Путешествие одиночек

      — Какое там сегодня число? — плавно выворачивая руль, Тэхён откровенно зевает.       Их вчерашняя попойка под оглушающий крик музыки из магнитолы отзывается сейчас пульсирующей болью в голове. Но всё же было весело.       — Четырнадцатое февраля, — лениво взглянув на календарь, Чимин звучит сначала безучастно, даже, как будто бы болезненно и печально, но, осознав сказанное, вдруг вздрагивает. — Чёрт, как иронично, что в такой праздник мы — одиночки, оказались вместе.       Ким хочет что-то ответить, однако, стоит раскрыть рот, как слова застревают в горле. Он выбирает промолчать.       Они решились на это чуть меньше месяца назад, случайно встретившись в баре и узнав, что одновременно оказались без пар.       Чимина бросила изменившая ему девушка, о которой он уже не вспоминает, а Тэхёна… Честно говоря, парень не называл имени или даже пола, но, почему-то, Пак сразу же догадался: причина печали его попутчика — мужчина.       Находясь три недели в дороге, вместе выпивая, ругаясь, засыпая в салоне автомобиля и иногда внутри небольшой палатки, оба удивительным образом привыкли друг к другу.       Пак, не договаривая нечто действительно важное о себе, украдкой кусает губы, рассматривает Тэхёна и думает, как бы перешагнуть через черту, проложенную между ними с помощью уговора: «Никаких разговоров об отношениях, ни о прошлых, ни о будущих, лишь мы и наше ментальное здоровье». Ким же, будучи уверенным в очевидности сексуальной ориентации «союзника по путешествию» в тайне разочаровано вздыхает.       Они уже нравятся друг другу, и, возможно, сегодняшний день должен что-то изменить. Чимин ощущает непреодолимое желание высказаться, исходящие от Кима, а Тэхён борется с неожиданными чувствами, почти также яростно и отчаянно, как Пак неделей ранее, когда пьяным пытался потушить костёр, заливая туда вместо воды джин.       — Послушай, — делая вид, что увлечён изучением карты, чуть смущённо произносит Чимин, — мы договорились не обсуждать отношения, но… Что, если захотим, например, поцеловаться? Это можно?       Тэхён от неожиданности дёргается, резко выворачивает руль, уводя фургон к обочине. Он шокировано переводит взгляд на, вжавшегося в кресло, Пака и кое-что замечает.       Испугавшись, Чимин схватил его за руку.       Настолько сильно, что, вероятно, останутся синяки.       — Так, — на выдохе, осторожно убрав ладонь парня со своего запястья, Ким, краснея, хрипит. — Знаешь ли, о таких вещах не шутят. Ты выбрал самый неподходящий момент для подобных вопросов.       — Но я не шутил!       Пак возмущённо вскрикивает. Глаза его блестят искренней уверенностью, которая что-то со звоном ломает внутри у Кима.       — Ты удивительный, Тэхён. Твои шутки, твой чуть хриплый голос, то, как забавно-красиво ты выглядишь, когда пьяным поёшь, не попадая ни в ритм ни в слова… Мне нравятся мысли, что возникают в твоей голове, и то, как ты по-настоящему умеешь слушать. Мне нравишься ты, будешь верить в это или нет!       Чимин, воспользовавшись замешательноством Тэхёна, постепенно взбирается к нему на колени и склоняется над его губами. У Кима, кажется, тело немеет. Столь пылкое признание от человека, которого считал натуралом, обезоруживает.       — Я спрошу ещё раз, — шепчет Пак, обдавая горячим дыханием губы парня и мимолётно немного задевая их своими, как бы дразня. — Можем ли мы целоваться?       Тэхён ничего ему не отвечает. Он, прижав миниатюрного парня к себе, резко целует его, параллельно с этим, ловко и абсолютно не глядя, ставит фургон на ручной тормоз.       Как только закончится этот поцелуй, когда подойдёт к концу месяц их путешествия, они вернутся в город с новой историе и уже не одиночками.