Тайна созвездий Амита Таккара

      Зачарованный колокольчик над дверью заведения оповестил владельца о посетителях. Он, как и всегда безупречно одетый, расправил края своего любимого жилета цвета сапфира и расплылся в добродушной улыбке, лишь завидев нежданную гостью в совершенно неожиданной компании.       — Мадам Джарин, — учтиво поклонился мужчина. — Чем могу быть полезен?       Гермиона приятно улыбнулась в ответ, держа за руку робкого домовика, который, в свою очередь, крепко сжимал ладонь другого домовика. Мужчина сделал вывод, что один из них — женского пола.       — Добрый день, месье Де Вервилль! — произнесла девушка и рукой указала малышам на диван. Те очень робко посмотрели в её сторону, как бы спрашивая разрешения сесть и женщина вновь указала ладонью на мягкую бархатную мебель. Дети неуверенно отошли от неё, присаживаясь в ожидании. — Это Расти и Соня, мои подопечные.       На лице собеседника Гермиона заметила скрытое удивление с нотками разочарования. Де Вервилль хорошо умел скрывать эмоции, но Гермиона была проницательным человеком и упустить эти небольшие изменения в мимике мужчины не могла.       — Мне казалось, мадам, что Вы боретесь за независмость волшебных существ, — произнёс он недовольно и слегка поджал губы. — Все залоговки известных изданий Лондона и даже за его пределами только и кричат о Ваших призывах к революции.       — Эти дети — не мои слуги, — теперь уже разочарование с толикой вовсе неприкрытого возмущения можно было явно разглядеть в чертах его визави. — Точнее, мне пришлось провести этот гадкий ритуал и принять их на службу, но лишь для того, чтобы сразу же подарить им одежду.       — Что ж, прошу простить меня, мадам, за поспешные выводы, — слегка кивнул, извиняясь, Де Вервилль. — Чем я могу быть полезен?       — Мы пришли за одеждой, — она пожала плечами и усмехнулась, обводя взглядом зал, полный разнообразных нарядов.       — Платье на очередной бал для мадам? — портной достал волшебную линейку.       — Вообще-то, я бы хотела приодеть этих двух почтенных господ, — лукаво прищутилась Гермиона, кивнув в сторону опешивших от её слов домовиков.       Их глаза засияли от непередаваемого восторга. Расти подорвался с дивана, пискнул, а затем снова покорно присел, убирая взгляд в пол и едва сдерживая крики радости.       — Тати! — позвал Де Вервилль.       — Месье! — слегка кивнула мужчине уже знакомая волшебнице домовушка, появившаяся перед ними. — Мадам!       — Здравствуйте, Тати! — Гермиона кивнула в ответ. — Хочу познакомить Вас с Расти и Соней.       — Им необходимо подобрать наряды, — пояснил Де Вервилль и Тати едва слышно присвистнула, уперев руки в бока.       — Тати всё сделает в наилучшем виде! — задорно всплеснула в ладоши домовушка.       — Прекрасно! — улыбнулась Гермиона и снова перевела взгляд на хозяина ателье. — На самом деле, у меня есть ещё одно дело к Вам, месье…       — Я весь во внимании, мадам, — он развёл руки в стороны, не скрывая своего восторга.       — Я не могла не заметить, что Вы, по моим наблюдениям, имеете крайне прогрессивные взгляды в вопросах нашей борьбы за права существ, поэтому позволю себе говорить прямо: как я уже сказала, мне пришлось принять малышей к себе и дать этим детям свободу, чтобы тётка не отдала их в другую семью волшебников, куда они совершенно точно попасть не желали. Я могу предоставить им кров и обеспечить едой, но им нужно место, где они могли бы занять себя чем-то… Необходимо какое-то дело, которое научит их самостоятельной жизни вне кухни Хогвартса и я подумала… Не знаю, чем они захотят заниматься в будущем, но раз уж до обучения в школе их пока что все равно не допустят, мне показалось хорошей идеей, если у вас найдётся какая-то подходящая малышам работа. Швейное творчество — это же увлекательно, так? Если, конечно же, они сами того пожелают. Я ещё не успела у вас спросить, идея пришла спонтанно… — Она повернулась к малышам.       — Мы бы хотели! — тихо пискнула Соня, одним глазком поглядывая на ухмыльнувшуюся Тати.       — Очень-очень! — вторил ей Расти.       — Что скажешь, партнёр? — месье упёр руки в бока и лукаво улыбнулся, посмотрев в глаза своей эльфийке. Он повернулся к Гермионе и слегка понизил голос, будто бы рассказывал какой-то серьёзный секрет. — Вообще-то, Тати управляет кадрами и бухгалтерией, а значит и назначать новых работников — ей. Мы, конечно, обычно придерживаемся легенды об ателье Де Вервилля, но все наши друзья знают, что Тати владеет этим местом также, как и я. Это вообще была её идея… Как-нибудь расскажу Вам за чашкой ароматного индийского чая эту историю спасения погрязшего в долгах и отчаяньи молодого портного, прибывшего из Парижа в Лондон на последние деньги в надежде попытать счастье в шитье вдали от дома.       Тати хмыкнула и Де Вервилль изобразил игривый жест «рот на замок».       Эльфийка осмотрела малышей и после небольшой паузы произнесла:       — Думаю, две пары лишних рук мне не помешают. Начнём с графика 2/2 и пяти галлеонов в месяц на каждого. Больничные, отпуск, всё, как полагается. Будете помогать мне с волшебным оверлоком и параллельно учиться шить. Если толк из вас выйдет — пойдёте на повышение и может быть я дам вам взяться за ваши собственные проекты, но не будем забегать вперёд!       Глаза детей округлились сильнее, чем прежде и оба подскочили с дивана, облепив Гермиону с разных сторон, не стесняясь обнимать добрую подругу.       — Спасибо! Спасибо! — кричали они.       — Месье и Тати скажите спасибо, а не мне, — смутилась волшебница. — Надеюсь, вам тут понравится.       — Обязательно понравится! — Расти отлип от Гермионы. — Спасибо… Эээ… Месье и мадам?       Внезапно в ателье ворвалась сова и бросила скомканный грязный клочок бумаги ведьме прямо в руки. Гермиона угостила совушку лакомством, которое у любого уважающего себя волшебника было всегда под рукой и наскоро прочла срочное сообщение. Оно было от Тинки.       — Мне пора, — истерика комом подкатывала к горлу девушки. — Дети, вы можете жить в моей квартире. Если что-то будет не так или работа у месье и Тати вам не понравится, вы сможете отказаться. Мы всё с вами обсудим, но сейчас мне нужно бежать. До свидания.       Она спешно кивнула всем и мгновенно трансгрессировала прямо из холла ателье.

***

      Гермиона летела по территории, прилегавшей к замку, порывом ветра сбив с ног толпу стремившихся в Хогсмид старшекурсников. Она вихрем ворвалась в замок и понеслась на кухню, оставляя за собой магический шлейф клубистого серого дыма.       Волшебница наскоро пощекотала грушу на картине с фруктами и вбежала в помещение.       — Где он? — крикнула она с надрывом и эльфы тут же в страхе разбежались по углам, бросая все свои дела, скрываясь от гнева волшебницы.       Послышался резвый топот маленьких ножек, а затем Гермиона увидела, как Грогу летит к ней прямо в руки. Она поймала ребёнка в воздухе и прижала к сердцу, выдыхая с облегчением.       — Ты цел? — даже не скрывая ужасной тревоги в голосе спросила она.       «Они забрали папу!» — мысленно пролепетал Грогу. — «Я не смог ему помочь! Тот гад меня оглушил и я… Я…»       Его глаза закрывались.       — Тише, тише, — она похлопала кроху по спинке, убаюкивая и целуя в лоб.       В проёме показался Тинки. Он вылез из бочки Винки и подошёл ближе.       — Профессор Джарин, — робко начал он.       — Что произошло? — она перешла к делу, укачивая ребёнка. — Где Дин и Хагрид?       — Тинки не знает, — он прижал уши руками и печально смотрел на собеседницу. — Тинки пришёл на зов мистера Джарина и забрал Грогу, как мистер Джарин ему поручил… Тинки больше ничего не мог сделать… Тинки вернулся туда потом, но там уже никого не было…       — Куда? Где Хагрид?       — Позвольте сказать Тирли, профессор, — встрял в разговор домовик. Гермиона кивнула. Не было времени и желания объяснять эльфам, что им вовсе не нужно спрашивать её разрешения. — Тирли услышал от портретов, что мистер Хагрид вернулся в замок, мэм. Мистер Хагрид сейчас в кабинете директора…       — Спасибо, Тирли, — Гермиона глубоко вдохнула, пытаясь совладать с переполнявшими её эмоциями. — Тинки, ты бы мог присмотреть за Грогу? Прошу тебя. Ни за что и никому его не отдавай, что бы ни случилось. А ещё — не дай ему сбежать, ладно? Он очень пронырливый и изобретательный.       — Тинки обещает профессору, — кивнул тот и забрал малыша из её рук, магией, левитируя в сторону одной из бочек. — Тинки покажет профессору, где забрал Грогу.       Он отнёс ребёнка в бочку и закрыл на замок, а сам протянул руку волшебнице.       — Сначала трансгрессируем к Хагриду, — попросила она и Тинки кивнул, обхватывая кисть своей визави, а спустя мгновение оба скрылись за тихим хлопком.

***

      — Директор Биренс! Очень мне нужно к директору Дамблдору! — послышался голос лесничего за горгульей.       — По какому вопросу, позвольте узнать? — в тоне Биренса можно было различить нескрываемое раздражание. — Если что-то произошло, то Вы обязаны мне сообщить, мистер Хагрид.       — Я… Я не… Ай, ладно! — сдался полувеликан и зарыдал. — Дина я потерял! И Грогу! Мы с ними в лес отправились, по следам браконьеров, вот… А потом… Ну… Мне нужно было отойти, чтобы… В общем, пока я ходил — что-то случилось… А вернулся — ни браконьеров, ни Дина с Грогу… Это я всё виноват! Я!       Лесничий сотрясался в рыданиях в тот момент, когда Гермиона вошла в кабинет директора.       — Профессор Джарин, — Роуди встал из-за стола, приветствуя волшебницу. На его лице читалась тревога в контексте всего произошедшего.       — Гермиона-а-а! — бросился к ней Хагрид и упал на колени. — Прости меня, дурака старого! Потерял я их!       — Я знаю, Хагрид, — она поджала губы. — Встань, пожалуйста, я тебя не виню. Грогу — у эльфов, с ним всё в порядке.       — Хвала Мерлину! — лесничий просиял и, вздыхая, поднялся на ноги, вновь возвышаясь над собеседниками. Он вытирал слёзы своей древней кротовой шубой и пошмыгивал носом.       — Но Дина нигде нет… — добавила волшебница. — Тинки перенесёт нас на место происшествия. Начнём поиски оттуда.       — Что ж, — Роуди вздохнул. — Полагаю, мне стоит вызвать профессора зельеварения Вам на замену на завтра?       — Спасибо, директор, — тихо произнесла Гермиона и взяла домовика за руку.       — Удачи, Гермиона, — понимающе кивнул он и мир перед глазами волшебницы поплыл.

***

      Тинки завершил перемещение и отпустил руки волшебников, возвращаясь в Хогвартс.       Гермиона осмотрелась. Она очутилась посреди опустевшего лагеря. Судя по виду, его бросили недавно: костер под тушей равномерно обугленного оленя погас, оставив после себя тлеющие угли; вещи были разбросаны, словно обитатели пристанища собирались очень наскоро.       — Ревелио, — взмахнула палочкой волшебница и проявила скрытые глазу улики: гильзы от огнестрельного оружия, следы ботинок Дина, его кровь…       — Мы с Дином часовых допросили, — начал свой тревожный рассказ Хагрид. — Он хотел их бросить, а я, дурак сердобольный, настоял, что в пещеру их унести надо бы… Пауки съедят бедолаг… Он со мной согласился и мы разделились. Я отнёс их и вернулся, а тут никого… Ну, я давай назад в пещеру, а эти тоже сбежали, чтоб их! В общем, всех потерял, балда старая… Прости-и-и меня-я, Гермио-она-а…       Он вновь зарыдал.       — Хагрид, пожалуйста, соберись, — она поджала губы. — Ты не виноват, но слезами делу не поможешь. Что вам рассказали пленники?       — Ну это… Что главарь их, Воло, заказ получил от какого-то богача. Единорогов украсть, да. Письмо какое-то было, вот!       — Это? — волшебница присмотрелась к мерцающему синевой пергаменту, лежавшему в грязи позади самого большого шатра.       Она подняла лист бумаги, очистила простым «Экскуро», а затем развернула и бегло заскользила взглядом по строчкам: «Мистер Воло! Предлагаю Вам крайне выгодный заказ: доставьте мне единорогов из Запретного леса Хогвартса. Прилагаю к письму аванс за Вашу работу. Доставить товар необходимо с помощью кольца в шкатулке. Оно является портключом. Также, если захотите обогатиться так, как Вам и не снилось — приведите мне зелёную зверушку Гермионы Грейнджер вместе с её мужем. ВАЖНО: шлем с него не снимать ни при каких условиях! Если это произойдёт — я узнаю и оплаты не будет. Удачной охоты».       Этот почерк был ей знаком. Вот только где она его видела раньше?       Гермиона села на влажную от вечерней росы землю и принялась вспоминать, роясь в чертогах собственного разума.       — Ну, что там написано? — нетерпеливо переминался с ноги на ногу Хагрид.       — Подожди, — почти шикнула на него волшебница и протянула письмо другу. — Минуту. Я думаю.       Хагрид умолк и принялся читать.       Она вновь настроилась на воспоминания, пытаясь различить витиеватые стройные символы. Грегори пишет красиво, но это явно не его стиль. Подобно писал Снейп, но он мёртв, да и его почерк Гермиона знала лучше всех других и определила бы безошибочно. Что-то она упускала. Она видела такой стиль очень давно… Да... Снейп иногда оставлял её на отработки за её «невыносимое всезнайство и неуместное стремление показать всем окружающим свои заурядные познания в тонкой и искусной науке, которую ей никогда не постичь в силу своей неспособности мыслить творчески». В те вечера она оценивала эссе однокурсников. Так он потешался над Гермионой, вынужденной ставить низкие оценки за плохие работы своим друзьям. Этот почерк она видела именно в кабинете профессора...       — Я знаю, кто это написал, — сообщила волшебница другу и поднялась на ноги. — Хагрид, послушай меня. Грогу может быть в опасности. Охраняйте его вместе с эльфами пока я не вернусь, хорошо? Он может сбежать. Не давай ему этого сделать! Сбереги моё дитя, пожалуйста. Только тебе я могу доверять безоговорочно.       — Я ни на шаг от малыша не отойду, Гермиона, — он положил руку на сердце.       — Спасибо, — она потянулась к лесничему и обняла его, дружески целуя в щеку. — Я постараюсь вернуться, как можно скорее, но если с нами что-то…       — Не говори глупостей! — басом прикрикнул полувеликан. — Возвращайтесь с Дином! Мы вас ждём!       — Хагрид, послушай, — она упрямо смотрела ему в глаза, а тот уводил взгляд. — Если я умру, пообещай вырастить его.       Лицо Хагрида перекосило от боли и злости. Он жевал губы, силясь что-то произнести, а затем кратко кивнул и обнял её ещё раз.       — Спасибо, — прошептала она и вмиг трансгрессировала.