ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

- Я не чувствую, что ты рядом со мной. Да, ты здесь, но ты в своём мире и я ощущаю прямо кожей, что я там лишний. - Ты не лишний, это не так. Мне хорошо с тобой. Когда ты меня целуешь, меня уносит куда-то за облака. Я обо всем забываю, когда ты рядом. - О чем ты забываешь? Ты можешь поделиться этим со мной? Что тебя тревожит? Ты после слов Невилла, сама не своя. - Ты же слышал, что он сказал об отце. - Аза, он взрослый человек. Хочет пить - пусть пьёт. Нет, это плохо, я понимаю. Но ты чем ему поможешь? - Я пыталась помочь. Даже зелье специальное ему подливала. Но у него быстро выработался к нему иммунитет. Привык и всё - перестало помогать. - Не накручивай себя. Ты в школе, он дома. Он сам решит, как ему лучше. Аза смотрела на высокий сводчатый потолок ванной старост. Они снова были здесь. На этот раз, они были умнее и взяли с собой тёплый плед, который постелили на бортик ванны. Аза села, опустив ноги в воду. Пена сверху была такой густой, что пружинила под её стопой. Фред сзади цокнул языком и сказал: - Вот опять отвернулась. - Да отвернулась! - Громко, огрызнулась вдруг, Азалия. Её слова полетели эхом, отражаясь от стен. - Я устала, ты понимаешь? И я сказала, что не хочу об этом говорить. Но ты продолжаешь меня пытать. Фред моментально поднялся и стал надевать брюки, торопливо застегивая ремень. Он выругался, пытаясь попасть ногой в ботинок. - Знаешь что, Аз. Когда поймёшь, что у тебя в голове, тогда и пообщаемся. Парень стремительно пересёк ванную комнату и вышел за дверь, на ходу застёгивая пуговицы рубашки. Аза повалилась спиной на плед. Она злилась и переживала одновременно. Фред обиделся и она виновата в этом. Почему бы ей было просто не поговорить с ним об отце. Но у Азы как будто стоял защитный блок. Она знала, что открой она рот и начни говорить о папе, как слезы сами брызнут из глаз. Но с Фредом же можно говорить, именно этого он и хотел. Но Аза, думая о Фреде представляла его весёлое лицо. Представляла как они с Джорджем на кураже придумывают фокусы и трюки. Как сами же их испытывают. Сколько веселья привносили они в жизнь гостиной гриффиндора. Но, рядом с ней Фред был другим. Стал более нервным, дерганным, ревнивым. Как они начали встречаться, он почти забросил их с Джорджем дело. Азалию больно обожгла обидная догадка - она виновата в том, что он стал таким. Почему же всё стало так сложно? Почему они только недавно, лёжа на этом самом месте, предавались таким наслаждениям, что казалось, что лучшего ощущения в жизни и быть не может. Фред знал теперь каждый дюйм её тела. Он дарил ей удовольствие, а она хотела его ещё и ещё. Но как только они возвращались в реальность, у них не клеилось. Аза закрывалась от него, не хотела говорить о своих чувствах, мыслях, переживаниях. Ей казалось, что он не поймёт это так, как ей бы хотелось. А объяснить она не сможет, она и так уже кричит на него. Буквально позавчера, он высмеял её новую причёску. Азалии она очень нравилась. Она подстригла волосы до плеч, ниспадающим каскадом и сделала косую чёлку. Благодаря кудрям у неё получился хороший объем, а чёлка красиво завиваясь падала на лоб. Такая прическа была у её матери. Такой она её помнит. Все признали, что Азалии очень идёт. Но Фред, когда увидел её, сжал губы, что бы не посмеяться и сказал, что она похожа на его тётушку Мюрриэль в ранние годы. Аза посмеялась и сказала, что пусть теперь он думает, что встречается со своей тётушкой. Аза не знала почему, но её это задело. Только вида она не подала. Все дело было в том, что Аза думала о маме. И она связала между собой эти два события. А ещё дело было в том, что приближалось её пятнадцатилетие и поход в Хогсмид. Помимо того, что они хотели погулять по Хогсмиду, им предстояло ещё провести встречу с ребятами, которые хотели обучаться защите от темных искусств у Гарри. Отец прислал вместе с Фили, короткое письмо, в котором сообщал Азалии, что завтра будет в Хогсмиде. Вечером, сидя в гостиной, Аза чувствовала себя намного лучше. Она ждала встречи с отцом. Раз он написал, значит с ним всё хорошо. А завтра она с ним поговорит и совсем успокоится. Настроение резко улучшилось и Аза посмотрела в дальний угол гостиной, где сидели что-то поедая и записывая в блокнот, рыжие близнецы и Ли. - Я сейчас. - Бросила Аза Гарри, Рону и Гермионе. Гарри начищал до блеска свою скоростную метлу, Гермиона училась вязать волшебными спицами. А Рон запихивал в рот уже шестую по счету шоколадную лягушку. - Привет. - Сказала Аза, подойдя к троим парням. - Привет, Аз.- Бодро сказали Джордж и Ли. Фред же закусил нижнюю губу. Но посмотрел на неё. - Малыш, слушай, - Завтра в Хогсмиде, я проведу какое-то время с папой. Он приедет, вот письмо прислал. Не обидишься? - Нет. - Сказал Фред, почти равнодушно. - Точно? - Угу. - Ну ладно. Я пошла к ребятам. Фред явно боролся с каким-то чувством, но схватив её за руку, потянулся к ней и чмокнул в уголок губ. Аза просияла и пошла обратно. Так как завтра был выходной, то ребята сидели в гостиной допоздна. Однако, спустя время, Аза услышала как Ли Джордан зевает, словно раненый соплохвост. Троица отправилась спать. Фред подошёл к креслу, в котором сидела Аза и присел на подлокотник. - Прости, устал сегодня. Филч вымотал совсем. Заставлял мыть один коридор раз пятьсот. Доброй ночи, малыш. - Он потрепал Азу по волосам. Это была ещё одна его новая привычка, с тех пор как Аза подстригла волосы. - Завтра у тебя должен быть самый лучший день. Фред поцеловал её так, что Аза чуть не задохнулась. - Хватит тут уже, идите в отдельное помещение. - Буркнул Рон, смахивая с себя пустые коробочки из-под шоколадных лягушек. - Братишка, ты бы лучше то же делом занялся. - А я что не занялся? Фред только рассмеялся и поцеловав Азу ещё раз, отправился к винтовой лестнице. Не успела дверь за ним закрыться, как открылась другая - из проёма с портретом Полной дамы показалась рыжеволосая Джинни. - Ты почему так поздно шляешься? - Сердито посмотрел на неё брат. Напоминая Азалии сварливого старикашку. - Я не шляюсь. Просто задержалась. - Окрысилась на брата, Джинни. - Отбой уже был как час назад. Если тебя поймают, то накажут. А нам и так хватает этих двух оболтусов. - Рон кивнул в сторону спальни Фреда и Джорджа. - С каких пор ты печёшься о семейной репутации? - Не забывай, что я, вообще-то, староста и могу наказать. Джинни упёрла руки в бока, совсем как их мать, Молли Уизли. Рон пригляделся к ней повнимательней и спросил: - Что у тебя на шее? - А что у меня на шее? - Ну-ка повернись! Азалия посмотрела на Джинни. На шее той виднелись небольшие синячки. - Ты что! Ты... - Рон задохнулся от возмущения. - С кем ты шлялась?! - Тебя это не касается, понял?!! - Закричала на него Джинни. - Не лезь куда тебя не просят, следи за своей личной жизнью! - А я не хочу что бы про мою сестру говорили что она как... - Как кто? НУ? КАК КТО, РОН? - Сама знаешь. - КАК КТО? - КАК ТО! - Как-сама-знаешь-кто. - Посмотрела Аза на Гарри и быстро захлопнула рот рукой. - Прости, Гарри. - Прошептала она. Гарри не смог сдержать улыбку, но тоже резко её убрал. Джинни почти плакала. Она обвинила Рона в недоразвитости. - Ты просто злишься, что у тебя никого не было! У меня Майкл, Аза с Фредом, Гермиона в прошлом году встречалась с Виктором. А Гарри пригласил на свидание Чжоу! А сам ты сидишь и завидуешь! Рон открыл рот, но Джинни уже рассерженно протопала в сторону своей спальни. - И ничего я не завидую. - Хмуро сказал он. Друзья просидели в тишине минут пятнадцать, слушая как Рон яростно сопит. Вдруг, от неожиданности ребята подскочили в своих креслах. За окном, в темноте, сидела сова. Это была сова по кличке Гермес. Она принадлежала Перси Уизли, ещё одному старшему брату Рона и Джинни. Он уже два года как закончил Хогвартс и сейчас работал в Министерстве Магии. Но все связи с семьёй он порвал еще летом. Поэтому ребята очень удивились, увидев Гермеса. Гермиона встала и впустила птицу. Отвязав от лапы письмо, Гермиона дала птице попить из своего стакана с водой. Гермес благодарно ухнул и вылетел обратно в ночь. Рон взял протянутое Гермионой письмо и открыл. В письме Перси сообщал, что рад за брата, который стал старостой, а не пошёл по дорожке Фреда и Джорджа. Но все ещё огорчен из-за того, что Рон общается с Гарри Поттером. Перси называл Гарри отъявленным лжецом и нежелательной персоной рядом с Роном. А так же посоветовал Рону идти за поддержкой к прекрасной преподавательнице Долорес Амбридж. По мере прочтения письма, Рон всё больше хмурился. - Что ж, ребят, если вы не хотите со мной общаться, я пойму. - Сказал спокойно Гарри, глядя на друзей. - Дурак, что-ли, Поттер, - Кинула в него клубок ниток, Азалия. Она помогала Гермионе вязать нечто напоминавшее растянутый желудок. - Перси, просто большой кусок птичьего дерьма. - Разорвал письмо Рон, на мелкие кусочки. Но все увидели как Гарри притих и задумчиво смотрит в пол. Гермиона встала и подошла к окну. - А, хотите я сейчас вас очень удивлю? Хагрид вернулся!