ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

Директор школы, Альбус Дамблдор, сидел за своим столом в красивой фиолетовой мантии. Возле него, на жёрдочке восседала прекраснейшая птица-феникс. Гарри как-то говорил, что этого феникса зовут Фоукс. Птица вертела головой как бы разглядывая Азалию. Девочка же любовалась его красно-желтым с переливами золота, оперением. Директор спокойно смотрел на Азалию, ожидая от неё рассказа, за что же профессор Макгонагалл привела её сюда. - Я ударила Викторию Сэлвин, профессор Дамблдор и похоже сломала ей нос. - Честно сказала Аза, собравшись с духом. - Она сделала что-то ужасное? - Тихо спросил директор. - Она плохой человек. - И ты решила, что раз человек плохой, то с ним можно плохо поступить? - Дамблдор не сводил с Азалии ясных голубых глаз. - Может быть, между вами произошло что-то ещё? Аза подумала о Тео и том, что между ними было. И что обида сжирала её изнутри, потому что Виктория сейчас с ним, а не Аза. Видимо всё это отразилось на лице у девочки, потому что Дамблдор едва-едва улыбнулся. Но когда он заговорил, улыбка исчезла с его лица: - Мисс Фоули, я очень хорошо знаю историю вашей семьи. И я никогда бы не подумал, что вы, такая благоразумная девочка, можете решать вопросы при помощи насилия. - Я потеряла контроль на какую-то долю секунды и... и она меня спровоцировала. - Оправдывалась Аза. - А вы дали себя спровоцировать, не так ли? В любом конфликте есть истинная причина, иногда не самая очевидная. - Есть, профессор. - Кивнула Аза, все ещё думая о Тео. - Но с этим так тяжело бороться. Это так... Так несправедливо. - Праведный гнев, Мисс Фоули, вещь хорошая. Но слишком ответственная. Вот вы - уже не справились. Поймите, что всегда найдутся плохие люди, плохие обстоятельства, плохие времена. Но можем ли мы позволить им толкать нас на плохие поступки? Что будет, если все вдруг начнут отвечать на зло злом? Аза молчала. Ей становилось стыдно. Этот тон профессора Дамблдора, такой спокойный и такой понятливый, был хуже, чем если бы он кричал на неё. - Сколько разрушения несёт в себе эта озлобленность, ненависть и жажда мщения. Что вы почувствовали, когда ударили мисс Сэлвин? - Я как будто освободилась от тяжёлой ноши. Мне стало так легко. Вся ненависть, которая кипела во мне в этот момент, просто угасла. - Понимаю. Именно поэтому люди совершают плохие поступки. Не потому что они плохими родились. С ними просто произошло много плохого и они пытаются скинуть с себя эту ношу. Представляете какую разрушительную силу это в себе несёт? - А что произошло с Викторией такого плохого, что она такая дура... Простите, я хотела сказать недалекая. Ну, вы поняли. - Она не выбирала своё окружение. Её такой сделали обстоятельства её жизни. - То есть мне надо её пожалеть?!! - Вы должны всегда помнить, что есть первоисточник, истинная причина, почему люди ведут себя так или иначе. Всегда должны помнить об этом. Смотрите глубже, чем есть на самом деле. Это очень сложно, я понимаю. Особенно в пятнадцать лет. Аза сидела кусая губу. - Я уже сделала то, что сделала и вы скорее всего исключите меня. - Вы очень способная ученица, талантливая. Ваши показатели на зельях одни из лучших во всей школе. Я редко слышу похвалу в чей-то адрес от профессора Снейпа, - Тут Дамблдор хмыкнул. - Точнее, вообще, не слышу. А вот о вас и мистере Теодоре Нотте, он отзывается достаточно положительно. И до сегодняшнего дня, вы ни разу не были замечены в плохом поведении. Поэтому я думаю, что мы с вами, мисс Фоули, обойдёмся первым и последним предупреждением. И, конечно же, наказанием. Профессор Макгонагалл подберёт для вас подходящее. А лично я, прошу вас принести мисс Сэлвин искренние извинения. Но только искренние, мисс Фоули. - Даже если я не считаю себя виновной? - Вы виноваты хотя бы в том, что потеряли контроль. А что, если наступит момент, когда вы не сможете остановиться и произойдёт непоправимое. Кто будет в этом виноват? Аза понимала, что Дамблдор прав, но идея с извинениями перед этой выскочкой, была сама по себе отвратна. - Я попробую. - Вздохнула Аза. - Вот и прекрасно, мисс Фоули. Вы знаете, если мы посмотрим глубже, то увидим, что конфликт Гриффиндора и Слизерина длится уже веками. Не вы первая, не вы последняя, я думаю. А вспомните истинную причину - Годрик Гриффиндор и Салазар Слизерин, когда-то в прошлом - два верных друга. Основали нашу школу, жили в ней и преподавали. Но Салазар Слизерин выбрал иной путь и покинул школу. Он предал Годрика. А ведь Гриффиндор любил его как брата. Представьте себе уровень обиды. Один предал другого, отверг его любовь и дружбу. И по сей день их факультеты враждуют, потому что не могут простить друг друга. Потому что нет ничего больнее... чем потерять любовь. Дамблдор сказал это обычным тоном, а Азалия почему-то подумала, что речь идёт уже не о факультетах, а лично о ней. Как будто старый волшебник знал, что у неё на душе. Слишком понимающе он на неё смотрел. Азалия сидела очень удивленная. - Мисс Фоули, день, когда Слизерин и Гриффиндор снова станут братьями - вернут им дружбу и любовь. И я не оставляю надежды дожить до этого дня. Через двадцать минут, Азалия, получив наказание от декана гриффиндора, шла в больничное крыло. Она не знала, что скажет Виктории. По сути Аза не считала себя виноватой, но согласна была с тем, что переборщила. Коридор слишком быстро заканчивался и уверенность в том, что она сможет зайти в больницу и попросить прощения, иссякала по мере приближения палаты. Аза застыла и пыталась отдышаться. Но деваться было некуда и Аза открыла дверь. В просторной светлой палате стояли ряды пустых больничных коек. Только одна из них была занята Викторией. Она сидела и разглядввала свое лицо в небольшое круглое зеркальце. На соседней кровати, глядя на неё сидели Малфой и Паркинсон. Тео, с закатанными по локоть рукавами, на которых виднелись пятнышки крови, стоял облокотившись на спинку кровати напротив. Он повернул голову и первым увидел входящую в палату Азалию. Аза кинула на него быстрый взгляд, не думая сейчас о том, что чувствует. Она думала только, что ей сказать Виктории и самое главное КАК это сделать. Мадам Помфри колдовавшая возле Виктории, причитала: - Ох, милая, как же это так. Ну вот, посмотри, так нормально? Хрящик сросся моментально. Слава Богу, удар был не такой сильный и кость не сломана. Нос Виктории уже был в порядке, но блондинка капризничала. - Я не знаю, мадам Помфри, мне все ещё кажется, что он не на месте. И вроде был меньше. - Не говори глупостей! Я тебе не уменьшала его размеров, я только срастила место перелома. - Уперев руки в бока, сказала школьная медсестра. - А тебе что тут нужно?- Раздался вдруг голос Пэнси, которая обернулась на звук отворяемой двери. Азалия остановилась. Все лица повернулись к ней. Тео пошевелился, облокачиваясь на другую ногу и убирая руки в карманы брюк. - Уйди отсюда! Не подходи ко мне! - Завопила Виктория своим писклявым голосом. - Не подпускайте ко мне эту бешеную! Пэнси встала и загородила собой Сэлвин. Азалии это показалось смешным. - Я не собираюсь тебя добивать, Виктория. Я хочу поговорить. - О чем ты собралась говорить? Ты ей нос сломала, ты уродка ненормальная!- Открыла рот Паркинсон. - Мисс Паркинсон, выбирайте выражения! - Прикрикнула мадам Помфри. - Я хотела извиниться. Правда. - Спокойно сказала Аза. - - Ты думаешь я тебе поверю, что тебе жаль? - Сказала Виктория немного гнусавя. - Не думаю. Да и по правде мне и не жаль. Просто я не должна была так поступать. И я это признаю. Это неправильно. - Ты что ещё и издеваться будешь? - Завопила Пэнси и сделала несколько шагов по направлению к Азалии. Тео встал прямо. - Послушайте, мадам Помфри всё поправила и это очень хорошо. И я рада, что не нанесла ей большего вреда, чем могла. И я хочу попросить прощения за то, что сделала. Ещё раз говорю, я понимаю, что не должна была. - Ах, тебя беспокоит только то, что ты не должна была. А что ей было больно тебя нисколько не мучает, так я понимаю? - Стала закипать ещё сильнее Паркинсон. - Девушки, я сейчас попрошу вас покинуть палату! Здесь больница, а не стадион по квиддичу! - Начала ругать их мадам Помфри. Малфой сидел и с интересом наблюдал, чем всё закончится. - Мне не нужны твои извинения, поняла?! Иди вон отсюда, идиотка! Иди лечи свои нервы! - Так я как раз в больнице или ты ещё и слепая? - Ответила ей Аза. Всё желание принести ещё раз Виктории свои извинения, вмиг улетучилось. Аза стала злиться. Оскорбления стали выводить её из себя. - Я скажу своему отцу и он разберётся! Он это просто так не оставит! - Пригрозила Виктория. - Да, пусть он в кругу дружков пожирателей, обсудит как тебе сломала нос другая девчонка. Мадам Помфри ахнула: - Мисс Фоули, что вы такое говорите! Пэнси бросилась к Азалии, но Тео, резко перерезал ей путь. - Стой. Успокойся. Не здесь. - Приказал он Пэнси. Пэнси остановилась. Тео повернулся к Азалии, схватил за руку выше локтя и потащил к выходу из палаты. - Всё верно, милый, выгони эту паршивку отсюда! - Защебетала довольная, но гнусавая Виктория. Все, кроме мадам Помфри засмеялись. Тео вытолкнул Азалию в коридор и захлопнул дверь. Аза стала вырывать руку, потому что пальцы Тео так сильно впились в нее, что было уже больно. Он не остановился, пока они не оказались на лестнице. Он обернулся, проверяя услышат их или нет. - Отпусти руку, больно ведь! - Поморщилась Аза. - Что ты творишь? - Он отпустил её. - Тебе какое дело, чего ты лезешь. - Аза потирала руку, которая теперь болела после его крепкой хватки.- А, хотя чего я спрашиваю, твою Викторию избили. Бедняжка какая, иди пожалей. - Ты дура, что ли... - Да, я дура! Отбитая на всю голову! - Аза, я понимаю, что это я виноват. Но я тебя прошу, не нарывайся. Давай забудем всё, как будто ничего не было. - А что было-то, Тео? - Аза произнесла его имя с такой горечью, что ей захотелось плакать. - Ты сам сказал, это всего лишь огневиски. - Но ты с катушек слетела. И черт его знает, что ты выкинешь дальше. Я не хочу, что бы кто-то, что-то понял. Завтра нам вместе работать на зельях. И я тебя прошу, не выкинь ничего такого... - Беспокоишься о своей репутации, да? Папочка пожиратель накажет сыночка... Ты трус, Тео, вот ты кто! - Прошептала она, глядя ему в глаза. Где-то вдалеке хлопнула дверь и раздались шаги. Тео испуганно посмотрел в ту сторону. Аза оттолкнула его и рассмеялась. - Ты недостоин того, что бы тебя любить, Тео. И отвернувшись от него, Азалия стремительно стала спускаться по лестнице. Она была довольна произведенным эффектом, но горькие слезы предательски пытались вырваться из неё. Она специально пыталась сделать ему больно. Хотя бы словами. Но одновременно с этим, ей было его очень жаль.