You're warm

- Уён? Голос, говорящий нежным, волнующимся тоном оторвал его от увлекательного зависания в одну точку. Таковой был его друг, сидящий напротив и жадно поедающий свои сырники. Осознав, что он уставился на Сана минуты две назад и продолжал залипать на того же, он резко встрепенулся. - Да? - Что-то не так? Ты пялишься на меня уже пару минут, наверно. Опустив взгляд к стоящей перед ним тарелке, Уен взял в руку кружку с кофе, нехотя глотнув. Он молча стучал вилкой по тарелке, перекладывая содержимое по дну, размазывая любезно положенный другом джем, все еще даже не попробовав. - Почему ты не ешь? - Я не голодный... Прости. Сан встал с места и сел на стул, стоящий рядом с Уеном, переставив его так, чтобы он стоял максимально близко к Уену и был повернут к нему. - Уен, что с тобой происходит? - Все в порядке.... Сан тяжело вздохнул и посмотрел в глаза сидящему напротив другу так, что в его взгляде читалась вся тревога, омрачённая чем-то похожим на раздражение. - Прошу, Уен, хватит. Хватит говорить, что все в порядке. Ты думаешь я идиот? Или ты настолько мне не доверяешь, что не можешь рассказать мне о твоем реальном состоянии сейчас?- он взял руку друга, который был явно удивлен и, возможно, напуган произнесенными им словами.- Уен, пойми, я же правда хочу, чтобы ты был счастлив. Чтобы ты был хотя бы спокоен, солнце. А ты выглядишь ужасно угнетенным. Если твое состояние настолько плохо из-за тех уродов, что тебя бьют, ты можешь перестать беспокоиться об этом. При первой же возможности мы с Минги и, возможно, Чонхо, им... не сколько отомстим, сколько проучим. Чтобы не повторялось такого дерьма больше. И я сделаю все возможное ради этого. Но если есть что-то еще, то, пожалуйста, Ёни, расскажи мне. Я правда очень хочу тебе помочь, но не могу, пока не знаю причину твоего уныния. Сан осторожно протянул руку к чужим волосам, что неопрятно свисали со лба, падая на глаза. Он провел рукой сквозь густые волосы и аккуратно пригладил их так, чтобы Уену было удобней. После этого секундного прикосновения он не убрал руку сразу, а медленно опустив ее на щеку, стал выводить незамысловатые узоры большим пальцем на чужом лице. - Я... Сани, я правда не могу поделится этим ни с кем. Прости, но в этот раз, даже с тобой. Если ты хочешь помочь мне, то просто... Будь рядом, хорошо? Просто будь моей тактильной поддержкой и отвлекой меня своими разговорами, пожалуйста. Прости, если этот ответ тебя не устраивает, но это правда единственное, что я могу сказать тебе сейчас... Возможно, я скажу когда-нибудь. Но не сегодня. Уен прильнул рукой к тыльной стороне чужой ладони и поддался навстречу прикосновению. Они просидели в этом положении еще пару минут, прежде чем Сан ответил. - Хорошо, солнце. Если ты хочешь так, я сделаю так. Ты не обязан рассказывать мне всё, прости. Я буду рядом, когда буду нужен... Давай полежим? У нас еще полно времени до того, как мы пойдем к Хону, а других планов на сегодня у нас нет, так что... - Пойдем. Уен позволил себе быструю улыбку, на что получить ответную. Так и не доев, они отправились обратно в спальню, чтобы провести еще пару часов, лежа в кровати, прижимаясь друг к другу, и говоря обо всем и ни о чем одновременно. *** Выйдя из дома и юрко свернув за угол, Уён посмотрел на время, быстро выудя телефон из кармана. 17 51. Было уже довольно темно, так что идти было крайне не удобно, особенно когда твои руки и глаза заняты тем, чтобы напечатать едва разборчивое сообщение другу второпях, в попытке оправдать свое опоздание. Кто бы мог подумать, что пятиминутный отдых на кровати после выполнения домашнего задания, перед тем, как начать собираться на день рождения друга, мог закончится полноценным тихим часом, отекшим лицом, паникой и выходом из дома на двадцать минут позже, чем планировалось. Они с Саном должны были встретиться на перекрестке, излюбленном ими в роли места встречи уже как лет пять, двадцать минут назад, и пойти к Хонджуну. Но Уен проспал, как ни странно. - Сан прости меня... Уен, задыхаясь, начал извиняться, сразу, как добежал до назначенного места встречи, где Сан стоял, упершись плечом в фонарь, а взглядом устремившись в телефон. Он поднял взгляд на Уёна, кивнул, и они, по привычке взявшись за руки, пошли в туда, где живут Сонхва и Джун. Сан делал большие, быстрые, но размеренные шаги, а Уен, стараясь успевать и не обращать внимания на не унимающуюся колючую боль в боку, часто перебирал ногами. Они не так уж и сильно опаздывали, ведь таким быстрым шагом могли дойти до пункта назначения за пятнадцать минут, но Уен все равно был взвинчен. Самочувствие было итак не к черту, а Сан еще и выглядел угрюмым и не обранил не слова с момента их встречи, пять минут назад, так будто за четыре часа, что они не виделись, Уен успел ему насолить. - Сан, что случилось? В глазах названного блеснуло что-то похожее на тревогу, но это было настолько быстрым знаком, что нельзя утверждать, что вообще произошло. Однако под тёплым светом фонарей стал заметным не яркий румянец, приливший к кончикам ушей, что можно было оправдать прохладной погодой. - Все... Нормально, Ёни. Он попытался изобразить подобие улыбки, но вышло довольно удручающе. - Теперь ты мне врешь, что все нормально. Давай говори правду сразу. На секунду опустив голову, не замедляя шага, он резко выдохнул и, вернувшись в прежнее положение посмотрел на друга, идущего рядом. - Эти уроды только что прошли мимо меня. Те ублюдки, которые били тебя. Я не знал их в лицо, потому что ты не говорил мне, но проходя они смеялись и говорили что-то про "этих ебанатов педиков". Я решил не лезть сейчас, смысла в этом не было сегодня, но я уже поговорил с Ги и Чонхо, они согласны помочь нам. В понедельник мы с ребятами разберёмся с ними. Я договорился с матерью, что она поговорит с твоей , если та не согласится переводить тебя в другую школу, и в каникулы подадим документы в школу Хо. Если нас примут, на что я надеюсь, свалим из нашей. Они уже подходили к дому Сонджунов, как в компании друзей называли их "родительский" дуэт, все же замедлившись. - Сан.... Тебе не стоило так... Стараться. Но спасибо. Я безумно ценю твою помощь. Только будь осторожен, они тоже занимаются боксом...И... Что ты сказал матери? Как оправдание нашего перехода. Сан снова бросил мимолетный взгляд на друга, после опустив его к своим ногам. Он вдруг усмехнулся и, открыв дверь в дом, начиная подниматься по лестнице, все еще ведя друга за руку, ответил. - Она... Я сказал, что тебя бьют твои одноклассники и что я собираюсь им отомстить за тебя. Ну то есть... Проучить, да. Она всплакнула, спросила, почему узнаёт об этом только сейчас, на что я ответил, что сам не был осведомлен до недавнего времени- Сан укоризненно посмотрел на друга, сделав акцент на последних словах, но быстро вернул прежний тон- И потом она, естественно, говорила как ей жаль её мальчика, ее сыночку, и сказала, что проклинает этот мир, за его дискриминацию в отношении людей нетрадиционной ориентации. Сан легко рассмеялся, но Уен его эмоций не разделял. Он был шокирован и немного напуган, но глядя на Сана казалось, что переживать не о чем. - Не бойся. Если честно я тоже напрягся, когда она сказала это, и начал спрашивать, мол, откуда она знает и с чего взяла, и так далее, но она вдруг стала спокойна и просто сказала, что она видит всё. Её настоящий ответ Сар цитировать не стал. Вы настолько очевидны, что твой вопрос кажется мне риторическим, солнце. Когда Сан открывал дверь в квартиру Хонджуна, Уен быстро сменил выражение лица со сметенного на торжественное и счастливое. - С Днем Рождения, Джуни! Прокричав незамысловатое поздравление, Уен налетел на друга, не подумав о том, что возможно нужно было снять куртку, увлажнённую лёгкой уличной моросью, прежде, чем вытереть ее о простую домашнюю футболку именинника. - Спасибо, Ёна... Хонджун выглядел ошарашенным внезапной энергий, выплеснутой на него, и стоял, в ответ обхватив рукой друга, который, обнимая, целовал его в щеку уже, наверное десятый раз, периодически меняя сторону. В проходе все еще стоял омрачённый такой же эмоцией, что и у Джуна Сан, но уже по другой причине. Минуту назад Уен был встревожен той ситуацией, которую они обсуждали, и Сан был уверен, почему-то, что тот будет в прострации, в своих раздумиях еще целый вечер, но он не перестаёт удивлять. - Сан, проходи, чего стоишь. Мягким голосом сказал только что пришедший в коридор Сонхва. Он подошел к Сану и помог ему раздеться, а после легко обнял в знак дружеского приветствия, уже привычного для всех в их небольшой компании. Уен, услышав имя названного друга, резко оторвался от речей о том, как он ценит Хонджуна и чего ему желает, мягко, но настойчиво поглаживая его по голове. Его рука зависла в воздухе и он посмотрел на Сана, который не выражал особых эмоций. Когда Уен договорил и, наконец выпустил Джуна из рук, быстро сняв куртку и намереваясь повторить тот же ритуал, но без пожеланий, уже с Сонхва, Сан подошел к Хону и, мягко положив голову тому на плечо и обняв руками за торс, тихо поздравил с днём рождения друга, получив в ответ лишь немое поглаживание по спине. Как ни странно, их объятия отличались от напористых, но от того не менее приятных, тактильных атак Уена. Вручив подарки виновнику торжества Сан с Уеном пошли на кухню, где уже сидели оставшиеся четверо ребят и спорили об очередной неважной теме, пока Хва с Хонджуном пошли на улицу, чтобы забрать еду у курьера, прибывшего как раз тогда, когда пришли опоздавшие. - Привет, зайцы мои! Пройдясь по парням и поприветствовав каждого друга по своему, Уен нашел свое любимое место рядом с Саном и вальяжно расселся там. Подходя к креслу он заметил, каким странным было выражение лица друга. Он был, вероятно, в замешательстве, но причина не была ясна, и в глазах, казалось развивалась дилемма, хотя Уен не помнил, чтобы что-то настолько значимое произошло. Решив не задумываться об этом, Уен просто потрепал Сана за волосы, проходя мимо того, чтобы занять место рядом с ним же. Сонхва и Хон вернулись с пакетами еды и, когда Хва накрыл стол уже полностью, по-матерински заправляя всем процессом, успев отчитать Ёсана и Юнхо за то, что они ржут, вместо того, чтобы помочь остальным прибрать со стола "отвратительный срач", состоящий из мандариновых шкур и каких-то фантиков и бумажек, оставленный ребятами в ожидании недостающих друзей, они принялись за праздничный ужин.