Послевкусие

Почему-то тепло от пламени в его камине не могло согреть Гермиону. Лишь приняв от него кружку с чаем, она вновь взглянула в глаза Снейпа. — Думаешь кто-то за нами следит в замке? И хоть вопрос повис в воздухе, а Северус явно напрягся, Гермиона на миг коснулась пальцами губ, словно пытаясь осознать случившееся. Её гордость не позволяла признать очевидное — поцелуй вызвал неожиданное волнение. Вот только зачем она ему ответила? — Грейнджер, ты же не думаешь, что я вдруг воспылал к тебе нежными чувствами? Меры предосторожности никто не отменял. Сделав вид, что эта фраза никоим образом не зацепила её самолюбие, Гермиона пожала плечами, отвечая: — Не беспокойся, я в принципе не верю в твою способность к нежности как таковой. — Прошу прощения? — Северус протянул слова в удивлении, поворачиваясь к ней всем корпусом. Сидя рядом с ним на диване, Грейнджер вдруг нервно сглотнула, припоминая клинок, что упирался в её ребра и позднее лишил жизни в одной из былых реальностей. Осторожно взглянув ему в глаза, Гермиона медленно заговорила, пытаясь звучать как можно более нейтрально: — Это просто впечатление, что сложилось за все предыдущие жизни. Я помню о твоей любви к Лили, — она едва удержалась чтобы не закатить глаза при одном лишь воспоминании последней из реальностей, — Но даже так, судя по твоему темпераменту, я готова поверить в твою страсть, но не в нежность. Хмыкнув, Северус вновь отвернулся от неё, просто усмехнувшись: — Ты лгунья и трусиха. — Что, прости? В этот раз возмущение возросло в груди девушки. Вот только в отличии от неё, Северус даже и не думал отвечать и защищать себя как бы то ни было. Он лишь поднёс к губам чашку с чаем, нарочито медленно отпивая совсем немного. Приятное пламя в камине завлекло всё его внимание, пока Гермиона едва не рычала от злости. Чего уж греха таить, всегда приятно выбесить гриффиндорцев. — Как прошло свидание? Игнорируя её злой взгляд, Северус повернулся к ней. Часы на стене оповестили их о том что наступила полночь, отбивая двенадцать тихим звоном. Нервно выдохнув, Гермиона тихо заметила: — В моих покоях часы громкие до ужаса. Не могу заснуть. — Ты волшебница, Грейнджер, никто тебе не запрещал воспользоваться магией. Наплевав на остатки каких-либо приличий, Гермиона скинула ботинки и забралась на диван поудобнее. Тихое фырканье Снейпа лишь нервировало. Она потерялась в ощущениях, совершенно не понимая как чувствует себя рядом с ним — то ли поцелуй у ворот замка затмил разум непонятно чем, то ли в действительности Гермиона Грейнджер больше не приходила в ужас от подобного сотрудничества. — Он пригласил меня на второе свидание. Быстрый настороженный взгляд темных глаз заставил Грейнджер поежиться. — Что? Что не так? — Он заинтересовался чем-то. Что ты ему наплела? — Немного приукрасила правду. Отставив чашку с недопитым чаем на столик рядом, Северус вновь повернулся к ней, со всей серьёзностью спрашивая: — Что именно ты ему рассказала? Несколько бесконечных секунд пока она собирала слова в предложения в собственной голове казались вечностью. От чего-то тревога разгулялась внутри, превращая разговор в её личный ад. Паника накатывала всё сильнее, и решив выложить всё как есть, в надежде что это поможет успокоить расшатанные нервы, Гермиона выпалила: — Я сказала что я сирота. Тоже... Снейп удивлённо смотрел на неё, не веря в то что сложилось в его голове. Черт бы побрал старого манипулятора. — Это правда? Опустив взгляд на собственные руки, что отчаянно обнимали худое тело в попытке заземлиться хоть немного, Грейнджер тихо ответила: — Я же говорила раньше, в этом мире я совершенно одна. У меня нет никого. В этом мире у меня никогда не было близких друзей. Она готова была поклясться что услышала звук трения его зубов. Паника внутри стихла, уступив место щемящей в груди боли. Реальность удушливой тоской окутывала Гермиону, доводя до отчаяния, и его злость лишь заставляла чувствовать себя виноватой ещё и в этом. — Что ж, ты должно быть восхищена подобной реальностью, ведь сам Дамблдор тебе её подарил. Слова, просочены отборным ядом, резали по живому не хуже Сектумсемпры. Осторожно подняв взгляд на Снейпа, Гермиона напоролась на искреннее презрение. И вроде как не направленое конкретно на неё, но мурашки выступили на коже, а желание исчезнуть оттуда становилось всё более явным. — Я не понимаю... Собственный голос предал её, зазвучав жалкой подделкой уверенности. Но Снейп лишь фыркнул, окинув взглядом сжавшуюся от нервов Грейнджер, с ехидством в каждом слове, практически выплюнул ответ: — Помнишь, что он сказал нам перед отправкой сюда? Что мы сможем лучше понять друг друга. Так вот, Грейнджер, ты променяла своих родителей на моих. Недоумение так ярко отразилось на лице девушки, что Северус едва не засмеялся в истерике: — Дай угадаю, твои погибли где-то до твоего четырнадцатилетия? Мои никогда не жили дольше. Я впервые увидел маму седой в этой реальности. — Твои родители живы? Бесцветный тон заставил их замолчать. Некоторое время Северус рассматривал девчонку, пытаясь унять разбушевавшуюся в груди ярость. Он готов был поклясться, что будучи и без того бледной, Грейнджер вовсе лишилась краски на лице. Её взгляд становился всё более напуганным, а осознание масштаба лжи сиятельного Дамблдора вдруг разбудило в ней панику. Вцепившись ногтями в собственную кожу шеи, Гермиона истошно закричала, не в состоянии больше выносить эту боль. Вот только высвобождая свою боль, она случайно зацепила его собственные чувства. Северус не сразу понял что сделал. Его руки крепко прижимали Гермиону к нему, пока она рыдала куда-то в его грудь. Сам Северус едва сдерживал дрожь в руках, дабы не выдать ей истинных эмоций. — Он специально это делал с нами! Северус, он врал! Ей нужно было это понять. Рано или поздно... Они почти не двигались, каждый в своей боли, каждый в своём личном аду, тщательно сотканном из лжи Альбуса Дамблдора.

***

Более нелепой ситуации Северус даже представить себе не мог. Мало того что всё тело болело от неудобно дивана, так ещё и Грейнджер спала на его груди. Кудрявые волосы были повсюду, мешая ему дышать. Прикрыв глаза ладонью, он попытался вспомнить как это недоразумение в принципе могло остаться наночь в его комнатах. И вчерашние откровения почему-то больше не казались хорошей идеей. Для начала, они потеряли уйму времени на слезы да сопли. Которые в принципе утомили их так, что пришлось прибежать к окклюменции. Та его и истощила до потери сознания. Что именно случилось с Грейнджер — непонятно. Обсудить свидание не удалось. По замку всё ещё ползает проклятое чудище. Хозяин сей прелести явно что-то задумал. А, с позволения сказать, героиня Грейнджер на грани нервного срыва. Если подумать, она вчера всё осознала. Что если старый интриган был прав? Тело на нём зашевелилось и до Северуса донеслось тихое мычание. Он же спокойно ждал пробуждения Гермионы, точно зная что это станет для неё очередной личной катастрофой. — Что за?.. Хриплый голос девушки превратился в сдавленный писк, когда она подскочила на ноги, прижимая ладонь ко рту. Широко открытые янтарные глаза шарили по Северусу, словно изучая на предмет запрещённой деятельности, но немного отрезвев, она опустила руку, тихо признаваясь: — Я не помню ничего после того как ты меня обнял. Наверное я уснула, прости пожалуйста. Усевшись поудобнее, с некой издёвкой во взгляде, Северус кивнул в её сторону, едко замечая: — Не знал что у этой юбки в принципе есть позитивные стороны. Опустив взгляд вниз, Гермиона густо покраснела, одёргивая серую ткань юбки, возвращая ту на законное место. К счастью бедра не худшее, что мог там увидеть Снейп. Кашлянув, оглядев комнату, Гермиона, всё ещё сгоравшая со стыда, пролепетала: — Мне лучше уйти. Уже направляясь к двери она вдруг почувствовала его ладонь на своём локте. Непроизвольно взглянув Северусу прямо в глаза, Гермиона затаила дыхание. Его близость к ней казалась слишком неправильной, особенно учитывая злость, которую они явно вызывали друг у друга при одной лишь мысли о любом сотрудничестве. Тёмный взгляд Северуса скользнул по лицу девчонки, на миг дольше положенного задерживаясь на губах. Но что бы не пряталось за тьмой ониксовых глаз, голос оказался совершенно безэмоциональным: — Это худшая из твоих идей. Сейчас без четверти десять, студенты только расползаются по замку после завтрака. — Сегодня же... — Суббота, — они сказали это одновременно, глядя друг на друга. Северус отпустил её, делая шаг назад: — Минут через пятнадцать можешь убираться отсюда ко всем чертям. Не дожидаясь реакции, он обернулся на каблуках, направляясь в свою спальню с надеждой на то, что после утренней неловкости Грейнджер не посмеет пойти следом. Он ещё никогда так не ошибался. — Погоди, мы вчера так и не поговорили о свидании! — Дай угадаю, ты решила спасти самого отбитого в мире психопата после комплимента-другого? У вас появилась особая связь? Ты можешь его спасти? Откровенно злясь на неё, Северус совершенно наплевал на любые приличия, снимая с себя мантию, а за ней и чёрную рубашку. Грейнджер сзади яростно фыркнула: — Дамблдор сказал спасти как можно больше жизней! Не выдержав, Северус со всей ненавистью, которую он питал к сложившейся ситуации, швырнул рубашку на пол, поворачиваясь к Грейнджер лицом. Она стояла совсем рядом, так что ему понадобилось сделать всего лишь пол шага дабы нависнуть над ней злобной тучей. Слова сами выливались, пока огонь в груди брал верх над разумом: — Только вчера ты ревела на моем плече из-за старого интригана! Только вчера ты убегала от Реддла так, что я едва тебя догнал! Что ещё тебе нужно чтобы понять — Дамблдор и Реддл два психа, им откровенно насрать на твои чувства! Гермиона едва дышала, смотря на него широко открытыми глазами. Её грудь часто вздымалась от неровного дыхания. Северус видел как она старается не заплакать. Он крепко сжал руками её хрупкие плечи, немного спокойнее спрашивая: — Неужели ты думаешь что другого выхода нет? — Он пока человек... На миг Северус потерял дар речи. Ему и в голову не приходило, что гуманность Грейнджер может быть проблемой для них. С одной стороны она права, но с другой то на что надеется её гриффиндорская душа абсолютно нереалистично. Покачав головой, Северус отпустил девичьи плечи, отступая от неё на шаг. — Что ты придумала? Спальня наполнилась тишиной, заставив их затаить дыхание на миг. Взгляд Гермионы скользнул по обнажённому торсу Северуса, пока мысли, тщательно спрятанные даже от самой себя, выливались словно под действием Веритасерума: — Может у меня получится его переубедить? Или помочь ему получить желанное место в школе? Или... — Гермиона, остановись... Северус устало упал на кровать, закрывая глаза ладонью: — Вероятно где-то во всех этих реальностях ты всё таки хорошенько ударилась головой. Позволю себе тебе напомнить: Том Реддл был зачат под любовным зельем, он не умеет любить, не способен к состраданию, его невозможно подчинить себе эмоциями, ими он умеет манипулировать намного лучше твоего. Если ты думаешь что ворвёшься в его жизнь любовным увлечением, спешу тебя разочаровать — сей монстр ищет разве что плотские утехи. К слову, где-то в этот период он должен бы начать собирать приспешников. А значит, вскоре его главным сексуальным интересом станет Белла. Поднявшись на локтях, Северус с издевкой продолжил: — Не то чтобы это было хоть на йоту моим делом, но я предполагал что даже у тебя вкус будет получше. Покраснев, Гермиона заправила волосы за уши, делая шаг к нему, пытаясь избегать смотреть на что-то помимо его глаз: — У меня жуткое отвращение к нему, но я не вижу иного способа добыть нужную нам информацию. В этом мире мы с тобой поменялись нитью судьбы, а значит это я та кто должен стать шпионом для Реддла. И для Дамблдора. — Судя по Василиску в замке, Дамблдор, который отправил нас сюда, рехнулся. — Я знаю где Тайная комната, я там была... — Грейнджер, я похож на самоубийцу? Беспомощно выдохнув, Гермиона топнула ногой, от чего Снейп ехидно засмеялся: — Я тебе не папочка, на меня истерики не действуют. — Северус, пожалуйста, помоги мне. Мне до жути страшно идти на чёртово свидание с ним. — Зачем ты тогда в принципе согласилась? Обречённо опустив взгляд вниз, пылая от унижения, Гермиона созналась: — Мне казалось это тогда хорошей идеей. — Ну конечно же, — его голос сочился сарказмом, — надеюсь ты готова ко всему так сильно как об этом кричишь мне на каждом шагу. Он поднялся с кровати, расстегивая ремень на штанах. И Гермиона бы отвернулась, но нехорошее чувство поселилось внутри после его последних слов. — Что ты имеешь ввиду? Оставшись в белье, явно не ожидая, что она продолжит стоять и наблюдать, Северус просто пожал плечами, ответив прежде чем направиться к ванной комнате: — Надеюсь ты готова побывать в постели с врагом. Даже не удосужившись дослушать её, Северус запер дверь ванной, сразу включая воду, хотя всё ещё стоял у двери прислушиваясь. По ту сторону, в его спальне, Гермиона Грейнджер причитала: — Как можно быть готовой к чему-то подобному? Ох Грейнджер, ну и кашу ты заварила...