Белая ведьма и Чёрный Принц

      Плутая по заблокированному ангару, принц обратил внимание на несколько моделей найтмеров, уничтоженных упавшей на них обломков железобетонного перекрытия верхних этажей. Отлитые сталью, окрашенные в тёмно-фиолетовые оттенки куски металла, ныне не более чем мусор, а прежде гуманоидные части общей военной машины разлеглись под давлением упавшего пола. Нестандартные цвета привлекли внимание озадаченного юношу, что побудило того рассмотреть их поближе.       Это необычная модель, она отличается более крупными габаритами. Еще можно было заметить, что оружие, ранее находящееся в скрепе к рукам, имеет нестандартное оснащение. Блок питания хоть и был расплющен, но учитывая, что обломки упали не целиком на машину, а лишь частично, раздавив головную часть и кабину, обезглавив и возможный персонал, и опознавательный механизм, расположенный как раз на голове, как это принято устанавливать на всех британских найтмерах. Как стало понятно после небольшого разбирательства, найтмер уцелел, так как блок питания уцелел и не произвёл взрыв сакурадайта, если, конечно, он там вообще был. Ещё Лелуш уловил взглядом возможное название модели и место сборки.       «MorDreD-07. IPT. Cambodia» — гласила медная табличка, закрепленная на корпусе шурупами. Получается, это найтмер нового поколения или его прототип.       Изучение было делом занимательным, но парень не забыл о своём намерении и оставил груду металлолома, предприняв попытку найти выход. Несколько шагов в сторону и вот он — аварийный выход через подземные пути. Не стоило волноваться — все пути не обвалятся, так как всё держится на титановых сваях, которые кстати держат на себе большую часть города, из возникшей необходимости застроить старую градостроительную культуру поверженной Японии британской архитектурой, строгой и практичной.       Под завалом строительных материалов виднелся блестящий угол, привлекший внимание принца. Он потянул за угол пальцами, благо бархатные перчатки, окрашенные в тёмно-фиолетовый, которые он редко снимал на улице помогли зацепиться и вытянуть из этой груды, как оказалось, эвакуационный план. Подземный вход находился внутри шахты глубиной 200 метров по небольшому проходу сбоку. Хорошо, что сейчас ангар закрыт, потому что если бы Лелуш решил покинуть здание через подземный вход во время полётов, то его могло бы откинуть воздушным потоком пролетевшего бы здесь воздушного судна. Но к счастью, сейчас этого нет, что способствовало Лелушу дойти до железной двери. Принц схватился за ручку, потянул и с треском отворил ее, посыпав старую штукатурку на себя.       Отряхнувшись, он проник внутрь: там было темно, только лишь слабый красный свет ангарного помещения освещал серое покрытие на входе. Принц включил слабый фонарик на своём мобильном устройстве и медленно шел вперёд.       Делал принц шаги небольшие и аккуратные. Каждый шаг был словно шаг кошки, аккуратно обходящей своими длинными лапками препятствий по всему коридору, которых было немало — от старых пакетных мешков, завязанных на узел и с непонятным содержимым, до металлических конструкций, вроде арматуры и обломков старых чугунных труб. Всё же Лелушу удалось обойти мусор и не запнуться по пути, пройдя около двух сот метров вперёд, пока его ладони не упёрлись об ещё одно препятствие: железную толстую дверь. — Своими силами мне не справиться, — сказал вслух парень, а потом обернулся назад. — Однако, вокруг старые трубы, возможно мне удастся пробить ими дверь, или хотя бы пробить бреж.       Он поднял в руки тяжелую метровую трубу и начал пытаться выбивать дверь прямолинейными ударами как таран. После четырёх ударов от бессилия его руки дрогнули, и труба упала и вызвала такой звуковой резонанс, что принц чуть было не упал от оглушительного звона, но стена узкого коридора удержала того от падения, и тот скатился спиной по ней. После того как он пришёл в себя, он заметил малую брешь и начал вручную опираться на дверь. Наконец его усилия стали приносить результаты, дверь начала медленно и звонко отворяться. Приложив последние найденные силы, парень отворил дверь и выпал на уровень ниже, ударившись об что-то железное. — КАКОГО ЧЁРТА?! — принц услышал чей-то голос, но не нашёл сил подняться, как вдруг почувствовал сильный удар сапога в живот и, скорчившись от боли, потерял сознание… — Чёрт возьми, это британский принц! — выкрикнул повстанец, осматривая тело Лелуша. Он смотрел на него сверху вниз, лишь единожды наклонившись, чтобы обшастать карманы мундира. Правда ничего ценного для себя не нашёл. — Тьфу!       Люди немного походили вокруг него. — Как он здесь оказался? Это же подземные ходы под городом, да и путь к ним не в каждом закоулке найдешь. — Мне совершенно плевать, как он здесь оказался, Оги. Давайте его пристрелим и кинем гнить на британскую площадь. — Тогда британцы нас точно убьют! — вскрикнула девушка в гражданском. — Ещё и гетто, окружающие поселения, сотрут с лица земли! — Подождите, ребята. Остыньте! — Оги опустил автомат крикливого товарища Тамаки и наклонился над телом принца. — Принесите мне фляжку.       Один из его людей принес фляжку с водой, отобранную у какого-то бедняги из толпы, что уставшая и без того измученная сопротивлением смирно плелась за повстанцами. Оги, сидя на кортах, открутил крышечку и начал поливать прохладную воду на лицо парня.       Принц скорчил лицо и очнулся. На него глядела озлобленная группа людей с автоматами, один из них сидел на против него. — Ты Лелуш, да? — спросил он. Его взгляд был настороженный, но не казался угрожающим. — Всё верно. Я 4-й принц и претендент на британский престол Лелуш ви Британия, известный в кругах аристократии как Принц-Реформатор или по-простому Принц-Выскочка. А вы, я полагаю, мои пленители Одинн… — Тамаки хотел ему ещё раз врезать, на что принц поперхнулся. — То есть Японцы из групп сопротивления? — Верно. — Хотите взять меня в заложники и использовать чтобы сбежать? — Принц усмехнулся. — Охохо, боюсь британцы не упустят шанс, чтобы избавиться от меня. В этом плане я бесполезен для вас. — Этот ответ их явно расстроил, некоторые из повстанцев показательно перезарядили свое оружие. Однако Лелуш продолжил. — Но я думаю, что смогу вас вывести в безопасное место, я несколько знаком с подземными ходами под Токийским поселением. — Ни за что! Он выведет нас к своим, тогда нам всем конец! — засвидетельствовал синеволосый повстанец Сугияма. — Давайте его лучше свяжем и оставим здесь. Тогда нас вряд ли привлекут к ответственности. — Точно-точно! — подметил Тамаки. — Так его - бриташку! — Может отведем его к главному? — Перебил Оги всех присутствующих. — Такие важные решения лучше принять ему. — В ответ шла лишь тишина, позже все молча кивнули ему. — Вы ведь хотите выбраться, не так ли? Боюсь вход в гетто могут уже охранять британские войска. — Лелуш самоуверенно встал и обратился к Оги, в ответ все повстанцы навели на него ствол. Но Лелуш продолжил. — Я предлагаю вам другой вариант. Под Академией имени Эшфорд находится бомбоубежище вместимостью несколько тысяч человек. Если мы направимся туда, то вашей жизни ничто не будет угрожать, а потом, как всё уляжется, можете вернуться в своё гетто.       Озвученное предложение сначала смутило террористов, но затем озадачило, видимо других вариантов они придумать не смогли. Одиннадцатые опустили оружие и смиренно оглянулись на Оги, исполняющего обязанности лидера их группы.       Оги оказался в растерянности: его глаза бегали по стенам тоннеля, как и мысли, тесно смешавшись у него в голове. Человеком он был не столь образованным, хоть и прошлое его было связано с преподаванием, которое он от всех тщательно скрывал. Сражаться его побудила несправедливая и жестокая война, а также уничтожение его родного города и школы, где он раньше преподавал. Он своими глазами видел правовую политику Британии к небританцам, когда те расстреляли мирные демонстрации японцев, призывающих мирно урегулировать конфликт в оккупированных городах. А в итоге на их костях Британия построила свои мегаполисы и мемориалы погибшим британцам от рук японских военных во время Второй Тихоокеанской войны, как раз таки положившей конец Японского государства, как суверенной страны. — Ладно. Вы слышали его. Держим путь к академии. — Наконец решительно ответил Оги Канаме. — ЧЁ?! Какого чёрта, Оги?! — в разговор снова вмешался Тамаки. — Ты предлагаешь нам отправиться за этим оккупантом? Да он же нас заведёт в ловушку, и, чёрт возьми, нас всех убьют. — Наше положение итак бедственно. Нам придётся ему довериться.       В ответ Тамаки лишь злобно сплюнул и недовольно ушёл, исчезнув среди уставших гражданских. Сам Лелуш поблагодарил всех за доверие и попросил карту. — Тоннели не являются сложными сетями, они довольно прямолинейны к бомбоубежищем разных объектов, их размер определяется типом объектов над ними. — Лелуш указывал пальцем по карте и вел линии к разным гражданским строениям. — Каждый объект имеет свою категорию, например телестудия поселения имеет категорию C, ее размер ограничен количеством персонала, она никем не обслуживается, за исключением ежегодной инспекции, проводя при необходимости ремонт. Академия Эшфорд относится к категории B, но она самообслуживается её руководством, семьей Эшфорд, поэтому военные туда не сунутся без разрешения аристократии. Это безопасный вариант.       Большинство согласилось довериться принцу, а часть трусливо собралась вокруг Тамаки, крайне недовольного положением дел. Их было несколько десятков, и они решили что пойдут в гетто, тем более что принц указал направление; это было где-то на юго-востоке. И они тут же покинули их. К слову другая группировка незадолго до этого потеряла своего командира, пока они шли по тоннелю. Он умер от нанесённых увечий. Поэтому они приняли нового командира именно Оги, однако услышав с другого конца, что они меняют направление и идут за британцем, присоединились к Тамаки. — Пойдёмте, братья, — звал за собой Оги, махая всем, кого он смог увидеть вдалеке. Ведь они были в монолитном дугообразном тоннеле высотой около 4 метров, по ширине 5, а протяжённость сотни километров. Он имел боковые развилки, больше напоминая лабиринт, чем бывшие ж/д пути. Об этом говорили стальные шпалы, присутствующие в некоторых других тоннелях. Это показалось принцу странным, такая избирательность путей могла означать, что где-то поблизости могла быть действующая ж/д сеть, несмотря на то, что на те отчеты, что он успел прочесть пока длилось его путешествие в Зону 11, содержали в себе информацию, что использованные ранее сети тоннелей для строительства сборного фундамента нового поселения более не используются и были демонтированы под пешие проходы к бомбоубежищам. Лелушу было интересно изучить эти тоннели, однако ему предстоит сначала отвести выживших в безопасное место пребывания.       И они умеренно продвинулись вперёд. Повстанцы предпочли не начинать разговор без надобности и особенно с Лелушем. Только гражданские одиннадцатые тихо перешептывались меж собой, они просили воды у повстанцев, из-за чего приходилось останавливаться. Главной проблемой стало отсутствие продовольствия, и Лелуш уже предполагал, что нести эту ношу придётся именно ему. Брать и нести ответственность за чужой павший народ, что даже за людей не принято считать. Но Эшфорд это такое исключение из правил, эти аристократы всегда выделялись на фоне других, предпочитая тихо критиковать политику империи, вместо того, как все восхвалять Британию и лично Императора Чарльза. Эшфорд всегда были неким символом оппозиции, но никогда официально не принимали сторону Лелуша.       Вспоминая эту удивительную семью, Лелуш и не заметил, как они добрались. Всё же верно выбранное направление не дало запутаться и прибыть к месту назначения. Пред ними стояла огромная титановая дверь. Рядом стоял электронный терминал. Лелуш провёл своей пластиковой картой по экрану, что позволило ему открыть двери, которые отворились внутрь, и народ стремительно начал шаг за шагом входить в осветленное аварийными лампами огромное помещение с некоторыми коридорами, ведущие в разного рода подсобок, электрощитовые и прочие помещения. Однако терминал отчётливо отобразил на экране, что его действия подают сигнал наверх руководству Эшфорд. Ему придётся решать этот вопрос.       Рядом стоящему Оги он сказал, что скоро вернётся, добыв продовольствие. Затем вызвав лифт, он поехал наверх. Его ждёт непростой разговор.