ВП

      - Как вы себя чувствуете, молодой человек? - Задает вопрос мужчина в белом халате низким голосом.       Пит моргает. Он только что открыл глаза. Совершенно не понимает, где он. Поворачивает голову сперва в одну сторону, затем в другую. Это больничная палата. Еще бы понять, как он здесь оказался... они же были в торговом центре, приехали в какой-то супер крутой бутик, который захотел посетить господин Танкхун... неужели, на них напали?       - Молодой человек, я знаю, что говорить вы умеете. Так почему же я все еще не получил ответ на свой вопрос? - Доктор щелкает перед носом Пита пальцами, привлекая внимание к себе. - Ладно. Повторю. Как вы себя чувствуете? Что-нибудь болит?       Пит пожимает плечами. Вроде, нет. Он ранен? Двигает руками... ногами...       - А что я здесь... - спрашивает он, правда, не успевает договорить, оказывается перебит доктором:       - Полагаю, Вы хотите знать, где вы и как сюда попали? Ответ на первый вопрос - Вы в больнице. Ответ на второй вопрос - Вас доставили сюда ваши коллеги и господин Танкхун.       - А почем...       - Почему Вы оказались здесь?       Пит кивает. Еще он хочет спросить, что с Танкхуном... что с остальными?       - Все банально, юноша. Вы упали в обморок в торговом центре.       Пит облегченно выдыхает. На них не напали. А это значит, что он не настолько ужасный телохранитель, что пропустил нападение... да еще и не помнит его.              - И еще не могу не добавить, что Вы, один из самых глупых омег, которых я встречал. Как можно было додуматься до того, чтобы травить себя кучей подавителей и блокаторов без наблюдения доктора? Эти препараты должны подбираться индивидуально.       - Потому, что... - Пит не договаривает. Но на этот раз не потому, что его перебивают, а потому, что просто не знает, что сказать. Он просто стал принимать их после первой течки, а потом устроился телохранителем... приходилось постепенно увеличивать дозировки и покупать препараты более сильного действия, потому что дурацкий омежий организм не хотел сдаваться легко.       - Что же, юноша, вы довели себя до отравления. Теперь никаких подавителей и даже блокаторов в течение... минимум года. Восстановление будет сложным, скажу сразу. Вам придется нелегко.       Пит закрывает глаза. Чувствует, как медленно подступает тошнота.       - Выпишу вам курс витаминов, - доктор что-то записывает в блокнот. - И нужные препараты.       - Боже, - мысленно шепчет Пит. Кажется, это конец жизни, которой он жил... Его, точно, уволят. Или убьют, потому, что увольнений в семье Тирапаньякул не предусмотрено ни для кого.       - Вам нужно еще немного отдохнуть, - спустя несколько минут говорит доктор. И уходит, мягко прикрыв за собой дверь.       Побыть в одиночестве ему не дают. Как только доктор выходит, буквально тут же в палату врывается Танкхун.       - Пит! - Громко произносит бета, взмахнув руками, а лишь после закрывает за собой дверь, точно перед носом хотевшего следом войти Арма.       Пит тут же на ноги вскакивает с кровати, его шатает и он держится о край тумбочки. Только сейчас замечает, что на нем больничная пижама.       - Господин Танкхун, - шепчет он. - Простите...       - За что ты просишь прощения? За то, что обманывал меня... всех, о том, что ты омега?       - За то, что ты испортил Ваш поход в бутик, - произносит омега, опустив голову. Признаться, ему вовсе не хочется извиняться за то, что скрывал свою омежью сущность.       - Ты издеваешься? - Кхун кричит. Он зол. Его глаза полны злости. - Как ты... смеешь... ты... ты... ты будешь наказан! Я придумаю самое изящное наказание для тебя!       - Как пожелаете, господин, - Пит падает на колени и не только для того, чтобы показать свою покорность своему господину, причина этому - ноги как-то не держат. Тело поглотила слабость. Наверное, доктор был прав, ему нужно отдохнуть. - Я приму любое наказание, какое вы сочтете достойным моего проступка, господин.       Танкхун фыркает. Складывает руки на груди:       - Да поднимайся уже, - злости уже не так много в голосе. - Учти, я на тебя зол. И Кинну я уже сообщил.       Разворачивается и уходит.       А Пит не может заползти на кровать, ложится на пол, сворачивается клубком. Какого черта так плохо? Жарко. Стянуться бы с себя пижаму, но он не в своей комнате.              Кто угодно может войти в любой момент... доктор медсестра, Арм, Пол... ну и опять же Танкхун.       - Сам виноват, - думает омега. Признаки того, что с его организмом происходит что-то не так, он заметил еще пару недель назад, но вот только вместе того, чтобы пойти на прием к доктору он продолжил запихивать в себя подавители... - Сам виноват.              - Да господи, - шепчет он, задирая футболку до груди, но менее жарче не становится все равно. Ему плохо, но он не жалеет о том, что все эти годы принимал подавители. Ни капли сожаления в нем нет. Да и, вряд ли, когда и будет. Он не хотел быть омегой, не хочет им быть и никогда не захочет, ведь быть омегой это... стремно. Часто предвзятое отношение со стороны альф, течки... да, именно течки и есть главный фактор этой стремности, как думает Пит. Он даже не знает, какой бы у него был цикл, но он знал, что течки могут проходить с разной периодичностью. Есть те, кому не повезло течь слишком часто.

      ***

      - Будете принимать препараты строго по инструкции, - произносит доктор, перед Питом на столе уже лежит эта самая инструкция и пакет с препаратами, которые оплатил Танкхун. Так ему сказали. Он оплатил все его пребывание здесь.       Пит кивает.       - Скажу так, если хотите не угробить свое здоровье окончательно, забудьте пока что про подавители и блокаторы... можете использовать только спреи и пластыри, маскирующие запах. Никаких таблеток и уколов, подавляющих ваши физиологические особенности. Вам понятно?       Пит кивает. Нафиг ему не нужна его омежья физиология. Он даже не знает, что теперь с ним будет... он провел в этой больнице три дня, сегодня его выписывают. Танкхун больше не приходил, так что... омега думает о том, что он может просто не возвращаться... он мог бы куда-нибудь уехать. В небольшую деревеньку, где будут жить только беты... или только омеги... да нет таких.       - На прием придете через неделю к одиннадцати часам. Сдадите еще раз анализы, - доктор смотрит слишком пристально. - У вас пока не будут проявляться ваши физиологические особенности омеги... месяц точно, а потом вы станете чувствовать запахи других омег и альф, постепенно станет возвращаться ваш природный запах, ну а течки... скорее всего, их не будет дольше.       - Это очень хорошо, - говорит Пит. Да зачем ему эти течки? Чем дольше их не будет, тем лучше.       Доктор смотрит на него с упреком:       - Такой симпатичный омега, а такой глупый, - высказывается. - Нельзя шутить со своей физиологией. Вы пока молоды, видимо, даже не думаете о том, что настанет тот день, когда вы захотите детей. Встретите альфу... захотите, в общем, семью... еще бы немного и ваша функция деторождения была бы утеряна. Буквально еще пара подавителей и все.       Пит кусает губы. Конечно, доктор ему еще вчера про это рассказал. Пит думал об этом и совершенно неудивительным стало для него то, к какому выводу он пришел - не расстроился бы он совсем. Он уже давно привык к мысли о том, что не будет у него ни детей, ни альфы...       Позади доктора на стене висят квадратные часы. Пит задерживает на них взгляд, затем его взгляд скользит по стене к окну... а после и по лицу доктора... Он не может понять его половую принадлежность - то ли альфа, то ли бета, точно не омега. Приятной внешности. Почему то в голову приходит мысль о том, что этот альфа не привлекателен для него в том самом смысле.       - И самое главное, - добавляет доктор, - наличие постоянного полового партнера ускорит процесс восстановления... на самом деле, даже не в партнере дело, а просто в том, что вам не помешает секс. Много секса.       Пит буквально чувствует, как его уши краснеют. А вот бесстыжий врач продолжает:       - Такому симпатичному омеге как Вы не составит труда в поиске партнера, - пальцы у этого бесстыжего доктора тонкие и длинные. - Вы омега и не стоит подавлять свою природу.       Пит краснеет еще больше. Конечно, природа омеги - это секс, секс, секс... по крайней мере, так думают многие. Пит же думает, что альфы, которые так думают - козлы, которым нужно отрывать яйца. Потому что Пит помнит соседского омегу постарше, которого в семнадцать лет... Пит бы голыми руками вырвал им глотки... нет, сперва он бы сломал им пальцы, по одному, затем... это было бы долго и больно. Он бы наслаждался их криками и мольбами о пощаде, которой они не заслужили.       - Ох... - доктор удивленно восклицает. - Не воспринимайте мои слова так... с таким гневом. У вас в глазах столько злости... Секс - это наша человеческая потребность. Не стоит его бояться.       У Пита нет перед сексом страха. Он даже не думал о нем никогда, подавители, которые он принимал, работали очень хорошо. А злость в его глазах сейчас вовсе не от слов доктора, а от мыслей о расправе... он и не сразу понимает, что его рот слюной наполняется, как только он представляет как могли бы орать те мрази...       Секс ради секса. Нет. Это не про него.       - Ладно. У меня через десять минут другой пациент. До скорой встречи, Пит. И, пожалуйста, не забывайте следовать точно инструкции. Не создавайте сложностей ни себе ни мне. Пока еще не все не зашло слишком далеко и можно восстановиться.       Пит вылетает из кабинета, забыв попрощаться. Его все еще немного тошнит и он не завтракал. Да и не ужинал вчера.       - Эй! Ты! - Голос Танкхуна он узнает из миллиона похожих голосов. Замерев, омега оборачивается - Танкхун стоит в паре метров от него, прислонившись плечом к стене. - Наконец-то этот докторишка тебя выпустил. - А ну стой!       - Господин Танкхун! - Пит не ожидал его увидеть здесь.       - Ты - предатель! - Кхун тычет в него своим наманикюренным пальцем. - Раз уж тебя выписали, собирай вещи и поехали уже домой.       Пит переступает с ноги на ноги.       - И долго мне еще ждать?       - Домой? А... - Пит хочет спросить о том, имеет ли он теперь права туда возвращаться?       - Кинн сказал, что ему все равно, что ты омега. Но я отказался от тебя! Так и знай! И не потому, что ты омега, а потому, что ты... обманывал меня все это время!       - А...       - Ты теперь телохранитель Кинна.       Пит кивает. Он пока еще не совсем понимает... Кинну все равно? И, о, боже... Танкхун от него отказался... омега не может не заметить, что новость эта не стала для него горькой и он едва сумел сдержать улыбку. Надоело ему смотреть кучу фильмов и сериалов, подбирать для Танкхуна наряды, выполнять все его капризы...       - Для тебя эта грустная новость, но ты сам виноват, - Танкхун отлипает от стены. На нем сегодня ярко-розовый брючный костюм и почему-то коричневые ботинки. - И учти, что свое наказание я еще не предумал.       - Благодарю, - Пит склоняет голову.       - За что ты благодаришь меня, предатель?       - За то, что оплатили мое пребывание здесь, - произносит омега.       Кхун хмыкает.       - За то, что все еще разговариваете со мной, - добавляет Пит.       Кхун сужает глаза.       - И за то, что злитесь на меня, - уже почти шепчет Пит. На самом, деле, он благодарен за все то, что произнес.       Танкхун распахивает глаза в удивлении.       - Гоподин, кто кроме Вас и господина Кинна еще знает о том, что я омега? - Телохранитель все еще не поднимает своего взгляда. В пол почему-то сейчас смотреть легче.       - Только мы двое. Арм и Пол думают, что ты просто отравился, - Танкхун вздыхает. - Все уже... иди собирайся. Я хочу домой.