о любви

Любовь может стать проклятьем. Любовь может быть благословением. И в начале пути ты никогда не знаешь, чем это закончится. Первое чувство Юнги к Намджуну была далеко не симпатия. Это был азарт. Он впервые встретил человека с такими же амбициями. Он впервые подумал, что с кем-то может вместе идти до конца к общим целям. — Юнги, мне так не нравится современная музыкальная индустрия. Сплошные песни под тик ток, одинаковые концепты. Вылизанная картинка и никакой смелости. — Да, хочу объединиться с уникальными музыкантами в один лейбл, выйти из этой коммерческой системы и просто творить. Никто не заработает на этом миллиардов, но все будут счастливы вопреки. С самой первой встречи Юнги чувствовал, что им суждено было встретиться. Он не верит в судьбу, в магию, во Вселенную или высший разум, Юнги атеист до мозга костей и не принимает любые магические концепции. Но с самой первой встречи он чувствовал, что это все — не случайно. Что их встреча изменит если не все, то очень многое. Юнги не слишком поддается чувствам. Он никогда не делает первый шаг, никогда не показывает симпатию. Узнать, что ты нравишься Юнги можно, только если спросишь прямо. Намджун не знал этого. Он думал, что у Юнги точно не может быть чувств, к такому, как он. Поэтому просто дал себе возможность быть рядом, говорить о музыке, строить совместные планы. С самой первой встречи их разговоры были практически только о музыке. Они обсуждали свои композиции, чужие композиции, музыкальную индустрию, что бы они в ней поменяли и как это можно сделать. У них не было планов стать великими, они просто хотели, чтобы музыка жила, а не просто играла со сцены. Первая их встреча вне студии была в небольшом ресторанчике на окраине города. На улице было тепло, день летнего равноденствия. Юнги любил этот ресторан за отсутствие людей и вид с террасы на горы. Ресторан жил за счёт банкета для поминок, поэтому выбрать время для посещения, когда не будет других посетителей, крайне просто: уточняешь по телефону, на какое время нет брони и приходишь. В этом ресторане Намджун впервые начал говорить об отношениях. Не об отношениях Юнги и Намджуна, такого он себе позволить не мог. Просто о типажах, прошлых влюбленностях, актуальном статусе. — Ого, Юнги, я думал, тебе будут нравится такие же спокойные интроверты, как и ты. Тебе нормально со всем тем шумом, который экстраверты приносят в жизнь? — Ну мы же с тобой сейчас обедаем вместе, мне все нравится. А тебе кто нравится? — Мне нравятся спокойные интроверты, прям как ты. Рядом с ними испытываешь такое тепло и уют, что отлипать не хочется. — Да, много кому такие нравятся. Интровертов на вас всех не напасешься. Юнги немного недотёпа, когда дело доходит до намеков. Он никогда их не понимает, особенно если это касается романтических чувств. Помните мем? «— Мне кажется или ты ко мне подкатываешь? — Последние 3 года, но спасибо, что заметила.» Это Юнги. Намджун устроил ему фейерверк намеков, дождь из прямых признаний в чувствах, уже было решил, что Юнги на самом деле очень тупой, как тут получает смс на телефон: Юнги: «Слушай, а ты серьезно говорил, что я тебе нравлюсь? Я просто не понял что-то и не хотелось бы недопониманий.» Намджун: «Ого, ты заметил. Я думал, что уже совсем все плохо. Да, ты мне нравишься. С нашей первой встречи.» Юнги: «Ты мне тоже. Давай обсудим как-нибудь, когда встретимся в живую.» Юнги отсчитывал дни до «когда встретимся в живую». Каждое утро его сердце замирало, пока мозг отсчитывал, сколько осталось ждать. Он не знал, начнут ли они отношения, не знал, как долго они продлятся, но был уверен — ему и Намджуну было суждено встретиться. Их пара сделает нечто большее, чем проживет вместе всю свою жизнь пока смерть не разлучит их. Неделя пролетела слишком быстро, и вот уже Юнги ждёт Намджуна в своей студии, приготовив ему небольшой подарок на начало отношений. В этот же день жизнь как-то слишком резко изменилась. Юнги, который планировал всю свою жизнь провести один, уже мечтал всегда быть рядом с Намджуном. У самого Юнги это не сходилось с собой и своим характером. Ему свойственно быть независимым, спокойным, никого не подпускать к себе близко. Но почему-то с Намджуном все изменилось. — Я думаю, это нормально. Я давно не был в отношениях, откуда мне было знать, какой я вообще, когда у меня есть мужчина. И про себя добавлял «просто ты предназначен мне, поэтому я так меняюсь». А потом идеальные полгода отношений закончились. В один день. — Намджун, я чувствую, что что-то не так. Все в порядке? — Давай поговорим в среду, хорошо? — Нет, мне надо сейчас. И Намджун рассказал. Рассказал, что больше не может. Что ничего не чувствует и не знает, как давно перестал. Что все случилось слишком быстро, и он потерял контроль. Что надо было получше узнать друг друга до отношений. Рассказал, как он себя ненавидит, что причиняет Юнги боль. Как он готов понести ответственность, как ему жаль, что все так вышло. — Ты закончил? — Да. — Хорошо, пока. Юнги повесил трубку. — Вы расстались? Почему? — Я не знаю, Хосок. Он сказал, что у него нет чувств. Потом сказал, что не знает, есть ли они и не хочет врать. Потом сказал, что устал от меня. Намджун не дал мне четкого ответа, я сам ничего не буду угадывать. — Вы не ссорились в последнее время? — Мы никогда не ссорились. Расставание было как гром среди ясного неба, все было хорошо, а потом расставание. Юнги бесконечно обвинял Намджуна. Потом был ему благодарен. Думал, что не подпустит его на пушечный выстрел к себе и писал Намджуну, какой он уебок. Извинялся, хотел сблизиться снова в надежде на отношения. И в конечном итоге просто позволил себе быть рядом. Но Намджун позволить ему быть рядом не смог. Хотел ли он? Безумно. Ведь Юнги не один ощущал судьбаносность их встречи. — В нашу первую встречу я подумал: «Этот спокойный и уверенный в себе парень точно изменит мою жизнь» — и не ошибся. Но после расставания было слишком много боли, Юнги, я не могу так просто быть с тобой снова, даже просто как друг. И тогда Юнги принял самое правильное решение — отдал все в руки Намджуна. Если Намджун захочет сблизиться — он придет. Если нет, то жизнь Юнги просто будет идти своим чередом. Так, будто этого никогда не было. Будто он никогда не чувствовал, что весь мир существовал только для их первой встречи. — Юнги, я чувствую, что ты нужен мне. Я чувствую, что никто никогда не сможет быть таким близким ко мне. Но я не хочу давать тебе надежду на отношения, я хочу быть с тобой только в качестве друга, партнёра по работе, не больше. — Я отдаю наши взаимоотношения в твои руки. Принимай решения сам, как нам двигаться дальше. Намджун обещал вернуться. Начинать общаться сейчас — глупо, и оба понимали это. Раны только начали заживать и начинать общение сейчас может быть очередной ошибкой. Оба боялись ее совершить. Чувствовал ли Юнги любовь к Намджуну? Он сам уже ничего не понимал. Иногда он хотел быть с ним, потому что любил его. Иногда он просто не хотел быть брошенным. А ещё он переодически не хотел с ним общаться, знать, как у него дела. Иногда он не вспоминал Намджуна неделями, иногда вспоминал и благодарил злосчастную судьбу, что они разошлись, иногда винил себя, что потерял свое самое главное счастье. Ведь если бы он не причинил боль самому дорогому человеку, возможно, он смог бы спокойно быть рядом, полноправным участником отношений, не боясь снова ошибиться и ранить. — Я уже никак не идентифицирую свои чувства к нему. Мне не нужно знать, люблю я его или нет, дак зачем мучиться и пытаться что-то понять. Что-то есть, а что? Я не знаю. Но бесконечно, раз за разом, Юнги приходил лишь к одному — он чувствует, что им суждено было встретиться. Что их история ещё не закончена. Они не урок друг для друга, они — нечто большее. Их союз благославлен богами, Богом, Вселенной или кто там ещё есть в мифологии. — Мне кажется или тебе понравился наш новый танцор? — Чимин слегка прищурил глаза, пытаясь подловить коллегу. — Нет. Моя голова сейчас занята проблемами из прошлых отношений, для новых ещё нет места. — А что у вас произошло? Вы же вроде уже достаточно давно расстались, почти полгода прошло. — Все... слишком сложно. Я не понимаю, почему мы расстались. По-моему, Намджун сам не очень-то и понял. Единственное, что 100% ясно — мы расстались. На этом все. — Дак а в чем проблема? Стоит ли рассказывать что-то Чимину? И что рассказать, если Юнги сам ничего не понимает? — Мои чувства к Намджуну начались не с любви, а с ощущения, что мы предназначены друг другу судьбой. Я, если что, не верю в судьбу и магию, я 100% атеист. Но чувства же не обязательно рационализировать? И я чувствую, что мы — не случайное стечение обстоятельств. Позже из этого вытекла влюбленность, но я не ощущаю, что мы предназначены друг другу как романтические партнёры. Просто предназначены. Отношения случайно выросли из этих чувств. Поэтому каждое новое влечение ощущаются как компромисс, потому что они все — не он. Потому что он был идеалом, вышедшим из моих мечт. А после отношений с идеалом я не хочу соглашаться на меньшее, даже если это значит всю жизнь быть одному, — Юнги выдержал небольшую паузу. — Мне больно подпускать его к себе. Каждый момент с ним — напоминание о потере. После нашего расставания я много плохого сделал и наговорил ему и именно из-за этого мы точно уверены, что расстались. Но я и не могу без него. Я знаю, что никто не поймет меня так, как он. Никто не поддержит меня так, как он. Я ни с кем не смогу идти к своим целям так, как с ним. Мне плохо с ним и плохо без него. И я даже не имею выбора между этими «плохо». — Почему? — Я все отдал в его руки. Пусть делает то, что считает нужным. Я не хочу причинить ему ещё больше боли. *** Из комнаты уходил свет. Зима. Холодные закаты забирали всю жизнь из интерьера. Юнги мог развесить в комнате милые фонарики, придав ей уюта, но в нем не было сил даже убрать бардак. Хосок иногда приходил убрать вещи с пола, закинуть что-нибудь в стирку, поменять постель. — Спасибо, я могу жить нормально только благодаря тебе. — Поешь домашней еды, я привез тебе, сам все приготовил. Юнги не жил несчастную жизнь, он не был затворником. У него были невероятные друзья, которых он искренне любил. Но он всегда чувствовал, что часть себя он навсегда потерял. Когда Хосок ушел, квартира преобразилась. Пока Юнги не засрет все снова, он будет с благодарностью вспоминать доброту и заботу Хосока. А когда засрет, будет винить себя, что даже с чужой помощью не может поддерживать человеческий вид квартиры. *** Если бы тогда мы не торопили события, было бы все по-другому? Начали бы мы встречаться позже? Или ты разлюбил бы меня ещё до начала отношений? Увидел бы я что-то, что навсегда отвернуло бы от тебя? Смог бы подпустить так близко, чтобы мы естественно вошли в отношения? Были бы парой до самого конца? Или мы изначально могли быть только интрижкой друг для друга? Нужны ли мне были эти отношения для развития или я прошел бы все сам? Больше всего я жалею, что никогда не узнаю этого. Возможно, в другой Вселенной, при других обстоятельствах у нас все получилось. Возможно, у нас все получится в этой. Самое больное — это бесконечное ожидание. Ожидание, когда ты сдержишь обещание и мы начнем общаться вновь. Ещё ранит неизвестность. Точно ли ты сдержишь это обещание? Я не могу требовать от тебя этого. Я причинил тебе боль и готов нести ответственность. Я рад, что могу жить с тобой на одной планете, видеть, как у тебя получается достигать собственных целей, брать новые вершины. Я рад, что могу иногда пересекаться с тобой на работе и обмениваться парой фраз. Я рад, что ты все ещё чувствуешь меня важным человеком в твоей жизни. Я буду ждать столько, сколько тебе нужно. Я уже давно устал от ожидания, неизвестности и отсутствия тебя в моей жизни. Есть так много вещей, которые я хочу тебе рассказать, но не смею. Тебе нужно время, и дать его — единственная форма заботы, которую я могу себе позволить. Я не знаю, что будет дальше Намджун. Буду ли я счастлив с другим или всю жизнь буду безответно любить тебя. Но я желаю тебе быть просто счастливым. Не важно, со мной или без. А сейчас я просто живу дальше. Или хотя бы убедительно делаю вид. Самообман всегда был моей сильной стороной. Настолько, что все попытки отличить иллюзию от реальности не увенчались успехом. Единственное, в чем я точно уверен, mon cher ami — я что-то к тебе чувствую. Но понять, что именно, я сейчас не способен. *** Я не пишу the end в конце этой истории. Когда-нибудь, она точно закончится. Но пока персонажи живут в неизвестности, я не причиню им боли, не дам ложной надежды, просто оставлю выжидать, что же произойдет дальше. Сколько бы времени не потребовалось для окончания этой истории любви, я выжду его вместе с Намджуном и Юнги.