрать, но они выступали снова и снова. Тогда Зелина лишь закрыла лицо руками, не в силах справиться со своими эмоциями. Было ужасно обидно, до сих пор немного больно и она ещё злилась, но вместе с тем пришло и какое-то облегчение. Аид продолжал обнимать её и шептать, что всё в порядке. Теперь действительно всё в порядке, больше никто не обидит. Понадобилось время, чтобы она успокоилась, прижимаясь к нему, как можно сильнее. Ощущение соприкосновения кожи с кожей действовало расслабляюще, как и нежные поцелуи в лоб. Зелина ещё никогда не чувствовала себя настолько безопасно в уязвимый момент душевных излияний.       — Мне жаль. Почему ты ничего не сказала? — осторожно поинтересовался Аид, когда слёзы утихли. Он хотел прояснить всё, что стояло между ними так долго.       — Сначала я чувствовала себя обязанной. А потом мне было слишком страшно и неловко.       — Я не беру плату за услуги телом. Это низко. И ты ничего не должна, я сам заплатил за магию, — объяснил он, однако вторая часть ответа беспокоила его гораздо больше. — Почему тебе было страшно?       — Я боялась, что если скажу, что мне не нравится, не хочется, ты больше не будешь любить меня, и я перестану быть тебе интересна, — призналась Зелина, снова всхлипнув. — Я устала быть неудобной и ненужной.       — Ох, это не так, я нуждаюсь в тебе постоянно. Видеть тебя, слышать твой голос, держать тебя за руку, я не могу жить без тебя, Зелина. Но скажи, я сделал что-то, что заставило тебя думать, что без секса я тебя брошу? — у него по спине пробежал холодок. Неужели он был недостаточно сдержан? Как можно было не заметить? Отвращение к себе сдавило грудь — похоть так ослепила, что он не разглядел её состояния!       — Нет, но я все равно боялась. Ты мне нравишься, я люблю тебя и… — даже сейчас Зелине было тяжело признаться в своей эмоциональной привязанности к Аиду. Казалось, что это сделает её слишком уязвимой, — мне так хочется, чтобы кто-то любил и меня… Было страшно, что наши отношения рухнут.       — Прости, что давил на тебя и позволил себе лишнего, — мысль, что его действия приносили дискомфорт, а Зелина не решилась возразить из-за страха, была ужасной. Аид совсем не хотел быть деспотом в отношениях, он мечтал о том, что они будут равны и любимы. Чего стоят признания в чувствах, если близость становится насилием?       — Нет, не совсем… — сейчас Зелина начинала отчасти осознавать мотивы своих решений. — Скорее, я больше сравнивала с… предыдущим опытом и накрутила себя. Я привыкла, что выбирают не меня, и не знала какой ты на самом деле.       — Ты не знала, что может быть по другому, — это осознание принесло Аиду частичное облегчение. Он не вынес бы знания, что опять сделал ей больно. — Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это. Ты не должна терпеть то, что тебе не нравится. Хочешь рассказать, что тогда произошло?       — Он долго не мог закончить, это было так больно, внутри будто всё горело… — Зелина зажмурилась от неприятных воспоминаний. Всё, что происходило с Робином в постели, казалось отвратительным и болезненным.       — Он делал что-то против твоей воли?       — Нет, потом просил снова, но я отказала, — первый раз ещё до того, как получила положительный тест.       — Всё хорошо, это больше не повториться, ты в безопасности, — заверил он, поглаживая Зелину по спине. Она прижалась к нему, отчаянно прося ещё этого тепла и сочувствия. Аид давно мечтал о том, чтобы она доверилась ему, поделилась страхами и волнениями и расслабилась. Откровения были непростыми, но сблизили их.       — Расскажешь, какие у тебя предпочтения? — после некоторой паузы вдруг попросила она, переплетая свои пальцы с его.       — Ты, — это правда. У него есть ещё кое-какие пристрастия, но все они теряют смысл без Зелины. — Одна мысль о тебе может довести до оргазма. Как и одна мысль о твоём дискомфорте может напрочь лишить желания.       — Даже так? Ты правда меня любишь? — не удержалась от вопроса Зелина, но постаралась сказать так, чтобы прозвучало невзначай. Подтверждение и утверждение этого ей было крайне необходимо, чтобы чувствовать себя в безопасности в отношениях.       — Я правда люблю вас. Очень сильно люблю. Люблю просто так, — серьёзно ответил Аид. Он готов повторять признание сколько угодно, лишь бы Зелина больше не захотела сбегать.       — И ты будешь любить меня даже если я неудобная? Не такая, как тебе хочется? — уточнила она, ещё не веря, что это правда. Впервые познать чувство полного принятия оказалось невероятным.       — Да, я буду любить тебя какой бы ты не была, — заверил он. Их ничто не разлучит.       Искренний нежный поцелуй был тому подтверждением. Аид с облегчением отметил, что Зелина больше не напрягалась в его объятиях, она льнула к нему и с удовольствием целовала в ответ. Он скользил пальцами по её талии и по спине, слушая довольные стоны. Так приятно делить моменты близости с любимым, быть желанной. Зелина выгнулась под ним и закинула ногу ему на бедро. Чёрт, это было слишком откровенно.       — Аид, прошу, сделай это ещё раз, — прошептала она в ему в губы.       — Конечно, любовь моя, — Аид застонал, её шёпот, её горячие просьбы заставили его снова окрепнуть.       Ведьма сводила его с ума всегда, а когда она так сладко умоляет довести её до оргазма снова, он не в силах устоять. Один толчок, Зелина такая мокрая, такая податливая, она выгибается ему навстречу и целует Аида. Им больше не нужно масло, её тело готово его принять и он не откажет ей в удовольствии. Его королева будет изнемогать от наслаждения, они наверстают упущенное. Зелина стонет ему в ухо, хватает ртом воздух и царапает плечи. Она прекрасна. И она только его.