Арвей.

Локи, властный и хитрый. Локи,двигающийся как чертова модель. Локи с этими ублюдскими зелено-голубыми глазами,полными чего-то древнего, манящего. Локи с поистине идеальным божественным телом,как какая-то древнегреческая статуя. Локи,способный свести с ума одной улыбкой. Локи с этой редкой,но такой подавляющей серьёзностью. Локи,из-за которого он увидел эту грёбаную чертовщину. Локи,породивший его ночные кошмары и добравшийся до его травмированной сути. Локи. Локи... Старк ненавидит его за то, что в его жизни слишком много Локи, ненавидит за то, что никогда не может его забыть, ненавидит за то, что в какой-то момент, в кошмарах, тот перестаёт его пугать, ненавидит за то, что теперь во сне он касается его, как должен касаться любовник, ненавидит за то, что реагирует на это. Ненавидит его. А Локи ненавидит Старка. Старка,который, будучи смертным, некогда не боялся смотреть ему в глаза. Старка,который смотрел на него как на равного. Старка с этим его достойным уважения умом. Старка с его хрупкостью,скрытой за бравадой. Старка,вечно стоящего на волосок от смерти, заставляющего его нервничать. Старка,в котором все видят эгоиста, а Локи не может. Локи видит в нём блядского самоубийцу, готового умереть за всех тех, кто каждый день плюёт ему в спину. Старка,который никому не может доверять. Старка,который заставил его, себя, уважать. Старк... Энтони Эдвард Старк. Тони... Энтони... --- Хруст своей шеи Локи отчётливо помнит — тот, когда Танос сломал её ему. Когда он наконец умер по-настоящему. Так почему он всё ещё дышит? Или не дышит? Где он? Он смотрит вверх, по сторонам. Лес. Туман. Свежесть. Но небо будто мёртвое. Где солнце? Где облака? Почему, почему одна серая масса? Он медленно сжимает кулаки, садится. Он на траве, но что-то в ней не так. Она будто не живая. И одновременно самая живая, что он когда-либо видел. Вокруг только деревья и,кажется, там, вдалеке, какое-то здание, мрамор, храм, белый. Какой-то древний. И кажется, это единственное, что есть в этом месте. Тихо. Очень тихо. И почему-то внутри спокойно. --- Щелчок. «Я так просто... Железный Человек». Он помнит, он сказал это. И щёлкнул, а потом всё поплыло. Помнит боль в правой части тела.Жгучую, огненную. Он умер, точно умер. Он помнит их лица. Почему не больно? Тони медленно шевелит рукой.Она есть, и кажется целая. Под ним что-то мягкое — трава. Странно, разве он умер не на земле? Глаза смотрят в небо. Это небо вообще? Слишком серо, слишком мертво. Но почему-то плевать, он впервые будто дышит. Садиться не хочется, хочется просто лежать вот так. Наконец-то спокойно. Шелест. Кто-то рядом есть. И тело против воли, по рефлексу и паранойе, напрягается. — Старк? Голос до боли знакомый, и сейчас слышать его так странно. Потому что он точно помнит, что Локи умер. Но он тоже умер, а почему-то здесь. Он садится не резко, аккуратно, будто всё ещё не понимая, реально ли то, что происходит, потом поворачивает голову. Кругом лес, какой-то странный, окутанный туманом. Боковым зрением видит вдали одно-единственное мраморное здание. Какой-то храм, что-то древнее. А потом наконец поворачивает голову. Локи. Тот же, точно тот же, что в тот день. Но что-то не так. Взгляд,глаза чёрные, пустые. Мёртвые. — Выглядишь как труп Бемби. Локи усмехается, и Тони кажется, что эта усмешка звучит одновременно раздражённо и облегчённо. — Ты не лучше. И правда, не лучше. Локи смотрит на него и видит тоже, что Тони видит в нём: чёрные глаза, пустые, мёртвые. Кожа бледная. Они не живые, они всё-таки мертвы, и по ним это видно. Оба знают, оба чувствуют, что сердце не бьётся. И это жутко, но почему-то они не говорят об этом вслух. Оба понимают. Всё. Но почему-то они тут, и это не Хельхейм, это не рай. Это что-то. Такой же мёртвый и пустой мир. --- Храм оказался пустым. Белые стены. Полуразрушенные. Ничего, лишь алтарь посередине. Они толком не говорили, лишь молча пытались найти что-то. Честно. Лес вокруг пустой, ничего. Ни одного живого существа. Лишь странные, непонятные растения. Локи сказал, что они съедобные. Старк не стал проверять, поверил на слово тому, кто жил века. Тони не знает, сколько прошло времени. Локи, возможно, тоже. Они не нашли ничего, вернулись в этот храм. Потому что это было единственное здание, единственное, что могло создать хоть какую-то иллюзию того, что они не в пустом мире, что они оба не попали неизвестно куда после смерти. Что они не застряли в пустом мире, не имея выхода. Локи не говорит это вслух, хоть и пытался открыть хоть какой-то портал. Но Тони и так всё знает, чувствует подсознательно, потому что если бы мог, бог бы их вытащил. Или хотя бы себя, а его бросил здесь умирать. — Я помню, как ты умер. Тор ревел как истеричка. —Вы победили? —Нет. Он вырезал половину мира, но Тор снёс ему башку. —Ясно. Тишина, холодная, давящая, а потом Тони смеётся, тихо, почти истерично. Откидывается на мраморный пол, закрывая глаза рукой. Странно, он не чувствует холода. — Через пять лет мы создали машину времени, нашли камни, а этот ублюдок с нами из прошлого увязался. Ну, опять война. Тех, кого стёрло, вернули. Туда-сюда. Щёлкнули, и всё хорошо. —Ты щёлкнул? Тишина. Тони молчит, и это молчание красноречивее любых ответов. И Локи хмыкает, одновременно хочет его ударить. Потому что Тони Старк снова заставил его себя уважать. Даже после смерти. — Почему мы здесь? —Не знаю. И это бесит. Локи ненавидит не знать чего-то, и Старк ненавидит. Но сейчас на душе слишком пусто, чтобы беситься. А есть ли у него теперь душа? Была ли она когда-то? Локи бы сказал, что была, но вслух не признается, что так считает.