Цена любопытства

На следующий день я ждала урок английского с нетерпением, потому что мне было интересно, как поведет себя Айзек. Я оказалась права, перед уроком он подошел ко мне и поздоровался с выражением явной неловкости. — Как ты? — спросил парень, сев на стул перед моим столом, как в тот раз после злосчастного полнолуния. — Нормально, — ответила я, убирая телефон. — Харви вчера караулил через дорогу. — Знаю. Я удивленно подняла брови. — То, что произошло… — Айзек замялся и отвел взгляд, затем вздохнул и сцепил руки. — То, что случилось, никак не изменило ситуацию. Ты все еще в опасности, поэтому мы следим, чтобы Харви не приближался. — Мы? — Ну, я и Дерек тоже, — Айзек неловко дернул плечом. — Он ведь не серьезно… — парень снова замолчал, не закончив. — А мне показалось, что вполне серьезно, — недовольно сказала я и нахмурилась. — Он повел себя как задница и даже не удосужился ничего сказать мне. Ты же сам слышал, он просто молчал. — Да, я знаю, но он альфа и я как бы… Как же тебе объяснить? — Айзек отклонился и взъерошил волосы. — Я вроде как могу чувствовать, что у него на уме. Как ты думала я узнал, что вы переспали? Я сжала губы и отвела взгляд, не желая вспоминать о первом и тем более о втором, признаюсь, куда более приятном, сексе. — Поменялся не только запах, но и сам Дерек, в его ауре или вроде того что-то изменилось, — сказал Айзек. — Поэтому я решил, что все нормально, обычное развитие событий, а когда вчера он сказал мне, что ждет удачного момента тебя обратить, я даже растерялся. Это не вяжется с тем, что он чувствует. — Не надо, пожалуйста, — я замотала головой. — Не надо додумывать и что-то мне объяснять, не ты должен это делать, он сам мог сказать обо всем. — Айзек смотрел на меня с виноватым лицом, а мне хотелось спрятаться. — Он вполне ясно дал понять тебе, а потом мне, что все это ради одной цели, даже мой отказ ему не важен. Тема закрыта. Айзек помолчал минуту, глядя на меня, потом сдался и кивнул. Я больше не смотрела на него и старалась отвлечься на что угодно, только бы не думать о Дереке снова. Мне уже не было больно, но по-прежнему осталась обида, появилась злость из-за того, что меня, глупенькую, так просто использовали. — Полнолуние в воскресенье, — сказал Айзек после паузы. — Не разрывай круг и сиди в комнате по возможности. Мы будем на обходе, так что, если Харви заявится к тебе, сразу позвони, но ничего не делай. — Ладно, — я кивнула, а сама подумала, что даже под страхом смерти не соглашусь выйти из комнаты при полной луне. Хотя для меня Харви и был той самой смертью. Всю неделю Айзек провожал меня до дома, в основном мы ездили на автобусе. Он сказал, что Харви осмелел и больше не покидает город, они всегда чувствую его присутствие, но не могут выследить. Поэтому пешие прогулки на время отменились, чтобы не провоцировать нападение, а машину Дерек Айзеку не доверял. В субботу мама зашла ко мне и попыталась поболтать на отвлеченные темы, но я прекрасно понимала, о чем, а точнее о ком она хочет узнать. Так что я в лоб заявила ей, что она может спокойно спрашивать про Дерека, это не такая уж больная тема. И мама спрашивала, уточняла все ли в порядке, потому что Артур кое-что упоминал ей о случившемся без подробностей. Я рассказала ей то же самое, что и Артуру, естественно опустив все, что может быть связано с оборотнями. Ей вовсе не обязательно знать, с какой компанией я связалась. Я не ожидала, но тема оказалась все же больной, я снова окунулась в ощущение предательства и обиды, пусть и твердила себе постоянно, что такого исхода стоило ожидать. А в воскресенье я не находила себе места и старалась максимально погрузиться в учебу. Даже отказалась поболтать с Софи и Кайлой, чтобы не нарваться на расспросы о моем «парне». К вечеру мне стало очень тревожно, я выпила успокоительных больше, чем обычно. Врач говорил, что при стрессе лучше выпить больше, эти таблетки позволяют незначительно повышать дозу в экстренных случаях без побочных эффектов. Ближе к полуночи я уже лежала в постели и смотрела в окно, практически не ощущая тревоги. Да и вообще ничего не чувствуя. Я думала о том, что если доживу до окончания школы, то уеду как можно дальше отсюда и не вернусь, пока не узнаю, что Харви мертв. Ни за что на свете я не останусь тут, зная, что я в опасности, а моя семья попадет под удар из-за меня. Мой любящий братец, глупая сестра, мама в вечном конфликте с духовкой и добряк отец. Под гнетом успокоительных я быстро задремала, отпуская ниточки мыслей в свободный полет. Из леса послышался крик. Я подскочила на постели и сощурилась от яркого света луны. Мне это приснилось? Как будто женщина кричала, подумала я и подошла к окну. Лес за домом Джорджа был темным, конечно же я ничего не видела. Я приоткрыла окно совсем немного, только чтобы звуки с улицы лучше было слышно, но ничего не было. Простояв у окна минуту я хотела уже закрыть его и отойти, но в лесу снова раздался крик, и в этот раз я была уверена, что мне не показалось. Руки моментально заледенели, я схватила телефон и с трудом нажала на номер Айзека. Спустя несколько долгих тяжелых гудков он ответил. — В лесу кричит женщина! — затараторила я в трубку вместо приветствия. — Я не знаю, кто там, я проснулась от крика и сейчас он повторился, это за моим домом, как будто недалеко от дома Хе… — Я понял, — резко перебил меня Айзек, его голос был серьезным. — Оставайся дома, ничего не делай, никуда не выходи, поняла? Ни в коем случае не покидай круг. Мы разберемся. Айзек отключился, а я продолжала держать телефон возле уха, неотрывно глядя в лес. Я могла поклясться, что в этот момент крона одного далекого дерева шевельнулась, а с соседнего с ним слетела пара птиц. Что же там происходит? Ответ нашелся быстро, потому что из леса раздалось отдаленное рычание, протяжное и пугающее. Оно звучало так же четко, как женский крик до этого, и мне показалось, что я уже слышала его раньше. Не на той ли поляне с исцарапанными деревьями, когда Дерек велел мне уходить? В животе все свернулось в узел, я не знала, что мне делать. Сначала я проснулась от женского крика, полного боли, а потом убедилась, что эту боль ей причиняет кто-то, кто может так устрашающе рычать, и такое рычание я слышала только от оборотней. Я хотела помочь, но что я могла? Девчонка с больным сердцем и банкой магического порошка, что за бред? Айзек четко дал понять, что мне нужно делать, и надо прислушаться к нему. Но ведь я не сказала ему про рычание, не факт, что он слышал его. — Не надо, пожалуйста, не делай этого, — зашептала я, обнимая себя за плечи. — Ты ничего не сделаешь, не вмешивайся, не надо… Я отвернулась от окна и посмотрела на флакон с аконитом на столе. Он не поможет, если на меня кинутся, я не такая ловкая и быстрая, как оборотень или даже просто дикий зверь. Меня затрясло, я в сотый раз повторила себе стоять на месте, но параллельно придумывала, как можно, если не обезопасить себя, то хотя бы испортить оборотню здоровье с помощью яда. Телефон завибрировал в руке и я дернулась. — Джо, ты в порядке? — быстро спросил Айзек. Его дыхание было тяжелым, как будто он долго бежал. — Да, я дома, но я слышала рычание… — начала я, но Айзек перебил меня. — Ничего не делай! — крикнул он и отключился. Я посмотрела на телефон в недоумении. Айзек позвонил узнать, не стала ли я выходить? С чего бы я стала? Я не собиралась никуда идти, я же говорила себе, даже под страхом смерти… За окном раздался женский крик, более высокий, чем предыдущий, и я замерла. Это даже был не крик, а протяжный визг, ввинчивающийся в уши, настолько громкий для меня, как будто кричали прямо мне в лицо. Нет, кричали не в лесу, где-то очень, очень далеко, и в то же время я слышала все очень четко. Смерть близко, поняла я, и прямо сейчас она забирает невинного человека. Я сорвалась к шкафу, нацепила джинсы и худи поверх пижамы, схватила флакон с аконитом и задержалась у сумки, долго роясь в поисках баллончика перцовки. Что же я делаю, черт возьми, бедное мое сердце, думала я, не останавливаясь ни на секунду. Я проглотила еще одну таблетку успокоительного и вышла из комнаты, а потом из дома. Бег не приносил мне удовольствия никогда, какое-то время я не могла им заниматься из-за сердца, но сейчас я бежала так отчаянно и так быстро, насколько позволяла темнота в лесу. Я не взяла фонарик и не стала доставать телефон, чтобы не привлечь к себе внимание. Хотя во время бега из-под ног разносился шум трескающихся веток, а мое дыхание больше напоминало паровоз, как уж тут остаться незамеченной. За десять минут я преодолела значительное расстояние, не замедлившись ни разу. Я знала, что прямо по тропе выйду к дому Хейлов, но мне казалось, что там ничего не будет. Я остановилась и прислушалась, задержав дыхание. Сердце колотилось, в ушах звенело, но я смогла расслышать слева шорохи и не задумываясь пошла туда. В голове кипели мысли, все они кричали мне о том, какой безрассудный, какой невероятно глупый поступок я совершаю, но я не слушала. Я боялась за чужую жизнь, а со своей смертью я уж как-нибудь разберусь. Пройдя десяток метров я остановилась и снова прислушалась, вглядываясь в лес. Лунный свет почти не пробивался через зеленеющие кроны, тени от веток и блики света были обманчивы и метались по земле. — Помо… Я развернулась на хрип и прошла еще пару метров, до слез напрягая глаза, чтобы увидеть, кто говорит. — Помогите… — прошептала женщина из-за дерева впереди. Я обошла его по дуге и остановилась в двух метрах от сидящей на земле фигуры. — Он здесь… пожалуйста… Я перестала дышать, глядя на женщину. Она сидела, прислонившись спиной к дереву, ноги вытянуты, руки раскинуты в стороны, на животе куртка блестела от лунного света, блеск тянулся по веревкам в сторону на метр. Через мгновение я поняла, что это не веревки, а блестит не куртка. Мое горло сжалось, я втянула ртом воздух и, не отрывая взгляда от разодранного и вывернутого наизнанку живота женщины, достала из кармана телефон. Экстренный вызов можно сделать при долгом нажатии, без необходимости вводить цифры, и я впервые в жизни воспользовалась этой функцией. — Не стоит этого делать, — раздался голос из-за деревьев. Я оторвала взгляд от искалеченной женщины и посмотрела вперед. Медленно, очень медленно из-за деревьев появилась светлая фигура с пылающими углями вместо глаз. Я узнала его, несмотря на то, что его лицо изменилось и стало больше звериным, я узнала его ненормальную широкую улыбку, несмотря на огромные острые клыки. Я не отрывала взгляд от глаз Харви и не отвлекалась на всхлипы женщины сбоку. Так же медленно, как появился Харви, я поднесла к уху телефон и сказала: — Здесь женщина, она серьезно ранена. Лес Бейкон Хилз, в полумиле от шоссе, южнее дома Хейлов. Я отключила вызов, игнорируя голос женщины в динамике. Как завороженная я смотрела на Харви, а мое сердце сжалось с такой болью, что я не смогла дышать. Но моя голова была пуста. Кристальная чистота в мыслях, полное отсутствие страха, тревог, волнений, вообще ничего не осталось. — Я же предупредил тебя, — мягко сказал Харви тихим, обманчиво ласковым голосом. Он стоял расслабленно, руки с длинными когтями были опущены, а рот улыбался. — Где твоя стая? Мне дорого стоил мой вопрос, легкие сжались, отдавая последний воздух, в груди запылал огонь. Я заставила себя вдохнуть, но что-то было не так, я почти не могла дышать и не понимала, что происходит с моим телом. Но нужно было тянуть время, чтобы скорая и полиция успели. — Стая? — переспросил Харви. — Моя стая? О, милая, я убил свою стаю! — заревел он, подавшись вперед. Я не смогла пошевелиться и лишь моргнула. — Знаешь ли, некоторые считают, что вся сила альфы в его стае, но я уверяю тебя, они заблуждаются. Убив свою стаю я не просто стал сильнее, я стал куда сильнее даже альфы стаи альф! Какой-то собачий лай, подумала я и снова моргнула. Мой мозг был способен оценивать обстановку, но как-то очень неуместно и явно не на то делая акцент. — Зачем ты напал на нее? — спросила я, почти не услышав собственного голоса. В глазах начало понемногу мутнеть, я моргала чаще, прогоняя наваждение. В груди кто-то раскаленными тисками сжимал и перекручивал мое сердце, начала ныть шея и левая рука, а легкие отказывались принимать воздух. — Эта леди решила, что может пройтись по чужой территории в такое опасное время, а я преподал ей урок, — ласково сказал Харви, скалясь как псих. — И ты, между прочим, тоже так решила, раз стоишь здесь. Я смогла оторвать ногу от земли и сделать шаг назад, но поняла, что убежать не смогу. Несмотря на полное отсутствие страха или паники, само мое тело подвело меня, и я в любом случае умру. — Я не боюсь тебя, — просипела я, с трудом сделав еще шаг назад. — Нет, — протянул Харви, улыбаясь еще шире, еще нереальнее, — ты просто в ужасе! В моих ушах зазвенел крик, тот самый высокий визг, который я слышала в своей комнате, прежде чем решилась пойти в лес на помощь. Он вырвал меня из наваждения, помог протолкнуть воздух в легкие, и я сорвалась с места и побежала назад, как можно дальше от Харви. Мне казалось, что я уже пробежала десяток метров и могу еще столько же, но когда меня схватили за волосы и потянули назад, я поняла, что совсем не важно, как далеко я убегу. Я никогда не стану такой же быстрой, как Харви. Даже Айзек сказал, что он слишком быстрый. Харви развернул меня к себе и отпустил мои волосы, только чтобы вцепиться рукой мне в горло, как тисками. Острые когти впились в кожу, а дышать стало невозможно. Если он не разорвет меня, то точно задушит. — Больше никаких знаков, — спокойно сказал он и занес левую руку. Я дернулась и подняла ладони как раз в тот момент, когда его когти молниеносно бросились мне в лицо. Правая рука вспыхнула, боль пронзила ее от плеча до кончиков пальцев, кровь горячей волной потекла по локтю и закапала на траву под ногами. Я с огромным усилием толкнула свои ладони вперед и прижала их к лицу Харви, сухому и искаженному, как можно сильнее надавила и провела ладонями вниз, стараясь попасть пальцами в глаза или хотя бы на губы. Харви отпустил меня и отскочил, прижал руки к лицу, вытирая фиолетовый порошок. Я нетвердо стояла на ногах, прижимая разодранную руку к груди, стараясь не прикасаться пальцами к ране. Еще пока я бежала я вскрыла флакон с аконитом и просыпала его на пальцы, на случай, если враг окажется настолько близко. Но Харви засмеялся, хрипло и страшно, расхохотался и поднял на меня пылающий взгляд красных глаз. Я отступила всего на шаг, больше не в силах убегать. — Ты думала, это поможет? — прорычал он, все так же сюрреалистично улыбаясь. — Признаюсь, не ожидал, запах крови перебил запах твоих цветочков. Да только тебя ничего не спасет. Я хотя бы попыталась, промелькнуло у меня в голове. Я сделала еще шаг назад, превозмогая боль в груди и горящие легкие, но Харви, как и всегда, оказался быстрее и в ту же секунду возник возле меня. Я даже не заметила, как он замахнулся, лишь почувствовала, как по моему боку, точно лезвием, проскользнули его когти. Я услышала их скрежет о собственные ребра, закричала от боли и отшатнулась. Ни сил, ни возможности сопротивляться больше не было. Я упала на спину, прижимая больную руку к раненому боку, и видела только два горящих уголька в темноте. Мои легкие опустели, горло сдавило, боль в груди возросла настолько, что я перестала замечать боль от ран. Я задыхалась, бессмысленно хватая ртом воздух, в ушах шумело, и я ничего больше не видела. Меня колотило, кто-то дергал меня за плечи, вокруг головы была вибрация от чьих-то шагов. В нос ударил запах сырой земли, на которой я лежала, я почувствовала колкие ветки под спиной, и наконец мой взгляд сфокусировался. Надо мной навис Дерек и что-то говорил. Его губы шевелились, я попыталась пошевелить губами в ответ, но лишь в очередной раз бесполезно глотнула воздух и тут же выпустила его, не в силах принять. Звуки вокруг пробились в мои уши, я услышала топот, неистовое рычание и крики. Мое тело продолжало дергаться, боль в груди не утихла, и как только я о ней вспомнила, она разрослась и перешла на все тело. — Скорая в пути, не отключайся! — кричал Дерек, постоянно то появляясь, то исчезая из моего поля зрения. Я почувствовала, что он что-то делает с моим телом, и даже возмутилась на мгновение, пока не увидела, что его футболка разорвана на длинные лоскуты, а точно такой же тканью он перевязывал мне руку, сильно затягивая узлы. Я не понимала, что происходит, мелькающее лицо Дерека расплывалось, я не чувствовала руку и не могла шевелиться. Тело стало чужим, непослушным, как будто я вся была замотана в вату, и все окружающее почти никак не воздействовало на меня. Внутри моего кокона осталась только ужасная давящая боли в груди. Земля перестала давить на мой затылок, тело ритмично закачалось в воздухе. Я лечу на небеса? — Джо, держись, скорая почти приехала, — говорил Дерек, и его голос мне понравился. Он не злился, как всегда, не говорил с упреком или издевкой, он был ласковым, хоть и очень встревоженным. Это не настоящий Дерек, я не часто слышала такой голос от него, но мне было все равно, ведь звучал он так приятно. Я смотрела на него, когда в глазах снова начало темнеть, я перестала ощущать покачивание, а тело вдруг стало таким невыносимо тяжелым, ватный кокон исчез, и я внезапно почувствовала все. В спину и под колени больно упиралось что-то твердое, кто развесил меня на трубах? Было холодно, неприятно влажно, мне показалось, что меня вытащили из тазика для стирки и повесили сушиться на мороз. Я расслабилась и свесила голову, и пока сознание не потухло, успела увидеть цветные огоньки между деревьев. Красные, синие, такие нервные, метающиеся. Похожие на новогоднюю гирлянду.