no one has to know

Илья мог сказать, что они с Нико были довольно близки. Они оставались допоздна после тренировок и играли вместе, дурачились на буткемпе и даже время от времени ходили гулять. Казалось вполне логичным поселить их в один номер, и Илья согласился. Так продолжалось до тех пор, пока он не обнаружил привычку старшего спать в одних лишь боксерах. Правда заключалась в том, что Никола был слишком горяч и, для своего же блага, он не мог ожидать, что Илья будет пожирать его взглядом каждый раз, как он выставлял свое тело напоказ, когда они оставались наедине. Было что-то не только в мышцах, которые он хотел потрогать и изучить своими руками, но и в общем растрепанном виде, что сводило его с ума, занимало все его мысли, заставляло истекать слюной. Снайпер знал, что Нико горяч, но не знал, насколько. И как теперь ему дожить до конца турнира, когда он это узнал? Даже сейчас, когда они перед сном лежали перед телевизором и смотрели какую-то передачу, Илья не мог сосредоточиться. Его взгляд все время съезжал вбок, к очерченным икрам и бедрам, а также заметной выпуклости в боксерах, освещенной только мягким светом телевизора. Слюна начинала течь только при мысли о том, как он увидит и потрогает то, что под ними, и насколько там все твердое. Он просто хотел быть ближе, и тогда возможно… Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Если бы он был один, то смог бы спокойно подрочить, но наличие рифлера в качестве соседа по комнате означало, что тот не только будет неосознанно продолжать дразнить его своим полуголым телом, но так же и то, что у него не будет возможности утолить пробуждаемую этим похоть. Он больше так не мог. Наконец, все сдерживаемые желания настолько затуманили рассудок, что он решил действовать. Не раздумывая, он потянулся за бутылкой воды, которую всегда держал на тумбочке и, сделав глоток, опрокинул ее на себя и матрас. — Черт! — закричал он, вскакивая с кровати и со скрытым ликованием наблюдая, как потемнела промокшая простынь. Это привлекло внимание старшего, который перестал листать ленту в телефоне и отложил его, а затем поднялся со своей кровати на другом конце комнаты. — Черт возьми, Илья, если тебе было жарко, ты мог просто принять душ, — пошутил он, подходя к младшему, чтобы оценить масштаб трагедии. Ему было жарко, но не по тем причинам, по которым, возможно, представлял Нико. — Поможешь прибраться? — невозмутимо спросил снайпер и принялся за работу. Они сделали все возможное, чтобы собрать воду сухими полотенцами из ванной, но, как и предсказывал младший, из-за того что бутылка была полной, матрас тоже промок. Отлично. — Замечательно, это будет сохнуть целую вечность, — Илья призвал на помощь всю свою очаровательность, а затем повернулся к старшему и надул губы: — Никола, разрешишь поспать в твоей постели? Он разглядел в глазах старшего нежелание, но они оба знали, что иначе Илья не сможет нормально поспать этой ночью, а утром предстояла важная игра, и ему в конце-концов пришлось сдаться. Снайпер не смог сдержать улыбку. Он довольно стянул мокрые шорты и футболку, не потрудившись надеть новые, забрался на кровать старшего и поудобнее устроился на сухой простыни. — Уже довольно поздно. Не засиживайся надолго и постарайся выспатьсяя перед завтрашним днем, — сказал Нико, приглушая звук телевизора и присоединяясь к нему на кровати. Он лег на бок, повернувшись к нему спиной, и пожелал спокойной ночи. Еще нет. Илья знал, что момент настал, он едва мог спать на отдельной кровати, не говоря уже о том, когда Никола был всего в нескольких дюймах. Он должен был попытаться. Он приблизил руку к спине старшего и нежно провел по мышцам перехода шеи в плечо, отчего по коже побежали мурашки, а Нико напрягся. Однако он не сказал ему остановиться, поэтому Илья, подавив волнение, начал рисовать все более замысловатые узоры по всей сильной спине, чувствуя, как расслабляются мышцы под кончиками пальцев. — Илья, что ты делаешь? У нас завтра игра. Спи давай, — низкий голос заставил его сердце пропустить удар. — Н-ничего, просто не устал. Нико легко засмеялся, повернулся на спину и, лукаво улыбаясь, сказал ему пойти попрыгать. Илья хотел его так сильно, что это чувство поглощало его. — Если ты настаиваешь, — Илья начал подниматься, но вполне удачно потерял равновесие и упал на рифлера, который успел схватить его за талию в попытке удержать. Они смотрели друг на друга, казалось, целую вечность, Илья видел, как взгляд Нико следил следовал за его языком, когда он облизнул пересохшие губы. Младший воспользовался своим положением и провел пальцами по твердой груди, чувствуя взгляд старшего всем телом и видя, как сжимается его горло, когда он с трудом сглатывает. Выпуклость, которая была видна даже при тусклом свете телевизора, придала ему уверенности, и он, соблазнительно прикусив нижнюю губу, скользнул к ней пальцами. Когда они задели нижнюю часть живота Николы и начали опасно приближаться к краю его боксеров, мужчина схватил его запястье, прежде чем оно успело опуститься ниже. — Илья… Мы не можем, у меня есть девушка… Хитрый юноша на его коленях лишь что-то промычал и вернул его руку на свою талию, где она была раньше, а сам положил ладони на предплечья старшего и оценивающе провел ими по мышцам. — Никто не узнает, — он медленно опускал руки рифлера, пока те не достигли его задницы. Он мучил решимость Нико: — Это вообще считается? Кончики его пальцев снова пробежались по рельефному прессу, оставляя после себя мурашки и делая мышцы мучительно напряженными. Никола прикрыл глаза, и Илья мог видеть, как пошатнулась его решимость — от легкого толчка. — Разве тебе не спится лучше после.? — он медленно, но уверенно потерся об него, заставляя обоих задыхаться, а затем полностью остановился в ожидании, что Нико сделает следующий шаг, нуждаясь в том, чтобы Нико сделал следующий шаг, показав, что тоже его хочет. И его желание исполнилось. Руки рифлера начали одобрительно массировать его зад, одновременно медленно выписывая им круги, заставляя обоих задыхаться от восхитительного трения их уже полностью твердых членов и сводя Илью с ума от желания. Вскоре его руки проникли под белье и так крепко сжали ягодицы, что он издал отчаянный стон, зажегший пламя в глазах старшего. Никола громко выругался и быстро избавился от ткани, разделявшей их тела. Он приподнялся на кровати, обнял Илью сильной рукой, прижимая его к себе, и нежно целовал и покусывал светлую кожу ключиц и шеи. Другая его рука ласкала каждую часть тела, пока не оказалась спереди. Когда рука Нико наконец сжала его истекающий член, он издал самый неприличный стон на своей памяти и жадно приподнялся навстречу прикосновению, закрыв глаза от удовольствия, когда мужчина мягко успокоил его и продолжил дразнить невнятными поглаживаниями. — Никола, прекрати дразниться, — умолял снайпер. Нико сделал так, как ему было сказано и отпустил его член, но прежде чем Илья успел снова начать скулить, он одновременно сжал в руке оба их члена, и одна лишь мысль об этом заставила Илью снова застонать. Разница в размерах была достаточной, чтобы заполнить его разум похотливыми мыслями — каково было бы взять его в рот, почувствовать в себе — и горячее соприкосновение чужого члена с его, когда Нико сжимал их одновременно, вместе со стонами, которые старший не мог сдерживать, было абсолютно божественно. Илья рукой, которой не держался изо всех сил за затылок Нико, присоединился к беспорядку, контраст между длинными тонкими пальцами и более толстыми только добавлял непристойности происходящему. Они двигали руками в умеренном темпе, желая насладиться каждой секундой, Илья держал их лбы прижатыми друг к другу, а рты настолько близко, что ими можно было столкнуться без особых усилий. Он видел, что Нико сопротивлялся желанию поцеловать его, пытаясь провести линию на песке и не замечая того, что они уже были в эпицентре песчаной бури. Илья не позволил ему этого, он хотел всего и сразу и эгоистично дразнил старшего, проведя кончиком языка по его нижней губе и игриво чмокнув в уголок рта, а затем наигранно заскулил, чем окончательно сломил его. Никола врезался своими губами в его, и Илья ощутил на языке чистый привкус экстаза. Они обменивались поцелуями и стонами, а руки двигались быстрее и быстрее, отдаваясь сокровенному желанию, затуманивающему разум. Им не потребовалось много времени, чтобы кончить, сперма хлынула и запачкала все еще сцепленные руки, которые продолжали выдаивать ее, пока стимуляция не стала слишком сильной. Очнувшись от оргазма, они снова упали на кровать, и Илья удобно устроился на старшем, который не оказал никакого сопротивления. — Наверное, нам стоит прибраться, — нежно прошептал Нико, гладя его по спине. — Просто примем душ завтра. Простынь все равно придется сменить. Нико фыркнул, но не предпринял попыток встать, позволив сну победить малейший призрак вины, что грозил забраться в его разум. На следующий день, несмотря на свежие простыни на кроватях, Илья все равно вышел из ванной с определенными намерениями. Он сразу подошел к кровати Нико, где старший бездумно шарился в телефоне, бросил на тумбочку упаковку с презервативом и смазку и уселся на него с озорной улыбкой. Когда Никола небрежно отбросил телефон в сторону и, не теряя ни секунды, тут же обнял и порывисто притянул его к себе, жадно целуя, Илья понял, что победил.