Выбор

Пока Тодд методично раскладывал по полочкам детали плана, пытаясь втолковать Ларри его обязанности, Салли наблюдал за Нилом, что скромно держался в тени и молчал. Вдруг он сделал шаг вперёд. В его плавных движениях ощущалась уверенность, которая разительно контрастировала с оцепеневшим состоянием четы Моррисонов. Нил осторожно приблизился к ним и мягко коснулся плеча Янис. — Мистер и миссис Моррисон, пойдёмте со мной, — его голос прозвучал ровно и спокойно, вызывая полное доверие. В нём не было ни капли страха — только тёплая, обволакивающая уверенность, которая, казалось, могла бы успокоить даже призрака. — Я отведу вас туда, где безопасно. Тодд скоро к вам присоединится. Янис моргнула. Её мутный взгляд с трудом сфокусировался на его лице. — А ты… ты видел нашего малыша Тодда? У нас для него очень важное послание… — Я обязательно передам, что вы его ждёте, — пообещал Нил. Его улыбка стала настолько искренней, что на мгновение прогнала холод из комнаты. Он помог женщине подняться, а её муж послушно встал следом, будто привязанный. Нил оглянулся, обращаясь уже к друзьям. — Я буду внизу у фургона. Разверну наш мобильный штаб. С помощью Тодда я уже получил доступ к камерам на всех этажах, так что стану вашими глазами и ушами. Буду направлять вас и встречать всех, кого вы выведете. Не волнуйтесь, у меня всё готово для оказания первой помощи. Салли поймал взгляд Тодда, обращённый к Нилу. В его глазах промелькнула тень беспокойства за родителей, но тут же утонула в безграничном доверии. Это был тот самый безмолвный обмен взглядами, который говорил громче любых слов: «Береги их», «Люблю тебя» и «Я тоже». — Спасибо, — коротко кивнул Тодд. — Я тебя догоню, но чуть позже — нужно сначала обсудить пару вопросов… Будь осторожен. — Вы тоже, — ответил Нил и, бережно придерживая Моррисонов под руки, словно они были из тончайшего фарфора, повёл их к выходу. Когда за ними закрылась дверь, маска предельной концентрации вернулась на лицо Тодда. Он повернулся к Салли, Эш и Ларри. — Итак, вы всё слышали. Я спускаюсь к Нилу, чтобы координировать процесс оттуда. Начинайте с крыши, как и договорились. Легенда у нас та же — утечка газа. Говорите об этом громко и чётко. Не вступайте в споры с жителями апартаментов, а старайтесь их убедить. Наша цель — эвакуация людей и полная зачистка дома. Тодд развернул на полу схему здания, больше похожую на чертёж для какой-то сложной видеоигры. И начал объяснять её содержание простыми словами — так, чтобы каждый понял. Он явно находился в своей стихии, раздавая всем указания. Справедливости ради, получалось у него это довольно неплохо. Будучи прирождённым стратегом, он умел видеть картину в целом и анализировать сложные ситуации, разрабатывая долгосрочные планы. Вот и сейчас Тодд нашёл для каждого из троицы друзей своё напутствие: — Эш, символы на тебе. Если вдруг что-то забудешь, не стесняйся пользоваться трафаретами, что я оставил. Ларри, прикрываешь её и помогаешь с эвакуацией. У тебя это отлично получается, если не будешь отвлекаться на ерунду. Сал, ты наш радар. Без тебя мы слепы. Если почувствуешь хоть малейшую аномалию — немедленно докладывай ребятам. Салли кивнул. Ощущать присутствие скверны было сродни постоянному низкочастотному гулу в голове, от которого хотелось зажать уши. Не заметить её он бы уже не смог. — И самое главное — двигайтесь быстро, чтобы не дать шанс скверне переместиться или спрятаться, — в итоге закончил Тодд, еле переводя дух от долгого монолога. — Вопросы? Ларри с готовностью вытянулся в струнку и шутливо отдал честь, щёлкнув пятками своих расхлябанных кроссовок, точно был при исполнении служебного долга. — Да! А можно мне тоже баллончик? Я хочу нарисовать огромный хер на главной тени, когда мы её найдём! — с энтузиазмом предложил он. Эш закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. Даже в такой момент Ларри оставался собой. — Тебе лишь бы херы рисовать. Сосредоточься, Джонсон! У нас мало времени. — Ладно-ладно, я вас понял мисс Зануда! — отсалютовал тот и с хитрым видом подмигнул Салли. — Тогда погнали, пока местные черти не очухались. План был прост и безумен одновременно: подняться на крышу, очистить её, а затем спускаться этаж за этажом, выгоняя жителей на улицу и уничтожая источники заражения. В воздухе вновь повисло молчание, скреплённое общей решимостью и готовностью защищать родной дом. Тодд кивнул и направился к выходу из квартиры, что когда-то была его. — Удачи, ребята, — бросил он прежде, чем за ним захлопнулась дверь. — И тебе, бро, — пробормотал Ларри, подхватив с пола тяжёлую сумку с изобретениями Тодда.

***

Крыша встретила порывом промозглого ветра и мелким колючим дождём. Внизу раскинулся ночной Нокфелл, сияющий тысячами огней, но здесь, наверху, царила своя тревожная атмосфера. Воздух казался плотным и застывшим. Салли чувствовал, как скверна, пропитавшая апартаменты, пульсировала под его ногами, как огромное больное сердце. — Сал, где самые сильные очаги этой гадости? — спросила Эш, крутя головой и явно не видя угрозы. Салли закрыл глаза, концентрируясь. Скверна ощущалась низким гулом, от которого вибрировали кости; тонкой плёнкой копоти, покрывшей всё вокруг едва заметным налётом черноты. — Здесь источник скверны слабее, чем внутри здания, — сообщил он, рассматривая пространство крыши «внутренним зрением». — Но он есть. Тонкий, как паутина. Тянется от вентиляционных шахт и выползает наружу. — Значит, быстро управимся, — деловито отрезала Эш. Она достала из сумки баллончик с краской и резко встряхнула его. Стук металлического шарика внутри прозвучал как щелчок затвора. — Ларри, свети сюда! — Да без б! Ларри включил мощный фонарь, выхватив из темноты участок стены у вентиляционной шахты. Эш уверенными, отточенными движениями художника начала наносить сложный символ, похожий на странное переплетение рун. Шум ветра смешался с шипением краски, которая после попадания на бетон начала светиться и пузыриться, будто вступая в реакцию с невидимой заразой. В воздухе запахло озоном и пылью. Салли остановился рядом, сосредоточенно прислушиваясь к себе. Он ощутил, как невидимая тёмная энергия корчится под воздействием символа, словно живое существо под раскалённым клеймом. И постепенно истончается, окончательно исчезая. — Работает, — выдохнул он, чувствуя, как давление на виски ослабело. — Скверна действительно отступает. — Заебись! Я даж не сомневался, — прокомментировал Ларри, перенаправляя луч света. — Куда двигать дальше, босс? Салли с готовностью показал следующее место, откуда, по его мнению, ползла холодная чернота. Ларри подхватил сумки и поспешил следом за ним, подсвечивая путь для Эш, что замыкала их странное шествие. Работали они слаженно и быстро, «обрабатывая» крышу и оставляя защитные знаки в ключевых точках, которые то и дело отмечал Салли. Закончив работу, они на мгновение замерли, глядя друг на друга. Первый — самый лёгкий этап был пройден. По крайней мере, воздух явно очистился от вездесущей ментальной копоти. Пелена скверны, покрывавшая крышу, испарилась под дождём. Даже дышать стало значительно легче. — Всё, — подтвердил Салли, ответив на невысказанный вопрос друзей. — Здесь чисто. — Тогда идём на пятый этаж, пока ничего страшного не случилось, — скомандовала Эш, меняя использованный баллончик на новый. — Погнали, ребята! Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим!

***

Спустившись по скрипучей лестнице, троица оказалась на пятом этаже. Ступив на обшарпанный пол длинного коридора, Салли замер, будто наткнувшись на невидимую стену. Его охватило леденящее чувство одиночества, объяснение которому он пока найти не мог. Этот этаж и раньше был заброшен. Обои тут давно пожухли и пошли тёмными влажными пятнами, а ковёр на полу казался почти чёрным от грязи. Салли видел это и раньше, когда поднимался сюда, расследуя тайны Нокфелла. Его больше беспокоила звенящая тишина, от которой закладывало уши. — Твою мать… — прошептал Ларри, оглядывая пустой коридор. — Тут чё, ваще никого нет? — Ага, ваще никого. Кроме нас, — подтвердил Салли, втайне надеясь, что всё же ошибся. — М-да, видок тут — обосраться и не жить, — едва слышно проговорил Ларри, нарушая гнетущее молчание. Сердце Салли пропустило удар и болезненно сжалось от понимания, что произошло нечто непоправимое. Царившее вокруг безмолвие казалось каким-то неправильным. Ведь даже призраки, к которым он привык, как к фоновому шуму, куда-то исчезли. Их тонкие печальные голоса почему-то смолкли. Ларри дёрнул ручку ближайшей двери. Та со скрипом отворилась, обнажая темноту. Из заброшенной квартиры пахнуло затхлостью. — Эй, есть кто живой?! Или мёртвый? У нас тут типа срочная эвакуация! Спасайся кто может! Ща взорвёмся нахуй! Ответом ему послужила вязкая тишина. Ларри открывал одну дверь за другой, позабыв про осторожность, а Салли с Эш не отставали, прикрывая ему спину. Но везде было пусто. Не осталось никаких следов — ни от живых, ни от мёртвых, будто весь этаж просто стёрли из реальности. — Что за херня? — возмутился Ларри, чуть не оглушив Салли резким вопросом. — Я, конечно, ждал крипоту. Но не ебучее ничего! Кого спасать-то? — Странно, — пробормотала Эш, стискивая в руках баллончик с краской, будто защитный медальон. — Куда все подевались? Тут же всегда были призраки. — Может, под шумок свалили? Бомж ушёл по своим бомжовским делам, а привидения затеяли тусу в подвале? Ну, то есть в «подвальном подвале» — в том, что ниже моей берлоги, — предположил Ларри, но его объяснение прозвучало не очень правдоподобно. — Вряд ли они так легко покинули место своей смерти, — напомнил Салли. — Розенберг не в счёт. Она скорее исключение из правил. — Ты прав. Дело тут явно нечисто, — согласилась Эш, хмуря лоб и кусая губы от напряжения. — Сал, ты ничего странного не чувствуешь? Здесь осталась скверна? Салли медленно пошёл вперёд, пытаясь настроиться на волну иного мира. Больше всего ему хотелось встретить Меган, чтобы удостовериться, что с ней всё в порядке. Её призрак обитал на этом этаже, но сейчас он куда-то пропал. Не было и бомжа, что обычно спал в углу заброшенной квартиры. Салли не знал его имени, но был бы рад увидеть живым и здоровым. Гул в голове почти стих, но это не означало, что на этаже совсем не осталось скверны. Салли закрыл глаза, чтобы сконцентрироваться. Амулет на груди тут же потеплел и запульсировал, точно второе сердце. Совсем рядом судорожно выдохнул Ларри, видимо тоже ощутив эхо враждебной силы, что пряталась в привычных вещах. Теперь Салли «видел», что пустота была не абсолютной. В ней имелись очаги скверны, похожие на помехи в пространстве — слабые, но назойливые, как вездесущие насекомые. Они не были живыми в привычном смысле этого слова, а казались лишь остаточной грязью. Салли остановился у стены напротив квартиры, в которой когда-то проживало семейство Холмс. — Здесь, — вынес он вердикт, проведя рукой по обшарпанным обоям коридора. — Внутри. Что-то маленькое, как заноза. Спряталось от нас. — Так вычистим её к херам, пока не съебалась! — рявкнул Ларри, настраивая свой привычный «теплоинатор» на максимум. Пушка в его руках послушно заурчала, постепенно нагреваясь. Троица друзей переглянулась. Каждый из них был готов к новой битве с нечистью. Им не требовалось больше слов, чтобы понять друг друга. Дальше они действовали слаженно, как единый механизм. Ларри первым ворвался в квартиру, выставив вперёд оружие и выжигая на корню любую инфернальную угрозу. Эш заскочила следом, чтобы начертить на заражённой стене замыкающий символ, а Салли безошибочно направился к вентиляционной решётке у пола. Он направил внутрь сопло переделанного фена и врубил его на полную мощность. Раздалось шипение, и из вентиляции потянуло запахом горелой смолы. — Сал, где ещё? — спросила Эш, расправившись с первым этапом зачистки. — Тут. И вот тут. Небольшие сгустки, — махнул он рукой в нужном направлении. Салли видел их как тёмные вязкие кляксы, пульсирующие прямо на обоях. Эш тут же направила на указанное место баллончик, и краска, соприкоснувшись со скверной, вспыхнула фиолетовым и истаяла вместе с тёмным пятном. Специальный состав Тодда с солью, железом и ещё какими-то компонентами работал как надо, не давая тьме ни единого шанса. — Готово, — выдохнула Эш, вытирая пот со лба. — Как будто сорняки выдёргиваем. — Ага, ток сорняки не пытаются сожрать твою душу, — проворчал Ларри, подхватив поудобнее пушку. Так медленно, но верно они прошлись по квартире, уничтожая все встречающиеся «занозы», что застряли в стенах и в старой мебели. Салли чётко указывал на их источник: на холодное пятно то на обоях, то на гнилой тумбочке, источавшей отчаяние. Эш наносила поверх него очищающий символ, а Ларри, если требовалось, безжалостно выламывал кусок проклятой стены или разбивал предмет ломом, найденным поблизости. Они двигались точно в танце. Всё проходило по плану, где каждый знал свою роль. Но ровно до тех пор, пока ребята не добрались до кухни, где обнаружился самый крупный источник скверны. Привычный мир здесь исказился. Стены пульсировали багровым, а в дальнем углу комнаты клубился плотный, почти осязаемый сгусток тьмы. Он извивался, будто живое существо, реагируя на присутствие людей. — Тут, — сообщил Салли, нацеливаясь «теплоинатором» на тварь. — Самая большая концентрация. Он включил прибор, и воздух задрожал от жара. Тёмный сгусток зашипел, сжимаясь, будто от боли. — Получай, мразь! — взревел Ларри, выпуская на тёмное пятно широкую струю серебристой краски из баллончика, взятого из сумки Эш. Видимо, ему надоело таскать тяжёлую пушку. Или же он всё же решил изобразить на тени хер, как и обещал. Эш действовала точнее, рисуя на стенах и полу какие-то символы, похожие на те, что Салли видел в книгах у Тодда. Раздалось громкое шипение, словно на раскалённую сковороду плеснули водой. Тьма корчилась, истончалась и, наконец, растворилась, оставляя после себя лишь выцветшее пятно на обоях и ощущение звенящей пустоты. Салли почувствовал, как последняя ниточка скверны на этаже оборвалась. — Вроде чисто, — заключил он, прислушиваясь к себе. — Мы её нагнули! — Ларри победно вскинул руку, показывая «козу», но тут же пошатнулся. — Только эта хуйня меня слегка ухайдокала. Когда с пятым этажом было покончено, ребята без сил опустились на ступеньки лестницы, ведущей вниз. Все были в пятнах краски, потные и измотанные. Ларри уселся, привалившись к стене и тяжело дыша, а Эш начала проверять рацию, намереваясь отчитаться перед Тоддом. Салли посмотрел вниз в тёмный пролёт лестницы, ведущий на четвёртый этаж. Оттуда всё ещё тянуло холодом и отчаянием. Он предполагал, что им удалось справиться лишь с верхушкой айсберга, и самое страшное ждало их впереди. Ларри толкнул его плечом, выводя из оцепенения. — Эй, чувак, ты как? — Нормально, — соврал Салли. На самом деле, каждая победа над тенью отзывалась в его душе ледяным эхом. Он чувствовал её боль и злобу, как свою собственную. — Мы справимся, — сказал Ларри так тихо, чтобы слышал только Салли. В его голосе не было привычной бравады, только твёрдая, непоколебимая уверенность. Он посмотрел на Салли. В полумраке лестничной клетки тому показалось, что Ларри — единственный надёжный маяк в этом океане безумия. — Я знаю. Только кое-что мне не даёт покоя… — признался Салли, раздумывая как же ему сказать Ларри о том, что на самом деле к нему чувствовал. Но это было сложно. Намного сложнее, чем бороться с тенями или спасать мир от культа. — И что же? — поинтересовался Ларри, навострив уши. Салли вздохнул. Он пока ещё не был готов на шаг, что мог изменить его взаимоотношения с тем, кого он по-настоящему любил. А потому незаметно сменил разговор на другую тему, которая, впрочем, тоже его беспокоила. — У меня есть предположение, что здесь случилось. Если оно верно, то мы больше никогда не встретим тут призраков. И я теперь сомневаюсь, что нам попадется кто-то из умерших на нижних этажах. — Это ещё почему? — в свою очередь изумился Ларри. — Мне кажется, будто души призраков просто… поглотили тени. Употребили как пищу, чтобы создать скверну, которая в свою очередь передалась живым, как заразная болезнь. Боюсь, что семейства Холмс больше нет, а в их квартире было то, что от них осталось. — То есть… Даже малышка Меган? Салли грустно кивнул. Ларри некоторое время молчал, переваривая информацию и о чём-то раздумывая. А потом просиял. — Чел, знаешь, я думаю, что она в лучшем мире. Ну, не может быть так, чтобы хорошие люди исчезали насовсем! Мы обязательно её встретим на той стороне. Мне мама рассказывала, а значит — это чистая правда! — Спасибо, — ответил Салли и впервые за этот день почувствовал не только страх, но и слабую, робкую надежду. — Нам пора на четвёртый. Нельзя давать тварям передышку. Команда поднялась и, обменявшись решительными взглядами, начала спуск на следующий круг ада.