Он - моё всё!

POV Крист

Спустя две недели после возвращения из Японии, актёрская студия

      — Сингто, — уже в пятый раз за последнюю минуту произнёс я, из последних сил стараясь не выйти из себя. — Если ты продолжишь вот так смотреть на меня — наш мастер-класс очень быстро завершится по техническим — я бросил взгляд на свой пах — причинам, ясно?       Завершив эту мини-тираду, я замолчал, потянувшись к бутылке с водой, чтобы смочить горло и сделав приличный глоток, стал ждать реакции помощника.       Или, вернее, помощника-партнёра.       И дождался!       — Пфф! — вода, которую я не успел проглотить, попала на шорты, и это заставило меня тут же вскочить, глядя на Прачаю во все глаза.       А это точно сказал именно он?       Или пока я отвлекался на разговор с педагогом по актерскому мастерству, за Сингто прилетели инопланетяне, а мне подсунули идеальную копию с совершенно другим характером?!       — В чем дело, Крист? Что-то не так?       Он что, реально надо мной издевается???       — Всё не так! Ты сценарий нашего сериала вообще читал, милый? Там же черным по белому сказано: первокурсник поступает на инженерный факультет, знакомится с системой Сотус и в нём просыпается комплекс героя. Из-за этого младший часто вступает в конфликты со своими наставниками, а особенно с главой, — тут я сделал паузу, чтобы перевести дух, а затем, ткнув пальцем в направлении Прачаи, продолжил:       — И только к середине истории между Конгфобом, то есть тобой, и Артитом, то есть мной, возникает притяжение, которое впоследствии перерастет в большое и светлое чувство, понятно?       — Ага. Так что же я сделал не так? — мягко поинтересовался мой партнёр, и я бы без колебаний поверил его тону, но…       Эти черти во взгляде!       — Всё! А конкретнее: твои глаза раздевают меня, и в них совсем нет ни робости, ни страха. Нихрена в них нет из того набора эмоций, которые возникают при осознании первой влюбленности! А твои слова… Ты не можешь говорить такое! — прошипел я, а затем, развернувшись, бросил:       — Я за едой.       И не дожидаясь ответа, зашагал к выходу из студии.       — Кит, — тут же услышал я, едва переступив порог, закрыл за собой дверь.       — Я в туалет, мам Юи, — не глядя на менеджера, отозвался я. — Найди мне что-то поесть. И… ему тоже, — завершил я, махнув в сторону двери.       — Ладно. Не задерживайся. Вам педагог на то, чтобы привыкнуть и прочувствовать персонажей, дал всего час, помнишь? И — тут она глянула на часы — пятнадцать минут уже истекли.       — Принял к сведению. Мам Юи, я реально хочу…       — Ступай. Поесть я вам найду, — заверили меня, а потом её телефон вдруг ожил и я, посчитав это знаком свыше, быстренько слинял в сторону уборной.       — Крист, — прилетело в спину, когда я уже почти добрался до цели. — Найдётся минутка?       На моих губах тут же расцвела улыбка, с которой я, остановившись, обернулся к Тавану. И тут…       «Не может быть», — испуганно пронеслось в мыслях, пока я ждал привычной реакции на близость друга с привилегиями… которая всё не появлялась!       — Привет, Кит. Ты почему так несешься по коридору? Срочная работа?       — Привет, Пи`Тэй. Ох, если бы… — вздохнул я, даже не собираясь таиться. В конце концов, его наверняка известили о замене партнёра. — Прости за такую подставу с лакорном. Теперь тебе придётся привыкать к…       — Нонг`Нью Тхитипуму, — правильно истолковал мою заминку коллега и с улыбкой добавил:       — Мой менеджер посчитал, что новичок точно станет той темной лошадкой, которая приведёт нас к финишу.       — Ва-а-ау, — протянул я, пропуская Тавана вперёд и негромко хлопнув дверью, быстро прошелся по помещению, прислушиваясь к звукам.       В одной из кабинок обнаружился младший, хмм… имя забыл. То ли Форт, то ли Форд. В общем, как-то так. Увидев нас, он сложил руки в вай, и потом, быстро вымыв их, исчез со скоростью света.       — Так ты что-то хотел, Пи, или просто — я облизнул губы — поболтать решил?       Но вдруг мой коллега впервые за всё то время, что мы с ним тесно дружили, смущенно хмыкнул, пробормотав:       — Кит. Боюсь, поболтать, как раньше, у нас больше не получится.       — Вот как? — протянул я после небольшой паузы. — Значит, он тебе понравился, да?       — Да. Он… красивый, забавный и… открыт для экспериментов, — завершил Тэй, а я, наблюдая за ним, невольно отметил, что со мной он никогда не был таким тихим и… робким?       Каждая наша встреча была пожаром, который бушевал максимум полчаса, сжигая всё дотла. А потом счастливые мы покидали пепелище и, обменявшись прощальным поцелуем, спешили разгребать дела.       «Каждая ваша встреча была лишь для разрядки», — внезапно услышал я и со злостью подумал:       «Вот сейчас заткнись внутренняя ехидина. Просто заткнись и не отсвечивай там»!       Видимо взгляд у меня был ещё тот, поскольку через пару минут щеки коснулась теплая рука Тавана, а затем рядом мягко прозвучало:       — Ты чего? Крист, ты злишься? На меня?       — Нет! — тут же отреагировал я, накрывая его руку своей. — Нет, Пи, ты что? Как я могу? Ты ведь, как никто другой заслуживаешь счастья после… Намтан, — почти шепотом закончил я, а потом, не устояв перед сильным желанием, подался вперёд, целуя Тэя в щеку.       — Кит… — начал он, но я, понимая по знакомым интонациям, что сейчас последуют извинения, быстро отстранился и, направившись к двери, бросил:       — Будь счастлив, дорогой. Просто будь счастлив, ладно? Это и будет твоим лучшим извинением.       А после, оставив коллегу стоять посреди уборной, прикрыл за собой дверь и тяжело вздохнув, направился обратно к студии.       И к Прачае Руангрою.       Который, видимо, и стал причиной того, что при виде Тавана я больше не испытывал щекочущего ощущения в низу живота.       «Ладно. Ладно-ладно-ладно. Успокойся, Крист, просто успокойся. Подумай о том, как он на тебя ранее смотрел. Ясно же, что ему просто нужен секс. Он хочет, чтобы ты стал его любовником и говорит много красивых слов, чтобы ты согласился, вот и всё. Окей, это вполне допустимо. Да, я могу и даже с удовольствием принимаю мысль о том, что вскоре мы можем оказаться в постели. Он страстный и такой отзывчивый. Это реально заводит. Да, если Сингто оправдает моё доверие, я сдамся и даже позволю ему побыть сверху. Потому что действительно хочу его. Да, я желаю этого парня. Он отличная кандидатура на место постоянного любовника. Главное, чтобы в душу, как в тот вечер не лез. Пусть довольствуется телом. А душа… Слишком больно потом собирать её осколки, когда доверишься», — невесело подытожил я, оказываясь перед своим менеджером, которая держала в руках ведерко куриных крылышек. Настроение из откровенно паршивого доросло до уровня нейтрального и, забрав вкусняшку, я с улыбкой пропел:       — KFC! Привет-привет, курочка! — после чего, объявив:       — Мы быстро поедим и продолжим репетировать. Так что никому, кроме педагога без особой причины не входить. Не сбивайте нам настрой, ладно? — подытожил я, закрывая дверь и повернувшись, произнес:       — Окей, Львёнок. Давай, налетай на еду, а я пока кое-что тебе поясню.       К чести Прачаи он даже не попытался возразить и, приняв из моих рук ведерко, аккуратно взял крылышко одной из салфеток, пачка которых стояла рядом.       — Грязные руки, — коротко отозвался помощник, когда я вопросительно поднял бровь и добавил:       — Мне бы стоило выйти и помыть их, но прямо сейчас я жутко голоден, потому сначала хотя бы этот кусочек.       — Понимаю, — ухмыльнулся я. — Ладно, ешь и слушай меня внимательно. Ранее ты сказал: а разве не такой взгляд должен быть у Конгфоба, когда он смотрит на Артита? Так вот, нет-нет и ещё раз нет, дорогой мой! Ты не прав по одной простой причине, понимаешь? Первокурсник не может вот так смотреть на наставника! Всё-таки старшинство — первая буква «С» в слове Сотус — не пустой…       — А парень, который хочет сделать противного и злого Пи своей женой очень даже может, — вдруг парировал он, доев крылышко.       И пока я открывал и закрывал рот, приходя в себя от такой наглости, Сингто проговорил:       — А вот теперь я чувствую в себе силы, чтобы пойти и вымыть руки. Прости, Крист, это всего на пару минут. Вернусь, и продолжим, ладно?       С этими словами дверь за Прачаей захлопнулась, а я, наконец-то сумев закрыть рот, тупо смотрел в сторону выхода и лихорадочно думал:       «Когда? Вот когда он успел стать таким дерзким»?