Цветы Зла

‎Бесконечно алое солнце Ада скрылось за горизонт, окропив бордово-кровавой памятью о себе, казалось, бесконечные владения Сатаны. [1] ‎На рабочем столе горела лишь одна лампа, разрывая темноту настигающей ночи, что приходила сюда куда раньше, чем в земли Небес. ‎В рабочем кабинете, утонченном, но без вычурности, всё было подчинено функциональности: стеллажи с юридическими фолиантами, идеальный порядок на столе. Воздух пах старым пергаментом и чернилами. Хозяин его сидел за столом, склонившись над очередной бумагой и крутя в руке печать. ‎Дверь открылась без стука. В проеме — Люцифер. ‎— Я всегда знал, что у тебя проблемы с дверными проемами. То входить не можешь, то выходить. Проходи, брат. Не загораживай свет. ‎За столом сидел молодой мужчина в рубашке, рукава которой поддерживались армбендами. Поверх — идеально сидящий жилет. Он даже не поднял глаза на вошедшего. ‎Люцифер вошел, оставляя дверь открытой. Он не сел, остановившись напротив стола. ‎— Мне нужен твой профессионализм. ‎Собеседник наконец поднял свои светлые, но холодные глаза. Уголки губ подернулись в хищной усмешке. ‎— О, до моего скромного таланта снизошел сам наследник. И с кем же ты собрался судиться? — он откинулся на спинку кресла. — С отцом? По поводу недостаточного проявления отцовской любви в детстве? Или, — его взгляд становится притворно-сочувствующим, — какая-то несчастная птичка запуталась в твоих сетях и тебе нужно от неё... отмазаться? ‎Лицо Люцифера казалось непроницаемым, но было заметно как сжались его зубы. ‎— Речь о деле Лефер против Арквейлов. Ей нужен лучший адвокат. ‎Лицо собеседника на мгновение показалось заинтересованным, он приблизился к столу, сцепив руки в замок. ‎— А-а-а... Ей. Как трогательно. Наш наследник Ада превратился в рыцаря на белом коне. Нет, погоди, — он притворно задумывается,потирая подбородок, — в рыцаря на дымящемся коне. Или просто в ревнивого мужа, который не может справиться с обидчиком жены своими обычными методами? ‎Люцифер вплотную приблизился к столу, оперевшись о него ладонями. Глаза его сверкнули в полумраке. ‎— Ты будель заниматься этим делом или нет?!.. — прошипел он. ‎Демон поднялся из-за стола, подходя к буфету и достав оттуда два бокала, налив в них бурую жидкость. Один из бокалов протянул Люциферу. Тот не взял. ‎Усмехнувшись, собеседник продолжил: ‎— Видишь ли, в чем проблема, братец. Ты формулируешь запрос неверно. Не ей нужен лучший адвокат. Тебе. Тебе нужен я, чтобы ты мог продолжать делать вид, что всё контролируешь. Вернее... Контролируешь то небольшое ничто, что тебе позволили. В то время как я буду делать грязную работу. Ты просишь меня не помочь милой маленькой пташке. Ты просишь меня помочь тебе сохранить лицо. И за это, — он ставит бокал, — я попрошу высокую цену. ‎Люцифер молча ждал, продолжая нависать над столом. ‎— Но её мы обсудим позже. Ты прямо таки застал меня врасплох, мне нужно подумать. ‎— Ты, Астрей, решил играть в глупые детские игры «на желание»? — понизил голос он. ‎— Можно сказать и так. С одной лишь оговоркой, что не исполнить его ты не сможешь. Ты ведь готов отвечать за свои слова? — протянул он руку. ‎Люцифер замер на мгновение, но протянул руку, сжимая ту. ‎Устный договор был скреплен рукопожатием. ‎После Люцифер развернулся, направившись к выходу, как голос Астрея его остановил: ‎— И, Люцифер? Позволь дать совет... Как брат. В следующий раз, когда захочешь помочь своей невесте, попробуй сначала спросить её, чего хочет она. А не действовать, как наш общий отец — решая, что для кого лучше. Потому как с этой минуты я уж точно её не спрошу о её желаниях. ‎Люцифер замер на секунду. Плечи его напряглись. Не оборачиваясь, он вышел, хлопком закрыв за собой дверь. ‎Астрей вернулся к столу, беря бокал. На лице его — не торжество, а холодная, расчетливая задумчивость. Он только что принял дело не ради Вирджинии и не ради Люцифера. Он принял его потому, что это идеальный шанс нанести удар и по Арквейлам, и, в перспективе... ‎Игра началась. ____________________ [1] — René Aubry «Refuges»