200 слов одного города

            «Дружелюбный город посреди пустыни, где солнце горячо, луна прекрасна, а таинственные огни проплывают у нас над головами, пока мы все притворяемся, что спим. Добро пожаловать в...»             Карлос просыпается, потому что солнце действительно горячо. Не открывая глаз нащупывает выключатель и отключает запись. Слова обрываются на половине предложения, по ушам бьёт шипение, похоже он нажал не ту кнопку и переключил фильм на что-то не работающее как положено. В этих самолётах всегда что-то не работает как положено. Как и в поездах или автобусах, в которых он трясся, переезжая с одной площадки на другую. Он уже привык.             Глаза всё же приходится открыть, пусть их слепит проникающее в иллюминатор солнце пустыни, над которой они пролетают. Довольно поздно почему-то. Он не специалист по воздушным перевозкам, возможно над Невадой особенные воздушные линии и коридоры из-за полигонов и военных баз. Мужчина щурится, глядя на переключатель, обнаруживает только два положения и тумблер застывший на включенном. Пожав плечами стягивает наушники, позволяя гулу самолёта проникнуть в уши. Солнце вовсю жарит в окно. К счастью, место рядом пустует и некому его отругать. Должно быть Карлос проспал довольно долго, раз фильм профессора Грасса успел пройти к той части, что он ещё не видел. Это неудобно, но, похоже запись надо снова перематывать. Он наверняка не успеет ознакомиться с исследованием, как планировал до прибытия, если они уже над Невадой.             Они уже над Невадой?             Прикрыв иллюминатор наброшенной на него курткой, Карлос смотрит на часы. Мгновение логических состыковок, и он решает, что, должно быть, сели батарейки и часы сильно отстали, раз по ним выходит, что самолёт должен был только подлететь к пустынной местности. Карлос вздыхает. С этой поездкой не ладится с самого начала. Приподнимается на месте, но ни одной стюардессы не обнаруживает, и кнопка вызова тоже не работает. Но они же должны будут проходить по салону?             Учёный отодвигает ноутбук, едва не уронив блокнот, на соседнее кресло, вытаскивает и открывает бутылку с водой и сдерживает ругательство, заодно едва не прокусив язык, когда самолёт ухает в воздушную яму. Половина воды остаётся на лице и рубашке, залив очки. Куртка сползает с окна, но вместо солнца, бьющего в глаза, прямо перед иллюминатором появляется баскетбольное кольцо, в которое чья-то рука забрасывает мяч. За мгновение до того, как зажмурится, учёный замечает испуганное лицо мальчишки, а когда открывает глаза, то снова приходится зажмуриться, солнце немилосердно преломляется через капли воды на линзах, ослепляя.             Должно быть, это духота. Температура в салоне далека от комфортной и кондиционеры, даже если бы они работали в полную мощь, не справляются. Учёный наскоро возвращает куртку на окно, безуспешно пытается ещё раз вызвать стюардессу. Закрутив бутылку с остатками воды, едва не сшибает ноутбук уже с соседнего кресла, пока вытаскивает бумажное полотенце, чтобы протереть очки.             Свет в салоне гаснет. У Карлоса не настолько плохое зрение, так что это может быть только освещение за окном, будто солнце в одно мгновение погасло. Помимо бортового освещения, свет бьётся лишь в иллюминатор на два ряда впереди, тоже открытый, но это определённо и совсем точно не похоже яркий солнечный свет пустыни, над которой они летят. Учёный успевает сдёрнуть куртку с иллюминатора, прежде чем самолёт снова встряхивает, и он жмурится от бьющего в глаза света, но не так прямо, как до этого. Солнце гораздо левее, совсем не настолько агрессивно освещающее ровные квадраты земли внизу. Мгновение назад это были цветочки и книжные полки, Мужчина мог бы поклясться в этом.             - Уважаемые пассажиры, наш самолёт подлетает к Неваде. Мы затронем самый краешек пустыни, но в связи с восходящим солнцем просим вас закрыть иллюминаторы.             Вот и хорошо, времени точно хватит, чтобы ознакомиться с материалом, думает Карлос, списывая пятно на рубашке на жару. Хорошо бы у профессора была возможность принять душ.                          — "Коммерческий авиалайнер, пролетавший сегодня над нашим городом, неожиданно исчез и не менее неожиданно появился в спортзале начальной школы Найт-Вейла, прервав тренировку баскетбольной команды," — продолжает вещание ведущий, коллеги Карлоса к счастью переключаются на шоу.             – Эй, шеф, ты в порядке? – спрашивает Кэти, когда он пытается сморгнуть возникшую перед глазами словно наяву руку с баскетбольным мячом и перепуганный взгляд мальчишки. Он и забыл этот дурацкий сон.             – Порядок, небольшое дежавю, – коллеги переключаются на обсуждение эффекта повторной памяти, к счастью, оставляя его персону в покое.             Карлос вспоминает об этом лишь год спустя, кода Сесил, непрерывно звучащий в квартире, в лаборатории, даже в переносном радио, – учёный не пропускает ни одного шоу, – упоминает о лайнере в квартире, но времени обсудить совпадения совсем не выходит.                   Совпадение, конечно, не случайно, но в Найт-Вейле у него совсем нет времени. Вот прямо сейчас пора разбираться со всем этим абсурдом под пятой дорожкой «Цветка пустыни».