ОАЗИС

      Кир потерял счёт времени. Он мерил каюту шагами. Разглядывал каждый выступ и царапину на чугунных стенах. Он обнаружил, что на одной из них есть иллюминатор, но тот был наглухо закрыт. Как Кир не тянул и не дёргал, створка не поддалась.       Он пробовал стучать в дверь каюты, но какое-то время спустя, задвижка в её верхней части, как в тюремной камере, отъехала в сторону, и очень недоброжелательный низкий хриплый голос посоветовал ему прекратить. А если он продолжит, его выкинут за борт. И голос этот явно не шутил.       Перед тем, как задвижка вновь захлопнулась, через неё скользнул тетра пакет с чем-то съедобным и запечатанная бутылка воды.       Кир отступил и обессилено сел на замусоленную кушетку, приткнувшуюся у одной из стен его «камеры». Наверно, правильнее было находиться здесь. Даже, сумей он вырваться, бежать некуда. Они в открытом море.       Прыгнуть за борт – это верная смерть. Но, наверное, это было бы лучше, чем ждать, пока его разделают как куриное филе. Но это не фильм, а Кир не главный герой. И из чугунной коробки не сбежишь. Ему, правда, пригрозили, будет шуметь, скинут за борт. А что? Как вариант…       Впервые за несколько часов происходящего парень усмехнулся.       Хотеть умереть и сделать к смерти сознательный шаг, вещи разные. ***       Но самое ужасное для него началось в шторм.       Снова забывшись тревожным сном в углу каюты, Кир дёрнулся, когда какая-то неведомая сила повалила его на бок. Парень, шатаясь, поднялся на ноги. Стены натужено гудели. Бутылка, упав со стола, каталась от стены к стене.       Кира вновь охватила дикая паника. Он закрыт в железной коробке. Корабль швыряет то вверх, то вниз… Дрожа от животного страха, парень залез под стол, съежившись под ним, и вцепился в металлические ножки. Светлые замусоленные пряди волос прилипли к влажным щекам. Парень наблюдал за мечущейся по полу бутылкой и плакал, стиснув зубы:       - За что, господи?.. За что мне всё это?..