Одна ночь на КПП

С появлением нового лейтенанта в части стало тише. Не так, чтобы кто-то специально это замечал — просто в воздухе появилось некое спокойствие и собранность. Разговоры за завтраком стали тише, короче. Даже Малышенко стала реже отпускать шутки в сторону всего, что движется. При каждом удобном случае она прежде не могла удержаться от комментария, а теперь словно поутихла. Начала слушать, слышать — а главное, вникать в суть разговоров. Но чего она не потеряла — так это живости и блеска в глазах: такого же яркого, упрямого, любопытного. Будто пыталась нащупать почву дозволенного между собой и лейтенантом, уловить эту грань и попробовать её сдвинуть — осторожно, без последствий. Ночь — всё такая же красивая, загадочная и совсем не страшная для шатенки. Казарма спит, только дежурные на постах не смыкают глаз. На плацу пусто. Свет фонарей отражается в лужах и на мокром после дождя асфальте. Девушка стояла у КПП, кутаясь в куртку, явно великоватую для её худощавой фигуры. В руках — алюминиевая кружка с растворимым кофе, давно остывшим, но всё ещё создающим иллюзию тепла. Тишина была плотной, почти неестественной. Где-то вдалеке лаяла собака, из каморки караула доносился приглушённый смех — и снова всё стихало. Она даже не сразу заметила, как к КПП кто-то подошёл. Обернувшись, Малышенко увидела лейтенанта Медведеву — тихую, уверенную, будто сама ночь позволила ей пройти незаметно. — Не спится? — голос Медведевой прозвучал непривычно спокойно, без обычной строгости. — Дежурю, товарищ лейтенант, — быстро выпрямившись, ответила она. — Вижу. Только дежуришь — или о чём-то думаешь? Малышенко опустила взгляд, чуть усмехнулась: — А вам, выходит, тоже не спится? Ответ последовал не сразу. Лейтенант подошла ближе, остановилась рядом, глядя в темноту за забором. Запах дождя, холодного металла и чего-то едва уловимого — будто свежий воздух перед бурей. — Иногда ночью думать проще. Да и проверку никто не отменял, — наконец сказала она. — Иногда лучше вообще не думать, — тихо ответила шатенка. Медведева повернула к ней голову, чуть прищурившись. — Это совет? — Это опыт, — улыбнулась девушка. Несколько секунд они стояли молча. Где-то вдалеке прозвучал гудок тепловоза, по плацу пронёсся ветер. — Возвращайтесь в караулку, простудитесь, — наконец произнесла Медведева и сделала шаг в сторону. — Есть, товарищ лейтенант, — отозвалась Малышенко. Но, уходя, всё же обернулась — коротко, почти незаметно. Лейтенант всё ещё стояла на посту, не двигаясь, глядя куда-то в сторону ворот. И почему-то в груди стало чуть теплее.