Белая ведьма и Чёрный Принц

      На следующий день после объявления войны ближайшие к боевым действиям полководцы были в срочном порядке собраны в военном округе Кюсю, в городе Фукуока для дальнейшего планирования действия по отношению к враждебному государству.       Военные конфликты с Китаем в реалиях китайско-британских отношений были не таким уж и редкими. За первую четверть XXI века по британскому календарю некоторые федеративные территории Китая принадлежали британцам и даже были частью империи. Зона 10 в Индокитае была захвачена в ходе бунта повстанцев, но была отбита решительной атакой Китайской Федерации. Позже была предпринята ещё одна попытка установить контроль над этим полуостровом в Камбодже, который отделился от Китая про-британским переворотом. Тогда британский гарнизон просто сбросили в море. Однако территориальный спор был решен в ходе дипломатических переговоров, и Британия получила обширную морскую базу в крупнейшем порту Камбоджи, ставшей 13 Зоной. Генералы не надолго усмирили свои аппетиты.       Ближайшие к Китаю Зоны были также задействованы: на военное собрание прибыли самолично генерал-губернаторы 11, 12 и 13 Зон. Дополнительно на собрание прибыл генерал-адмирал 7 Зоны — островов Гавайи и Мидуэй.       В 10 часов утра важные персоны собрались. Напыщенные и горделивые британские военачальники в мундирах сели за высокий круглый стеклянный стол, который мог показаться лишним для таких особо важных фигур британского государства, однако эта модель представляет из себя ничто иное как стол-карту. Они находились в прямоугольном помещении с широким проемом вперёд в небольшой зал, где на небольшом прямоугольном подиуме восседала на троне главнокомандующий войсками. По бокам от трона, отбитого мягкой тканью бардового и сиреневатого цвета, стояли прочно две белые колонны, между которыми над троном висело широкое государственное полотно. Справа от главнокомандующего стоял ее личный телохранитель, молча наблюдав за происходящим, и лишь изредка перешептываясь с госпожой. На против нее и дальше стола на глухой стене изображались обращенные к друг другу лев и змея — символы империи, сделанные лучшей мастерской бежавших итальянских архитекторов, обрамленные золотой рамой. Пол, отделанный темным паркетом, покрывал роскошный темно-бирюзовый ковер у подножия тронного зала. Помещение украшало трехстороннее венецианское окно, прикрытое бледно-синими занавесками, от чего в помещении могло быть достаточно темно, но освещение передавалось также через настенные позолоченные светильники и фарфоровые люстры. Стены были декорированы шелком и роскошными картинами — копиями признанных мировых произведений. Мебель с изысканным декором — диван слева от стола и стулья, на которых сидели низшие по рангу генералы. Стулья с зеленым мягким сиденьем и спинкой хорошо импонировали с интерьером комнаты. На массивном синем диване на маленьких ножках элегантно сидели еще трое гостей от приглашенных участников собрания.       А за столом сидело 8 человек. Из них четыре руководителя британских Зон: генерал-губернатор Кловис ла Британия, генерал-губернатор Альбрехт Валленштейн, вице-наместник и генерал Сарклас де Тилль и генерал-адмирал Георг Ричардс. Остальными же участниками собрания были высокопоставленные чины армии: генерал Дартлон, генерал Бартли, маршал Апсон и Лелуш как военный советник.

***

      Еще до начала собрания у генералов были общие соображения, что военные действия начнутся молниеносно. Что две военные машины столкнутся на море, на земле, на воздухе. Вот только Китайская Федерация высадила десант на спорных островах близ полуострова Кореи, а свои морские границы контролирует многочисленной флотилией. — Господа, можете начинать. — Корнелия жестом направляющей руки позволила начать военное собрание. — Прежде всего, кхм, — Из-за стола поднялся Андреас Дарлтон, показательно кашлянул, привлекая к себе всё внимание, — необходимо отбить десант и удерживать острова продолжительное время, пока китайские власти сами не предложат нам мир на статус-кво. — Кажется Дарлтон предложил достойную идею, и младшие военачальники на диванчике одобрительно закивали. — И в качестве возмездия: уничтожить весь китайский флот, либо его существенную часть! — Выкрикнул предыдущему предложению старый консерватор и адмирал Георг Ричардс. — Его хриплое горло, сгорбленная осанка, седые волосы характеризовали адмирала как дряхлого старика, сам Георг кричал вдогонку всем предложениям, которым симпатизировал, но по большей части сам ничего путного выдать не мог. Все его личные предложения не имели в себе никакой адекватности в современных реалиях войны. Но не смотря на свою старческую уязвимость, он всё ещё был уважаем консерваторами и другими адмиралами, как одного из сторонников подавляющей силы. Его лицо покрывала седая щетина и легкая короткая бородка, а волосы были аккуратно зачесаны назад. Он был одет в белую рубашку и серые брюки, закрытые синим мундиром с золотыми эполетами и аксельбантами, а на его груди красовалось около восьми заслуженных медалей ВМС Британии. — Ну, что вы, сэр… — 38-летний Апсон помог сесть старику обратно, держа его дрожащую костлявую руку своими двумя, чтобы тот перестал выставлять себя безумцем для некоторых более молодых генералов. Сам же он выпрямился и обратил свой взор сначала на севшего на свое место Дарлтона, а потом на своего тестя Ричардса. Свою должность он получил по собственным достоинствам, а не по выгодному браку с дочерью генерал-губернатора, как казалось его недоброжелателям. Его широкую грудь украшал белоснежный мундир с эполетами на плечах и золотыми аксельбантами на груди, под которым красовалась красная рубаха и золотой медальон на цепочке с круглым рубином внутри. Его красивые оранжевые цветом глаза всегда очаровывали женщин, но он всегда был верен своей супруге Анне, дочери Георга. Он бережно следил за своими красно-фиолетовыми волосами, две пряди по бокам свисали до шеи, остальные же волосы были аккуратно подстрижены. Он был благородным человеком, стойким и доброжелательным, но тем не менее он был, как и все — зажиточным дворянином, вдобавок имеющего пристрастия гурмана. Он являлся маршалом авиации, заслуженного благодаря своему вкладу в развитие военной авиации. Как человек он старался выглядеть джентльменом. — Прошу прошения, господа, что вмешиваюсь. — Он слегка поклонился перед каждым генерал-губернатором, а затем продолжил. — Как мы все знаем, наша морская авиация охватывает большую часть тихого океана. Потому я готов с уверенностью сказать, что за несколько дней мы мобилизуем и наполним все наши аэродромы воздушной техникой и будем готовы начать бомбардировку китайских городов. — Нельзя терять времени! — Звонко восстал с места Сарклас, вице-наместник 13 Зоны. — Мы должны нанести молниеносный ответный удар по силам врагам. — Похоже этому генералу было не в терпеж начать военные действия. Высокий и статный брюнет, 24-летний парень был достаточно красив; его длинные волосы спускались до плеч, сам он был популярен в женских кругах как сердцеед и дамский угодник, а лично себя он считал благородным рыцарем, помимо этого он являлся личным защитником одной из королевских особ. Также он был знаком лично с Кловисом, и в какой-то мере был под его покровительством. Впрочем в кругу остальных мужчин он выглядел не так впечатляюще, потому как его заслуги во многом переоценены самим Тиллем, но от этого он не переставал быть влиятельным генералом и вице-наместником 13 Зоны. — Я понимаю ваше беспокойство, ведь главный наместник 13 Зоны в текущее время занят подготовкой обороны от возможной атаки китайцев. — Дал небольшой комментарий Дарлтон, сидя на своем месте и озвучивая всем актуальную информацию по морской базе в Камбодже. Он так плавно жестикулировал рукой, концентрируя на себе и в тоже время отвлекая генералов от своих мыслей. — Если конфликт достигнет большей эскалации, то они могут занять и 13 Зону, а то и дальше — смотреть на 11 и 12 Зоны. — Именно, генерал! — Вспыльчиво воссторгнулся Сарклас, приложив руку к сердце. Он сделал это для того, чтобы показать, что ему не безразлично на его территории, но всем это казалось очевидно наигранным, ведь было известно, что управленец из него никудышный. Именно поэтому он и является всего лишь вице-наместником. Тилль пытался в силу своих причин позировать перед принцессой, но той было так тошно от его лицемерия, что она игнорировала его присутствие, ни разу не одарив его сиянием лиловых глаз. Саркласу после безответной переглядки стало тоскливо. — Предлагаю вторгнуться в Корею, её северная часть богата сталью и вольфрамовыми залежами. — После неловкой паузы решил привнести свою мысль военный советник. — Захватим полуостров и заставим отказаться Запретный город от притязаний на корейские территории. Не имея контроля над полуостровом, они больше не смогут претендовать на эти мелкие острова. Китай лишится корейских граждан и не сможет претендовать на острова, населённые преимущественно корейцами. — Ты неплохо осведомлен, Лелуш. — Поблагодарила брата восседающая на троне принцесса Корнелия. Она пригласила его специально, чтобы его присутствие помогло хотя бы немного ему закрепить позиции. Корнелия руководила военным собранием, но не принимала участия, развязывая всем руки. Хотя и она могла в любой момент вмешаться. — Но, принцесса! — возмутился Гилфорд, личный рыцарь Корнелии. Он стоял возле принцессы, и, казалось бы, тоже не должен был вмешиваться. — Если Китайская Федерация проведет полную мобилизацию, то наши войска будут вытеснены обратно в море ордами! — Такое выражение четко обозначало геополитическую силу Китайской Федерации, как державу с многомиллиардным населением, подлежащего к военной службе. Хотя Британия обладает таким же статусом, но лишь британцы и равные им по статусу (европейцы) могут служить в армии. Менять эту политику ради войны с Китаем — равноценно уничтожить Британию безудержным хаосом. — Лелуш слишком молод и наивен. План военных действий составят наши лучшие военные, генерал Бартли также внесет свой вклад. — Из-за стола поднялся Кловис. Его высокомерная и изящная лёгкая улыбка была обращена лишь к своему младшему брату. Но тот не повёлся. — И это я слышу от труса, который сбежал из столицы во время боя с террористами? Не смеши меня, твой Бартли такой же трус, как и ты! — Воскликнул принц и показательно на зло брату рассмеялся. Его насмешка мгновенно взбесила Кловиса. — ТЦ! ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! — Его лицо облилось кровью, мышцы сжались с такой силой, что Кловис словно взрывался от гнева. — Я старше тебя на несколько лет, я уже имел опыт в управлении колонии, и все мои решения идут на благо империи! И к тому же моя жизнь как никак важнее этих одиннадцатых… — Под конец он успокоился и, скрестив руки, сжал руки, и отвернулся от его лика. — Твой побег как клеймо на политике императора. — Но Лелуш продолжил нагонять и указал на него указательным пальцем, заставив брата, сначала покраснеть, оскорбиться, затем оскалиться и наконец презрительно вгрызться в него взглядом. — Ты позоришь имперскую политику устрашения и демонстрации силы. Твое решение оскорбительно для империи и лично для императора. Ты недостоин быть претендентом на трон. — Его слова были тверды, а выражения ярки, что вызывали восхищение среди некоторых военных. Лелуш хотел продолжить, но заметив неодобрительный взгляд Корнелии, склонил голову и сел наконец на своё место за стол, дав ей возможность вмешаться. — Довольно! Не время для раздоров! Вы на военном собрании, дела по 11 Зоне мы решим после окончания конфликта. — Корнелия встала и одним громким заявлением заставила Кловиса ещё сильнее покраснеть и отступиться. Лелуш при этом выглядел довольным. — Если китайцы так стремятся «защитить» своих граждан, — из-за стола встал сэр Валленштейн, оперившись твердо руками об него, — то почему бы нам не депортировать всё корейское население в Китай? Речь о нескольких сотен тысяч. Конечно, после того, как Британия вернет острова. Но мы можем сослать и нумерованных корейцев. Нет людей — нет проблем. — Произнес 40-летний генерал-губернатор, Альбрехт фон Валленштейн, британец чешского происхождения, семья которого перебралась в Британию со всем имуществом некогда богатого генерала. Он изучал военное дело, достиг успехов как военный, выиграл несколько немаловажных сражений на разных континентах, но был неофициально сослан в качестве генерал-губернатора Филиппинских островов — 12 Зоны — подальше от империи. Он пользовался обширным влиянием политическим и военным; его земельные владения в Британии являются достаточно процветающими, но он не допускает к ним никого, кроме избранных себе людей. Альбрехт — не столь привлекательный мужчина, ныне вдовствующий. Лицо мужчины покрыто несколькими неглубокими вмятинами, нанесенные покушениями, сам он носит подкрученные усы и заостренную бородку, за которыми бережно ухаживает, чтобы поддержать свой образ благородного человека среди его людей. Лелуш взглянул на него — они пересекались несколько раз ранее, но лично увидел только сейчас, и после этого он засомневался в успехе своего предложения. Что-то в нем казалось угрожающим, но Лелуш не смог заглянуть ему в душу, оглядывая лишь его внешний вид. Сам Валленштейн обратил на него свое внимание, причем его взгляд был несколько надменным и полон уверенности в том, что он утрет нос обоим принцам. — И вы думаете, что способны организовать такое масштабное мероприятие? Помимо ваших личных способностей, сэр Валленштейн, это мероприятие требует множество усилий — финансовых и человеческих затрат. — Лелуш, встав со стула, тут же отпарировал это предложение. Корнелия бросила на него свой пылающий взгляд, пронзив брата бессловной критикой его поступка. Лелуш осознавал, что многого себе позволяет, однако всё равно не сел и ждал, пока генерал отступит. Но военачальник был не так-то прост. — Финансовый и человеческий ресурс не являются проблемой для меня. — Строго отрезал Альбрехт, отчего у Лелуша словно застрял комок в горле. — Я сам в состоянии покрыть все расходы, если генералитет и ее Высочество даруют мне главенствующую роль в конфликте, какой бы исход мы в конечном итоге не приняли, хоть моя затея, хоть ваши легкомысленные фантазии. — После слов о фантазиях он сделал короткую паузу и оглянул всех высказавшихся, чётко и ясно выразив, чьи именно мнения он посчитал фантазиями. От этого закипели все, после сего он продолжил. — Я поставлю всю 12 Зону на военные рельсы, если эскалация будет неизбежной. И уж поверьте, ваше Высочество, принцесса Корнелия, я в состоянии справиться с этим самостоятельно. — Валленштейн наконец озвучил свое полное мнение, ошарашив многих, но не всех — Лелуш, не смотря на неожиданную реакцию генерала, посеявшего в его голове сомнения в реализации его планов, попытался оспорить, обратившись к Корнелии. — Очевидно, — Лелуш сглотнул, приняв сложившуюся ситуацию. — Генерал-губернатор хочет заполучить себе всю славу, омрачая нас — остальных военных и политиков. Конечно, это не табу в британском военном деле, когда один генерал несет всю войну на себе, но кажется, что это не тот конфликт, где стоит рассчитывать на силы одного. — Но тогда чем ты, Лелуш, лучше? — его благородные светлые слова разбила вдребезги Корнелия. — Разве твое предложение не предполагает того, что ты будешь главным планировщиком, соответственно, и главным во всей этой военной операции? — Лелуш осознал свое положение, и, поникнув головой, сел за стол. Корнелия не остановилась. — Если мы в состоянии потягаться с ещё одной сверхдержавой, то мы можем попытаться извлечь из этой войны максимум, но пока используя ограниченные ресурсы. Поэтому в реализации плана Лелуша будет участвовать он сам в качестве основного стратега, войска предоставит Кловис от 11 Зоны, за их снабжение будет отвечать Валленштейн, а за поддержку с воздуха маршал Апсон. В первое время мы будем избегать эскалации, поэтому флот задействуйте только для прикрытия конвоирования. Если ситуация ухудшится, то используйте все силы по максимуму. А если мы с легкостью овладеем Корейским полуостровом, прорвав фронт, то эскалация пойдет нам только на пользу — нападем на другие точки, расширив наши владения в Азии. Каждый генерал может отправить свои личные силы для участия в войне на полуострове. На этом всё, обсуждайте детали. — После чего Корнелия покинула комнату вместе с Гилфордом, оставляя всех военных в полной тишине. — Какой вздор! — Валленштейн показательно оскорбился решением Корнелии. — Я и сам в состоянии вести эту войну и без вас — выскочек! — Он в гневе указал пальцем на Кловиса и Лелуша. Обратной реакции ждать не пришлось. — Да как вы смеете?! — Бартли, ранее сидевший рядом с принцем Кловисом на краю, вскочил и подбежал к Валленштейну с кулаками, однако вовремя остепенился, но от угроз не отказался. — Вы подаете неуважение к императорской семье! Если не хотите править бесхозной Австралией, проявите уважение к его Высочеству Кловису и ее Высочеству Корнелии! — Бартли не оговорился, упустив Лелуша из этого перечня королевских особ, имея не личные, но косвенные причины неприязни к принцу, в частности он и Джеремия враждуют с давних пор. Впрочем Лелуша это нисколько не задело, он даже не посмотрел на него, хотя Бартли с оглядкой на него произносил эти слова. А вот Альбрехта он задел за живое! И не просто так он упомянул Австралию, которая уже долгое время является почти уничтоженным континентом, подразумевая то, что если самовольный генерал и дальше продолжит свою собственную игру, то его не будут ссылать снова, а избавятся от него физически. Ведь многие, в том числе и принцесса Корнелия, понимают опасность Валленштейна, вначале талантливого генерала, и уже позже амбициозного политического лидера, имеющего многочисленные частные военные формирования под своим крылом. Поэтому она и привлекла его к будущей операции, но чтобы и не сильно его разгневать, и не увеличить его влияние в регионе. Но генерал в итоге всё равно разгневался, и он может это припомнить… — Хм! — недовольный генерал проигнорировал Бартли, хотя и разгорячился ещё сильнее. Он просто встал, прошел мимо Бартли и вышел из помещения. Лелуш осмотрел его в последний раз, понимая, что пока что не может придумать план для дальнейшего развития событий. Понадобится время. — Корнелия поступила мудро, она удерживает баланс между нами. — Кловис произнес вслух свои выводы, смотря пустым взглядом на опустевший трон. — Но я всё ещё не могу смириться, что ты будешь руководить моими войсками... Лелуш! — Он ударил кулаками по столу и начал презирать брата сильнее прежнего. — Мир мог увидеть мои хитрые стратегии, мои военные успехи; я мог бы показать, насколько я достоин быть претендентом в императоры, и обогнать тебя! — Пока Кловис произносил и преподносил свои слова в мысли в своей голове, представляя себя величайшим светлым правителем и генералом, Лелуш показал свою незаинтересованность в споре с братом, просто не смотря на него, а после того, как тот вернулся на землю, посмотрел на него словно мертвец. — Ты всё испортил! — Наконец-то он тоже взорвался и спешно покинул комнату, заставляя Бартли потеть и поспевать за ним. Но они оба кинули на него неодобрительные взгляды, после чего хлопнули дверью. Каждый. — Вы неплохо себя показали, принц. — Лишь один человек после собрания одобрительно посмотрел на Лелуша. Это был генерал Дарлтон, он по-доброму улыбнулся и пожал ему руку. — Я пошлю вам своих рыцарей, после того, как вам удастся удержать берег. Прошу меня понять, не хочу терять ребят, разбившихся об берег.       Лелуш утвердительно кивнул и снова пожал ему руку, поблагодарив. Они оба начали вставать из-за стол-карты, которым они так и не воспользовались, впрочем, если не сегодня, то может быть завтра? Вместе с ними, остальные военные покинули комнату. Оставшиеся маршал Апсон и адмирал Георг начали покидать свои места, но Георг тоже решил высказаться. — Черт возьми! Они не ценят флот, мы могли устроить морскую блокаду этим китайцам. Теперь флотилии бросят на помойку истории, как и меня… — И старик заныл, виня всех окружающих вокруг, превращая все слова во что-то невнятное, всхлипывая. — Не волнуйтесь, адмирал. — Апсон похлопал его по плечу, утешая. — Я дам возможность поучаствовать, мне только понадобятся ваши авианосцы, сэр. И возможно корабли прикрытия, воспользуйтесь ими как поддержкой воздуха, защищаясь от вражеских воздушных судов. Да и к тому же, — Апсон посмотрел в окно, словно попытавшись заглянуть в будущее, — Китай точно не будет стоять столбом, может быть он сам начнет морскую атаку, и мы сможем ответить. — Он ещё раз похлопал ему по плечу, после чего помог тому покинуть комнату, держа его за плечи, где успокоившегося Георга увезли на коляске подчиненные.