Красное тело

[ Иллюстрация к главе — https://t.me/thekidsparty/27 ] Австрия, Вена. 3 марта, 1765 г. 12:33 — Лорд Крейбург, я также хотел поговорить с Вами о красных пятнах Вашего сына. — Прогремел мужчина с привычной ему клинической серьёзностью, затем поставил фарфоровую чашку на стол и сложил перед собой полные, от набухших вен, руки. Он был одет хорошо, как и положено доктору: привычный костюм джентельмена того времени — с, разве что, немного ослабленным галстуком, освобождающим его вздутую шею. — Мы думаем это следствие нарушения пигментации. Не переживайте — пятна никак не повлияют на его жизнь и не связаны с психическим расстройством мальчика. — Лёгкая улыбка появляется на обычно невесёлом лице старого врача. Но мужчина напротив в лице не меняется: он остается мрачен, как и прежде; как и всегда, когда разговаривал с доктором Иданом Бауэром. Австрия, Вена, тот же день. 13:01 — Знаешь, что врач сказал мне? — Выругался старший Крейбург, вломившись в спальню к сыну, и сцепил руки перед собой. Мальчик, ещё сонный, сидел на краю кровати и натягивал колготки. Реакция мальчишки была незамедлительной — он сильно испугался, взгляда не поднял и поторопился одеться(хотя, заслышав поблизости знакомые злые шаги, уже начал суетиться - но молился, лишь бы не к нему они направлялись.) но вновь был прерван громогласным голосом — Смотрите на меня, когда я с вами разговариваю, Фредерик Крейбург. — Мальчик замер, его руки остановились на уровне колен — в спешке довольно трудно надеть колготки. Он пребывал уже в том возрасте, когда предпочитал одеваться наедине. Щёки младшего вспыхнули красным, и он, чуть, возможно, не порвав тонкую ткань, наконец натянул на себя эти жалкие колготки, хоть как-то прикрыв облизанную пламенем наготу. Мальчик уже было готовился поднять свой смущенный взгляд, но его снова прервали. — Как стыдно. — На удивление спокойно сказал старший Крейбург, но от того картина стала лишь ужаснее. Сказав это, мужчина тут же развернулся и вышел из комнаты, сильной рукой закрыв за собой дверь. Старик даже не объяснился, что имел ввиду: То ли не по нраву пришлось ему, что неблагодарный сынишка наглухо отказался смотреть в глаза, то ли не понравилось, что мальчик весь раскраснелся и выглядел как мелкий щенок, не в силах даже преодолеть стыд. А Фредерик был уже взрослый. Ему исполнилось 10 лет. В это утро мальчик долго не выходил из комнаты. Австрия, Вена. 7 ноября, 1766 г. 7:33 Я расскажу вам, что произошло сегодня утром: я начал писать этот дневник в нотной тетради, которую потерял на прошлой неделе. Отец очень быстро купил мне новую, однако сегодня я нашёл старую тетрадь под кроватью. Как интересно это, однако, бывает — я, казалось, заглядывал туда уйму раз. Значит, должно быть, этот дневник должен был появиться на свет. Я тщательно его спрячу, но куда — писать не стану, хотя уже придумал место. Хе хе. Об этом никогда не узнает этот старый хрыщ. И у меня даже появилась уникальная история, не поверите: да да, ровно перед тем, как я нашёл эту тетрадь. Собственно, без неё я не нашёл бы свой "дневник". Рассказываю: проснулся я рано-рано утром, часу к пятому, когда рассвело. А проснулся я от необычного сна: я играл в лесу с рыжим-прерыжим зверьком. Он был такого огненного цвета, почти красный, и с чёрными лапками. Так выглядят лисы, но этот был просто огромный, размером со шкаф. Я кидал ему палку, и вдруг закинул её слишком далеко — я даже почувствовал, как моё плечо дёрнулось, пока я спал. Я побежал за лисом, а он всё не останавливался. Он бежал, бежал, и вдруг прыгнул в озеро, что зияло впереди. Лис пропал в воде.. и тут, припав к озеру, я уставился на своё отражение — а в нём лис. Затем я посмотрел на свои руки, а вместо них — черные лапы. Я в недоумении поднял голову, и увидел себя — да, я стоял напротив и в этот момент кинул палку: а на палке змея обвита, темно-желтая такая. Я побежал прочь в страхе, но палка, как заколдованная, не останавливались. Я увидел впереди водоём, прыгнул в него с разбегу и тут же проснулся. Странный сон, подумал я.. Собрался ложиться спать, ведь было рано, но решил вначале умыться. Я подошёл к умывальнику(с заготовленной вчера водой), умыл лицо и шею ледяной водой(я чуть не почил). И вдруг слышу: "Красивое у тебя личико". И сказало это будто-бы отражение в воде, моим же голосом. Я даже немного испугался: я слышал голоса, и это бывали нередко голоса совсем незнакомых людей, но в этот раз я услышал свой, клянусь, собственный голос! Я тут же отпрянул. Затем я, впечатленный, хотя и боязливо, снова посмотрел в воду — покорчился, показал язык, и отражение строило будто бы отличные от меня рожицы. Я снова подумал: спросонья, наверняка! И вновь посмотрел в воду, решенный развеять свою утреннюю сонливость. Отражение тут же мне сказало: "Почему ты прячешь лицо?" И я тотчас убедился, что мне всё это не показалось. После вновь услышанного я попытался поговорить с отражением, снова покорчил лицо в весёлых выражениях, но отражение стало моим собственным. Таинственный голос исчез, как и его лик, оставив теперь моё собственное выражение в отражении воды. Он сказал совсем немного, но то, что он сказал мне, было очень мило. Я постараюсь застать его завтра утром! Я также слышу иногда, что у меня хорошее лицо, от гостей, что приходят к отцу: мне каждый раз смешно, когда я представляю, как бы отреагировали эти гости, если бы сразу после своих слов они увидели мою, допустим, спину: Как бы скорчились их выражения, увидя, какие мерзкие на ней красные полоски. Возможно, оторопя, они бы попытались их "убрать", как-то смыть мылом, начать отца расспрашивать, "а почему они не смываются?". А в ответ отец сказал бы: "мой сын - проклят!". Ладно, шучу, отец довольно скромен при других, и предпочитает не раскрывать моих уродств, но фантазия очень забавная. Впрочем, пишу я это довольно долго, и мне уже пора одеваться. Хорошего и милого дня, Господин Крейбург!