Мороженщик

      Сэм пришёл в себя и скривился от неприятного запаха подвальной гнили и сырости. Противно тянуло чем-то ещё. В голове включилось, как лампочка — несет дохлятиной. И тут до него стало доходить происходящее. Последнее, что вспоминались в голове — мороженое, любимое лакомство, и обычный мороженщик, кажется, Том или Тим, а может ещё кто. Сейчас уверенности в этом почти не было. Сэм пытался не впадать в панику и придумать как отсюда выбраться. Самым важным было понять, где он находится и насколько опасен тип, похитивший его.       С трудом разлепив глаза, он отчаянно пытался рассмотреть обстановку. Света в этом помещении почти нет, только дневная лампа, мерцающая неприятным холодным светом где-то в глубине. Вдоль стен стеллажи со всяким хламом, как во всех подвалах. Кроме крохотного оконца, через которое было видно только сумерки или раннее утро, других отверстий в стенах не наблюдалось. Ещё видна была лестница и дверь.        Кое-как привстав с грязного цементного пола, куда его сгрузили, как мешок картошки, не слишком-то заботясь о комфорте, Сэмми понял, что у него связаны руки и ноги, а ещё он немного описался, когда потерял сознание, и это было самое противное — лежать в мокрых штанах. Дядя Бобби рассказывал им, что такое происходит при потере сознания. Но всё равно стало стыдно.       Кто-то стянул ему конечности обычными пластиковыми стяжками. От этой новости стало легче. Брат учил мальчика как можно освободиться от такого. Он согнул колени и начал бить связанными руками о них. Но, увы, это оказалось сложнее, чем в обычной обстановке дома. Стресс — не помощник в таких ситуациях. Вырваться хотелось больше всего. Ещё больше — увидеть брата и крепко обнять его. От отчаяния Сэм даже помолился, хоть и не знал как. Просто просил помочь его спасти. В том, что он в большой опасности, мальчик не сомневался. Глупым он никогда не был.       Спустя некоторое время попыток, стяжка все-таки лопнула, и руки стали свободными. Пальцы неприятно онемели, а запястья были покрыты ссадинами.       Через ещё несколько минут Сэмми смог избавиться от стяжки на ногах и, разминая онемевшие лодыжки, встал. Он попытался разобраться в ситуации. Рюкзака нигде не было, похититель его скорее всего выбросил или сжёг. Дин бы точно сжёг, чтобы не было улик. Очки тоже пропали, и это совсем не радовало. Даже без них удалось разглядеть, что за стеллажами стоят три большие морозильные камеры, и одна из них явно была сломана. От неё и исходил мерзкий трупный запах.       Сердце выпрыгивало из груди. Мальчишка до колик в животе боялся приближаться к этим морозилкам. Его интуиция кричала, что в них нечто страшное, и не ошиблась.       Ещё немного постояв и переждав прилив боли в ногах, Сэмми все-таки решил заглянуть в холодильник. Он уже догадался, что там не мороженое, но всё же хотел убедиться в своих догадках.       Медленно-медленно детские пальчики трогают крышку работающего холодильника, сердце делает кульбит, и живот неприятно сводит, а губы становятся сухими. Мальчик облизывает их и открывает крышку, при этом крепко зажмурив глаза, как во время просмотра ужастиков.       Проходит ещё несколько секунд. Земля не уходит из-под ног, из холодильника никто не вылезает, все тихо. Сэмми открывает один глаз и смотрит внутрь. И там — мороженое. Обычные металлические ящички с разными видами мороженого. Мальчик даже трогает его пальцами и уже хочет закрыть крышку, но тут в голове мелькает догадка. Он ныряет в морозилку глубже и снимает один из ящиков.       Под ним то, что и представлялось. Там лежит тело ребенка. Если судить по состоянию, уже давно. Сэму очень страшно. На мертвом мальчике нет одежды, у него отсутствует рука и срезаны куски кожи на животе. Младший Винчестер больше не может на это смотреть. Он вспомнил, где его видел. На дереве возле свалки автомобилей Сингера было его фото. Это было три недели назад.       Сэм едва сдерживается, чтобы не закричать. Ему просто нельзя кричать. Тот Тим-Том придет за ним, если услышит хоть один звук. Нужно что-то делать. Теперь сомнений нет: в остальных морозилках ещё трупы, и он не хочет это проверять.       Мысли в голове лихорадочно бегают. Его преимущество лишь в том, что руки и ноги свободны. А тот мальчик был младше его на два года. У него не было шанса против взрослого и не было жёсткой школы выживания со старшим братом, копирующим отца.       Папа любил Сэма и оберегал от многого, но все равно учил постоять за себя. Думая о Дине, мальчик вспомнил один фильм. Боевик. Там мужчина был заперт в примерно таком же подвале. Он подставил стул под окно, само окно выбил, но вылезти он из него не смог, затем спрятался у входа и когда за ним пришли и увидели окно и стул, ринулись туда. В этот момент герой выскользнул в дверь и закрыл её с той стороны.       План был хорош, кроме одного момента — Сэмми не был взрослым мужчиной с большими мускулами, а был маленьким мальчиком с плохим зрением и совершенно без намека на какую-либо физическую силу. Оглядевшись по углам, он нашёл в самом темном маленькую складную лестницу как раз по его силам. Подойдя к единственному оконцу, поставил прям под ним лесенку и, взяв в руки какую-то железку, кинул ею прям в стекло. Как ни странно, оно вылетело срезу вдребезги с соответствующими звуком. Сэм залез на лесенку и попытался достать до него, и почти достал. Но тут сказались недостатки его физического развития, он попросту не смог бы подтянуться и вылезти из проёма. Его это расстроило.       Подумать об этом было некогда. За дверью этого подвала началось движение. Похититель услышал звон стекла и решил проверить свою жертву.       Лестница вниз совсем небольшая, всего пять ступеней, но этого хватило, чтобы спрятаться за ними. Сэмми зажал себе рот рукой и стал ждать. От переживаний хотелось завопить.       Дверь открылась, и мороженщик спустился в подвал. Все прошло как по нотам. И лестница, и окно привлекли его внимание достаточно, чтобы мальчик вскочил на лестницу и выбежал из подвала в гостиную этого маньяка. Он кинулся к входной двери и, повернув ручку, выбежал на улицу. Так быстро парнишка ещё никогда не бегал. Стресс сделал своё дело, и Сэмми бежал сломя голову так, словно за ним гнались Адские гончие, о которых когда-то рассказывал папа. Они приходят за плохими людьми.       Гнался ли за ним тот мужчина или нет, Сэм не пытался проверять. Он не знал ни улицы, на которой был, ни домов. Это мог быть даже другой город. Кричать не решился, боялся, что маньяк ищет его.       Судя по едва забрезжевшему рассвету, было часа четыре-пять утра. Сейчас ему хотелось только одного — попасть домой и все рассказать родным. Потом пусть вызывают полицию. От пережитого он даже не помнил, как выглядел дом этого урода.       Через какое-то время Сэм остановился, нашёл телефон, ударил по нему кирпичом и вынул мелочь. Ранее он бы никогда такого не сделал, но труп того ребенка в морозилке заставит сделать и не такое.       Первое, что он сделал — набрал телефон мастерской дяди Бобби и услышал знакомый хрипловатый голос:       — Мастерская Боба Сингера.