(Не)курортный роман

То, насколько плохой идеей было принять предложение, Северус понимает только тогда, когда они с материю оказываются там. Франция, а точнее даже ни много ни мало Париж, встречает семью Снейп солнцем. Северус иногда всерьёз полагал, что они состоят в родстве с вампирами, потому что и он, и мать сразу морщатся и прячутся от ярких лучей. Порт-ключ привел их в какой-то уютный дворик с ровно подстриженным газоном, горшочками цветов по периметру и каменными дорожками. В далеке высилась Эйфелева башня, из-за ограды доносился шум воды. Всплески раздавались совсем близко, будто бы прямо за забором. Бодрая французская речь шла в комплекте. — Мы на месте? — Спросил Северус, стараясь не выдавать своей нервозности. В жизни ему всегда выходило боком то, что кто-то знал его настоящие эмоции, поэтому сейчас омега сдерживался. — Да. — Выдохнула Эйлин. Мгновение ее лицо озаряло такое воодушевление, что Северусу стало неловко. Затем за секунду воодушевление смыло, и Эйлин расплакалась. — Мама?! Северус совсем растерялся и огляделся в поисках хоть какого-нибудь утешения для матери. Он ведь не знал, как действовать. — Мадам Эйлин?! Северус повернулся на голос и сразу узнал того самого филина, что прилетал к ним на днях. Птица гордо восседала на предплечье незнакомого юноши. Он был выше Северуса и даже Эйлин. Голову украшали лоснистые кудри черного цвета. Одежда тоже строго черного цвета. Даже никаких украшений или самого маленького выбивающего элемента. — Я почувствовал изменения в защите, но, мадам, что случилось? Незнакомец начал приближаться. Он говорил на английском, но с мягким акцентом. Его голос в целом был мягким, не совсем подходящим к его комплекции. К высокому росту прибавлялсяеще и разлет плеч. Пусть мускулатура не бросалась в глаза, но этот человек явно не бедствовал, как Снейп. — О, Гарри! — Хныкнула Эйлин. — Я же видела тебя совсем крохой! Как же ты помнишь меня? Незнакомец – очевидно Гарри Певерелл — только мягко улыбнулся. Он совсем приблизился, а филин сорвался с руки, на которой, оказывается, была специальная перчатка для защиты от когтей, и закружил вокруг площадки. — У меня хорошая память, — сказал Гарри с грустной улыбкой, — я могу обнять вас… — А затем, поколебавшись, добавил. — Моя булочка? Эйлин разрыдалась еще сильнее и могла лишь беспомощно кивать головой, не в силах выдавить ни слова. Гарри притянул несчастную женщину к себе в объятия, но на его лице мелькнуло странное выражение. Северусу пришлось научиться различать микросигналы, чтобы выжить, и ему не понравилось то, что Певерелл какой-то мутный тип. — Извини, - сказал Гарри, обернувшись к Северусу, будто это не его мать сейчас рыдала на плече, по сути, незнакомого мужчины, — я Гарри Певерелл. Ты должно быть Северус. — Откуда ты знаешь? — Плечи Северуса автоматически поднялись. — Гарри-и-и! Оба парня отвлекаются на Эйлин, которая уже потеряла сознание. Пока Северус пребывал в шоке от странного поведения матери, Гарри быстро взял организацию отдыха для гостьи на себя. В секунду появились домовые эльфы и обеспечили Эйлин тенью от солнца, удобной софой и прохладной водой. - Думаю, лучше оставить ее здесь, - сказал Гарри, поднимая предплечье. - На свежем воздухе она быстро придет в себя. Эльфы позаботятся о ней, а я покажу тебе пока твою комнату. Что скажешь? Северус, уставший от суматохи вокруг Эйлин, с радостью согласился. Филин снова сел на руку хозяина, и Гарри повел парня внутрь.

***

- Я счастлив, наконец, познакомиться с тобой, - сказал Гарри, заходя в дом. - Откуда ты меня знаешь? - Северус старался соблюдать минимальные правила приличия, а потому не был расположен к дружеской беседе. Хотя любопытство присутствовало. - Я тебя вижу впервые. Даже больше - услышал твое имя несколько дней назад. Гарри пожевал губу, глядя на филина. Тот хлопал глазами в ответ. - Скажем так - моя мать очень интересовалась жизнью Эйлин. - В итоге ответил Певерелл. - Они не обменивались письмами, если тебе интересно, просто Вероника имела возможность иногда узнавать, как у вашей семьи дела. Северус подумал о том, насколько странным было хобби следить за своей подругой юности, но волшебники в целом странные существа. - Это твоя спальня. - Провозгласил Гарри, открывая дверь левой рукой. Северус буквально кожей почувствовал, как от интерьера веет богатством. Белые простыни - идеально выстиранные - и подушки. Кровать будто с периной (это настоящая перина?). Большое зеркало на стене с туалетным столиком, на котором уже было составлено всё для умывания. Тумбочка с настольной лампой, несколько подобных же светильников на стенах, особенно над кроватью. Легкие шторы, повязанные кружевной лентой, открытые двери на личный болкон (потому что воздух в Париже, конечно же, приятнее, чем в Паучьем тупике). В углу кресло с маленьким столиком и пуфик возле кровати. - Ты и мадам Эйлин будете жить у меня, - ведал Гарри, пока Северус думал о том, как неуместно он здесь смотрится. - А для остальных гостей есть отдельный дом дальше по улице. - Они оказались недостаточно бедны, чтобы хозяин протянул им руку помощи? - Съязвил омега. Гарри посмотрел на него невпечатленным взглядом. - Не думаю, что тебе хотелось бы жить с еще шестьюдесятью незнакомцами в доме. Могу предложить сделать это, если отдельная комната не устраивает. Северус даже фыркнул от того, как быстро тон хозяина сменился на раздражённый. Он-то уж подумал, что имеет дело с типичным богатым ребёнком, играющим в благородство. Оказывается ошибался. - Нет, комната подойдёт. - Сказала омега и вступил внутрь. Он всё еще считал, что смотрится неуместно, шкаф в углу с еще одним зеркалом на двери только подтверждал это, но Северусу не привыкать не вписываться в окружение. - Хорошо. - Кивнул Гарри. - Комната мадам будет... Его прервал резкое движение филина. Тот сорвался с руки и бесшумными движениями перелетел комнату, приземлившись на спинке кресла. Большие когти уперлись в мягкие подушки, но не испортили их. - Вихрь? - В голосе Гарри слышался неподдельный шок. - Ты чего, малыш? Идем назад. Но филин не сдвинулся с места. Он издал низкое «уху» и поплотнее присел на спинку. - Кажется, вас бросили, мистер Певерелл. - Не сдержался Северус. - Месье, - поправил Гарри и посмотрел на Северуса подозрительным взглядом. - Он никогда не идёт на контакт сам. Что ты сделал? Северус понятия не имел, чем угодил птице, но говорить об этом вслух не собирался. - Секрет. - Ухмыльнулся омега. Гарри пришлось оставить Вихря в комнате Северуса, проинструктировав не закрывать балкон. Снейп гладил филина по голове в это время, заставляя взгляд Гарри наполняться замешательством всё больше и больше.

***

- Вероника не писала мне. Комната Эйлин располагалась напротив комнаты Северуса, так что юноша увидел свою мать, когда позже их позвали на обед. Омега надел новые вещи из скудных пожиток, которые он и Эйлин привезли с собой. Вихрь вылетел из комнаты - стоило эльфу упомянуть слово «обед» - через балкон. Сейчас Гарри, Северус и Эйлин сидели за прозрачным столом в столовой. Все комнаты в доме были относительно небольшими, но хорошо обставленными и приятными глазу, особенно когда от солнца закрывали шторы. Эйлин расспрашивала Гарри о Веронике и, если сначала Гарри охотно отвечал, что теперь его ответы становились всё меньше и суше. - Я еще не разбирал ее вещи, - ответил Гарри, пытаясь скрыться от назойливых вопросов за бокалом вина. - Возможно, среди них есть письмо для вас. - Было бы здорово, - вздохнула Эйлин. Северуса волновала только вкусная еда. Он никогда не пробовал настоящей французской кухни, но теперь пришел к выводу, что она ни чем не отличается от английской. Либо просто сегодня им подавали всё на английский манер. - А еще сегодня будет вечеринка! Гарри прервал Эйлин на полуслове. Она опять начала говорить что-то про Веронику, и даже Северусу это надоело. Однако Снейп считал, что Певереллу должно быть приятно вспомнить свою мать, которая только что скончалась. Особенно с человеком, которому она так же была дорога, но Гарри не только не горел желанием говорить о Веронике, но и голос снова засочился раздражением, как ранее при разговоре с Северусом. - Точнее банкет, - Гарри прочистил горло и постарался вернуть вежливую улыбку на лицо, - возле Эйфелевой башни есть ресторан, который Вероника очень любила. Ужин будет проходить там, и вы встретите много старых друзей. - Ох! Как же Северуса раздражала его мать. Всю его жизнь она казалась холодной ледышкой, а сейчас выдавала эмоции больше, чем за предыдущие семнадцать лет. - Но у меня совсем нет подходящего платья. Я-я думала, мы могли бы побыть здесь... - Вероника бы этого хотела. Я займусь нарядами, не переживайте. И вы, и Северус будете достойно выглядеть на банкете. - Я не хочу идти, - вставил Снейп. - Северус! - Зашипела Эйлин. И вот теперь она была ближе к той женщине, что омега знает. - Я тоже. - Быстро ответил Гарри, но потом бросил взгляд на Эйлин, будто что-то вспомнив, и добавил. - В таком виде. Э-э, мне тоже нужно будет переодеться. Так что спасибо за ужин. Обед, но мне пора. Видя как поспешно хозяин дома покидает гостей, Северус заулыбался, но тут же тяжелая рука матери ударила его по лицу. - Веди себя нормально! - Тихо взвизгнула она. - Нас пригласили в такой дом! На такое ужасное событие, а ты так говоришь! Не позорь меня! - Это ты веди себя нормально! - Огрызнулся омега, хватаясь за щеку и откидывая столовые приборы. - Строишь из себя овечку! Я знаю, кто ты на самом деле, не притворяйся! Я буду делать, что хочу, ты мне больше не указ! - Северус Снейп! Не смей со мной так разговаривать! Ты мой сын! - И официально совершеннолетний! Еще раз тронешь меня, я отсеку тебе руку! Ты знаешь, что я сделаю это, вспомни папочку! Эйлин вздрогнула. Да. Именно этого Северус добивался. Стоило Вихрю покинуть их дом, как Тобиас снова вообразил себя хозяином жизни. Жену он смог избить, а вот Северусу исполнилось семнадцать. По закону волшебного мира он стал совершеннолетним, и Министерство больше не могло следить за его магией. Только отец посмел снова поднять на сына руку, на той руке уже не хватало пальцев. Эйлин прекрасно всё поняла - это читалось в ее взгляде.