Последствия мистических ошибок

      — Вы же настоящий экстрасенс?! Пожалуйста, помогите!       Экстрасенс. Яну никогда не нравилось это слово, которое так обожали использовать на телевидении и в популярных книжках. Ему казалось, что им словно бы обозначили очередную породу дрессированных собак, готовых сделать что угодно за награду в лице денег и популярности, а потому Ян мягко, со сдержанной улыбкой поправил:       — Я медиум, Лариса. Не бойтесь, я обязательно помогу Вам, — трость в его левой руке громко звякнула о бетонный пол подъезда.       Он всегда был вежлив и обходителен с клиентами: не грубил, не закатывал глаза на их глупые вопросы и не повышал голос. Последнее, кажется, Ян вообще делал только два раза в своей жизни: когда родился и когда вопил во всё горло от адской, разрывающей изнутри боли в ноге во время неудачно проведённого ритуала.       — Хорошо, я вам верю. Тогда проходите в гостиную, всё происходит именно здесь, — Лариса, его клиент, спешно зашла в свою квартиру и засеменила к одной из дверей, за которой и находилась гостиная.       Ян вошёл следом — его встретила светлая прихожая, заваленная вещами, — но он не задержал ни на чём взгляд, просто направился дальше, к хозяйке жилья, ибо чистота в доме клиентов его волновала в самую последнюю очередь. Гораздо важнее для него было помочь им избавиться от тех, кто отказывался уходить из мира живых.       Гостиная оказалась небольшой: в ней помещались только старый коричневый диван, такого же цвета кресло, телевизор да большой шкаф из тёмного дерева. Белые обои добавляли помещению света, а мягкий красный ковёр на полу создавал нечто, похожее на уют. Лариса остановилась у шкафа и начала нервно покусывать свои губы, во взгляде её слились воедино страх и надежда. Она старалась не шевелиться, а всё её внимание устремилось на Яна, будто на Спасителя, от которого зависела её жизнь. Пожалуй, в некоторой степени это действительно было так.       Ян посмотрел на клиентку и слегка улыбнулся, дабы немного её успокоить, затем, минуя чистый ковёр, ибо был в ботинках, прошёл на середину гостиной и осмотрелся вокруг. Поставил перед собой свою трость и для удобства положил на её наконечник руки. Несколько секунд не происходило ничего, висела плотная, почти физически осязаемая тишина, но вскоре по спине его пробежал знакомый холод, а над ухом пронеслось чьё-то ледяное дыхание, от которого по коже пошли мурашки: гость с того света явился. Ян не испытывал страха, он уже давно привык к общению с усопшими, а потому совершенно спокойно повернул голову к источнику мертвецкой ауры: в нескольких сантиметрах от него стоял высокий мужчина спортивного телосложения, хорошо одетый, очень бледный, на шее его виднелась толстая тёмная полоса, а глаза были с белой поволокой, будто утонувшие в беспросветном тумане.       «Висельник», — без труда определил Ян, не сводя с него внимательного взгляда. — «Давай посмотрим, что с тобой случилось».       Всё происходящее видел лишь он один: Ларисе оставалось только испуганно наблюдать, как приглашённый ею медиум молча пялился в одну точку.       — Ян, вы… — начала она несмело.       — Тс-с, — тихо перебил он её, прислоняя палец к своим губам и продолжая смотреть в, как ей казалось, пустоту.       На самом же деле Ян вслушивался в едва различимый, хриплый голос мертвеца, который нехотя рассказал ему:       — Меня зовут Игорь. Не хочу жену пугать. Повесился из-за контракта с демоном, но почему-то застрял здесь. Уйти пытаюсь, но только Ларису довожу.       Этой информации оказалось достаточно, чтобы Ян понял ситуацию в общих чертах и мог начать действовать. Ему не обязательно было узнавать всё прошлое Игоря, ибо разбираться с душой он планировал у себя дома: не хотел лишний раз нервировать и так вымотанную Ларису. А потому, когда Игорь умолк и стыдливо отвёл глаза, избегая смотреть на жену, Ян издал короткий вздох и повернул к ней голову:       — Это ваш муж — Игорь. Он повесился из-за контракта с демоном и теперь не может уйти из квартиры. — Голос его был размеренным, не слишком громким, но уверенным.       Лариса, услышав его слова, поджала губы и опустила плечи, а в глазах её застыли слёзы.       — Дурак. Говорила же, что все эти игры с демонами до добра не доведут. Идиот ты, Игорёш, — сдавленно бормотала она, вытирая руками мокрые дорожки на своём лице. — Можно хоть что-то для него сделать? Чтобы он ушёл с миром и смог упокоиться? И так уже настрадался.       Во взгляде Яна скользнула мягкость: Лариса не сказала ни слова о том, что она сама настрадалась из-за покойного мужа. Редко кто из его клиентов больше волновался о судьбе усопшего, нежели о несчастном себе, пережившем столько страха.       — Конечно, можно. Я заберу душу Игоря с собой и отправлю её туда, где она и должна быть, — заверил Ян, покручивая трость в руках. Старая привычка.       — Он попадёт в Ад? И там тоже мучиться будет? — задавая этот вопрос, Лариса не смотрела на медиума, словно и так знала ответ.       Он было открыл рот, но так и не смог сказать ни слова. Немного подумал, а затем всё же произнёс, пусть и через силу:       — Да. Но иных путей у Игоря нет: либо он продолжает сходить с ума здесь, либо в Аду. Застрять в мире живых — это такая же мука для души, что и Ад.       С безысходностью во взгляде, с глубокой печалью Лариса покачала головой.       Выбора не было.       Домой Ян поехал на такси: к этому времени погода на улицах Калуги совсем испортилась, стало гораздо холоднее, а из тёмных туч пошёл мелкий дождь. Добираться на автобусе он не стал, ибо не хотел подвергать возможной опасности столько людей вокруг себя, ещё и в замкнутом пространстве. А ведь подвергать было чему.       Ян сидел на заднем сиденье такси и смотрел в окно, на то, как мелькали многоэтажные дома, яркие вывески магазинов, пешеходы в тёплых осенних куртках и отсветы городских фонарей в лужах. Быстро темнело. В салоне автомобиля играла приятная музыка, что-то из восьмидесятых, а водитель был немногословен, что, пожалуй, являлось плюсом для Яна, который плохо умел общаться с живыми людьми. Он крепко держал в руках свою трость и изредка кидал на неё настороженные взгляды, будто она могла сама по себе вырваться из его хватки. Конечно, такого не произошло бы, но дело было в другом: сейчас трость хранила в себе душу Игоря, мужа сегодняшней клиентки Яна. И с ней творилось что-то странное.       «Как знал, что с душой, проданной демону, обязательно будут проблемы: кажется, тот, кто купил её, хочет вернуть всё себе. Хорошо, что я не стал проводить ритуал упокоения прямо в квартире Ларисы, иначе последствия могли бы быть весьма плачевными для неё. Это мне особо ничего не грозит, а вот нормальным людям…» — Он беззвучно усмехнулся, по-доброму и без желчи. Несмотря на внешнее спокойствие, мысли его глубоко погрязли в тревоге.       Вскоре такси свернуло с центральной улицы и въехало в один из многочисленных дворов Калуги, окружённый со всех сторон старенькими бледно-жёлтыми пятиэтажками. Ян расплатился с водителем, вышел из машины и направился к своему подъезду. Холод забирался под его зелёное пальто, заставлял стискивать пальцы и ёжиться.       «Видимо, поэтому никого во дворе нет», — подумал он, кидая взгляд на пустующую детскую площадку позади.       Ему стало гораздо легче, когда тяжёлая дверь подъезда захлопнулась за его спиной, оставляя позади промозглую осень. Постукивая тростью по бетонным ступеням, Ян добрался до третьего этажа, остановился у двери в свою квартиру и начал искать ключи в кармане пальто.       «Игорь застрял между мирами. Демон так и не смог получить его душу по той причине, что привязанность Игоря к месту его смерти оказалась слишком сильной. Не понимаю, как вообще такое возможно: мне казалось, душа, которую продали, при любых обстоятельствах попадёт к демону. Но нет, бывает и такое. Тогда мой долг — отправить Игоря в Ад прежде, чем демон сможет забрать своё. Лучше вечные муки, чем трагичный конец в лапах этих чудовищ». — Ян поджал губы.       Со стороны могло показаться, будто он в одиночку вершил чужую судьбу, не советуясь с самим Игорем, но с точки зрения Яна он всего лишь возвращал душу туда, куда ей природой было суждено попасть. Через пару секунд ключи от квартиры зазвенели в его руке, и он открыл дверь. Уже хотел войти, как услышал позади:       — О, Януш, добрый вечер. Ты сегодня рано, — приятный старушечий голос.       Он обернулся: из соседней квартиры вышла невысокая пожилая женщина в чёрной куртке, в одной руке у неё был порядком располневший пакет. Видимо, в нём лежало много всего. Её седые волосы, собранные в пучок, казались почти прозрачными под бледным светом ламп подъезда, а голубые глаза светились добротой.       — Добрый вечер, Надежда Михайловна. Да, смог закончить пораньше, — губы его тронула искренняя улыбка. С соседкой он поддерживал хорошие отношения.       — Всех духов переловил? — спросила она, шутливо прищурившись.       Весь дом знал, чем занимался Ян, ибо работа медиумом в их мире не была чем-то из разряда фантастики. Правда, многие до сих пор не понимали, в чём именно состояла её суть. Как, например, Надежда Михайловна.       — Конечно. Иначе я не мог бы назвать себя специалистом, — ответил он добродушно, не став поправлять её, ибо эта ошибка его никак не задевала и не раздражала.       — Вот и хорошо, — она закивала и побрела, пошаркивая ногами, к лестнице, — а я пойду к подруге, отнесу ей варенье своё. Чаю попьём, а то давно уже не виделись, хоть и в одном доме живём.       — Приятного вам чаепития, — произнёс Ян ей вслед.       А затем всё же зашёл в свою квартиру. Первым делом его встретила прихожая, в которой он включил свет: это было узкое помещение с коричневыми обоями, где стояла полка для обуви, над коей расположилось зеркало, а на другой стене висела простая вешалка. Ян жил в однушке, ибо, хоть и обладал немалыми деньгами, не видел смысла покупать огромное жильё, в которое всё равно приходил бы только поспать да провести ритуалы. Он снял пальто, оставшись в белой рубашке с чёрным галстуком и чёрных брюках, а затем, держа трость в руках, быстрым шагом направился в гостиную. Проблемы Яна с правой ногой в основном проявлялись только при долгой ходьбе или беге, поэтому дома он тростью не пользовался.       «Нужно поскорее начать, пока демон не явился за душой», — сам себе напоминал он.       Ян вошёл в свою гостиную с золотистыми обоями и светлой мебелью, прошёл мимо телевизора, что стоял на широкой тумбе, и остановился у высокого шкафа. Открыл его створки — при этом они громко, протяжно заскрипели — и достал необходимые атрибуты: небольшое овальное зеркало, старое, в витиеватой раме из тёмного дерева, и короткий кинжал из серебра. Зеркало передавалось в его семье по наследству, но не как некий магический артефакт, а как семейная ценность, которой пользовались медиумы рода Сазоновых из поколения в поколение, дабы вовремя увидеть опасность за спиной. В случае Яна оно нужно было, чтобы узреть демона, если тот решит неожиданно появиться и забрать застрявшую душу, которая должна была принадлежать ему. С кинжалом история обстояла примерно такая же, но с одним отличием: это оружие использовалось для убийства нечисти или же для нанесения ей долго заживающих ран. Все эти атрибуты Ян никогда не носил с собой на вызовы к клиентам, ибо в подобных случаях ему хватало лезвия, скрытого в его, казалось бы, обычной трости: он изготовил его на заказ, тоже из серебра, и оно хранило в себе весьма сильное колдовство, дабы служить защитой для Яна при встрече с недружелюбными представителями сверхъестественных рас, а заодно выполнять роль временного вместилища для душ. Дома он предпочитал не размахивать длинным клинком, а использовать более короткий и удобный для небольших помещений фамильный кинжал.       За окном тем временем уже загорелись фонари. Ян кинул короткий взгляд на улицу, на чёрное небо и пятиэтажку напротив, а затем поспешил на кухню: там, за счёт наличия стола, проводить ритуал было удобнее. Оказавшись в нужной комнате, обклеенной зелёными обоями, он сразу поставил зеркало на старенький квадратный столик, положил рядом клинок из трости, крепче перехватил кинжал в руке и начал ритуал. Задача была одновременно простой и сложной: отправить душу усопшего туда, где ей полагается быть. Даже если этим местом являлся Ад.       Очень странно, но демон так себя и не явил. Ян был готов в любой момент уничтожить его, но греховное порождение тьмы словно потеряло всякий интерес к своей добыче. Когда ритуал закончился, Ян тихо, задумчиво выдохнул, внимательно вглядываясь в своё уставшее отражение в зеркале:       «Ничего не понимаю. Он так легко решил отпустить душу, которая сама себя ему продала? Или здесь есть некий подвох?»       Подозрений и мыслей становилось всё больше, но ответы не появлялись.       «Так или иначе, душа Игоря отправилась в Ад, а значит, я выполнил свою миссию. Но пока что не буду ослаблять бдительность».       Иных вариантов на данный момент и не было.       Ничего страшного или подозрительного не происходило, а потому Ян позволил себе немного расслабиться: отнёс трость с клинком в коридор, ибо на нём, как на медиуме, и так стояла сильная защита, да и кинжал оставался под рукой, ибо Ян взял его с собой. Голова его гудела после очередного рабочего дня, а глаза начинали слипаться, потому, разобравшись с повседневными делами, он, уже в домашней одежде в лице просторной кофты и лёгких брюк, отправился в гостиную, где всегда спал на широком диване: поставить кровать было банально некуда. Не включая свет, с тихим вздохом он уселся на край сиденья, положил кинжал на тумбочку рядом и провёл вверх ладонями по лицу. Забрался пальцами в свои волнистые волосы и замер так на пару секунд.       «На завтра запланировано три вызова по области, придётся помотаться туда-сюда. Ладно, этим людям требуется моя помощь, я не могу оставить их наедине с неизвестностью. Даже если в итоге окажется, что никакой мистики рядом с ними и в помине не происходило». — Он едва заметно улыбнулся и отнял руки от головы.       Настало время отдохнуть.       Ян даже не помнил, как вообще уснул. Просто провалился во тьму, такую прохладную, пустую, успокаивающую. Он не знал, сколько это длилось, но сквозь сон вдруг до него стали доходить странные звуки: шум воды. Всё ближе, ближе и ближе.       А затем стало невыносимо холодно.       Ян с рваным, длинным вдохом открыл глаза: сердце грохотало в ушах, всё тело била крупная дрожь, а руки неконтролируемо тряслись. Что-то тяжело упало, и повсюду запрыгало глухое эхо. Ян был весь мокрый, как и его одежда, а откуда-то сверху на него с гулким шумом лилась ледяная вода. В панике и растерянности он не сразу понял, где находится, и только спустя несколько секунд испуганно осмотрелся вокруг: неведомо как, но он оказался в кабине собственного душа, стопы его были погружены в воду в поддоне. Ничего не понимая, не соображая, что случилось, Ян инстинктивно дёрнул рукоятку смесителя вниз, и потоки тут же стихли. Наступившую тишину прерывали только его рваные, тихие вдохи и капавшие с одежды и волос капли. Зубы стучали друг о друга, а трезво думать не получалось.       «Как я… Что вообще… Лунатизм?» — первое, что пришло в голову.       Он сделал шаг в сторону и задел что-то ногой. Опустил взгляд, и сердце его пропустило удар: прямо в поддоне, наполненном водой, лежал фен. Провод его, благо, просто валялся на полу комнаты, а не был протянут к розетке. Трясясь от холода, Ян мигом выпрыгнул из душа и опёрся руками о колени, с широко открытыми глазами глядя на фен.       «Я мог умереть, будь он подключён к электричеству. Я что… Хотел себя?..» — вдруг появилась дикая, инородная мысль. — «Нет, по своей воле я этого точно не сделал бы. Тогда… Что вообще произошло? Это из-за души Игоря?»       Эта догадка показалась ему наиболее близкой к истине. Под ногами медленно образовывалась лужа из падающих капель. Ян выпрямился, убрал с лица мешающие мокрые пряди и повернул голову к зеркалу над раковиной, что висело слева: там отражалась обычная ванная комната с белой плиткой на стенах и очень бледный, трясущийся от холода молодой мужчина — сам Ян. Ничего потустороннего.       «Надо взять клинок из трости, он ближе к ванной комнате, а затем разобраться с тем, что случилось. Спать сегодня я уже точно не буду». — Он чуть нахмурился, вглядываясь в пространство за своими плечами в зеркале.       И стоило ему сделать шаг к двери, как в комнате погас свет. Кто-то вполне отчётливо щёлкнул переключателем. Ян замер на месте и прислушался, но более никаких звуков не последовало.       «И всё же это демон, которому Игорь продал себя? Но по какой причине это тёмное создание может явиться ко мне, если душу я уже отправил в Ад? Что-то пошло не так во время ритуала? Или он просто вымещает на мне злость из-за упущенной добычи?» — медленно и осторожно Ян стал пробираться к двери сквозь тьму, вслушиваясь в звон тишины в ушах и свои мокрые шаги. — «Есть ещё вариант: мне изначально устроили некую ловушку, и я попал в неё, не заметив подвоха».       По ощущениям оказавшись близко к цели, он протянул руку, надеясь нащупать ручку, но вместо этого внезапно упёрся во что-то ещё: в нечто тёплое и склизкое. Ян почти отпрыгнул назад, но уже не испытал того страха, какой овладел им в кабинке душа, ибо начинал понимать, что происходило. Да и за время своей работы медиумом он потерял способность глубоко испытывать многие чувства и эмоции.       «Ясно, не хочет подпускать меня к трости, а значит, боится клинка в ней. Это уже хорошо. Перекрывает все пути, но сам не нападает: видимо, магическая защита, что стоит на мне, не даёт этого сделать, а потому ему остаётся лишь воздействовать на меня через иллюзии и сны, и то, я вовремя проснулся благодаря своему дару медиума», — теперь, осознав ситуацию, он смог полностью взять себя в руки. — «Но нынешние события также означают, что моей защиты оказалось недостаточно для того, чтобы демон никак не смог тронуть меня. Я недооценил его».       Из-за холодной, прилипшей к телу одежды конечности слегка онемели, больная нога начала сильно ныть. Вздрогнув от неприятных ощущений, Ян сипло выдохнул через рот и сделал решительный шаг вперёд: у него банально не было иного выбора, кроме как прорываться сквозь магию демона силой. Он вновь вытянул руку туда, где должна была находиться дверная ручка, вновь уткнулся пальцами во что-то мерзкое, скользкое, почти живое, и, стиснув зубы, начал проталкивать руку внутрь скрытого во тьме нечто, стараясь не думать о том, чем именно оно являлось.       Рука погружалась с трудом, что-то обхватило её со всех сторон, будто куски чужой тёплой плоти, и Яну приходилось ногтями царапать её изнутри, чтобы пробраться дальше.       «Неприятно», — мелькнула в голове короткая мысль, вызванная лёгким чувством отвращения. Лёгким, потому что он уже привык ко всему, что могло подкинуть ему бытие медиумом.       Его рука уже выше локтя погрузилась в мерзкое нечто, когда он наконец нащупал ручку двери. С уст сорвалось тихое, полное облегчения:       — Есть.       И в этот момент что-то в комнате начало меняться: странная плоть резко похолодела, слизи стало больше, а в нос ударил тошнотворный, сладковатый запах, который нельзя было ни с чем перепутать: запах разлагающегося трупа. Ощутив подкативший к горлу ком, Ян хотел выдернуть руку из этого смрада, но заставил себя схватить дверную ручку и повернуть её. Раздался заветный щелчок, скрипнули петли, и в ванной пролегла тонкая полоска света. Недолго думая, Ян всё же вырвал руку из гнилостной западни — та неприятно чавкнула, что-то из неё с хлюпаньем упало на пол — и вылетел в коридор, в котором всегда горела ночная настенная лампа. Пришлось сильно прищуриться, ибо после кромешной темноты любой источник освещения вызывал жуткую боль в глазах. Пусть так, но Ян не стал зря терять время: почти наощупь дошёл до вешалки на стене напротив и схватил свою трость, стоявшую подле неё. Теперь ему стало гораздо спокойнее. Ян вынул длинное лезвие, спрятанное внутри: оно сверкнуло металлом на свету, звякнуло чисто, протяжно.       Со стороны открытой двери ванной донеслись звуки: скрежет, неприятный, режущий слух, будто бы кто-то вёл длинными когтями по поддону душа. По ногам прошёлся холод. Стряхнув со лба налипшие мокрые волосы, Ян сделал шаг к тьме.       «Стоило мне взять клинок, как демон сразу явился лично: до этого момента я чувствовал только потустороннюю силу, а теперь ясно ощущаю его присутствие», — взгляд его зелёных глаз, собранный, настороженный, был устремлён в ванную комнату.       Ян подошёл к выключателю рядом с дверью, щёлкнул им, и помещение, обклеенное белой плиткой, наполнилось светом. Фен всё так же лежал в душевой кабине, погружённый в воду, его провод валялся на полу — никаких изменений не было. Ян осторожно вошёл в комнату, глядя лишь в одну точку: в зеркало над раковиной, ибо демоническая аура, наполненная ядовитой злобой, исходила оттуда. Он подошёл ближе, держа клинок наготове. Ещё ближе. Встал напротив и посмотрел на своё отражение.       — Не так страшен чёрт, как он себя малюет, — тихо пробормотал Ян под нос, и губы его изогнулись в подобии улыбки.       Там, в зазеркалье, прямо за ним, на стыке потолка и стены, сидела тёмная фигура, объятая непроглядной дымкой. По форме это было похоже на человека, с той разницей, что голова существа изогнулась под неестественным углом, а ноги и руки, державшие его невесть как под потолком, оказались намного длиннее, чем у людей. Оно напоминало огромного уродливого паука, а глаза его слабо светились сквозь чёрный дым.       «Это не высший демон, отлично: чувствую это по его ауре. Иначе пришлось бы здорово повозиться с ним». — Ян поудобнее перехватил клинок в своих руках и сделал шаг вперёд, но всё же продолжал внимательно следить за ситуацией.       В конце концов, никогда не стоит недооценивать своего врага. Демон, кажется, осознав, что тот собрался сделать, сузил глаза и тихо, утробно зарычал, пригнул голову ближе к стене. Ян не стал медлить: рванул вперёд и вонзил оружие в зеркало, прямо в то место, где сидело тёмное создание. Оно попыталось увернуться, но ничего не вышло, ибо клинок вонзился ему прямо в хребет. Сначала раздался треск бьющегося стекла, а затем всю комнату наполнил животный, полный боли вой демона, который изо всех сил пытался вырваться из-под магического металла. Ян втянул воздух сквозь зубы и закрыл одной рукой ухо: было невыносимо громко, а ванная комната усиливала эти нечеловеческие крики. Всё длилось от силы несколько мгновений, а после зеркало странно, надрывно затрещало и в следующую секунду с шипением взорвалось на сотни мелких осколков. Ян едва успел среагировать: закрыл голову руками, но оружие из них так и не выпустил. Он стиснул зубы, ибо ощутил, как больно в тело и в конечности впивались тонкие стеклянные иголочки, как они входили прямо под кожу или пролетали вскользь, из-за чего всё адски саднило. Когда в комнате осталась только пустая тишина, Ян медленно опустил руки и посмотрел на них: кровь, множество мелких порезов, из некоторых торчали осколки. И отвратительное чувство покалывания из-за стекла под слоем собственной плоти.       «Чёрт… Демон, конечно, умер — я больше не ощущаю его, — но теперь мне бы не умереть следом за ним», — двигаться было, мягко говоря, неприятно.       Красные капли мерно падали на белый пол. Ян хотел уже хотя бы как-нибудь пойти в гостиную и набрать номер скорой помощи, но внезапно услышал настойчивый, частый стук во входную дверь. От неожиданности он вздрогнул, чем вновь причинил себе боль, а следом осознал:       «Соседка пришла. Услышала взрыв от зеркала».       Взгляд его заметался по комнате: полный поддон воды, фен в нём, разлетевшееся повсюду зеркало и сам Ян с холодным оружием в руках. Весьма странная будет картина, которую так сразу вряд ли выйдет объяснить. Он закусил нижнюю губу и через силу, чувствуя, как осколки двигаются под кожей, сделал шаг к душевой кабине и вытащил оттуда фен, кинул его на полку под раковиной, и только после этого поковылял в коридор.       — Януш! Что у тебя случилось? Что там за грохот такой? — послышался с лестничной площадки взволнованный голос Надежды Михайловны.       — Секундочку, я сейчас открою, — немного хрипло отозвался он, спешно возвращая клинок в конструкцию трости.       «Столько шума поднял, все на этаже испугались, наверное».       И только после его ответа беспрерывный стук прекратился. Когда Ян открыл дверь, в проёме тут же возникло ошарашенное лицо соседки:       — О Господи, Януш! Да ты же весь в крови! Ещё и мокрый с головы до ног! Что такое произошло?! — Надежда Михайловна схватилась за сердце.       — Это… Рабочие неполадки, — с глухим смешком ответил он, пропуская её к себе.       — Кошмар какой! Да это же в скорую звонить надо! Сейчас, сейчас, у меня телефон с собой, сейчас наберу, потерпи немного. — Она встала напротив него, около вешалки, и вытащила из кармана вязаной кофты старенький кнопочный телефон. Начала щуриться, неуверенно набирая нужные цифры.       Ян тем временем закрыл входную дверь и слегка согнулся: так было менее больно стоять. Он выдавил из себя слабую улыбку и кивнул:       — Спасибо большое, Надежда Михайловна, — и в голосе его звучала искренняя благодарность.       Соседка только отмахнулась от него, мол, да ну тебя, это простая помощь. Когда трубку на том конце сняли, она начала диктовать адрес и постоянно подчёркивала, что приехать нужно как можно скорее, иначе человек истечёт кровью. Ян, слушая её, приподнял уголки губ. Повезло ему с соседкой.       — Так, — произнесла Надежда Михайловна, закончив разговор и убирая телефон обратно в карман, — Януш, что с тобой произошло?       Он кинул короткий взгляд вбок — убедился, что закрыл дверь в ванную — и с досадой покачал головой:       — У меня зеркало лопнуло во время работы, а мокрый я, потому что в поддон с водой упал: он тоже нужен был. Я совершил ошибку во время ритуала, вот мне наказание за это и прилетело.       Рассказывать, как всё было на самом деле, он не стал, ибо не хотел пугать соседку появлением демона в доме и… Своей неконтролируемой попыткой уйти из жизни. Лучше было придумать что-то попроще, дабы успокоить Надежду Михайловну.       «Я ведь действительно накосячил: не думал, что защита на квартире и на мне не удержит демона от самовольства. Рассчитывал, что благодаря ей он сможет только прийти сюда, но не напасть, а тут… Нужно будет поработать с защитой, иначе ситуация повторится», — чувство вины и злость на себя сдавили грудь.       Услышав историю появления ран Яна, Надежда Михайловна испуганно охнула и прикрыла рот рукой, округлив глаза. Она переживала не из-за ритуалов своего соседа, ибо души в нём не чаяла и знала, что он ничего дурного не делал, её беспокоило то, что он мог сильно пораниться, работая с нечистью. Вот как сейчас.       — Ну что ж такое! Добьёт тебя работа твоя, ей Богу, столько опасностей! — запричитала она, вздыхая.       «Может, и добьёт. У нас в роду подобное уже было», — невесело подумал Ян. Конечно, вслух говорить такое не стал, а только тихо усмехнулся.       Скорая помощь приехала быстро, и вот уже через пятнадцать минут, когда врач и медсестра осматривали его в гостиной, прежде чем увезти в больницу, Ян без особых эмоций следил за их действиями: вернулся к своему нормальному состоянию. Надежда Михайловна оставалась рядом с ним.       «Меня, конечно, радует, что я смог устранить угрозу в квартире, пусть и оказался ранен осколками зеркала перед смертью демона, но всё же у этого есть свои последствия: придётся на какое-то время забыть о визитах к клиентам. Ну что ж, это лишь моя вина. Впредь буду внимательнее относиться к собственной безопасности».       В конце концов, Яна увезли на карете скорой помощи, а Надежда Михайловна вернулась к себе домой.       Пожалуй, они, да и другие соседи, ещё долго будут вспоминать взрыв, произошедший посреди ночи.