Поединок с временем

      — Ты опять это сделал, — Кира, тяжело дыша, смотрела горящими глазами на своего любовника.       — Теперь это твоя ежедневная расплата за моё столетнее ожидание, — пожал плечами У и, лучась улыбкой, поцеловал её коленку.       Они оделись и пошли готовить завтрак. Кира решила похозяйничать на этой маленькой кухне. Она попыталась вспомнить все свои навыки прилежной жены, которой была когда-то. Весельчак и Вертер, как могли, пытались ей помочь. Это выглядело очень забавно.       Она даже нашла в холодильнике тесто в упаковке, и, убедившись, что ему не сто лет, решила по-быстрому сделать своё фирменное угощение к чаю.       — Откуда у тебя это? — засмеявшись, спросила она. — Капитан тринадцати галактик решил бросить всё и занялся пирожками?       — Ну, ты же понимаешь, что я особо не высовывался, пока здесь бесчинствовал Глот, — грустно ответил У. — Приходилось как-то себя развлекать, хотя бы освоением земной кухни. Он не терял надежды прикончить меня, его тяготила наша клятва, поэтому их постоянная слежка стала таким же моим ежедневным ритуалом, как чистка зубов.       — Я возненавидел даже мысль о нём, — глядя на пустое теперь место черной метки брезгливо продолжал он. — Тогда я хотел только мести. А теперь даже вспоминать противно, какого это было — иметь его в союзниках.       — Как вы познакомились? — спросила Кира.       — Это было в сто третьем году, — начал свой рассказ У, сидя за столом напротив неё с яблоком в руках. — Я был совсем еще пацаном, тёрся на улице с такими же. И в одном из кабаков встретил Глота. Он был уже крутым, имел свою команду, я ему понравился, если это уместно сказать про такого змеёныша. Взял к себе. Сделки, конечно, не было никакой, ему просто нужны были люди. Меня всегда бесило, что он влезает в башку без предупреждения, но он расценивал нас, как игрушечных солдатиков. Его главной целью было завоевание новых районов, а в дальнейшем — мелких планет целиком. Он шёл планомерно и всегда по головам, ему было всё равно на тех, кого он устранял со своего пути. Работал подло, поэтому все понимали, что ты или с ним, или будешь зарезан.       — Как ты вообще оказался на улице? — с ужасом спросила она.       — Отца у меня не было, мамаша никогда о нём не говорила, только била, если пытался спросить, поэтому я быстро потерял интерес к этой теме, — продолжал он. — Она меня ненавидела, ей было всё равно, учусь я или болтаюсь на улице. Я был предоставлен сам себе. Всё время хотелось жрать, а её редко можно было застать дома. Не знаю, как я вообще выжил, но когда понял, что рассчитывать придётся только на себя, пошел искать хоть какую-то работу. Без образования никто никуда не возьмёт, простые вакансии, типа там дворник или грузчик, все на железяках, ты это и сама знаешь. Ну, вот так я оказался там, где оказался. Глот снабжал работой, в какой-то момент меня перестали коробить и воровство, и убийства.       — Почему ты не пошел служить, ты же в прекрасной физической форме? — спросила она.       — На службу берут в восемнадцать лет, я уже четыре года как был пиратом, — сжав губы, сказал Весельчак. — Думаешь, пацаны бы меня оставили в покое после этого?       — Ты боялся пацанов? — подняла брови Кира.       — Ну, ты пойми… — замялся У. — Когда у тебя в руках бабки и успех, и всё легко даётся… Я просто потерял голову. Как бы я стал ловить тех, с кем мы вместе начинали? Потом еще и Глот со своими способностями. Я вздохнул с облегчением, только когда он оказался за решеткой в ошейнике.       Она открыла было рот, чтобы что-то сказать       — А ещё эта ваша неоднозначная форма, — перебил её Весельчак, состроив брезгливую гримасу. — Чёрные обтягивающие костюмчики, фуражки и плётки. И эти самодовольные рожи, словно до обеда успели подчинить пару Галактик. Ну, нет, это было не для меня.       — Я тоже это носила, если помнишь, — Кира подняла брови.       — Не, ну девушки в таком всегда великолепны, никто не спорит, — со знанием дела отметил он. — Но все остальные, в особенности верхушка. Неужели тебе нравятся их методы? Все эти парады и поединки с пленниками, чтобы лишний раз показать своё долбаное превосходство. Я читал вашу историю, тебе они никого не напоминают?       — Напоминают, — нахмурившись, сказала она. — Мне тоже не нравятся их методы. И форма.       — Ну вот, тогда к чему спор? — подытожил Весельчак.       — А что же тебя так сильно связывало с Глотом, что ты даже вытащил его из тюрьмы? — спросила Кира.       — Несмотря на моё «особое» мнение насчёт его мозговых приёмов и личную неприязнь, я всё же был ему обязан, поэтому не мог бросить, — У явно было неприятно говорить об этом, он даже закусил костяшку указательного пальца.       — Почему? — шёпотом спросила она.       — Он вытащил меня из одной очень дерьмовой ситуации. Помог мне выжить, — он опустил глаза.       — Что он сделал? — выпытывала Кира.       — Через год после моей с ним встречи, — неохотно начал говорить он, — до меня дошли слухи, что мать, пользуясь моим несовершеннолетием, хочет продать меня в рабство на другую планету, поскольку ей нужна была наркота. За дозу, сама понимаешь, она была готова на всё. Тем более, что все мои документы были у неё на руках. За мной постоянно таскались какие-то вурдалаки, пару раз я почти попался. Тогда я решил её опередить и попросил Глота помочь.       Кира в ужасе смотрела на него.       — Он вышел на Кáрена, — продолжал У. — Наверное, ты о нем слышала, очень известный за пределами Земли наркобарон. Поставлял на рынок широкий спектр дури и занимался другими грязными делами, типа нелегального оборота женщин и детей. Поскольку она сама была наркоманкой, а значит, готовой на всё, Карен охотно купил её. Глот получил бабки, а я — относительную свободу. Получается, он спас меня, я был ему должен.       — Но как ты мог? — с ужасом в голосе спросила она.       — Ты бы предложила мне прийти к Карену с ценником на шее?! — воскликнул он. — Ты ведь понимаешь, что дети там не мешки таскают, а работают совершенно другим местом?       — Прости, — потупилась она. — Для меня это всё дико, в голове не укладывается.       — Для меня тоже тогда всё было дико, — ответил Весельчак. — Глот предложил решение, я вздохнул с облегчением. И стал жить дальше. По гроб ему обязанный. Именно поэтому я и хотел воспользоваться космионом, чтобы исправить ту хренотень, в которую влип.       — Ты бы убил свою мать? — с отвращением спросила Кира.       — Я не знаю, я надеялся, что Глот мне подскажет, ведь он намного умнее, — потупился У. — Только потом я осознал, что он не сделает ничего ради меня. Я должен был оставаться у него на крючке. Тогда я поставил себе целью рано или поздно устранить его и самолично стать капитаном Пиратского Альянса. Потому что проблема так и оставалась неразрешенной. Потому что я знал, что где-то там всё еще живёт женщина, которая хочет мести.       — Как бы ей удалось отомстить, если она попала в рабство? — спросила Кира.       — В этом-то и была вся проблема, что стало только хуже, — вздохнул Весельчак.       — Хуже? — воскликнула она. — Куда уж хуже?       — Хуже, — нахмурив брови, ответил он. — Потому что матери удалось войти в доверие сначала к какому-то хрену из банды и выкупиться из рабства, а затем она умудрилась стать любовницей самого Карена. Я оказался в полном дерьме, поскольку вся его мощь теперь была направлена на меня. Он пообещал ей доставить меня целиком, как говорится, с потрохами.       — И что ты стал делать? — в ужасе спросила Кира.       — Я снова попросил помощи у Глота, — продолжал У. — Мы собрали всех, кого смогли, и совершили налёт на логово Карена. И всех там убили.       — Ты убил свою мать? — воскликнула она.       — Да не-ет, — брезгливо нахмурился Весельчак. — Она сторчалась за пару месяцев до этого, но прежде сдала всей его шайке мои координаты. Оттого мы старались действовать быстро.       — Как же Глот снова пришёл тебе на выручку, целых два раза подряд? — с недоверием спросила Кира.       — Я пообещал ему, что разобьюсь в лепёшку, но помогу достать космион, что он станет его полноправным владельцем, — сказал У. — Как ты знаешь, нам это удалось, мы шли к цели, не гнушаясь ничем. Я выведал последнее местонахождение космиона. Мы забрали его из лаборатории в сто десятом, и так Глот стал повелителем времени. Пока ты не остановила его через четыре года и не упекла за решётку.       Кира не знала, что сказать. Теперь она понимала, что Весельчаку хотелось не только власти, но и мести. Всю свою жизнь он искал справедливости. Она стала его последним препятствием на этом пути, когда отобрала космион.       — Ты дал мне его забрать, — тихо сказала она. — Ты не знал, что будет после.       — Я предпочёл тогда, чтобы ты осталась жива, — подняв на неё глаза, ответил У, — хотя и не знал, удалось ли это, потому что ты исчезла. Но Глот дал понять перед своим последним заключением в тюрьму, что он отдалённо чувствует силу космиона. Так я понял, что его хранитель остался жив, и так у меня появилась надежда на нашу встречу.       Он затих, понурив голову. Кира подошла к нему, сидящему, со спины и обняла. Он прикоснулся к её руке. Горькая слеза покатилась по её щеке. Бедный ребёнок, какие разные у них судьбы…       Кап-кап-кап, дождь застучал по отливам и стеклу. Духовка пикнула о готовности. По кухне разносился очень вкусный аромат. Вертер притих на краю полки…       — Так давно ни с кем не разговаривал… Вот так, по душам, — тихо сказал У. — Наверное, теперь ты разочарована окончательно? Ты и раньше-то меня не особо жаловала.       — Я люблю тебя, — прошептала Кира и поцеловала его в темечко.