Взгляд Ждущего и Вера Ищущего. Книга 3: Демоны

*Автор* — Это последний, — чёрный барашек бросил ящик рядом с баром. — Эй, аккуратнее, рогатый! — закричал на него Джаспер. — Твоё такое поведение и отношение к труду других погубят меня! Ты знаешь, сколько ты фруктов уже перепортил? — Да какая разница, — фыркнул баран. — О, ну да, какая разница, — Джаспер перемахнул через стойку, оказавшись рядом с барашком, и приставил к его горлу кухонный нож: — Я ж не пророк, терпеть не стану. — Да чего ты взъелся-то! Подумаешь, продукты! — в ответ на это кроль со всей дури воткнул в плечо черного барашка нож: — Подумаешь, всего-то плечо! — и сразу же извлек кухонный инструмент из плоти. Барашек стиснул зубы, мыча от боли и закрывая глубокую рану. — Джаспер, опять?! Я же просил так не делать, — на счастье обоих буйных мимо проходил Агнец, что своей силой затянул рану барашку. — Что на этот раз? — Ящик с овощами разбил, вот что. И ящик с фруктами швырнул как мешок с мусором! — осматривая принесённые продукты, кроль лишь недовольно морщился: — И как я буду из этого что-то готовить? Великий пророк, когда ваш суженый снова вернётся на свой пост? — Он ушёл в поход, а до тех пор его заменяет Баал. А что такое? Но ответ ему дал Яшка: — Он ему суёт всякую погань. Либо порченное, либо зеленое, либо битое. Так что не важно, как я это буду нести — всё равно в мусор пойдёт. — Ох, вот как… Я тогда поговорю с лекарем, чтобы он… — Не утруждайтесь, Великий пророк, — вдруг улыбнулся Джаспер. — Я бы хотел попросить вас отправить меня, Яшу и ещё какого-нибудь крепкого парня за ресурсами. На пару-тройку дней. — Хм, — Агнец задумался, почесав затылок. — Аим сейчас свободен, он может. Могу уточнить у него. — Не хочу связываться с котами. Может ещё кого? — Вито сейчас в тюрьме… Могу его отправить, если сможешь его усмирить. — Да, без проблем. Я завтра с утра собираюсь выдвинуться. Пусть Вито и ты, Яша, ждут меня у склада.

***

Джаспер славно подготовил разного рода снаряжение, чтобы без проблем дойти до места назначения и вернуться обратно. Бармен не первый раз ходил в походы — он точно знал, что потребуется в путешествии. В отличие от Яши и Вито. Последний, к слову, тоже был рогатым, а именно — быком. Но за его буйный нрав и непристойное поведение решено было срезать рога. Он жутко от этого страдал, злился, наворотил дел и даже впал в инакомыслие, но тюремный срок его успокоил. По крайней мере, так считал пророк. Джаспер же, по природе своей недоверчивый, глядел на второго рогатого с огромным презрением. — Чё надо, ушастый? — У меня хотя бы моё достоинство — уши, при себе, в отличие от твоих рогов, — после такого ответа Джаспера Вито хотел было прибить его на месте, но чёрный барашек угомонил его, уронив на землю. — Дохрена буйный ты. Я б тебе не только рожки отрезал. — Паршивец, да я тебя! — Угомонись уже! Ты идёшь со мной по приказу пророка. Эту экспедицию возглавляю я, так что, если заподозрю что-то неладное, то… — Джаспер прищурился, глядя на быка: — То нашему дражайшему Яше придется копать новую могилу. Берите свои вещи — и пошли! Путь был… Долгим. Яша, привыкший к долгим и изнурительным тренировкам, да и сам когда-то проводивший жизнь в походах, легко переносил долгий путь. Даже бармен на удивление легко и быстро пересекал болотистые местности. Он был словно лёгкое перышко, несмотря на огромный рюкзак за спиной. Тяжелее всего давался путь Вито. Не привыкший к длительным переходам, да ещё и с рюкзаком на спине, бык выглядел очень уставшим. — Джаспер, можно вопрос? — вдруг подал голос Яшка. — Что такое? — Ты ведь и сам достаточно сильный парень, чтобы таскать тяжести… — кроль, шедший впереди, вдруг остановился и обернулся на рогатых: — Что ты хочешь этим сказать? — Да ты буквально несёшь на себе сейчас огромный рюкзак! Зачем тебе помощь носильщиков? Зачем просить кого-то перенести тяжести? — Открыть мой профессиональный секрет? Я сохраняю силы, чтобы ломать ебальники всяких бухающих идиотов. Вопросы? — Но разве не ты их… Напоил? — Я. Не вижу связи. — К тому, что тебе приходится свои же проблемы разгребать! Ха! Спаиваешь народ, а потом недоволен тем, что они пьяные ходят! Ха-ха! — расхохотался бык. — Ты умрёшь. Наслаждайся жизнью, рогатый, — абсолютно безэмоционально отозвался Джаспер, после чего продолжил путь ещё быстрее, чем раньше. — Ну и зачем? — Яша глянул на быка. — Это было грубо. — Ты видел этого кроля? Этого жалкого, тощего ушастого недомерка? Стукнуть, где надо — и сразу откинет копыта. Или что там у некопытных? Яша лишь коснулся своего плеча. Разве тощий ушастый недомерок мог так быстро и так ловко его ранить? Определённо нет. До привала никто из них не проронил ни слова…

***

Ближе к вечеру остановились на привал. Набрали дров, развели костёр, Джаспер стал жарить овощи на огне. Вито стоял в сторонке, глядя на языки пламени. Яша принес ещё охапку дров для ночных посиделок, после чего пристроился рядом с кролем: — Слушай, ты с ним… — Не начинай, рогатый. Мне плевать, кто он. Он доставляет хлопоты пророку, а потому умрёт. — Это звучит как шутка. — Это не шутка, — Джаспер глянул на Яшу. В темноте сверкнули его глаза как у кошки. Баран нахмурился. — Я об этом мало кому говорю. Обычно тем, кого собираюсь убить. Я не просто милый кроличек, что стоит за баром, Яша. Я — чудовище, которое вовсе не должно существовать в этом мире. А потому отложим наш разговор. Вито умрёт. Это вопрос времени. Не пытайся меня отговорить. — Тогда я хочу знать вот ещё что: почему ты так предан Агнцу? — Почему… Я рождён, чтобы быть преданным. Я такой от рождения. И мне этого не исправить. Знаешь… Это как звон в голове: постоянный, монотонный, приказывающий подчиняться… И противиться ему жутко больно… Однажды я пошёл против приказа. Джаспер замолчал, глядя на языки пламени. Что-то творилось в его голове. — Я бежал… — вдруг заговорил он. — В голове жуткий гул, перед глазами — тьма, приказы остановиться и вернуться звенят в ушах, руки и ноги почти что не слушаются, я будто прыгаю на деревянных палках… В какой-то момент стало совсем плохо — сорвался с обрыва. Что было потом, помню плохо. Очнулся уже в совершенно другом месте. Даже в другой зоне. Был в болотах, а оказался в шёлковой колыбели. Видимо, моё тело хищники таскали туда-сюда, пока я был без сознания. — Не очень похоже на правду. Тебя бы сожрали в таком случае. — Они и жрали. Да только… — кроль снял с огня овощи и осмотрел их. — Вот только смерть за мной всё никак не придёт. На мне всё заживает, сколько бы ран я не получил. Такое вот проклятье. Больно очень умирать. Но потом приходишь в себя, тело новёхонькое. И почти ничего не помнишь. Рогатый, ужин готов, — позвал Джаспер Вито. — Ты, Яша, хороший парень. Я знаю, через какую боль ты прошёл. Но не забывай, что и другие тоже проходили через боль. У всех свой путь, по которому они пришли сюда. Легко не было никому. Но одно дело — ныть и жаловаться, что всё плохо в твоей жизни, и совсем другое — принять то, что нельзя изменить. И изменить то, что тебе не нравится. Баран отвел взгляд в сторону. Джаспер был всегда прямолинеен в своих высказываниях, не плутал, не говорил метафорами. Бил словами жестко и по больному. — На, поешь, — протянул барашку миску с печёными овощами Джаспер. — Это не кулинарный шедевр нашего Великого пророка, но есть можно. — Спасибо, — кивнул головой Яша, принимая подношение. Овощи оказались на удивление пристойными. Да и что удивляться — Джаспер помимо бара ещё и на кухне, порой, готовил отменные блюда. — На самом деле дело не только в готовке, но и во внешнем виде еды, в атмосфере, что царила во время приготовления и во время поедания. Здесь важно всё — звуки, ароматы, ощущения. Согласись, если будешь есть кулинарный шедевр у хранилища с отстойниками, вряд ли получишь гастрономическое наслаждение. — Не могу спорить. — Ладно, ужинайте, и ложитесь спать. Завтра будет долгий день. Я планировал сегодня добраться до Плимбо, но вы чересчур медленные ребятки. Поход наш затянется. — Погоди-ка, — вдруг прервал монолог кроля Вито. — Мы спать, а ты нас ночью зарежешь? — Ночью не зарежу. Только в честном бою или честной охоте. Тебе так я вообще перегрызу глотку, инакомыслящий. Но сначала ты поможешь мне довести продукты до культа, а не доходя буквально нескольких метров, я вырву твою глотку зубами и буду смотреть, как ты захлёбываешься кровью. Рогатые глянули на кроля, что говорил это так монотонно и безэмоционально, будто читал пророчество с таблички. И вот он только что объяснял барашку, почему так важно место употребления еды. — Ты это сейчас на полном серьёзе, верно? Не шутишь? — решил уточнить барашек. — Я похож на шутника? Ложитесь спать. Завтра будет долгий день. Рогатые всё же решили лечь спать. Крепкий сон не повредит, а если кроль задумает их прирезать ночью… Что ж, значит будет тащить продукты один. Яша спал дурно, ещё и проснулся ночью по зову организма. Поднявшись с лежачего места, он глянул на Джаспера, что любовался языками пламени. — Ты чего подскочил? — не отрывая взгляда, спросил кроль. Лишь его уши дернулись в сторону вставшего барашка. — В туалет захотелось. — Это опасно. Потерпи до утра — Что такого страшного может происходить здесь? — Хищники. Трое сидят слева, выжидают. Барашек глянул сначала на Джаспера, что взгляда не отводил от костра, потом в темноту, пытаясь высмотреть там врагов. — Никого не вижу. — Не удивительно. Агнец предупреждал, что вы в темноте словно слепые котята. Всё забываю об этом… — А ты видишь их? — Нет. Слышу, — Джаспер медленно поднял голову, осматриваясь. Его узкие зрачки злобно сверкали на врагов, которых он плохо видел в темноте. — Как я уже сказал: я их не вижу. Слишком яркий свет отпугивает их и лишает меня ночного зрения. Однако я прекрасно слышу их, слышу шаги, передвижения и точно могу сказать, где они находятся в данный конкретный момент. Знаешь, это хорошо иметь чуткий слух. Не каждый ушастый может похвастаться такими прекрасными ушами, как я. Яша? — Что? — Ты не мог бы последить немножечко за костром… Это путешествие меня немного вымотало, и я хотел бы вздремнуть. — Да, конечно, ложись отдыхай, — барашек сел рядом с кролем, даже представить он не мог, куда уляжется Джаспер. Уставший за долгий день кроль привалился к плечу барашка и прикрыл глаза. Он на самом деле очень, очень устал и хотел немножечко вздремнуть. Яша приобнял его. Под толстой тяжёлой рукой барашка кроль тихо и мирно засопел. Впервые в жизни он на самом деле задремал, а не просто провалился в сон от усталости. Впервые в жизни он почему-то почувствовал себя в полной безопасности, находясь рядышком с барашком. Яшка же лишь смотрел на языки пламени, пытаясь понять, как Джасперу удавалось услышать шаги врагов. Пришлось ему преодолеть позывы… До утра. Но не прошло и десяти минут, как барашек услышал треск веток за спиной: кто-то из ночных хищников случайно зацепился за сухой куст. Но он не нападал. Как и сказал Джаспер — он был ослепён ярким светом и не решался напасть, хотя и чувствовал присутствие вкусной плоти. Большая часть ночных хищников боялась яркого света и не приближалась к нему. Отчасти в этом была заслуга и Агнца. Когда он путешествовал, он очень часто разводл огромные горячие костры, и когда хищники приближались к нему, он давал им жёсткий отпор. Таким образом хищники восприняли яркий свет как нечто опасное и пугающее и не решались подходить к нему. Поэтому все последователи, что отправлялись в долгое путешествие, если поддерживали ночью огонь, спокойно доживали до конца путешествия и возвращались домой целыми и невредимыми. Опасность предоставляли только дневные хищники. Но и с ними можно было спокойно разобраться, с помощью очень сильных запахов, скрывавших родной. Остаток ночи прошёл спокойно. Из всей троицы как следует выспался разве что Вито. Но и он больше остальных ворчал о том, что ему плохо спалось: и земля ему была слишком жёсткая, и от костра были слишком яркие пятна. И ещё какая-то проблема. В общем, он всю оставшуюся дорогу до логова контрабандиста ныл и страдал. Удивительно, что Джаспер не сказал ему ни слова на всё это. Видимо, дремота на барашкином плече дала свои плоды. Он хорошо выспался, и даже не мучился кошмарами. А потому ему было всё равно, что там говорят за его спиной рогатые. Но вот и логово контрабандиста показалось. Рыбка Плимбо была здесь, а значит, и сам хозяин сих мест находился на отдыхе. — Плимбо! — окрикнул контрабандиста Джаспер. — А, золотоносный, — тут же отозвался на крик кроля усач. — Ты как раз вовремя: я только расположил все приготовленные припасы. — Привёз то, что я просил? — Разумеется! Но деньги вперёд. — Я всегда знал, что ты скряга. Но чтобы настолько, — кроль снял со своих плеч рюкзак, достал оттуда мешочек золотых монет и кинул его Плимбо. — Можешь пересчитать. — Пожалуй, поверю тебе на слово. Итак, посмотрим, куда я положил твой заказ, — и контрабандист начал рыскать в поисках припасов для Джаспера. Пока он искал среди ящиков и коробок нужное ему, к Джасперу подошёл Яшка и спросил: — А почему он назвал тебя золотоносный? — Это очень долгая история, я обещаю тебе её рассказать, когда буду в пьяном состоянии, а сейчас не лезь ко мне, — резко отозвался кроль. — Сейчас я могу сказать тебе лишь то, что на то есть две причины. И в одной из них виноват Мидас. Вторая же причина в том что, как ты сам видел, я ношу ему золото. — Мидас? Это беспозвоночное, которое умеет превращать живых существ в золото? — О, и не только живых существ. Ему просто нравятся стоны и крики несчастных. А превращает в золото он абсолютно всё, до чего может коснуться. Плимбо, где там мой товар? Пошевелись, пожалуйста. А то ты неповоротливый прям как твоя тёща. На последнее замечание Джаспера Плимбо недовольно фыркнул, но в то же время и хихикнул: шутки про тёщу были его прерогативой. — Всё, всё угомонись. Вот туда я отложил твой товар. Можешь пойти и забрать, — указал контрабандист на кучу ящиков и какую-то клетку. — Ключ лежит рядышком. — Джаспер мне кажется или там… — Яша схватил кроля за рукав и указал в сторону ящиков, которые предназначались им. — Что там такое? — Там… Но кроль вырвал свою руку и подошёл к замкнутой клетке, где внутри сидел… Сидел некто ни на кого не похожий. Вернее было сказать, что он был настолько грязен и неопрятен, что было сложно понять его вид. Джаспер отпер дверцу и насильно вытащил мальца за ухо, отчего тот завопил. — Слушай меня внимательно, маленькое ты создание. Мы сейчас отправляемся в культ ягнёнка, и ты будешь верно и предано служить ему. Ты понял меня? — Да, пожалуйста, только не отрывайте мне ушко! — продолжал вопить некто. — Это хорошо, что ты послушный. Яша, Вито! — подозвал рогатых к себе Джаспер. — У вас в рюкзаках сложена разборная тележка. Соберите её и погрузите всё, что сможете, на неё. Остальное распределите по рюкзакам. Переночуем здесь, домой отправимся уже с утра. — За пару золотых монеточек я мог бы и подбросить вас до дому, — вдруг заговорил Плимбо. — А ты чего вдруг помогать вздумал, — Джаспер глянул на контрабандиста с лёгким прищуром. — Или решил ещё немножечко бабла срубить? Учти, я ж могу и пинками тебя заставить нас до дома довезти! — Ты такой сварливый и неподкупный. Любишь халяву. Прям как моя тёща, — и вдруг расхохотался. Остальные не оценили шутки но Джаспер выдавил какое то подобие улыбки. — Ладно, капитан, как скажешь… Добросишь нас до маяка, я так и быть привезу тебе бесплатной выпивки. Плимбо на какое-то время задумался. Потом кивнул головой. — Отсыпайтесь и отдыхайте. С утра поплывем. Джаспер, воспользовавшись несколькими ящиками, какой-то старой тканью и рыболовными сетями, устроил себе очень уютненький домик для ночлега. Проблема была только в том, что до вечера оставалось ещё очень много времени, а заткнуть барашка, которого интересовало, за что контрабандист называет кроля золотоносным, было крайне сложно. — Да ты заткнёшься уже наконец или нет? — взмолился кроль. — Успокоюсь, когда узнаю всю правду. — Вот же упрямый баран! Вы рогатые все такие упрямые или ты какой то особенно упрямый? — Просто расскажи, почему называют тебя золотоносным и почему это связано с Мидасом? — Ох, как бы тебе так объяснить-то помягче… — Джаспер задумался, почесывая свою голову, прикрытую кепи. — Ладно, рогатый уговорил, расскажу тебе, но если станешь кому болтать… То пеняй на себя. — Хорошо, я слушаю, в чём дело. — Дело в моём, мать его, рождении. Я буду тебе чертовски благодарен, если ты не станешь меня перебивать, рогатая ты бестия. Родился я, значит, под покровительством некой Миледи, моей бывшей наставницы, властительницы. Называй её как хочешь, но это стерва та ещё. Я был бы безумно благодарен, если кто-то сорвал бы её лживую голову с этих прекрасных плеч. Ладно, на самом деле я не знаю, как она выглядит, она практически всегда ходила в чёрных покрывающих одеждах и в капюшоне. Помню, что руки и ноги были все в татуировках. Да и то. Разве это помогло бы? В общем, родился я в неволе. Более того — был экспериментальным образцом. Меня и всех моих братьев и сестёр выращивали как идеальных последователей: преданных, верных, честных, трудолюбивых. В идеале, конечно, чтобы не ели, не спали, не пили, но это уже совсем утопия. Честно, лучше бы я сдох. Эта стерва устроила для меня настоящий ад. Пока маленький был сюсюкала со мной, как подрос немножко, так всё. Содержали в звериных условиях, эксперименты ставили жуткие… — Прости что перебью, но я не до конца понимаю, причём здесь… — А я сказал тебе меня не перебивать! Ладно, сокращу свою историю. Эта Миледи отправила меня к Мидасу, чтобы он озолотил мне черепушку. — Что сделал? — Озолотил. Ну, сделал золотой. Да ты ж видел её, — кроль стянул с головы кепи и ткнул пальцем в шрам. — Как бы поэтому меня называет Плимбо Золотоносным. Я сбегал пару раз, а он меня ловил, продавал обратно. До сих пор его ненавижу за это. Если вкратце, то вот такая была моя жизнь. — Понятно. Тяжело тебе, наверное. — Как сказать, — Джаспер опустил голову, наблюдая за тем, как муравьи тащат куда-то кусок листвы. — Больно очень. Но я привык. Я рад тому, что нашёл своё место у Агнца. Думаю, и ты тоже. — Я не люблю этого напыщенного барана. — Кто бы сомневался. Тебе говорили, что ты очень на него похож? Такой же напыщенный и наглый. И жутко бесячий. Может, вы бараны просто все такие, оттого вас и порешили всех? — Прекрати говорить такие вещи! Я, между прочим, родителей потерял из-за этой войны и этого истребления! — Ты хотя бы знал их, — сухо отозвался Джаспер. — Многие, кого знал я, и вовсе родителей в лицо не видели. А некоторые… Впрочем, не важно. Я бы хотел побыть один… Так что, если ты не против… Можешь поболтать с этим новеньким? Вскоре он окажется одним из членов культа. Или же просто не лезь ко мне. Поспи, вздремни, раздражай Плимбо. Но меня не трогай. — Хорошо. Ты проделал большой путь, тебе стоит отдохнуть. — Спасибо.