Мистер Пятница

4 июля 2025 года. Пятница. — То есть ты больше не злишься? — спросил Чонгук, открывая Тэхёну дверь автомобиля, пока водитель укладывал его чемодан в багажник. Тэхён усмехнулся, видя, как пристально Чонгук осматривает его внешний вид, чувствуя внутреннее удовлетворение от осознания, что несколько часов, потраченных в магазинах, не прошли даром. Будто проверяя правильность расположения кулона на груди, Тэхён словно невзначай коснулся кожи, после опуская пальцы ниже до места, где глубокое декольте практически доходило до пупка, но все же скрывало его от посторонних глаз. Сделав вид, что пристально наблюдает за тем, насколько бережно укладывают его вещи, Тэхён лишь боковым зрением следил за реакцией Чонгука, теперь осматривающего глубокие прорези по бокам и сужающиеся к плечам полоски ткани, скрывающие омежью грудь, но не оставляющие простора для фантазии. — Неуместное замечание, — ответил Тэхён, оглядываясь на дом, будто среагировал на шум, демонстрируя альфе, то, как на нем держался его белый струящийся комбинезон: завязки на штанах, висящие бантиком на пояснице, и перекрещенные на спине полоски шелка. — Нужно быть глупцом, чтобы собственноручно портить свой отдых, — начал он, садясь на заднее сидение, — из-за ситуации, которую уже не исправить. Тем более, — подчеркнул он, подняв взгляд на Чонгука, замершего около двери, которую уже собирался захлопнуть, — я собираюсь выжать из этой поездки максимум, так что никакой негатив не перекроет моё предвкушение. Взглядом проследив за тем, как взмыла белая ткань широких штанин, когда Тэхён закинул ногу на ногу, Чонгук фыркнул и, цокнув языком, закрыл дверь, направляясь к противоположной стороне, разминая напряженную шею. Добравшись до небольшого аэропорта, обслуживающего исключительно частные рейсы, Чонгук отпустил водителя, передал их вещи и документы сопровождающему персоналу и, положив руку Тэхёна на сгиб своего локтя, повёл его внутрь, понимая, что для того подобный перелёт в новинку. Пройдя все контрольные процедуры, Чонгук вывел их к просторному залу ожидания, где их встретили новые сопровождающие, угодливо предлагающие еду и напитки. — И тут даже нет чего-то наподобие «Дути Фри»? — спросил Тэхён, занимая одно из мягких кресел около круглого столика, с толикой лености в движениях оглядываясь по сторонам. С трудом оторвав взгляд от медового цвета кожи, мерцающей в лучах восходящего солнца от втёртого в нее крема, Чонгук поднял взгляд на требовательные карие глаза и ответил: — Есть, — произнес он, кивая себе за спину. — Правда, я никогда не понимал смысла его нахождения здесь, всё же частные самолеты не предполагают долгих часов ожидания своего рейса, — заметил Чонгук, сразу добавляя: — Нас уже довольно скоро пригласят на посадку, потому что самолет и экипаж уже готовы. — Ну представь, — заговорил Тэхён, прерываясь на подошедшего официанта, принесшего заказанный им клубничный молочный коктейль. — Приезжаешь ты так в аэропорт и понимаешь, что купальник остался висеть на сушилке. — Что мешает купить его по прилете? — вступая в дискуссию, спросил Чонгук, опуская взгляд на губы, обхватившие трубочку. — А может, я хочу сразу с самолета в море, а не тратить время на магазины, — обозначил Тэхён, облизав губы языком и вновь плотно обхватив трубочку, втягивая в себя любимый сладкий вкус. — У нас свой пляж, — хрипло выдохнул Чонгук, прочищая горло и заставляя себя перевести взгляд на глаза Тэхёна, всё равно видя, как лукаво изогнулись его губы перед ответом. — Хочешь, чтобы я был там голым? — тихо уточнил тот, слегка склонив голову к плечу и с любопытством смотря на альфу. — Согласишься? — не веря, выдохнул Чон, пристально смотря на Тэхёна. — Смотря насколько там уединённый пляж, — высказался Тэхён, стрельнув в альфу взглядом, полным игривых искр. — Вполне, — подтвердил Чонгук, кивая. — Это что-то наподобие маленькой бухты, огороженной невысокими скалами, поэтому соседи или те, кто находится в доме, не видят происходящего на берегу. — Тогда я подумаю, — обещающе произнёс Тэхён, допивая напиток до хлюпающих звуков. — Мало? — подметил Чонгук, уже оглядываясь в поиске официанта. — Нет, достаточно, — остановил его Тэхён, откидываясь на спинку кресла и скрещивая руки на животе. — Кто еще там будет? — Охрана и прислуга, — ответил Чонгук, пытаясь вспомнить, говорил ли он это Тэхёну ранее или то было лишь в его размышлениях об отдыхе. — Твои родственники? — продолжил расспросы Тэхён, прищурив глаза. — Ты думаешь, что я везу тебя знакомиться с родителями? — с мягкой улыбкой высказал догадку Чонгук, склонив голову набок. — Нет, их там не будет. — Я пытаюсь понять, как мне стоит себя вести, — объяснил Тэхён, закатив глаза и подавшись ближе к столу, укладывая локти на столешницу, свешивая предплечья с его края. — У тебя же там явно не приходящая прислуга. В каком статусе ты меня им представишь? — Моего омеги, — строго указал Чонгук, прямо смотря на Тэхёна, выдерживая его пристальный взгляд. — Им не нужно знать подробности наших взаимоотношений. — Ты же понимаешь, что эта новость дойдет до твоих родителей? — утверждая, нежели спрашивая, с нажимом разъяснил Тэхён. — И что? — усмехнувшись, спросил Чонгук. — У меня не может быть омеги? — Может, — легко произнес Тэхён, соглашаясь и кивая. — Но только я не твой омега. Что ты будешь делать, когда они захотят со мной встретиться? — Змейка, — понизив тон, ласково обратился Чонгук, подавшись ближе к Тэхёну, взглядом оглаживая контуры гравюрных глаз, — мне не двадцать лет, чтобы родители могли что-либо требовать от меня в плане моей личной жизни. Но я всё же настоятельно прошу, чтобы ты вёл себя как мой парень, с этим разобраться будет намного проще, чем с правдой. С лёгкой усмешкой Тэхён поднял левую руку и, подперев ладонью лицо, проговорил: — Ты хоть понимаешь, что тем самым даешь мне карт-бланш на самого себя? — Ты же сам сказал, что хочешь выжать из этой поездки максимум, — оскалисто улыбнувшись, напомнил Чонгук, опуская взгляд на рот Тэхёна, который на долю секунды прикусил нижнюю губу. — Так дерзай, — разрешил он, резко поднимая взор на карие глаза. — Вот только у этого есть оборотная сторона, — обличая, продолжил Тэхён, вновь откидываясь на спинку кресла, увеличивая между ними дистанцию. — Ты тоже будешь вести себя со мной как со своим парнем, — смотря на альфу не моргая, он уверенно добавил: — Не думай, что я не понимаю, чего ты добиваешься. — Тэхён, — пуская в тон едва заметную грудную вибрацию, обратился Чонгук, — давай просто проведем эти четыре дня, наслаждаясь отдыхом. — И не обсуждая мотивы нашего поведения? — с усмешкой иронично продолжил тот. — И не обсуждая мотивы нашего поведения, — повторил за ним Чонгук, подтверждая верность его догадки. — Надеюсь, ты запасся достаточным количеством презервативов, — четко обозначил Тэхён, твердым взглядом впиваясь в альфу, — потому что есть границы, за которые я тебе не позволю переступить. — Ты делал аборт? — спросил Чонгук, внутренне холодея от прострелившей догадки и опасаясь возможной правды. — Нет, — без колебаний ответил Тэхён. — И надеюсь, что мне никогда не придется его делать, — высказал он, продолжая через пару мгновений, видя, что жесткость в мимике Чонгука не исчезает. — Когда-нибудь я захочу ребенка, и я не планирую потом годами пытаться его сделать. — Хочешь с первой попытки? — предположил Чонгук, вспоминая про отказ от противозачаточных, предполагая, что дело совсем не в их непереносимости. — А что в этом криминального? — отбил Тэхён, вопросительно приподняв брови. — Ничего, — поддержал его Чонгук, кивая на его живот. — Мне вообще нравится идея, что ты там чист. — Что значит «чист»? — твердо переспросил Тэхён, сразу же продолжая: — То, что у меня нет венерических, или что во мне никогда не было альфьей спермы? Если второе, то вынужден тебя расстроить, однажды я все же проморгал сцепку, при которой презерватив порвался, отчего мне пришлось пить экстренные контрацептивы. — Так вот, значит, почему ты… — начал Чонгук, но прервался в момент появления сотрудника аэропорта. — Мистер Чон, ваш самолет готов, — услужливо оповестил тот в легком поклоне. — Прошу вас и вашего спутника проследовать за мной. Поднявшись и подав Тэхёну ладонь в приглашающем жесте, Чонгук дождался ощущения тепла чужих пальцев и повёл того к выходу на посадку, невольно продолжая размышлять над только что услышанным. Оказавшись у трапа, Чонгук пропустил Тэхёна вперёд, ловя на себе его красноречивый взгляд, который Чон осознал только тогда, когда перед его лицом оказался вид на соблазнительные округлости, неторопливо двигающиеся из стороны в сторону, словно гипнотический маятник. — Экипаж тоже твой? — спросил Тэхён, когда они оказались внутри. — Что? — переспросил Чонгук, поднимая взгляд и отвечая с опозданием: — Нет, — произнес он, оглядываясь на стюардов, с которыми только что поздоровался на автомате. — Экипаж предоставляет отдельная компания. Внимательно осмотревшись, Тэхён поставил свою сумку на ближайшее сидение и уточнил: — Это каждый раз разные люди? — Не совсем, — отозвался Чонгук, жестом предлагая Тэхёну присесть, намекая на приближающееся время вылета. — Я уже давно отобрал для себя четыре команды, поэтому на мои заказы высылают кого-то из них. — Ясно, — сухо бросил Тэхён, хмуро посмотрев поверх плеча Чонгука, и занял кресло, пристегиваясь. — Если хочешь что-то из еды или напитков, то можешь попросить, — предложил Чонгук, занимая соседнее место и проведя ладонью по бедру Тэхёна. — Спасибо, не хочу, — рвано отозвался тот, закидывая ногу на ногу и цокая, когда Чонгук в последний момент убрал свою руку. — Это займет всего лишь час, так что даже не успеем устать, — пояснил Чонгук, удобнее размещаясь в кресле, расставляя ноги. — Сколько омег ты возил этим самолетом? — мрачно спросил Тэхён, наблюдая за стюардами, суетящимися у входа, видя, как те напряглись от его пристального внимания. — Только Хамина, — ответил Чонгук, глянув в окно, убеждаясь, что самолет пришел в движение и направляется к взлетной полосе. — Так что, — продолжил он, подвинувшись к Тэхёну и шепча ему на ухо: — не переживай, они не подумают, что ты мальчик по вызову. Я подобным никогда не страдал. — Единственные, кто тут переживает, — перенимая его интонацию, заговорил Тэхён, чуть повернув лицо к альфе, — так это твои бортпроводники. — Почему? — недоуменно поинтересовался Чонгук, бросив взгляд на пристегнутых омег, сидевших в своей зоне. — Слишком красивые, — отметил Тэхён, слегка наклоняя голову, отчего Чонгук вернул внимание его карим глазам. — По фигуре и по личику выбирал? С усмешкой Чонгук вновь положил свою ладонь на ногу Тэхёна, с силой протискивая пальцы между его бедер, сжимая упругую плоть. — Это премиум-компания, — начал он свои пояснения, внимательно смотря на Тэхёна. — Тут все омеги красивые. Но нет, — резко продолжил Чонгук, не давая тому вклиниться, — я выбирал пилотов, а команда к ним уже прилагалась. Я могу, конечно, поменять кого-то на свое усмотрение, но это лишняя морока и вероятность того, что к моему полету нельзя будет собрать тот списочный состав, который я хочу, ведь кто-то может быть на вылете у другого клиента. — Они прилетят за нами в понедельник? — спросил Тэхён, невольно откинувшись на сидение, когда самолёт пошёл на взлёт. — Нет, — произнес Чонгук, когда самолет преодолел первые воздушные барьеры и вышел на плавный подъем. — Они привязаны к самолету, поэтому будут на Чеджу, пока мы не полетим обратно, — усмехнувшись, он повернул голову к Тэхёну и уточнил: — Разумеется, они будут жить в гостинице, а не с нами. Согласно угукнув, давая понять, что он услышал его слова, но не впечатлялся ими, Тэхён уперся затылком в подголовник, закрыл глаза и периодически сглатывал слюну, пытаясь таким образом разрушить эффект заложенных ушей. — Ты член клуба десятитысячников? — вопросительно выдал Тэхён, когда погасло табло, требующее пристегнуть ремни, и омеги стали подниматься со своих мест, спешно расправляя плотную шторку между их зоной и основной частью. — Я никого из них не трахал, — с усмешкой ответил Чонгук, убирая свой ремень безопасности и проделывая аналогичные манипуляции над пахом Тэхёна. — Замечательно, — съязвил Тэхён, поворачиваясь к Чонгуку и упираясь предплечьями в подлокотник, пронзительным взглядом впиваясь в черные глаза. — Но это не ответ на мой вопрос? — В задней части самолета есть спальня с полноценной кроватью, — отозвался Чонгук, подаваясь ближе к Тэхёну, проводя носом по его щеке до виска и оставляя легкий поцелуй на ушной раковине. — Было бы странно, если бы я ни разу этим бы не воспользовался, — добавил он, замирая от ощущения юрких пальцев, расстёгивающих его рубашку. Фыркнув, Тэхён отодвинулся и поднялся, расправляя на себе комбинезон, проверяя крепость завязанного на пояснице бантика. — Кровать? — иронично хмыкнул Тэхён, смотря на Чонгука сверху вниз. — И потерять весь антураж подобного секса? — Антураж? — вторя его манере, переспросил Чонгук, не отводя взгляда от омеги, положив ладонь на его бедро и поднимаясь ею выше, слегка буровя ткань. — Это туалет в самолёте? — Отказываешься? — уточнил Тэхён, удивлённо вскидывая брови. Потрясенно смотря на уходящего в сторону туалета Тэхёна, Чонгук последовал за тем только через несколько секунд, и то под влиянием бешено стучащего сердца, которое ударами вытолкнуло его наверх. Мысленно радуясь тому, что возродил в себе привычку всегда носить один презерватив в заднем кармане брюк, Чонгук зашел в более просторную, чем на рейсовых самолетах, комнатку, которая, несмотря на это, все равно оставалась туалетом. — Может, в спальню? — попытав удачу, еще раз предложил Чонгук, становясь за спиной рассматривающего себя в зеркале Тэхёна и опускаясь к его плечам с поцелуями. — Не хочу, — сипло прохрипел Тэхён, через отражение смотря на альфу, распаляющего себя и его пылкими касаниями. — Всё должно быть, как у обычных людей. — Как пожелаешь, — отозвался Чонгук, скользя ладонями по мягкой коже на спине Тэхёна, цепляя перекрещенные над его позвонком тканевые линии. — Вот только твой эффектный наряд для подобного не очень предназначен, — усмехнулся он, через зеркало наблюдая за поддающимся его ласкам омегой и опуская ладонь ниже, развязывая бантик и позволяя более не удерживаемой ткани опуститься ниже, провиснуть, открывая обзор на телесного цвета бельё. — Сюда-то я доберусь, — выдохнул Чонгук в черные волосы Тэхёна, через тонкую ткань проводя ладонью по промежности омеги, не разрывая их зрительного контакта, — но вот спереди ты будешь мокрым, — пояснил он, перемещая ладонь вперед под его одеждой, касаясь уже напряженного члена. — А твой чемодан мы сдали в багаж. — Так сними его, в чём проблема? — тихо выдал Тэхён, откидываясь на грудь Чонгука и наслаждаясь движениями крепких пальцев, наблюдая за альфой из-под полуприкрытых век. — С удовольствием, — выдохнул Чонгук, поднимая ладонь выше и слегка надавливая на низ живота Тэхёна, прижимая его ягодицы к своему паху, давая почувствовать возбуждение. — Вот только скажи, как это сделать. Не сразу осознав суть вопроса, Тэхён тихо посмеялся и, открыв глаза, выпрямился, слегка отодвигаясь от Чонгука. Дразняще смотря в черные омуты через отражающую поверхность, Тэхён подцепил полоски ткани на своей груди, снимая их на манер рюкзака, и, спустив ткань ниже, нагнулся в меру возможностей ограниченного пространства и стащил уже брюки с ног, поочередно вытаскивая-вдевая ступни в босоножки на тонкой плоской подошве. — Ничего сложного, — уверил Тэхён, расправляя комбинезон и вешая его за лямки на крючок на двери, сразу поворачиваясь к зеркалу, ловя шальной взгляд Чонгука и приспуская белье, оставляя его на бедрах, позволяя ткани вдавиться в упругую плоть. — Ну же, давай, посвящай, — провоцирующе промурчав, выдохнул Тэхён, упираясь ладонями в край раковины и прогибаясь в пояснице. Резко выдохнув, Чонгук придвинулся, припадая поцелуями к шее, иногда цепляя губами металл украшения, при этом пытаясь как можно быстрее справиться с ремнем и замком на штанах. Вытащив из кармана презерватив, Чонгук столкнул брюки и белье к коленям, зубами вскрывая упаковку. Отбросив обертку в раковину под насмешливый взгляд Тэхёна, Чонгук раскатал защиту по всей длине, проверяя плотность прилегания под основанием узла, и поднес головку к расщелине, другой рукой оттягивая ягодицу Тэхёна, не только облегчая доступ, но и позволяя увидеть нити смазки, натянувшиеся между половинок. Толкнувшись внутрь, Чонгук остановил себя, когда Тэхён резко выкинул правую руку вперед, упираясь ею в зеркало, и вогнал член до конца более плавным движением, жадно впиваясь взглядом во влажный след от чужой ладони. Придерживая Тэхёна под животом, прижимая его к себе, Чонгук целовал его лицо, двигая бедрами в быстром и резком темпе, шлепая прессом по ягодицам и разнося по помещению громкий хлюпающий звук, от которого у него буквально кружилась голова и темнело перед глазами. Вгоняя себя в Тэхёна вместе с узлом, Чонгук тихо рычал в его волосы, чувствуя, как на каждом обратном движении он вытаскивал из омеги порцию смазки, в итоге оказывающуюся на его паху и ягодицах Тэхёна, слепляя их чисто номинально, но до отчаяния символично. — Давай попробуем сцепку? — хрипло предложил Чонгук, поднимая одну ладонь по груди Тэхёна и несильно сжимая его горло, приподнимая лицо, дабы видеть затянутые пеленой возбуждения карие глаза. — Если уж попадать в клуб десятитысячников, то с размахом. — У меня не настолько поплыл мозг, как ты мог подумать, — сбивчиво из-за продолжающихся толчков ответил Тэхён, откидывая голову назад, уменьшая давление на шею. — Я не знаю, с кем это у тебя случилось, — продолжил Чонгук, настаивая и не отпуская взгляд Тэхёна, — но то был явно не презерватив для сцепки… — А у тебя именно он, — усмехнувшись, перебил его Тэхён, на последнем слове переходя в сдавленный стон, когда Чонгук толкнулся сильнее и резче. — Всегда он, — уверенным тоном уточнил Чонгук, надавливая грудью на спину Тэхёна, сгибая того сильнее и меняя угол проникновения, раскрывая его для себя еще сильнее. — Это нанополимер… — Стоящий бешеных денег, — хмыкнув, вклинился Тэхён, как-то уже слышав про презервативы, которые не только обладали запредельной прочностью, но и меняют цвет при проникновении в среду, страдающую ЗППП. — Он не порвется, — убеждая, продолжал Чонгук, увеличивая темп, упиваясь тихим протяжным звуком от Тэхёна, который тот тянул на одной ноте. — Нужно вытравливать из себя плохие воспоминания, заменяя их приятными. Я обещаю, — пророкотал он, чувствуя, как петля внутри омеги начала пульсировать, предвещая скорый конец, — тебе понравится. — Я выброшу тебя с этого же самолёта, — рвано выговаривал Тэхён, смотря на Чонгука потемневшим взглядом, — если он порвётся. Уже открыв рот, чтобы продолжить уверения, Чонгук с громким звуком клацнул зубами, смыкая губы, лишь через мгновение осознавая услышанное. Вдавив себе до самого конца, одновременно толкая внутрь и притягивая Тэхёна к себе навстречу, Чонгук слегка повел узлом из стороны в сторону, провоцируя петлю, и с трудом сдержался от укуса, когда с истерзанных омежьих губ сорвался отчаянный стон, который явно достиг слуха стюардов даже через шум двигателей. Обхватив Тэхёна руками, Чонгук зарылся носом в черные локоны и упивался чуть солоноватым вкусом на своих губах при поцелуях, оставляемых им у корней волос. Закрыв глаза, Чонгук наслаждался не только эмоциональной эйфорией от осознания, что ему позволили, но и ощущая, как идеально его размер подошел Тэхёну, лишь слегка продавливая вход в его омегму, которая уже бы наполнялась его спермой, если бы не защита, оставляющая семя за прозрачным барьером, заставляя омегу рвано хватать ртом воздух из-за распирающего чувства не только у входа, но и по всей длине. Обмякнув в руках альфы, когда его петля отпустила чужой узел, Тэхён резко выдохнул, схватившись пальцами за его предплечья, боясь, что тот его отпустит, и он рухнет на пол. — Всё хорошо, — мягко прошептал Чонгук ему на ухо, морщась от давления стенок омежьего нутра, пытающегося выдавить его наружу из-за опадающего возбуждения. — Расслабься, я держу тебя. Спасибо, — тихо вымолвил он, оставляя поцелуй на влажном виске. — Это была лучшая сцепка за всю мою жизнь. — В туалете самолета, — с насмешливой издевкой выдал Тэхён, начиная чувствовать силу в ногах. — Дело же не в месте, — беззлобно упрекнул его Чонгук, воруя лёгкий поцелуй с его губ и осторожно отпуская Тэхёна, будучи готовым вновь его подхватить. — А в омеге. Хрипло простонав, когда Чонгук начал вытаскивать из него член, вокруг которого был наполненный презерватив, Тэхён вновь схватился за край раковины, прогнулся и закусил губы, чувствуя, как его распирает от объема, который он ранее не ощущал. — Всё, всё, — ласково произнес Чонгук, касаясь губами между лопаток омеги, не удержавшись и лизнув по позвонку, отчего Тэхён задрожал и уронил подбородок на грудь. Заметив, как тонкие, едва заметные волоски на его загривке встали дыбом, Чонгук довольно проурчал и принялся аккуратно снимать с узла презерватив с собственной спермой, которой было на порядок больше, чем при обычном сексе. Уже собираясь завязать край прозрачной защиты в узел, он остановился, когда на его ладонь опустились прохладные пальцы повернувшегося к нему Тэхёна. Безропотно отдав тому немного пружинивший из-за тяжести нанополимер, Чонгук с удивлением наблюдал за тем, как Тэхён слил его сперму в унитаз, смыл ее и выбросил в урну пустую защиту. Выдернув несколько салфеток, Чонгук слегка смочил одну их сторону и, заведя ладонь Тэхёну за спину, принялся вытирать остатки его смазки с ягодиц и между ними, аккуратно касаясь ещё чувствительного входа. — То есть пояснять это ты не собираешься? — спросил Чонгук, кивая на унитаз, видя, что глаза разморенного Тэхёна были прикрыты не до конца. — А что тут объяснять? — риторически выдохнул Тэхён, также надергивая салфеток, смачивая их и убирая искусственную смазку из презерватива с члена Чонгука. — Я не собираюсь оставлять им, — выдал он, мотнув головой в сторону двери, — такой сувенир. Тихо посмеиваясь, Чонгук протер салфетками раковину, убирая лишнюю смазку, вышедшую из члена Тэхёна при оргазме, и, забрав упаковку из-под защиты, выбросил всё это в урну. — Тэхён, — позвал его Чонгук, бережно поднимая с его бедер белье и натягивая ткань на пах и ягодицы, — даже если у кого-то из них сейчас течка и он влил бы в себя эту сперму, то это ничего бы не дало. Этот нанополимер содержит нейтрализаторы ферментов и гормонов, так что сперматозоиды померли там же в первые мгновения. Последовав примеру Чонгука, Тэхён сложил его альфье достоинство в поднятые им хипсы, после занявшись брюками с рубашкой, и заговорил: — Не всегда вопрос сводится к беременности, — пояснил он, наблюдая за тем, как Чонгук снял его комбинезон с крючка и озадаченно крутил его в разные стороны, пытаясь понять, где перед, где зад. — Есть еще момент фетиша или просто наживы. — Ты о чём? — озадаченно уточнил Чонгук, опускаясь на корточки и собирая штанины, предлагая Тэхёну вдеть в них ноги. — Это же целый бизнес, — потешаясь, протянул Тэхён, позволяя Чонгуку облачать его в белый шелк по уже известной схеме одевания замысловатых полосок, — когда люди из приближенного обслуживающего персонала продают такие презервативы за немалые деньги, — озвучил он, замолкая на мгновение из-за потрясенного взгляда альфы. — Понятно, что от подобного ребенка не понести, но вот попробовать на вкус альфу, который в обычной жизни недоступен, вполне возможно. — Ты сейчас серьезно или придумываешь, чтобы шокировать меня? — недоуменно выдал Чонгук, смотря на повернувшего к зеркалу Тэхёна, который поправлял на себе одежду и волосы, кривя губы на немного слипшиеся от пота виски. — Спустимся на землю, покажу такие объявления, — сказал Тэхён, со смехом добавляя на широко распахнувшиеся глаза альфы. — Я там ничего не покупал и никого не выискивал, просто в какой-то момент эта новость разлетелась как пожар, и мне тоже свойственно любопытство, — разъяснил он, вновь разворачиваясь к Чонгуку, проводя ладонью по его груди, после практически до конца застегивая его рубашку. — За презервативы в твоем доме я не переживаю, к моменту прихода уборщиков там уже то, что можно выпить только с последующей рвотой, а тут будет все очень свежее. — Какой кошмар, — пробормотал Чонгук, открывая кран, смачивая ладонь и протирая влажной рукой лицо. — Я же теперь буду параноить на эту тему, — постепенно переходя к шутливому тону, проговаривал он, продолжая уже с протяжным лукавством: — Может, всё же подумаешь насчет противозачаточных? Тогда я буду оставлять всю сперму в тебе, и никому другому она не достанется, — закончил Чон, мешая последние слова со смехом на кислое выражение лица Тэхёна и его возведенные к потолку глаза. Просочившись мимо Чонгука, Тэхён открыл защелку на двери и вышел в основное помещение, глубоко втягивая воздух, только в тот момент понимая, как в туалете было жарко. — Отпусти самолёт, когда прилетим, — указал Тэхён, занимая своё кресло. — Зачем? — удивленно спросил Чонгук, садясь с ним рядом. — Репетиция прошла прекрасно, — оценил Тэхён, лукаво улыбаясь и стрельнув коварным взглядом в альфу. — Теперь нужно показать этот спектакль на полноценной сцене. — То есть? — неуверенно протянул Чонгук, опасаясь предполагать и побуждая омегу продолжить. — Обратно полетим обычным рейсом, — решил Тэхён, устраивая сгиб руки на подлокотнике и подпирая раскрытой ладонью подбородок. — Ну хотя бы в бизнес-классе? — просяще уточнил Чонгук, почесав бровь и разрываясь между собственным комфортом и жгучим желанием повторить. Состроив недовольное выражение лица, Тэхён укоризненно посмотрел на Чонгука и ответил: — Там тоже может не оказаться зрителей. — Зачем это тебе? — серьезным тоном поинтересовался Чонгук, всматриваясь в искрящиеся непонятными ему чувствами карие глаза. — Просто отправь самолет обратно, а мы потом с этим разберемся, — вздохнув, указал Тэхён, отвлекаясь на появившегося стюарда, открывающего шторку между их зонами и сообщающего, что скоро они пойдут на снижение. Усмехнувшись на красные кончики его ушей и взгляд, опущенный в пол, Тэхён расслабленно разместился в кресле и пристегнулся, тотчас убирая легкую улыбку с губ, вспоминая, что при посадке уши будет закладывать также сильно. ***** — Неплохо, — сделал вывод Тэхён, когда они заехали на территорию особняка, размеры которой не удавалось охватить взглядом. — Это вообще законно — иметь столько земли в туристической зоне? — шутливо спросил он, про себя оценивая этот вопрос как вполне серьезный. — Законно, — с улыбкой подтвердил Чонгук, погладив его по коленке. — Правда, по документам это восемь разных участков, на каждого по два. — Ясно, — произнес Тэхён, кивая и самостоятельно выходя из автомобиля, как только тот остановился. — Приветствую вас, мистер Чон, — обратился к альфе появившийся на лестнице возрастной омега, по облачению которого Тэхён сделал вывод о его руководящем статусе в пределах этого дома. — И мистер… — продолжил он, поклонившись омеге и остановив слова на вопросительной интонации. — Ким, — ответил Тэхён, делая шаг навстречу, краем глаза замечая, как крепкие альфы забрали их вещи из багажника и понесли в дом. — Меня зовут Ким Тэхён, — представился он, сделав легкий поклон, отдавая должное уважение возрасту. Улыбнувшись, омега осмотрел Тэхёна, невольно задерживаясь на красивом, но достаточно открытом наряде, вслух проговаривая то, что от него требовали нормы приличия: — Приветствую, мистер Ким, — изрек он, еще раз слегка склоняя голову. — Меня зовут Чхве Инхо, я управляющий этого дома, по всем вопросам вы можете обращаться ко мне. — Здравствуй, Инхо, — вклинился в их разговор Чонгук, подойдя к Тэхёну и приобнимая его за талию. — Здравствуйте, — повторился тот, почтительно кивая. — Ваша спальня готова, мистер Чон. К сожалению, вы не предупредили, что прибудете не один, я не освободил полки в вашем гардеробе. Посмеявшись над завуалированным упрёком, потому что места в его практически пустой гардеробной хватит для всех вещей Тэхёна из Сеула, Чонгук провёл пальцами по обнажённой коже Тэхёна и подтолкнул его к лестнице, ведущей к основному входу. — Зачем? — спросил Чонгук, растянув губы в пакостливой улыбке. — Чтобы неожиданно выяснилось, что родители тоже планировали приехать сюда на эти выходные? — риторически уточнил он, улавливая, как Инхо едва заметно поджал губы. — У нас правило, — заговорил Чон, рассказывая Тэхёну, — если кто-то из семьи уже наметил поездку сюда, то присоединиться к ней можно только с разрешения. И вот однажды Чорин решил привезти сюда своего парня, — потешаясь над воспоминаниями, продолжал Чонгук, — на что Инхо сообщил, что родители уже озвучили аналогичное желание, да вот только я был с аппой в тот момент, когда Инхо звонил ему и рассказывал о возможности познакомиться с парнем Чорина, которую он им устроил, — закончил он, наслаждаясь звуком тихого смеха Тэхёна. — Я распоряжусь подать завтрак, — переводя тему, проинформировал Инхо, собираясь уходить, как остановился из-за слов Тэхёна: — Нет-нет, не нужно, — отказался тот, поворачиваясь к управляющему, вопросительно смотрящему на него. — Я хотел бы съездить в город, — обратился он уже к Чонгуку. — На сегодня у нас несколько магазинов, две выставки, кафе на завтрак, ресторан на обед, — загибая пальцы, Тэхён стал перечислять. — На ужин мы вернемся, — пообещал он уже для Чхве, после вновь поворачиваясь к альфе и продолжая: — Поужинаем, переоденемся и в клуб. — Всё распланировал? — мягко улыбаясь, спросил Чонгук, прижимая Тэхёна к себе и заглядывая в горящие предвкушением глаза. — Ты меня слушал? — с напускной досадой протянул Тэхён, цокнув языком и хмуро посмотрев на альфу. — Я же сказал, что собираюсь получить от этой поездки максимум возможного. — Хорошо, — примирительно согласился Чонгук, поднимая ладони в соответствующем жесте и кивая Тэхёну за спину, приглашая в дом. — Только давай переоденемся, — предложил он, указывая на свою черную одежду, поясняя: — Я не рассчитывал, что буду целый день на солнце. — И мне нужно сполоснуться, — поддержал его идею Тэхён, блеснув многозначным взглядом и направляясь в дом, будучи уверенным, что Чонгук его догонит и проводит. ***** — Может, уже пора домой? — спросил Чонгук, выдохнув слова на покрасневшие от поцелуев губы, на которых уже смешались вкусы их коктейлей и виски. — Ещё немного, — протянул Тэхён, ластясь к Чонгуку и обнимая его за шею. Прижав омегу к себе, Чонгук оставил поцелуй в его волосах и перевел взгляд на танцпол, расположенный внизу. Словив очередной жадный взгляд, направленный на Тэхёна, Чонгук опустил одну ладонь с его поясницы на ягодицу, разрушая завораживающую картинку для спешно отвернувшегося наблюдателя, сразу же слыша тихий смех около уха. — Да, — подтвердил Тэхён, немного отодвигаясь, но оставаясь в объятиях, — такой оберег от ухажёров работает намного лучше кольца, — пояснил он, по привычке потянув большой палец к безымянному, дабы покрутить «Слезу Востока», но провёл лишь по пустой коже: дорогое украшение он решил оставить в особняке. — Твои шифоновые штаны просвечивают, когда на них попадает яркий свет, — беззлобно заметил Чонгук, сжимая ягодицу, чувствуя под ней более плотную белую ткань боксеров, сбивающих градус провокационности этого наряда. — Я знаю, — довольным тоном произнес Тэхён, сразу оставляя легкий поцелуй на губах Чонгука. — Знал бы, как долго я искал эти комбинезоны, — добавил он, тоном показывая всю тягость этого процесса. Усмехнувшись, Чонгук сорвал с губ Тэхёна ещё один поцелуй, подняв ладони выше, придерживая того за спину, радуясь, что в противовес тонким широким штанинам у этой модели была полностью закрытая спина. — Ты очень красивый, — вымолвил Чонгук, сбивчиво дыша из-за распаляющих поцелуев. Хмыкнув, Тэхён на мгновение опустил взгляд, дабы уже в следующую секунду слишком трезво посмотреть на Чонгука и выдать: — Внешность — это всё, что тебе во мне нравится? На короткий миг оторопев, лишь за хвост улавливая пролетевший в голове вопрос о том, говорят ли за Тэхёна выпитые им коктейли или это его настоящие чувства, Чонгук уверенно посмотрел в карие глаза, на дне которых всё же был заметен дурман от алкоголя, и заговорил: — А я разве что-то сказал про твою внешность? — Ты сказал, что я красивый, — с озадаченной растерянностью припомнил Тэхён, сводя брови на переносице и впиваясь в альфу недовольным взглядом. — Для меня красота никогда не заканчивается на внешности, — подчеркнул он, продолжая после небольшой паузы: — Представь, что перед тобой сейчас появится десять визуально одинаковых Чон Чонгуков… — Какой кошмар, — с притворным ужасом ввернул Тэхён, разрушая и без того не слишком правдоподобный тон веселым смешком. — Все они будут одинаковые, — с мягкой улыбкой на губах Чонгук рассказывал дальше. — Да вот только характеры и увлечения у всех разные, — выговорил он, делая остановки между фразами, давая уставшему за день Тэхёну возможность не терять связную мысль. — Один любит адреналин во всех его проявлениях и считает, что омеги нужны только для плотских утех, второй любит оперу, балет да и любое классическое искусство, ценя в партнерах робость и целомудрие, — выдал он, сильнее улыбаясь на то, как брезгливо поджались губы Тэхёна. — Третий помешан на работе, пропадает там с утра до вечера, будучи уверенным, что место омеги на кухне и рядом с детьми, а четвертый… — Достаточно этих ужасов, — прервал его Тэхён, положив ладонь ему на грудь в останавливающем жесте. — Ты сможешь из них выбрать того, кто тебе нравится больше, с учетом того, что внешность у них идентичная? — поинтересовался Чонгук, вглядываясь в карие глаза, задумчивый взор которых был направлен сквозь него. — Все варианты ужасные, — резюмировал Тэхён, морща нос, поднимая на альфу более осознанный взгляд. — Ты не дослушал варианты, — пожурил его тот, вновь опуская ладони на талию, обхваченную широким атласным поясом. — Но в любом случае ты же понял суть. Тяжело вздохнув, признавая, что он уловил доносимую идею, Тэхён проговорил: — Из двух клыков — выбирай метку, — обозначил он, используя поговорку. — Конечно, среди такого разброса версий есть те, к кому я бы никогда даже близко не подошел, и к кому бы присмотрелся. — И это никак не связано с внешностью, — развивал свою изначальную мысль Чонгук. — Так же и с тобой, — акцентировал он, упираясь в лоб Тэхёна своим и прикрывая глаза. — Поставь передо мной десять Ким Тэхёнов, я без колебаний выберу тебя. — И что во мне такого? — хрипло спросил Тэхён, притираясь к носу Чонгука своим. — Ты мне подходишь, — искренне произнес Чонгук, видя перед закрытыми веками калейдоскоп событий сегодняшнего дня, где он наслаждался каждым мгновением рядом с Тэхёном, губкой впитывая все его предпочтения в одежде, еде, размышления насчет акций, инвестиций и рассказы про художника и фотографа, на чьих выставках они побывали. — Не представляю, чтобы ты был другим, — выдохнул он, прижимаясь к омежьим губам в давящем поцелуе. — Ты просто мной очарован, — тоном, в котором было намешано многое, парировал Тэхён, проведя ладонью по щеке альфы и поворачиваясь в его руках, чтобы теперь смотреть на танцующую толпу под ними. — Это плохо? — недоуменно уточнил Чонгук, хмуря брови. — Чтобы полюбить, нужно сначала как следует в этом человеке разочароваться, — серьезно озвучил он. — Подожди, — резко добавил Тэхён, когда Чонгук положил пальцы ему на локти и склонился к плечам с поцелуями, — это что, Хосок? Не сразу поняв, о каком Хосоке речь, Чонгук выпрямился, со спины обнимая Тэхёна, смотря в ту же сторону, что и он, через несколько секунд натыкаясь взглядом на стол, где на П-образном диванчике сидел Чон Хосок в окружении, судя по деловым костюмам и крепким фигурам, альф. — Как тесен мир, — напряжённо заметил Чонгук, невольно сильнее вдавливая спину Тэхёна в свою грудь, а ягодицы в пах. Положив пальцы на предплечье Чонгука, безмолвно прося смягчить хватку, Тэхён расслабленно оперся на него и, чуть повернув к нему лицо, продолжая наблюдать за компанией альф, выдал: — Я не собираюсь к нему бежать и предлагать вернуться, заняв место Среды, — тихо посмеиваясь, сказал он, больше чувствуя лопатками, чем слыша грудную вибрацию альфы. — Трюк с законным мужем с ним уже не пройдет, так что он достаточно опасный вариант для подобного, — пояснил Тэхён, проскользив до ладони Чонгука, держащей его за бок, кладя свою сверху и переплетая их пальцы. — С ним тебе вообще лучше не пересекаться, — предупредил его Чонгук, делая свои объятия более просторными, продолжая после вопросительного мычания: — Ему же передали управление бизнесом семьи его супруга, рассчитывая, что он будет покорным и послушным бараном на поводке, которого, если что, и под незаконные схемы подставить не так уж и жалко, — заговорил он, вовремя одергивая себя, корректируя историю, вычеркивая из нее свое имя. — Да вот только буквально первое дело, появившееся у Хосока, дало ему наглядно понять, что родственники не могут оказывать никакого влияния на его решения, отчего его откровенно понесло. Теперь он сам ведет бизнес, никого не слушает и, мне кажется, довольно быстро прогорит. — Почему? — поинтересовался Тэхён, наблюдая за смеющимся Хосоком, чокающимся бокалами с другими альфами. — Если я не ошибаюсь, — с толикой неуверенности в тоне заговорил Чонгук, прищуриваясь, словно это могло позволить ему лучше рассмотреть лица сидящих внизу людей, — то это альфы семьи Ямамото, крупные землевладельцы в Японии. Они скупают старые дома, сносят их и строят на их месте новые, да вот только там очень жесткие требования к сейсмоустойчивости новостроек, отчего вложения строительной компании возрастают в разы. — Но они, конечно же, об этом умалчивают, а по чертежам и эскизам это не бросается в глаза? — догадавшись, предположил Тэхён. — Именно, — подтвердил Чонгук, разворачивая Тэхёна к себе лицом, старательно игнорируя то, что Хосок поднял голову в их сторону и замер. — Они поэтому часто ищут застройщиков за границей, пытаясь так сэкономить, прописывая пункт о том, что все расходы, необходимые для выполнения требований японского законодательства, на себя берет строительная компания, — закончил он, сразу втягивая Тэхёна в поцелуй, вызвавший удивление в омеге, но столь необходимый Чонгуку. — Что, он нас заметил? — предположил Тэхён, включаясь в спектакль, обвивая шею Чонгука руками и притягивая его для очередного соприкосновения губ, в котором открыл рот, позволяя языку альфы проникнуть внутрь. — Не хочешь уйти в приватную комнату? — спросил Чонгук, останавливая ладони на пояснице Тэхёна, не позволяя себе вульгарно спустить их на ягодицы того, кого Хосок считает его законным супругом. — Нет, — мотнув головой, ответил Тэхён. — Не могу сказать, что я брезгливый, но трахаться на простынях, пропитанных чужой смазкой и спермой, я точно не буду. — Домой? — предложил Чонгук, урвав с губ Тэхёна лёгкий поцелуй-укус. — И что, мы так просто уйдем? — наигранно недовольно протянул Тэхён, взглядом выдавая истинно пакостливый настрой. — И чего ты хочешь? — с любопытством поинтересовался Чонгук, вспоминая, что влияние того множества коктейлей, которые Тэхён стремился попробовать по рекомендациям на форуме о путешествиях, не могло пройти так быстро. — Давай хотя бы поздороваемся с ним, — коварно хихикнув, подначивал Тэхён, провоцирующе смотря в чёрные глаза. — Ты хочешь, чтобы у него случился сердечный приступ? — поддерживая его веселье, спросил Чонгук, проведя ладонью по спине омеги и после возвращая ее на исходную позицию. — Представляешь, сколько мы тут проторчим в качестве свидетелей, если он откинется прям перед нами? — шутливо выдал он, мысленно примеряясь, насколько лично для него и его взаимоотношений с Тэхёном может быть опасным это простое «поздороваться». Изогнув губы в хитрой ухмылке, Тэхён вновь развернулся спиной к Чонгуку, сразу смотря на наблюдавшего за ними Хосока, спешно опустившего взгляд и начавшего нервно теребить салфетку. — Да, похоже, ты прав, — фыркнул Тэхён, обращаясь к альфе. — Подойдем ближе, и у него, похоже, случится истерика, — едко произнес он, вспомнив тот вечер, когда Хосок трусливо сбежал на парковке. — Домой? — еще раз предложил Чонгук, испытывая удачу. — Домой, — согласился Тэхён, кивая и первым двигаясь в сторону лестницы, ведущей на первый этаж. Оказавшись в автомобиле, Тэхён взял свой оставленный в кармане на спинке пассажирского кресла телефон и прижался спиной к боку Чонгука, сразу же обнявшему его за талию. — Он опять поменял номер, — раздраженно цокнул Тэхён, видя трехзначное число уведомлений на экране, показывая его Чонгуку. — Если бы на этот номер не было зарегистрировано столько всего, то я с удовольствием сменил бы свой. Забрав телефон из рук Тэхёна, Чонгук разблокировал его, используя графический пароль, который омега уже много раз рисовал в его присутствии, и стал просматривать сообщения от неподписанного номера, за которым скрывался Намджун, уже несколько дней просящий о встрече, о разговоре и признающийся в любви. Зайдя в приложение мобильного оператора, Чонгук переключал вкладку за вкладкой в поисках функции, блокирующей звонки и сообщения от абонентов, чьего номера нет в телефонной книге, аналогичным образом меняя настройки в имеющихся у Тэхёна мессенджерах. — То есть доставщики мне теперь тоже не дозвонятся? — с усмешкой озадачил Тэхён, наблюдавший за манипуляциями альфы. — Это всё обратимо, — заверил тот. — Успокоится, верну всё как было. — Думаю, с ним всё же нужно поговорить, — на выдохе протянул Тэхён, откидывая голову на плечо Чонгука. — Не нужно, — резко произнес Чонгук, блокируя телефон Тэхёна и кладя его рядом с собой на сидение. — Видишь же, что у него не всё в порядке с головой. — То есть то, что он испытывает ко мне чувства, — это «не всё в порядке с головой»? — дразня альфу, уточнил Тэхён, ухмыляясь. — Я не достоин того, чтобы по мне сходили с ума? — Не уводи тему в сторону. Я могу осыпать тебя целыми одами из комплиментов, — обозначил Чонгук, ладонью погладив низ живота Тэхёна через ткань его одежд, — но это не изменит того, что Намджун может представлять для тебя реальную опасность. Я сам с ним поговорю. — Ему не нужен разговор с тобой, — лениво озвучил Тэхён, чувствуя, как размеренная поездка по пустым дорогам его убаюкивает. — Ему нужно услышать всё это от меня и без твоего присутствия, чтобы он понимал, что я говорю это без давления. — А потом я буду искать тебя по всему Сеулу, — мрачно начал Чонгук, чувствуя болезненное напряжение в спине и шее, — потому что он запихает тебя в машину и увезет в неизвестном направлении. — Правда будешь искать? — посмеиваясь, спросил Тэхён, через отражение на окне смотря на профиль Чонгука. — Тэхён, — бессильно обратился к нему Чонгук, передумывая продолжать этот разговор, понимая, что тот то ли осознанно, то ли под влиянием алкоголя будет понижать градус серьезности беседы. — Позже обсудим, — добавил он, перемещая ладонь на крепкое бедро, скрытое легкой тканью. — Не сегодня, — разморенно отозвался Тэхён, прикрывая глаза. — Я отрублюсь раньше, чем ты в меня кончишь. — В тебя? — со сдерживаемым воодушевлением переспросил Чонгук, бросив взгляд на перегородку между ними и водителем, убеждаясь, что та закрыта до конца. — Не в прямом смысле слова, — дернув верхней губой, поправил самого себя Тэхён, накрывая ладонь Чонгука своей, но не скидывая ее с бедра. — Я не настолько пьян, чтобы разрешить тебе выкинуть презервативы. — А сцепку? — рискуя, спросил Чонгук, уже после произнесения коря себя за возможную поспешность. — По настроению, — к облегчению Чонгука спокойно ответил Тэхён. — Звёзды перед глазами — это, конечно, прекрасно, но я не профессиональный космонавт, чтобы осуществлять такие полёты столь часто. Тихо посмеявшись над сравнением, Чонгук оставил поцелуй в черных локонах, по неторопливому темпу речи Тэхёна предполагая, что до спальни ему придется нести того на руках. ***** 5 июля 2025 года. Суббота. — Сцепка? — сбивчиво спросил Чонгук, толкаясь между ног Тэхёна, удерживая того на весу у стены в душе. — Каждый раз теперь спрашивать будешь? — с риторической усмешкой выдохнул Тэхён, сильнее впиваясь ногтями в крепкие плечи. — Нет, я не буду сидеть на узле в душе. С досадой прорычав, Чонгук ускорил темп, вбиваясь в податливое нутро до основания, но так же быстро покидая его, не давая петле и шанса на свою поимку. — Продолжишь на той же скорости, — говоря рваными фразами, молвил Тэхён, — и у меня там появятся мозоли. Закинув ноги Тэхёна себе на поясницу, перекрещивая их, Чонгук переложил ладони на его ягодицы, растягивая их в стороны, и выскользнул из покрасневшего входа, сразу же заменяя член пальцами, с силой надавливая на петлю, подводя к финишу под звук сдавленного стона, отражающегося от плиточных стен. Опустившись с Тэхёном на пол, Чонгук сдёрнул с себя презерватив, отбрасывая его в сторону с хлюпающим звуком, и принялся спешными ласками и небрежным давлением на узел доводить себя до оргазма, наслаждаясь мутным взглядом Тэхёна и его удовлетворённой полуулыбкой. Спустив на часто вздымающийся омежий живот, с которого потоки воды сразу же смыли следы его страсти, Чонгук накрыл рот Тэхёна своим, толкаясь внутрь, но уже языком, чувствуя животное желание дотрахать того хотя бы так. — Не сожри меня, — улыбаясь в их поцелуй, попросил Тэхён на моменте вдоха, продолжая только тогда, когда их губы разомкнулись: — Какой же ты дикарь, — протянул он, облизывая свои губы, собирая их перемешавшуюся слюну. — Ещё скажи, что тебе это не нравится, — с обличающим укором выдал Чонгук, воруя мимолетный поцелуй напоследок и выходя из душа, забирая уплывший к сливу презерватив. Выбросив использованную защиту в урну, Чонгук поднял со столешницы зубную щетку, отброшенную в середине процесса из-за язвительных комментариев Тэхёна про совместные утренние процедуры, и ладонью стёр следы пасты с мраморной поверхности. Промыв щетинки, он вновь нанес белую субстанцию, намереваясь завершить начатое, краем глаза замечая, как Тэхён поднялся на ноги, теперь смывая с себя не только усталость вчерашнего дня, но и следы пылкого утра. Надев принесенные из спальни домашние брюки, Чонгук напоследок полюбовался обнаженным омежьим силуэтом и вышел в комнату, открывая балконную дверь, позволяя шуму неспокойного моря проникнуть в помещение. Вернувшись к постели, он откинулся на нее спиной, сыто потягиваясь на простынях, хранивших их смешавшийся за ночь аромат, создающий атмосферу тропического сада. Вышедший из ванной Тэхён поправил обмотанное вокруг талии полотенце и вместо планируемой гардеробной направился к прикроватной тумбочке, где загорелся экран его телефона, стоящий на беззвучном режиме. — Да чтобы его альфы подрали, — выругался Тэхён, листая список уведомлений из приложения «Чон Банка». — Ты можешь запретить ему делать мне переводы? — спросил он, поворачиваясь к Чонгуку и показывая множество уведомлений с переводом на одну вону, где обязательно шло сопровождающее сообщение от отправителя. Удивленно вскинув брови, поражаясь такой граничащей с помешательством настойчивости, Чонгук принял сидячее положение и взял протянутый телефон. — Он не клиент моего банка, — пояснил Чонгук, дотягиваясь до своего телефона, кладя на его место смартфон Тэхёна. — Поэтому могу настроить только отправку денег обратно, но тебе все равно будет приходить оповещение о неудавшемся переводе. Могу, — начал он, отвлекаясь на ввод собственного пароля, — полностью закрыть переводы на твои карты, тогда будет происходить такой же возврат, но у тебя не будет уведомления, кроме первого о блокировке, — предложил Чон, выжидающе смотря на напряженно задумчивого омегу, нервно жующего нижнюю губу. — Давай, — хмуро согласился Тэхён, рассчитывая, что Намджун также потеряет запал за ближайшие дни, а после не станет повторно проверять. Перейдя в интерфейс, созданный для контроля счетов Тэхёна, Чонгук установил нужные настройки, краем глаза улавливая, как вспыхнул экран другого телефона, догадываясь, что это оповещение из его приложения. — Распорядись, пожалуйста, насчет завтрака, — проговорил Тэхён, возобновляя свой путь до гардеробной, делая вид, что не слышал недовольный вздох Чонгука, который уже придумал слова для нового разговора о Намджуне. ***** Повинуясь напускным возмущениям Тэхёна о том, что он уже сутки на Чеджу, но так и не был на море, Чонгук вел его к их личному пляжу, горделиво расправляя плечи: он был уверен, что прекрасный вид произведет на того впечатление и поправит испорченное утреннее настроение. — Неплохо, — выдал Тэхён, копируя свои первые слова об этом доме, тихо посмеявшись на вытянувшееся лицо Чонгука и с улыбкой продолжая: — Это вообще законно? — Отошел? — с облегчением поинтересовался Чонгук, ставя небольшую сумку с полотенцами и защитными средствами на шезлонг. — Нет, — честно ответил Тэхён, скидывая с себя удлиненную пляжную рубашку, оставаясь только в купальных плавках. — Но я не хочу портить себе отдых размышлениями о том, насколько это ненормально. — Но ты же понимаешь, что нам всё равно нужно это обсудить? — не позволяя внутреннему негодованию превратиться в резкий тон, произнес Чонгук, цепко смотря на напряженно-задумчивого омегу. — Хорошо, — нехотя согласился тот, сразу добавляя: — Но давай хотя бы сначала поплаваем, — попросил он, уже делая шаг в сторону моря, воды которого били по берегу пенящимися волнами. Скинув с себя лишнюю одежду, Чонгук последовал за Тэхёном, наблюдая за тем, с какой решительной грацией тот заходил в воду. — Ты сейчас похож на Афродитиса, — бросил ему в спину Чонгук, намекая на миф о рождении бога любви и красоты из морской пены. — Афродитис? — переспросил Тэхён, размышляя над данной версией. — Ты же знаешь, что у него был муж Гефест и любовник Арес? — добавил он, поворачиваясь лицом к альфе и заходя в воду спиной вперед, и продолжая только после настороженного кивка Чонгука: — Кто же тогда ты? — с ухмылкой озадачил он, тихо смеясь, стреляя в альфу пакостливым взглядом. — Тот, кто имеет на меня все права, но кому я изменяю, или тот, с кем я предаюсь страсти, но кому не принадлежу? — Тут же нет правильного ответа? — неуверенно уточняя, озвучил Чонгук, подходя к остановившемуся Тэхёну. — Верно, — согласился тот, перекрещивая руки за шеей Чонгука. — Но мне было интересно, что ты ответишь. Ведь можно же притянуть сюда и более привычную концепцию семи грехов, — предложил Тэхён, на мгновение отвлекаясь на легкую волну, из-за которой он навалился на Чонгука, перехватившего его за талию и не давшего упасть. — Мне, несомненно, отдадут титул Похоти, — продолжил он, ощущая ровное дно под ногами и крепкие ладони на спине и пояснице. — Но какой же тогда ты грех? — с лукавым любопытством в голосе спросил Тэхён, ластясь к альфе и испытывающе заглядывая в его глаза. «Зависть», — мысленно ответил Чонгук, оставив эту реальность без подтверждающих слов, вместо этого целуя Тэхёна и опрокидывая их в море. Получив потоком брызг от отплевавшегося Тэхёна, Чонгук громко засмеялся, пропустив тот момент, когда омега подплыл ближе и, надавив ему на плечи всем своим весом, утопил его под воду, не отпуская даже тогда, когда чужие пальцы принялись настойчиво лапать его бёдра и ягодицы. Дернув Тэхёна под коленями, сразу разводя его ноги под себя, Чонгук утащил его под воду под громкий вскрик, уже через мгновение выныривая на поверхность с приятной ношей на руках, целуя омегу в шею и под подбородком. — Как так получилось, что ты стал Похотью? — выдал Чонгук, чувствуя внутренний порыв спросить об этом именно сейчас. Нерадостно хмыкнув на то, что его провокацию обернули против него самого, Тэхён слез с Чонгука и немного отплыл, размышляя над тем, с чего следует начать. — Постепенно, — не лукавя, проговорил он. — У моей семьи не было денег оплачивать мою учебу, — начал он свой рассказ, заходя чуть глубже, скрывая под водой и плечи, — поэтому я мог рассчитывать только на то, что выиграю государственный грант на обучение. В то время у меня уже и еще были нормальные отношения без всех этих особенностей, — произнес он, махнув ладонью и поморщившись, когда одна капля с его пальцев упала на щеку недалеко от глаза. — Расстался я со своим последним обычным альфой после того случая с порвавшимся презервативом, — цокнув языком, поведал Тэхён. — Он не так давно вернулся из армии, как он говорил, яйца звенели, поэтому требовал много и часто. И если наплевательское отношение к моей необходимости хорошо учиться я еще терпел, то его безразличие к сцепке без согласия и возможной беременности я не стал. Долго Богом за мной не бегал, переключившись на другого, я же сосредоточился на учебе, — закончил он, осматриваясь и понимая, что волны вновь придвинули их друг к другу. Жестом предложив Тэхёну вернуться на него, Чонгук протянул руки вперед, сразу подтаскивая к себе подплывшего ближе омегу, усаживая его себе на талию, закидывая ноги за спину и поддерживая того под ягодицу и поясницу. — И тут мы дошли до дисциплины профессора Кима, который считал, что омеги не способны разобраться в его предмете, — вернулся он к своей истории, мягко покачиваясь на волнах, не переживая за то, что его отнесет в неизвестном направлении. — Неважно, насколько хорошо ты ответишь, он все равно поставит оценку «D»: скандалов с отчислениями по его предмету он не хотел, поэтому омеги получали минимальный проходной балл, — злясь, выговаривал Тэхён. — А мне нельзя было получать подобную оценку: по условиям моего гранта мне оплачивали учебу и общежитие, только если я завершаю дисциплины на «A» или минимум «B». На всякий случай я устроился официантом в кафе, чтобы накопить денег на возможную оплату учебы, — вздохнув, он вернулся к теме и пояснил: — Розовые очки очень быстро разбились стеклами внутрь: чтобы я ни делал, оценка у меня всегда была стабильно низкой, когда альфы получали высший балл за любую мало-мальски правильную мысль. Тогда-то я и начал неторопливо соблазнять профессора, — замолчав, вспоминая детали случившегося, он заговорил после паузы: — Он долго не велся, я уже думал опустить руки, но лёд тронулся. Мне от него нужна была только оценка, а он начал давать мне денег на всякие мои прихоти. Из кафе я уволился, сосредоточившись на спасении своих грантовых выплат, но именно тогда я начал осознавать, как удобно жить, когда кто-то дает тебе деньги. — Ты получил свою оценку? — с любопытством вклинился Чонгук. — Ты сомневаешься? — подтрунивая, выдал Тэхён, укладывая свои предплечья на плечи альфы. — Я стал настоящей сенсацией в университете, но я не порвал с ним после достижения желаемого, а продолжил получать от него материальную помощь за довольно редкий, короткий, старческий секс, пока о нашей связи не узнал его супруг, — увидев настороженный взгляд Чонгука, он ответил на незаданный вопрос: — Нет, скандала не было, потому что тогда бы не только меня отчислили, но и профессора уволили. Мы разошлись тихо, вот только мне опять пришлось вернуться в кафе. Там-то я и познакомился с альфой, который мог встречаться со мной только по четвергам, пока его муж был на занятиях по вокалу. Он давал мне денег, компенсируя то, что мне приходится каждый четверг брать отгул, — фыркнув, поведал Ким. — Но у меня в этот день был официальный выходной, поэтому я опять фактически остался в плюсе. Только вот через пару месяцев его муж заболел, и встречи стали нерегулярными, денег начало не хватать, а за мной начал ухаживать владелец соседнего цветочного магазина. Его супруг по вторникам там не работал, навещая своего одеда в доме престарелых, поэтому всё как-то сложилось само по себе, — пожав плечами, обозначил он, зачесывая влажные волосы Чонгука назад. — В итоге всё ненавязчиво пришло к нынешней схеме по дням, после я добавил этот ход с покупкой одной вещи, а затем попробовал акции, когда Ушик рассказал очередные сплетни про планируемую к выпуску дораму и ее актеров. И вот несколько лет я живу именно так. — Тебя всё устраивает? — спросил Чонгук, пробираясь пальцами под ткань купальника омеги, касаясь кожи на ягодице. — Вполне, — отозвался тот, поерзав на Чонгуке, но сделав вид, что не чувствует поползновений альфы к колечку мышц. — Каждый раз я находил рыбку покрупнее и побогаче. «В итоге добравшись до своего мегалодона», — подумал Тэхён, пробежавшись взглядом по лицу Чонгука, но промолчав. — И то есть повернувшийся на тебе Намджун — это тоже замечательно? — съязвил Чонгук, крепче перехватывая Тэхёна, заметив новую волну. Закатив глаза, Тэхён спрыгнул с Чонгука и, упав спиной на воду, буркнул: — Во всех ситуациях бывают осечки. Подплыв к омеге и запустив руки ему под колени и спину, не давая тому отдрейфовать от себя на глубину, Чонгук поцеловал его в живот и выдал: — Позволь я сам решу эту проблему, — вкрадчиво проговорил он, скользя взглядом по лицу Тэхёна, упрямо смотрящего в небо. — Да и согласись, будет странно, если твой муж больше не появится во всей этой ситуации. Тяжело вздохнув, Тэхён согнулся, опускаясь на руки Чонгука, и, положив голову ему на плечо, кивнул в сторону берега. Осмотревшись и убедившись, что они уже на мелководье, он слез с крепких рук и зачерпнутой водой протер лицо. — Тут точно никого кроме нас нет? — спросил Тэхён, оставаясь по щиколотку в воде. — Нет, — подтвердил Чонгук, кивая по сторонам, показывая на отсутствие возможности за ними подсмотреть. — А из дома никто без особой важности сюда не придет. — Замечательно, — отозвался Тэхён, подцепляя пальцами влажную ткань по бокам и стаскивая ее сначала до бедер, а после поочередно выпутывая от купальных плавок обе ноги. — Держи, — сказал он, скомкав вещь и кинув ее в оторопевшего Чонгука, поймавшего одежду только на рефлексах. — Ну что ты так смотришь? — смеясь, спросил Ким, садясь на берег, позволяя волнам покрывать его пах, на время пряча его обнаженный вид. — Я просто не люблю потом вымывать из трусов песок. — А то есть вымывать его из задницы — это нормально? — неопределенным тоном выдал Чонгук, смотря на влажный небольшой кусок ткани в своей руке, не зная, как правильнее реагировать на произошедшее. Одарив Чонгука многозначным взглядом, Тэхён выставил руки позади себя, перенося на них основной вес, и предположил: — В задницу песок попадет, только если у меня сейчас встанет, — дразня, протянул Тэхён, — поэтому свои плавки, будь добр, оставь на себе. Посмеявшись, с удивлением для самого осознавая, что, выбив его из колеи очередным непредсказуемым поступком, Тэхён смог вызвать в нем смятение и смущение. Чонгук развернулся и направился к шезлонгам, надеясь, что на его коже нигде не проступило предательской красноты. Повесив влажную вещь на деревянную спинку, Чонгук бросил полотенце поверх мягкого настила и, чуть повысив голос, чтобы Тэхён услышал, спросил: — Какие у нас на сегодня планы? Повернув голову к Чонгуку, смотря на того уже умиротворенным и расслабленным взглядом, Тэхён стал перечислять: — На день никаких, — выдал он, пожимая плечами. — Я хочу побыть тут. Тем более Чорин обещал через час-полтора мне набрать, говорит, у него какие-то поразительные новости, поэтому, видимо, после этого мне придется думать, как поступить с акциями. — Я могу помочь, — предложил Чонгук, взглядом лаская изгибы прекрасного тела, искренне восхищаясь, а не опошляя животным желанием. — Я знаю, — кивнув, озвучил Тэхён, мягко улыбаясь. — Перед ужином я хочу осмотреть дом, а когда стемнеет, то мы поедем смотреть фильм в кинотеатр под открытым небом. Я надеюсь, что у тебя тут есть машина с откидным верхом? — Есть, — подтвердил Чонгук, не вдаваясь в детали, что придется взять машину Чорина. — Вот и прекрасно, — довольно подытожил Тэхён, поднимаясь и звучными шлепками сбивая прилипший к ягодицам и бёдрам песок, смеясь над выругавшимся Чонгуком, откинувшимся на шезлонг и закрывшим глаза сгибом локтя.