И ты уверена

             А дождь все шел и шел. Он больше не бил кулаками в стены, а пытался обмануть нас шурша в водяных пальцах конфетными обертками. Свежий холодный воздух вытекал из щелей и скользил под одежду. Из-за чего в душном и теплом доме становилось мерзко и неуютно. Кольгрим повез травницу в деревню, проведать кметку. Мы с Беренгаром остались одни.        Ведьмак спал, скрестив руки на груди, а я сидела, прислонившись к противоположной стене и разглядывала его. В полумраке, в танцующих объятья свечных огоньков, он выглядел… Не знаю.  Недоделанным что-ли. Будто скульптор нанес на мрамор основные черты, а потом бросил работу, не внеся отдельные детали. Может так и было? Его, маленького брыкающегося лисенка, взяли, вырвали из-под теплого бока мамы-лисы и бросили в мир ведьмаков, монстров, ненавидящих людей.        - Да? - на вдохе спросил мужчина, не открывая глаз.       - Можно мне тебя обнять?        Беренгар распахнул глаза и уставился на меня очень ошарашенным взглядом. Что тут сказать? Вокруг меня столько странностей, подумаешь одной больше.       - Зачем? - с подозрением уточнил ведьмак и даже приподнялся. Я пожала плечами.       Мужчина чуть приоткрыл удивленно рот и неотрывно смотрел, как я приближаюсь, как сажусь на колени рядом с ним и чуть отклонил голову, подставляя мне свою незащищенную шею. Я тут же ткнулась в нее носом и закрыла глаза. Он вкусно пах. Очень по-человечьи. Шерстью, печкой, а еще травами и дождем. Кажется, он вобрал в себя все запахи дома травницы. “Ты для меня как дом”.        Удивительный. Постоянно ворчит и рычит, постоянно заботится. Постоянно думает не о себе, а о тебе. Интересно, как он смеется? Я слышала, как хихикают лисы, это так забавно. Вот бы хоть раз его рассмешить.        Я положила голову ему на плече и свернулась колечком. Стало уютно и растекаемо тепло, тело подо мной напряглось.        - Какой-бы была твоя жизнь, - я потерлась щекой о его рубашку, поудобней укладывая тяжелую голову, - если бы ты был человеком? Расскажи.       - Думаю, я был бы охотником, - медленно начала говорить Беренгар и его мышцы стали расслабляться, - или рыбаком. Женился бы на приличной женщине и имел бы много детей. Может пять или шесть.       - Или девять, - шепотом добавила я, отчаянно борясь со сном.       - Почему девять? - уточнил мужчина, ему надоело держать руку на весу, и он наконец-то меня обнял.       - Почему нет? - Потихоньку реальность от меня ускользала. - Хорошее число.       - Хорошее. - издалека согласился со мной ведьмак. - Зачем ты со мной возишься?       - Потому, что ты мой, - ответила я Беренгару обернувшись, - идешь?       По долине шли молча. Места были знакомы и не знакомы одновременно. Склон, по которому мы шли был невероятно, ослепительно зеленым и таким травянисто-пушистым, что при каждом шаге создавалось ощущение облаков. Впрочем, далеко мы ходить не стали, просто уселись на траву и какое-то время разглядывали лес, в который упирался травяная волна склона.        - Что это? - Беренгар указал на мою ногу. Там отсутствовал здоровенный кусок кожи и мышц, обнажая малоберцовую кость.       — Это наказание, - я отдернула юбку прикрываясь, - за то, что спасла Кольгрима.       - А это? - Он указал на мою левую руку. Через такую же рану белели локтевая и лучевая кость.       - Это, - я повернула руку здоровью стороной, - за то, что спасла тебя.       - Кто ты? - Беренгар смотрел на меня с удивлением, но слава Богам без подозрения.       - Я? - пришлось задуматься, чтобы ответить на это вопрос, - Я, Та-что-знает.       Кривая ухмылка исказила мое лицо. Что ему еще ответить?       - Та-что-знает? - ведьмак отвернулся, всматриваясь в тени, что начали появляться в долине. - И где же твоя зеленая кожа и шесть рук?       - Сущность одна. Тела разные.       Тени мерцали, то становясь почти четкими очертаниями людей, то исчезали до легкой дымки. Одни мне были знакомы, например гора мышц, что улыбаясь склонилась к кому-то невидимому для нас. Это Лето, наверняка, что-то говорил сейчас Хрунд. Другие, как например, беловолосый и черноволосый мужчины, которые, по всей видимости с кем-то дрались, были мне незнакомы.       - Кто это? - Беренгар тоже разглядывал дерущуюся парочку.       - Это все живые ведьмаки. - Как мучительно больно было смотреть на оставшихся. Их было совсем чуть-чуть. Не больше двух десятков.       - А это что? - мужчина показал на появившееся рядом с нами дерево.       Это был могучий дуб с большими крепкими корнями. Как олицетворение всего сущего он стоял, вгрызаясь в склон долины. Только тени не отбрасывал, может потому, что здесь нет солнца.       - Это? - я пробежала взглядом по листьям, скользнула по ветвями и задержалась на плодах. Большие грушевидные сосуда с переливающимся соком внутри. В этом перламутрово-золотом соке, сжимали кулачки и сосали пальчики маленькие эмбрионы. - Это не рожденные ведьмаки.       - Ты ошибаешься! - зло скривился Беренгар и развернулся ко мне всем телом, - Мутантами не рождаются! Мутантами делают! Против воли и желания.       - Это ты ошибаешься, - подняла руку и нежно коснулась его острой скулы, он на мгновение прикрыл глаза, - ведьмаками становятся задолго до рождения. Судьба этих мальчиков предрешена.       Мужчина яростно вскочил и встал передо мной готовый отстаивать свое мнение, но замер, ошарашенно смотря за мою спину. Я знала, что там. Знала, но боялась обернуться. Боялась увидеть знакомое лицо. Ведь я не увидела Айдена среди живых.        - Боги, кто это? - почти испуганно пробормотал Беренгар, мгновенно теряя боевой настрой.        Все-таки пришлось обернуться. За моей спиной нестройными рядами стояли ведьмаки. Десятки молчаливых охотников на монстров. Я лишь взглянула на них и тут же вернула взгляд к своему собеседнику. Он то как раз и увидел знакомые лица.        - Это мертвые ведьмаки, - ответила я, - они тоже всегда со мной.       - Мертвые?.. - мужчина вглядывался в лица не веря, - ты видела их смерть?       Конечно, тяжело поверить, что близкий человек умер. Даже стоя на краю его могилы, ты все еще сомневаешься, торгуешься, убеждая себя, что все это дурной сон.       - Видела, - я печально кивнула и прислушалась, где-то далеко, в другом мире, заржала лошадь, - я видела смерть каждого из них.       Звуки становились все громче. Тяжелые мужские шаги приближались, зовя меня в реальность. Скрипнула дверь.       Я выпрыгнула из сны и тут же вскочила, схватив самострел. Беренгар было дернулся за мной, но я лягнула его в плечо, отбрасывая на лежанку, под защиту моей спины, а потом еще и прижала каблучком, чтобы не мешал мне.        Кольгрим замер под прицелом моей стрелы, а потом медленно поднял руку и стер капли со лба, чтобы не застилали взгляд. Его глаза проскользнули по арбалету, мельком лизнули мое лицо, а потом замерли на моей ноге.       - Жаль конечно, - проговорил мужчина, - хотя его может еще можно спасти.       Я в ужасе посмотрела на свои ноги. Носочек правой жестко упирался в лежанку, держа баланс, а вот пятка… Пятка каблучком прижимала промежность Беренгара и жестко так прижимала. Наверное, это было очень больно.       Первая мысль, которая мелькнула в моей дурной головушке это, что больное место нужно помять, чтобы меньше болело. Этим я тут же занялась, отбросив арбалет.        - Очень больно? - я отчаянно растирала место, где только что был мой каблук.        - Какого лешего ты делаешь? - заорал раненый ведьмак, перехватывая мои руки.       Я в ужасе отшатнулась осознав, что именно я так усиленно растираю. Пытаясь спасти ситуацию, закопала себя еще глубже:       - Тебе больно? - руки на всякий случай были прижаты к груди, чтобы не тянулись куда не надо, - давай посмотрю.       - На хрен мой хочешь посмотреть? - Беренгар прикрыл ладонью причинное место. Я покраснела, - Поссать пойду, возьму тебя с собой.       Пришлось обернуться за поддержкой с Кольгриму, который стоял, опираясь плечом на перегородку и наблюдал за всеми событиями с явным удовольствием.       - Закончили, детки? - он ухмыльнулся и сел за стол по-хозяйски облокотившись рукой, - я тут подумал, может она только через твой сон может проникнуть в реальность.       Мысль была дельной, но страшной.       - Я тоже так подумала, - печально покачала головой я, - поэтому и не спала сегодня. Дальше то, что делать?       - А ты просто не спи всю оставшуюся жизнь,  - проворчал Беренгар все еще прикрываясь рукой. - Делов-то!       - Спасибо, Беренгар, - вздохнула я.       - Ты ему в следующий раз посильней каблуком наступи, - насупился Кольгрим, - глядишь у него еще умные мысли появятся.       -  Себе наступи, - парировал раненый ведьмак, - свои умные мысли иметь начнешь.       - Хватит! - пришлось прикрикнуть мне, а то еще прибьют друг друга, а мне потом две могилки копать. - Если он умрет, - я ткнула пальцем в Беренгара, - я сама с ним в могилу лягу! Делать-то что будем?       Ведьмаки переглянули и, о чудо, заткнулись. Помолчали. Видно, ни один, ни второй не знали, что делать. А делать что-то надо. К сожалению, я так хотела спать, что мысли растекались болотной жижей не обретая ясных форм. Итак понятно, что я не могу не спать. Но если она монстр, то почему нет зелья у ведьмаков? Ведь ведьмаки охотники на монстров… А она монстр… Хоть и красивая… Может они на красивых не охотятся… Хотя они охотник…       - Так! - Я встала, хлопнув себя по коленям. - Предлагаю завтракать и спать. В смысле поужинаем и поработаем. Что у нас сейчас? Почему ставни закрыты?       - Дождь на улице, - кабы между прочим сказал Кольгрим и подозрительно на меня посмотрел. - Сейчас позднее утро.       Вот холера! Впереди был еще целый день. Тоскливый, нудный, паршивый день. Вы заметили, как часто здесь идет дожди?        - Давай повторим травы-ягоды, что ли? - предложила я своему ведьмаку, тот благодушно кивнул. Не, ну прелесть же.        Расположившись как на базаре, мужчина начал тыкать в разные колбочки, баночки, сушеную хрень и задавать каверзные вопросы.  Допустим шишки хмеля, я узнала сразу. Как, впрочем, и волкобой. Оооооо! Его я буду помнить очень долго. Аренария и берберка тоже не доставили сложностей. Каприфоль, она же жимолость, я узнала не сразу. Вообще-то она растет у нас в саду, но в растертом виде, она представляет просто коричнево-розовую жижу.       А вы знаете, как выглядит корень душистого перца? Очень редкий и важный ингредиенте. Который, кстати, стоит 5 оренов (это Беренгар добавил). Хреново он выглядит! Как морковь, которая очень долго пахала в поле, а вечера проводила со сварливой женой, которая еще и не давала.        - А это что? - Кольгрим сунул мне под нос красные цветы, похожие на принарядившуюся ромашку. Кажется, он их недавно целый пук притащил, нужно только вспомнить.       - Это…, - я протерла глаза, - цветок… двоенога.       - Грота, - поправил меня сидящий напротив ведьмак.       - Цветок Грота, - послушно повторила я, кивнув тяжелой головой, - какое красивое название.       Беренгар сверкал со своей лежанки злобными глазами. Он уже уверенно сидел и даже, кажется, немного вставал, когда я не вижу.  Скоро уедет и … Святой Лебеда, это же выход! Мне нужно просто уехать, держаться от них подальше, тогда они будут в безопасности.       - Иди сюда! - приказал раненый ведьмак и указал рукой на мою лежанку рядом с ним.       Я послушно встала, подошла. Вообще-то можно попросить и повежливей, но кажется его лисья натура не умеет вообще просить.       - Ложись, - рыкнул Беренгар.       - Ты ошалел? - конечно я подумала другие вещи, но сказала это.       - Ты устала, - зарычал на меня ведьмак, - просто полежи, отдохни. Уснешь, я сразу разбужу.       Я посмотрела на Кольгрима вопросительно. Тот подумал и кивнул. Уже сворачиваясь клубочком на лежанке, я подумала, что не знаю, как они будут определять заснула я или нет. Но… вот… не важно… я пойму… только, чуть полежу с закрытыми глазами… всего несколько минут…       - Ты знаешь?... - спросила я, опуская веки, - знаешь…       Я увидела Хрунд. Мою улыбающуюся Хрунд, в бликах света. Она протягивала мне яблоко и улыбалась. Тепло и спокойно. На ней было легкое, струящееся белое платье и грубые дорожные перчатки.       - Знаешь, - повторила я в эти смеющиеся глаза, - что с тех пор, ты прикасаешься ко мне только в перчатках?       Яблоки. Зеленые, сочные. Они медленно падали в траву, пронизанную сосновыми иголками. Катились по склонам. Падали в ноги. Их душистый, сочный запах вперемежку с острым хвойным духом укрывал подобно тонкому полотну. Кольгрим медленно шел прямо по этому хвойно-яблочному ковру, неся в руках огромный букет из трав и цветов. Букет был таким большим, что мелкие его травинки выбивались из рук ведьмака и дорожкой стелились следом. Он подошел совсем близко, бросил эту охапку к мои ногам и сверкнув розово-лиловыми глазами мягко толкнул меня в грудь. Я стала падать, вздрогнула всем телом и проснулась. Ага разбудили они меня, как же!       - Какого лешего? - Заорала я и встала перед ними грозная, как мать правосудие. Ведьмаки повернулись ко мне с одинаковым невинным выражение глаз.       - Ты!.. Ты!... - эпитетов, как обозвать Беренгара было множество, но не один не был подходящим.       - Его зовут Беренгар, - услужливо подсказал мой ведьмак и я тут же развернулась к нему.       - А ты…! - ох, сколько бы я сейчас высказала.       - А я Кольгрим, - кивнул мне мужчина и они оба посмотрели на меня самым сочувственным взглядом. Паршивцы.       В этот момент в дом вошла травница, с такими дебильно счастливыми глазами, что аж страшно стало.